Варвары Глава XVI, в которой рассказывается о кнуте Крулла, из сухожилий рабынь изготовленном, и его использовании

Кнут этот чудовищный не был отнюдь обычным орудием, для наказания рабов

Служащим, ибо сделали его из сухожилий, от поясницы до ступней проходящих,

Тридцати рабынь высоких очень, причем сухожилия эти срезались с них

С мясом вместе тогда еще, когда живы они были, материал этот поставляя.

Впрочем, в тот раз и остальные части красивых женщин этих, в плен захваченных,

Впустую не пропали, ибо груди их и вульвы щиты воинов Крулла кровавых самых

Украсили перед схваткой следующей, что преимущество перед врагом им

Предоставляло, ужас безграничный внушая, как понимали только, что на щитах.

Ибо от щитов таких украшенных в ступор при виде гильветов соперники их впадали,

От чего варваров разъяренных мечи безнаказанно противников своих расчленяли,

Добычу богатую, рабов и рабынь в том числе, добывая. Женщины же, материал

Для кнута этого поставившие, всеми тела частями в тот раз использовались.

После того, как всё, гильветам потребное, с невольниц этих срезали, каждую еще

По несколько раз изнасиловали, что особо приятно было, ибо не только ноги

До пояса перерезаны были, но и вместо вульвы лишь месиво кровавое оставалось.

А это удовольствие небывалое доставляло, глубоко пенисом входить позволяя.

Потом же, от боли стонущих, но в сознании еще, выпотрошили их и зажарили,

Живых, конечно, и кричащих - на кострах, в честь победы над врагом разожженных,

А затем съели полностью, даже с лица щеки срезав, кости полностью обглодали.

Зато каждому по мяса куску досталось, и воину сильному, и мальчику несозревшему.

Пиршество закончив, за сухожилий обработку гильветы принялись, еще до того

С пленниц живых срезанных, как грудей и гениталий они лишились, на украшение

Кратковременное щитов пошедших. Для того узкие жилы эти длинные, очистив

От мяса оставшегося аккуратно, несколько дней на солнце горячем сушили бережно.

Вслед за тем сухожилия завялившиеся рабыням передали, дабы, не перекусывая,

Жевали они их, от чего жесткие плоти куски смягчались. После того разъединили

Жилы и по одной в шары небольшие свернули, шары же эти в рабынь-кобылиц

Вагины своих внутрь глубоко поместили, чтоб десяти дней не меньше в себе носили.

Время все это, пока сухожилий шары рабыни в себе держали, регулярно гильветы

Юные по очереди коитусом безудержным с ними занимались, дабы вагины кобылиц

Всегда влажными оказывались достаточно, ибо постоянно заполнялись до отказа

Спермой варваров молодых, да и соками женскими, против воли выделявшимися.

За десять дней вагины теплая среда влажная, в которой кнута сырьё человеческое

Находилось, смягчала его достаточно, дабы орудие прекрасное сплести мастерицей,

Одной из кобылиц тех же, но в почете некотором за искусность свою у гильветов

Находящейся, и потому на себе не столь много унижений рабских испытывающей.

За лет прошедших несколько с тех пор, как из женских тел кнут изготовлен был,

На упругой плоти многих сотен и сотен пленников и пленниц, от боли кричащих,

Крулл испытал его, и теперь замечательного мастерства достиг в пользовании

Орудием, даже по виду устрашающим, ибо в длину он двадцать локтей превышал.

Столь Крулл с орудием этим управлялся хорошо, что нисколько не помешала ему

Голая темнокожая нимфа десятилетняя, на пенисе взбухшем его анусом своим,

Долгими тренировками разработанным отменно, скачущая, и, к вождя соблазну

Пущему, колени перед его лицом разведя распутно, для чего назад откинувшаяся.

Потому, пенис из Ооты не вынимая, без помех мог Крулл стегать кнутом своим

Рабыню нынешнюю, недавно совсем еще женщину благородную, которую воинов

Двое вниз головой на весу держали, ноги ей широко растягивая и удобству вождя

Раскрытую вульву ее предоставляя, от ампутации губ больших кровоточащую.

Первый удар кнута этого чудовищного двойным ударом по вульвы краям обоим

Пришелся, как раз по мясу, после губ отрезания обнаженному, самым же кнута

Концом острым - по полной груди центру, соска лишенной. Удара след полосой

Багровой по телу всему взбух сразу, посредине же полосы крови капли выступили.

Завопила истошно женщина, понимая, что лишь первый удар получила из многих,

К смерти долженствующих ее привести. Почувствовала она, что Крулл до того ее

Доведет ударами своими, что в мыслях своих и криках сама о смерти скорейшей

Умолять будет, не в силах боле столь болезненного наказания такого переносить.

Не такую, конечно, но и раньше порку на себе испытывала она. Но от мужа лишь.

Не за провинности случалось это, а для того только, чтобы показать он мог ей

И гостям своим, что собственностью она его является, хоть свободной считается.

Перед тем в залу пиршественную муж ее звал, и обнажиться самой приказывал.

Гости, мужем ее званные, во всех подробностях оценить могли тело дома хозяйки,

Преобразованное столь великолепно - соски вытянутые и вульвы губы удлиненные,

К ним прикрепленные на кольцах и цепочках золотых пенисы бальзамированные,

А уж после того к колонне центральной в зале руки и ноги ей привязывали крепко.

У сановников приглашенных на глазах муж тогда плеть брал, и хлестал жену свою,

Полное ее подчинение показывая, ибо права не имела она о снисхождении просить.

Забавным украшением вечера званного представление было, но более важной цели

Служило - властью полной над такой женщиной великолепной свою мощь показать.

После представления такого в обществе высшем известно всем становилось мужа

Ее положение фактическое, властью над женой не в малой мере определяемое.

Но плеть, которую муж использовал, демонстративной все же была, ибо хоть полосы

Болезненные багровые и наносила, но боле никаких повреждений не причиняла.

Крулла же кнут, из женщин изготовленный, к убийству женщин и предназначался -

Поняла это прекрасная женщина благородная, ныне же рабыней ставшая, и внешне,

И по положению своему. По ударов силе и количеству понимала она, что теперь,

В отличие от мужа домашнего наказания привычного, вождь ее до смерти забивал.

Тело женское чувствительное, от ударов извивающееся, вниз головой в положении

Орла с крыльями разверстыми удерживалось, роль же крыльев ее конечности

Исполняли, в разные стороны двумя сильными воинами растянутые. Знали воины

Вождя своего привычки и понимали, что умереть должна она для их наслаждения.