Новогодняя драма

Тридцать первого декабря, вечером, в одной из многоэтажек «спального района», случилась драма.

- Ах ты сученок Хренов! - кричала молодая женщина с растрепанными волосами и высокой грудью. - «Пудрил» мне мозги, а у самого жена и ребенок!

- Так я ж тебе никогда и ничего не обещал, - пытался оправдаться мужчина в трусах и майке.

- Вот именно! Трус! Зачем тогда со мной встречался?

- Ты мне нравишься. Молодая, красивая… опять таки в постели - «огонь».

- Ах ты кобель, сученый! Лишь бы «потрахаться». Какая же я дура!

Женщина опустилась на кровать и, закрыв лицо руками, зарыдала.

Сквозь вырез байкового халатика была видна налитая грудь, а короткий подол, позволял полюбоваться полнотой бедер.

Настоящий «персик», в самом расцвете лет.

Покосившись на эту «красоту», мужчина засопел и начал, как застоявшийся конь, переминаться с ноги на ногу.

- Может быть это… того… ну в последний раз, - нерешительно предложил он.

Полные плечи женщины только вздрагивали от всхлипываний.

Осторожно присев рядом, мужчина попытался обнять свою подругу, но она сердито дернулась.

- Отстань, Ирод проклятый! Зачем я только с тобой связалась? Ведь были же хорошие парни, тот же Лешка Пашутин, - принялась причитать «расстроенная», вытирая глаза подолом халатика.

При этом бедра окончательно обнажились, показав белый треугольник трусиков.

Эта деталь не ускользнула от внимания мужчины.

- Так ведь Лешка, вроде того - спился, - сглотнув слюну, заметил он.

- Ну и что? А вот «сошлись» бы и не спился. Детишек нарожали.

Женщина опять по «бабьи» захлюпала носом.

По щекам катились крупные соленые слезы.

Соблазнительная грудь грозила вот-вот вывалиться «наружу».

Мужчине стало жарко.

- Ты это… не плачь. Получу аванс и платье тебе куплю, то самое, бордовое, которые ты хотела.

Он осторожно обнял подругу.

- А туфли к нему? - поинтересовалась женщина, вытирая слезы.

- И туфли.

- Тогда уж и сумочку.

- Все купим, - заверил «озабоченный», просовывая ладонь к обтянутому трусиками лобку.

- Только обещаешь. А проку с тебя - как с козла молока. Не бросишь жену?

- Неааа, - промычал мужчина, зарываясь носом между гладких полушарий груди.

- То, то же. Смотри у меня, - строго предупредила женщина, расстегивая пуговки халата.

«Ролевая игра» в семье Сидоркиных, подходила к логическому завершению под названием - исполнение супружеского долга.

На стене тикали часики, отмечая приближение Нового года.