Ночная смена

Был тёплый весенний день. Середина марта выдалась как никогда довольно теплой. Снегу было ещё полно и в некоторых местах сугробы достигали выше метра. Днём капало с крыш, а под вечер иногда тихо шёл снег и накрывал белым покрывалом подтаявшие лужи и забрызганные грязью обочины дорог. Я работал как раз в ночную смену. Дома делать в общаге было нечего и я собравшись хотел было уже идти на работу, но меня вдруг осенило. 3акрывая форточку, я увидел, как повалил свежий снег ещё сильнее и дом напротив уже еле просматривался, хотя до него было метров сто. Это был знак и не просто знак, а шанс по пути на работу немного почудить и я тут же стал переодеваться. Я снял с себя всё и достав из шкафа отглаженные и обрезанные от брюк две штанины, натянул их на ноги и завязав на бёдрах потуже резинки, чтоб штанины могли держаться и не сползать, немного попрыгал на месте.

От этого и предчувствия предстоящих приключений мой член стал возбуждаться. Положив в сумку брюки и водолазку, я поверх штанин на голое тело, надел меховую курточку, которая по длине доставала почти до колен. Ha шею накинул шарф, чтоб не было видно, что у меня под курткой нет ничего, и натянул спортивную вязаную шапочку на голову. Взяв сетку в руки я взглянул на себя в зеркало. Выглядел я вполне нормально, и даже намёка не было видно, что я практически голый стою и рассматриваю себя.

Выключив свет, я вышел в коридор и закрыв дверь спустился с третьего этажа и вышел на улицу. Было приятное ощущение, когда при каждом шаге мой уже возбуждённый член покачивался и тёрся оголённой головкой о меховую подкладку моей курточки. Это было так приятно, и я решил, что не поеду на рейсовом автобусе, а прогуляюсь пешком. Да и грех было не прогуляться в такую тихую погоду под снегопадом и кружащимися крупными и пушистыми снежинками, которые кружась, падали на меня и таяли, стекая каплями по щекам и лицу. Ho мне было, ничуть не холодно от этого, а даже жарко. Я шёл всё вперёд навстречу своим приключениям и даже не знал, что меня ждёт впереди.

Свернув с оживлённой улицы на второстепенную, я направился в сторону завода. До него было хоть и далековато по меркам большого города, но для меня это казалось даже близко. Три километра по кривым улочкам у меня всегда занимали меньше часа на дорогу. А до начала смены, было ещё часа четыре, и у меня был вагон времени. Да к тому же я привык у себя в деревне ходить по лесу и десяток километров и ни капельки не уставал.

Свернув за дом я уже шёл по пустой, практически пустынной улице. Видимость была небольшая, и вдалеке маячило два человеческих силуэта. Присмотревшись, я понял, что это шли с работы домой две женщины, и я решился

повторить то, что пробовал до этого несколько раз. Расстегнув курточку, и опустив руки параллельно своему телу, я не спеша двигался им на встречу. При каждом шаге полы моей курточки разлетались в разные стороны, открывая тем самым моё обнажённое тело. Мой член был возбуждён и покачивался как маятник.

Снег залеплял грудь и живот и капли растаявшего снега текли по всему телу, но мне было ничуть не холодно. Я готов был даже снять свою курточку и нести её в руках, но решиться я не мог и продолжал идти навстречу оглядываясь по сторонам. Чем ближе я подходил к тем двум женщинам, тем шаги мои становились медленнее и короче. Женщины тоже заметили мой необычный вид и немного замедлили свои шаги. Я уже прекрасно видел их лица и улыбку, смешанную с удивлением. Они смотрели не на моё лицо, а ниже, где болтался под снегопадом мой торчащий член. Я даже прижал полу распахнутые полы курточки к бокам, чтоб они не прикрывали меня ни на секунду медленно шёл им на встречу. Оставалось метров десять и тут они поняли.

— Ой, сказала одна из них и хихикнула.

— Пошли, пошли — поторапливала её вторая, которая немного опешила и чуточку испугалась.

Я был возбуждён и выдавливая шаг за шагом сместился немного в сторону чтоб не мешать им пройти мимо. Они так и шли, оглядывая меня и похихикивая. Как только я поравнялся с ними, я отвернулся в сторону чтоб они не стали рассматривать моё лицо и прошёл мимо и услышал за спиной слова.

— Смотри не отморозь — и следом хи хи хи хи.

— Ты зачем это сказала, а вдруг он того, чокнутый — сказала тихо вторая.

Я сделал ещё пару шагов и уже не слышал что они говорили обо мне, но желание ещё раз посмотреть на них у меня было и я повернувшись к ним лицом, распахнул пошире полы курточки и тихонько посвистел. Женщины, а им было лет по тридцать а то и больше, обернулись и посмотрев на меня снова хихикнули и рассмеялись.

— Ты что, дурак? — сказала та которая была в шоке от увиденного.

— Он не дурак, он этот, как его. Мудист — пояснила веселушка и снова расхохоталась.

Я помахал им рукой, а та которая была удивлена моему виду покрутила у виска пальцем, показывая мне кто я есть на самом деле и отвернувшись они пошли дальше. Я тоже пошёл в сторону завода и теперь уже не стал застёгивать свою курточку, а наоборот распахивал полы как можно шире и ловил всем телом падающие и кружащиеся пушистые снежинки.

Получив несколько мгновений внимания, мне хотелось ещё как то и чем-то удивить того, кто встретится мне на пути до работы. Ho погода видно была не для прогулок, и я бродил больше часа, так никого и не встретив. Уже ближе к заводу, стены которого иногда просматривались в свете фар, выезжающих из-за поворота машин, оставалось метров триста —

четыреста. Посмотрев на часы, я решил ещё немного прогуляться и свернул во дворы многоэтажек. Кругом было полно машин, и лишь один дворник чистил снег, который тут же падал на очищенную дорогу. Возле подъезда я заметил двух девушек примерно своего возраста. Мне тогда было двадцать семь. Они тоже меня заметили и сказав что то друг другу посмотрели в мою сторону. Я уже прошёл дворника, и он был на безопасном для меня расстоянии. Ослабив руки, которыми я прижимал полы куртки к своим бокам, чтоб те не распахивались сильно, я направился по дороге в сторону той пятиэтажки. Курточка стала разлетаться и открывать часть моего неприкрытого ничем тела. Член снова торчал и покачивался. Девушки посматривали в мою сторону и хихикали. Как только я поравнялся с ними, одна из них сказала, держа в руке сигарету.

— Огоньку не найдётся?

— Есть. Спички — сказал я и вытащив из кармана коробок хотел было уже протянуть им. Ho тут же понял что они сами ко мне не пойдут да и я с дороги до них не дотянусь.

— Мы в тапочках, давай сюда — сказала одна из них дрожащим голосом.

— А что вышли то раздетыми, замёрзли — спросил я протягивая им коробок и даже на время как то забыл, что полы то у меня распахнуты и всё на виду.

— Дома спички кончились, а курить хочется, думали, встретим в подъезде кого-нибудь и вот уже пять минут торчим тут — объяснила одна из девушек.

Я заметил, что глазки у них бегали, и они как бы нехотя разглядывали мой внешний вид.

— Возьмите себе, у меня на работе ещё есть — сказал я и собрался идти.

— А не холодно в таком виде разгуливать — спросила вторая.

— Нет, даже жарко — ответил я и отойдя в сторону повернувшись к ним ещё раз распахнул курточку и помахав им рукой свернул за угол дома. Ситуация была непредсказуема и неизвестно кто у них был дома и кому вдруг они захотят сказать обо мне. Я поспешил уйти и направился к заводу.

Вдоль забора, который тянулся вдоль пустыря метров четыреста, шла узкая тропинка. По ней в такую непогодь почти никто не ходил, и она немного была занесена снегом. С улицы эту тропинку было не видно из-за кустарника, и я шёл по ней, ничего не боясь, распахнув как можно шире курточку и принимая на своё обнажённое тело сотни падающих снежинок. Я шёл не спеша и оглядываясь по сторонам. Кругом было так тихо, да и снег вроде ещё сильнее усилился. Вот и угол забора и оставалось всего метров двести до проходной. Я взглянул на часы. До начала смены было ещё два с половиной часа. Переодеваться сильно не хотелось, и я решил спрятать в снег сумку со своей нормальной одеждой и обедом. Вернувшись обратно по тропинке, я зашёл в кустарник ивняка и сделав ногой углубление в сугробе, поставил туда свою сумку и

присыпал снегом. Было ничего незаметно. Руки были свободны, и я решил ещё прогуляться.

Вернувшись на пешеходную дорожку, я прошёл по ней до остановки автобусов и задержался на мгновения. Скамья, на которой обычно сидел кто то в ожидании автобуса, была припорошена снегом, слой которого был почти сантиметров десять. Автобус видно ушёл совсем недавно, и остановка была пустынна. Я подошёл к скамейке и откинув подол курточки осторожно стал приседать. Я давно хотел сесть голышом в снег но всегда то погода была холодная, то настроения не было. Сейчас я был возбуждён после двух таких необычных встреч, и мне было всё равно. Я опустился, и моя голая попа погрузилась в рыхлый снег. Член и яйца тоже прикоснулись к снегу и свисали со скамейки. Меня всего колотил озноб и во всём теле была такая дрожь, что зуб на зуб не попадал. Если в это время кто решился бы у меня что то спросить, то я заикаясь вряд ли что смог бы ответить. Осмотревшись по сторонам я вдруг заметил как от проходной в мою сторону шли две женщины. Они о чём то бурно беседовали и подойдя спросили.

— 307 давно был?

Я заикаясь ответил что сам только что подошёл. Это был шанс показаться ещё раз. Я было уже собрался с мыслями и придумал, что ответить если вдруг они что-то скажут, но в это время с другой стороны на остановку подошёл мужчина, старше меня и выше ростом, да и телосложением гораздо сильнее.

— Да, попадись такому в руки, точно не вырваться будет, — подумал я.

Мужчина тоже спросил 307 маршрут и взглянув на меня спросил.

— Закурить не найдётся?

— Не курю — ответил я кратко, так как по-другому бы я не смог ответить, да и руки из карманов я тоже не смог бы вытащить. Моя курточка была не застёгнута, и сразу бы всё оказалось открытым. Я ещё пуще прижал к себе полы и немного сжался боясь нечаянно себя раскрыть. Сидеть голой попой на снегу было уже не под силу, хотя от волнения и возбуждения я этого почти не чувствовал. Да и член от нештатной ситуации сразу опал и спокойно лежал на снегу вместе с яйцами. Вдруг послышался скрип тормозов и к остановке подъехал автобус. Я с облегчением вздохнул. Мужчина и женщины сели и автобус тронулся. Следом за ним я тоже встал и оглядевшись по сторонам отряхнул полу растаявший снег с ягодиц и пошёл обратно в ту сторону где у меня была спрятана сумка с едой и одеждой.

Постепенно я согрелся и уже снова готов был раскрыться и показаться первым встречным, но кругом было пусто и ни души. Только вдалеке, было видно в свете фар, как шли одинокие прохожие спеша домой. Снег не прекращал падать, и видимость была очень невелика, всего метров пятьдесят, а дальше, если не освещалось светом фар, была видна сплошная стена падающего снега. У

меня снова появилась сумасбродная идея. Такой шанс выпадал раз из тысячи случаев и я решился.

Свернув за угол и пройдя по засыпанной снегом тропинке, я остановился возле кустарника, где спрятал сумку и не раздумывая, быстро снял с себя обе штанины, а потом быстро скинул курточку, и затолкал за ветви ивняка. Я ничуть не чувствовал холода, а на оборот мне казалось что я только что сидел в парилке и вот я выскочил на огород у себя в деревне чтоб принять снежную ванну. Долго не раздумывая, в одних ботинках и спортивной шапочке, я побежал в сторону пешеходной дорожки. Бежать было метров тридцать, не больше. Вот угол забора, кругом никого и только стена падающего снега окружала меня по периметру, на сколько, я мог видеть. Выглянув из-за угла, я никого не заметил на тротуаре, ведущему от завода к жилому сектору. Пора было бы уже вернуться обратно, но азарт и сильное возбуждение заставляли и гнали меня чтоб я продолжил приключение. Я осмотрелся ещё раз и вышел на тротуар, проезжую часть дороги от которого разделял длинный наваленный сугроб, высота которого превышала метр.

Это дворник очищая тротуар скидывал сне на зелёную зону между деревьев. Я пробежался по тротуару удалившись от завода метров с десяток и обернувшись заметил тусклый свет фар. В мою сторону двигалась какая то машина. Бежать назад ей навстречу чтоб успеть свернудь возле угла забора на тропинку, я не успевал и единственное что мне оставалось, так это присесть возле сугроба как можно ближе и переждать. Я так и сделал. Присев как можно ниже, что даже член касался тротуара, я затаился и поворачивая голову то в одну, то в другую сторону, чтоб не появились случайные прохожие, я затаился. Такси пронеслась мимо и я облегчённо вздохнув снова встал и направился к своей одежде, как вдруг из снегопада в мою сторону шла женщина, а в нескольких метрах от неё за ней шли ещё две. Они шли с завода на котором я и работал. Бежать от них неизвестно куда, ведь я не видел кт бы мог попасть мне на пути, было просто невозможно. Оставалось одно, идти им навстречу и чем можно быстрее.

Натянув шапку на лицо, что если вдруг кто был знакомый не узнали меня, я зашагал к тропинке. Первая женщина увидев меня встала как вкопанная и повернувшись назад, к тем двум, что то сказала им и показала в мою сторону. Я приближался шаг за шагом к заветному повороту и всё время не сводил взгляда с них, ведь я не знал что они предпримут. Они все трое стояли и смотрели на меня, и как только я повернул, а до них оставалось метров семь-восемь, одна из них сказала.

— Бежим, пока его нет.

Они участили шаги и как только поравнялись с углом забора, как по команде взглянули в мою сторону. Я тоже переводя дыхание стоял

и выжидал что будет, ведь я не знал куда они повернут и поэтому не знал, убегать мне от них или идти спокойно к одежде. Увидев меня метрах в десяти они погрозили мне кулаком и что то сказали, а потом пройдя поворот дружно рассмеялись. Что творилось со мной, не возможно описать словами. Я дрожал толи от холода толи от возбуждения, но мне не было холодно. Я снова вернулся на угол и вышел на тротуар. Они шли и оглядывались. Я помахал им рукой и увидев что в мою сторону снова едет машина вернулся к одежде. За спиной был слышен только смех и плохо разборчивая речь. Было понятно, что они обсуждали меня и мой вид.

Подойдя к одежде, я немного постоял и подумал и решил, что в цехе я спокойно смогу переодеться и не буду замечен что я пришёл на работу практически голый и поэтому снова натянув на ноги штанины и закрепив их резинками и заправив концы, я снова одел уже остывшую изнутри курточку на голое тело и достав сумку из сугроба, стал удаляться от угла. Идти через проходную мне не хотелось, ведь там иногда просили расстегнуться и показать, не несу т ли на завод кто спиртное, а мой вид сразу бы вызвал подозрение. В заборе была большая дыра, и можно было свободно проползти через неё на территорию. Иногда её закрывали или заметало снегом, и тогда можно было чуть подальше просто перелезть через забор и спрыгнуть внутрь с трёхметрового заграждения из железа и бетона. Я подошёл к дыре и заглянул в неё. Она была заметена наполовину снегом и в моём виде ползти через неё на брюхе мне что то не хотелось.

Пройдя метров двадцать, я легко взобрался на забор и перекинув ногу практически снова сел голой попой на бетонную плиту приложив к ней и свой снова упавший член и яйца. Деревянный щит, на который вставали, чтоб перелезть или слезть с забора, валялся в стороне, и мне ничего не оставалось, как прыгать. Перекинув вторую ногу и взяв в руку сумку, я оттолкнулся и полетел вниз. Приземление было мягким, и я по пояс оказался в сугробе. Теперь было действительно прохладно, и снег забился под курточку и был везде куда мог проникнуть. Моя попа и член и яйца и весь низ живота были покрыты снегом, и я стал быстро его смахивать руками и пытаться растереть, чтоб мне снова стало тепло и комфортно. Долго тут находиться было нельзя, и я поспешил в цех. Добрался я без приключений, и переодевшись, через полчаса приступил к работе.

Никто даже и не мог подумать что я смогу явиться в таком виде прямо в цех и думая об этом я не переставал возбуждаться и успокаиваясь снова возбуждался. Вскоре все со второй смены ушли по домам, и нас осталась только одна бригада, которая должна была подготовить

фронт работы для первой смены. Всё шло нормально, работа продвигалась, и было сделано уже больше половины. Я периодически выходил на улицу и удивлялся, какая стояла теплая погода и что снег всё ещё, хоть уже и не так сильно, продолжал идти. Ещё через час, а это было уже около трёх ночи, вдруг погас свет. Бригадир сразу же в темноте добрался до телефона и позвонил диспетчеру.

— Авария из-за снега, когда включат, я не знаю, но не раньше, чем часа через три — сказал голос в трубку.

— Что будем делать — послышались голоса.

— Айда по домам, сказал бригадир.

Многие жили рядом в том районе, где я только что давал огонька двум девушкам сразу же ушли, а бригадир по пути прихватил с собой ещё троих и в результате я остался один. Конечно же я мог тоже уйти домой в общагу в которой мы жили втроём и все из нашего цеха, но будить их мне не хотелось и я остался, да и погода сама велела мне продолжить приключения и я одевшись и взяв с собой всё как и пришёл на завод в одних штанинах и с сумкой, так же и пошёл обратно к тому забору, через который я перелез. На территории стояла кромешная тьма, и не горел ни один фонарь. Раздеться на улице я что то побаивался, ведь меня там уже сегодня видели и возвращаться на тот угол мне что то не очень хотелось. Решение пришло моментально. Не успев далеко отойти от цеха я снова вернулся туда и раздевшись полностью, оставшись только в ботинках и шапочке, я из раздевалки прошёл через весь цех голышом и вышел на другом конце на улицу. Это было намного безопаснее, и сюда редко приходили охранники тем более в такую погоду.

Прячась за цехом я перебежал к другому цеху и потом к третьему цеху и вскоре оказался возле того забора. Голым лезть на забор мне что то не хотелось, хотя и было только светло от снега, а так было видно не более чем метров на десять-пятнадцать. Оставалась одна дыра и я встав на коленки, прижался к снегу и дрыгая ногами и волоча будра и член с яйцами по снегу, вскоре оказался за территорией завода. Шёл слабый снег, и одновременно капало с крыш. Необычная погода и снег и так тепло, подумал я и пошёл в сторону от дыры, боясь, что вдруг кто тоже захочет воспользоваться ей чтоб войти или выйти с завода.

Я уходил всё дальше и дальше и пройдя метров сто, я приблизился к дороге ведущей на улицу, по которой проезжали машины и изредка проходили запоздавшие с работы или ещё откуда то прохожие. Слева и справа были высокие сугробы на гребённые бульдозером и это было единственное место куда я мог заскочить и спрятаться на пару минут, больше бы я вряд ли выдержал лежа на снегу голышом.

К моему счастью в мою строну по заметённой дороге никто не желал ехать и я пройдя ещё метров сто — сто пятьдесят, оказался у обочины проезжей части улицы, по одной противоположной стороне которой, был тротуар, а рядом со мной накатанная дорога. Вот показалась машина и я присел. Она пронеслась мимо. Вот ещё одна и я снова как поплавок прижался к куче снега.

Так пронеслось машин шесть или семь и я уже было собрался возвращаться как вдруг увидел что по той стороне по тротуару идут не спеша и о чём то разговаривая две женщины средних лет. Я ещё не знал зачем мне это и пора было уносить ноги, но втрое я мне твердило, мол покажись и не трусь. Я спрятался и переждав ещё несколько машин, в тот момент как только женщины поравнялись с поворотом в мою сторону, вышел из-за кучи снега и сделал пару шагов в сторону дороги. Женщина которая шла дальше от меня постоянно смотрела и поворачивалась в сторону своей собеседнице и она первая заметила меня и сказала второй.

Они остановились и обе уставились на меня. Нас разделяло всего метров тридцать. Я стоял и махал им рукой а мой член хоть и немного замёрз от возбуждения снова встал. Увидев это они рассмеялись и что то друг другу сказав ещё рассмеялись сильнее. Появившаяся машина меня спугнула и я тут же прямо перед ними лёг на снег, а когда машина пронеслась, я встал и отряхнувшись пошёл обратно так как вдалеке снова был виден свет фар.

— Смотри не забудь подобрать, а то отморозил поди — донеслось до меня. Я повернулся и помахав им рукой вскоре скрылся в ночи.

Пройдя вдоль забора последние сто метров, я прислушался. Было тихо и я уже ничего не боясь после того что было у дороги, лёг на свежий снег и ёрзая ещё не опавшим, и полу возбуждённым членом по сугробу, стал проползать через дыру обратно на территорию завода.

Что я не чувствовал и как мне было не холодно, но находясь столько времени под снегопадом я уже стад дрожать именно от холода. Осмотревшись и отряхнувшись, я быстро побежал в сторону цеха и вскоре был уже в тёплой раздевалке. Я ещё около часа сидел и грелся и не решался одеваться. Просто мне не хотелось этого делать. Немного побродив по цеху голышом, и когда исполнилось шесть часов, мне пришлось это сделать.

Я снова одел свои штанины и куртку на голое тело. Застегнул всё на пуговки и взяв сетку с брюками и водолазкой, отправился уже к известной мне дыре в заборе. Вскоре я уже брёл по улочкам в сторону общаги и смог ещё по пути показаться нескольким прохожим, которые спешили на работу, и им было не до моего внешнего вида.

Позднее, спустя несколько дней у меня были и другие приключения но они мне не запомнились так, как эта ночная смена.

• • •

Вспомнил

ещё один случай, который произошёл со мной не в этот год, а уже на следующий, весной в марте месяце, так же по пути на работу в ночную смену.

Зима выдалась снежная и кругом лежали сугробы. Дорожники не успевали убирать снег и просто расталкивали его в разные закоулки и выступы на дорогах. Возле завода где я работал был небольшой пустырь и летом там была болотина. Одна сторона улицы к болотине была свободна и там всегда наталкивали горы снега и за ними вполне можно было спрятаться. Днём с них ребятня каталась на санках и кругом было полно натоптанных тропинок.

В сторону от улицы шло ответвление и по краям его тоже были кучи снега. Это ответвление вело к двум небольшим предприятиям, граничащим с нашим заводом. Там не работали в ночные смены и на ночь оставалась только охрана. По этой дороге можно было дойти до второй дыры в заботе и коротким путём попасть на его территорию.

Середина марта, днём всё начинало таять и капель с крыш сообщала всем что весна не за горами. Ночами чуть подмерзало и по краям крыш свисали сосульки разной длинны и толщины, а снег покрывался корочкой льда, которая похрустывала под ногами. Я собирался на работу в ночную смену и увидев, что за окном снова пошёл снег, решил перед работой немного развлечься. Квартальный и месячный план мы выполнили досрочно и особой нагрузки на работе у нас не было так что спешить выполнять нормы мне было особо и не нужно. А потом в смене нас вместо семь человек работало всего четверо. Кто был в отпуске, а двое на больничном. Я уже проделывал такое много раз и в этот раз тоже решился, да и погода сама говорила мне:

— «Сделай это. Сделай».

И я потдавшись соблазну и в предвкушении чего-то необычного как в прошлые разы, решился и оставив дома всю свою одежду, надел под пуховик в стиле курточки Аляски с капюшоном, только обрезанные от брюк штанины, которые держались на ногах за счёт резинок, словно женские чулки. Со стороны я ничем не отличался от всех прохожих, но раздеваться и переодеваться при ком-то было для меня разоблачением и чем-то неизведанным. Узнав об этой моей странности от меня могли многие отвернуться, и я в том числе мог и потерять работу. Но зная об этом, я всё же решился, и на легке, отправился на работу в ночную смену, неся с собой только сетку с обедом.

Идти было не так далеко, около полутора километров или на автобусе всего четыре остановки. В таком виде я всегда предпочитал прогулки и это меня жутко возбуждало. Хоть и тёплый по-весеннему. Но прохладный ветерок пролетая под подолом курточки, залетал под низ и освежал моё тело незащищённое одеждой. Которая спокойно лежала дома в шкафу. С каждым шагом, я уходил всё дальше и дальше от дома и вот же в свете

фар проезжающих машин я увидел те самые горы снега и бетонный забор родного завода. Снег продолжал идти, а небольшой ветерок совсем перестал дуть. Было так тихо и тепло что даже капель с крыш продолжалась и слышно было звук каждой упавшей капли.

Обходить кучи снега и идти на проходную мне не хотелось, и я свернул в прочищенный отворот чтобы сократить путь и пролезть тем самым через дыру в заборе, оказаться раньше обычного на заводе. До смены оставалось ещё три часа, и я хотел оставить сумку в своём шкафу и прогуляться как любил это делать — голышом под снегопадом. Я готов был хоть сейчас раздеться и бегать, прячась за кучами снега, голышом. Отойдя всего десятка два метров от основной улицы, я вдруг увидел, как меня со спины осветили фары машины. Я отошёл в сторону чтобы пропустить её и испугался, открыв рот и не зная, что делать. Застыл словно вкопанный. Подъехав ко мне, машина остановилась. Это была машина ППС и в ней сидели два полицейских.

— Куда идём? — спросил один из них, водитель.

— На работу в ночную смену. — собравшись с мыслями ответил я чуть дрожащим голосом.

— А что в сетке? — спросил второй из-за спины водителя.

— Обед, столовая то ночью у нас не работает — сообразив пояснил я и раскрыв сетку показал в целлофане завёрнутый обед.

— А где ты работаешь? — снова спросил второй полицейский.

— На заводе — ответил я.

— Но проходная же находится там. — и он показал в ту сторону где на самом деле находилась наша проходная.

— Я туда и иду. Тропинка вдоль забора, а по дороге идти неудобно, машины гоняют, того и гляди собьют — уже собравшись и более уверенно пояснил я.

— Хорошо, идите — сказал второй полицейский и они, проехав мимо меня в сторону тех двух небольших предприятий. А я поспешил свернуть на тропинку чтобы не попадаться им больше на глаза. И только оказавшись на безопасном расстоянии от дороги меня охватил страх и испуг.

— Что было бы если бы они попросили меня расстегнуть курточку и проверить что вдруг я что-то несу под ней. От этих мыслей я покрылся и потом и озноб одновременно пробежал по всему телу и только отойдя ещё десятка два метров я стал успокаиваться. Вскоре машина проехала обратно и скрылась за кучами снега.

— Пронесло — вырвалось у меня и уже успокоившись я пошёл к проходной и тут словно меня кто-то кольнул.

— А что, если на проходной попросят меня расстегнуть курточку. Я в таком виде там ни разу не проходил, но знаю, что иногда проверяют чтобы на завод никто не проносил спиртное, особенно в ночные смены. Я встал как вкопанный и стал думать. Куда мне идти. Вернуться обратно где вдруг снова появятся полицейские и в этот раз мне может не повезти и тут я решил. Дорогу и забор разделяют кучи снега. Он хоть и лежит толстым слоем, но

за кучами по этому снегу можно пройти до дыры в заборе незамеченным.

Я развернулся и пошёл вдоль забора до угла и там свернув с тропинки шагнул на нетронутый снег и сразу провалился чуть ли не по колено.

— По такому снегу мне долго топать придётся — подумал я, но ничего не оставалось, и я пошёл по коридору между забором и кучами снега. Сделав ещё несколько шагов я за углом забора сразу провалился выше колен, а следующим шагом чуть ли не по пояс что мои яйца и член сразу оказались в снегу. Этого я не ожидал, но жутко возбудился. Сделав ещё десятка два или три шагов, то проваливаясь по колено то глубже, я вымотался, а мои яйца и член немного стали замерзать и мне пришлось с обратной стороны от дороги забраться на противоположную сторону от дороги, куч снега. Снег на склоне был плотно утрамбован и не проваливался. Но идти в полный рост я уже не мог и мне пришлось идти в присядку, постоянно оглядываясь назад. Так я прошёл ещё часть пути и мои ноги затекли от напряжения, и чтобы их немного размять я снова пошёл по снежной целине вдоль забора проваливаясь в разных местах по-разному. Так с переменным успехом я добрался до дыры в заборе и вскоре оказался на территории завода.

Добравшись до своего цеха без приключений, я поднялся в душевую и открыв шкаф, положил в него сетку с обедом. Закрыв шкаф, я спустился в цех и кроме тех, кто работал во вторую смену, я из своей смены никого не увидел и решил уже со свободными руками вернуться снова за территорию завода. Снег немного усилился и видимость стала ещё меньше. Было тепло и тихо и снег не просто валил, а тихо-тихо падал, словно это происходило в замедленной съёмке. Проходя мимо каких-то нагромождений, я увидел небольшое углубление и у меня созрела необычная идея. Я быстро осмотрелся и снял с себя сначала обе штанины, а потом и курточку. Оставшись только в обуви и спортивной шапочке, я огляделся и поспешил к дыре в заборе. Кругом было тихо и до конца смены оставалось больше двух часов. Значит у меня было времени чтобы вернуться и ни с кем не столкнуться возле дыры, чуть меньше этих двух часов. Хоть и от снега было светло, но на ручных часах время разглядеть уже было невозможно. За забором фонари не горели и я, прячась за кучами снега стал в присядку пробираться до угла забора, где мог уйти направо вдоль забора ближе к месту проходной или прямо в сторону улицы, где было небольшое движение, но машины довольно часто проезжали мимо отворота. Я боялся, что вдруг кто-то свернёт в мою сторону. Свернув за угол, я уже спокойно и уверенно прошёлся вдоль забора по знакомой мне тропинке до другого угла. Выглянув я увидел пустой тротуар и ни

единого прохожего. Только мимо пронеслась такси и вскоре, маршрутный автобус, на котором я иногда езжу на работу 307 маршрут.

Стоять было прохладно так как сне продолжал падать и тая на моё теле скатывался камельками воды. Мне было ничуть не холодно так как на улице было как минимум градусов пять-семь тепла и мне хотелось бродить ещё, и я развернувшись побрёл назад. Дойдя до того места где меня час назад расспрашивали полицейские, я подумал и повернул в сторону улицы где продолжали ездить машины, спеша домой или в автопарк. На углу я осмотрелся. До дороги было метров десять, а справа, вдоль неё до самого перекрёстка были навалены кучи снега и вдали метров за триста-четыреста от меня мигал жёлтым глазом светофор предупреждая запоздалых водителей об осторожности. Слева от меня в пятидесяти метрах стояли многоэтажные дома. Идея появилась сама собой и я, недолго думая, прячась за кучами снега, где пригнувшись, а где даже не четвереньках сверкая сзади перед звёздами голым задом, направился в сторону перекрёстка. Когда приближалась очередная машина я замирал на время, а после того как она промчалась дальше мимо, двигался дальше забыв совсем про время и то что мне ещё и на работу нужно.

Между сплошной стеной куч из снега кое где было небольшое пространство и место открывалось да обзора проезжающим мимо водителям и мне приходилось перебегать, улучшив момент проваливаясь в снег где как придётся, и пару раз даже за что-то запнулся и хоть не пал, но присев в снег погрузился почти до пупка окунув в сугроб всё что ниже. И попу и свои гениталии и полностью ноги. Вылезая и отряхиваясь, я шёл дальше, удаляясь от заветной дыры в заборе и не зная, что меня ждёт впереди. Была только одна цель, пройти до перекрёстка и после вернуться обратно.

Вот и он, по нему снуют то пешеходы, то машины и я удивился, откуда они взялись и выбрав удобный момент при свете фар машины которая поворачивала и осветила верхушки куч снега, за которыми я прятался, разглядеть на часах время. Было половина двенадцатого. Я ойкнул и сам того не ожидал что сказал это вслух. Нужно было возвращаться и как можно скорее и я, иногда пренебрегая осторожностью побежал, а где просто пошёл назад.

Добравшись до забора и увидев дыру, я обрадовался, что моё путешествие голым по сугробам закончилось, но увы, я услышал скрип и вскоре увидел, как из дыры вылезли двое. Я подумал, что они отработали и пошли по домам, но ошибся. В чём они были одеты разобрать в темноте было невозможно, и я стал ждать, когда они уйдут. Но эти двое походив возле дыры снова залезли внутрь и вскоре я услышал, что кто-то там за забором чем-то стучит. Это продолжалось с полчаса. Я уже опоздал на смену и спешить не имело смысла. Я сидел за кучей и ждал, когда всё

стихнет. Первое что пришло мне в голову. Это то что те двое хотели что-то утащить и гремели там непонятно чем. Когда всё стихло, я подошёл к дыре и ахнул. Проход был закрыт со стороны завода деревянным щитом и пролезь через дыру было невозможно.

— Вот попал так попал. — подумал я.

— Как теперь на завод попадать буду, ведь одежда вся там — метались мысли в голове.

Забор высотой метра три и через него мне просто не перелезь, даже подставить нет ничего чтобы залезть, а уж спрыгнуть вниз как ни будь смог бы.

Тут я вспомнил про вторую дыру и побрёл к ней снова прячась за кучи снега, а потом вышел на дорогу так как сообразил, коль дыру закрыли то сзади точно никого не будет, и я шёл и смотрел только на улицу где изредка проезжали машины, а из-за снега людей вообще не было видно. Повернув в сторону перекрёстка, я снова пошёл вдоль забора где был в самом начале своего приключения и вдруг увидел, что в мою сторону то загорится, то погаснет движется кто-то и я понял, что тот, кто идёт, просто курит и от этого огонёк от сигареты то ярко вспыхивает, то гаснет. Я быстро огляделся, и увидев вблизи заросли камышей, пробежал проваливаясь в снегу по колено и спрятался за ними. Через пару минут мимо прошёл парень, а следом за ним женщина или девушка. Они прошли и свернув возле угла пошли туда к дыре, откуда я только что сбежал.

— Ну-ну, идите, вас ждёт сюрприз — съехидничал я им вслед и не подумал о другой стороне.

Как только они исчезли из поля зрения, я осмотрелся и вышел на тропинку и побрёл в сторону второй дыры, не подумав, что если бы она была, то эти двое сто процентов в неё бы пролезли. Дыра была в нескольких метрах от угла и подойдя к ней я увидел точно такую же картину. Деревянный щит плотно закрывал её и не поддавался толчкам и давлению моих рук. Пинать его ногами я не стал чтобы не создавать шум, ведь я не знал кто и что происходит в это время по другую сторону забора.

Я стоял и думал, что делать и как перебраться через этот высоченный забор и совсем забыл про тех двоих которые пять минут назад чуть меня не застукали голым.

И тут я вспомнил как однажды эти дыры уже закрывали и под одной из плит в заборе была щель, промытая потоками от дождей и в сухую погоду под плитой, можно было легко проползти. Но это было летом и было тепло и сухо, а сейчас зима и там полно снега. Найти эту плиту будет сложно и тут я вспомнил что на ней кто-то мелом написал три русских буквы, и я развернувшись пошёл, не просто пошёл, а побежал туда, забыв об осторожности и почти нос к носу столкнулся

с тем парнем и девушкой которые шли назад. Пауза и минута молчания.

— Вот попал так попал — пронеслось у меня в голове.

— Ты откуда такой? — спросил парень.

— На спор в арты продул, а вот вернуться назад не могу, дыры кто-то закрыл — сказал я.

— А бежишь то куда — спросила девушка, разглядывая меня.

— На завод, — коротко пояснил я.

— Мы тоже пытаемся туда попасть — ответил парень.

— Пропуск дома забыли, а живём в пригороде — пояснила девушка.

— Обе дыры запечатали, мы только что оттуда — сказал парень.

— Знаю, я уже там был — ответил я.

— Ну и как ты будешь на завод попадать — спросила девушка.

— Пока не знаю, но надо как-то всё равно, а то светать начнёт и меня увидят — ответил я.

— Высокий забор, через него не перелезешь — сказал парень.

— Было бы лето, можно под ним пролезть, а сейчас всё снегом замело — ответил я.

— А что есть где — обрадовалась девушка.

— Там — показал я в ту сторону откуда они только что пришли.

— Показывай — обрадовался парень и пропустив меня вперёд, забыв, что я голый, они пошли за мной следом.

Вот и та плита с нехорошим словом, и я сказал:

— Вот тут есть просвет под плитой, но надо его отрыть.

Мы все втроём стали меняя друг друга, так как руки мёрзли и нужно было время их погреть, разрывать снег и вскоре показалась дыра, а вернее просвет. Он оказался достаточно высоким после осенних дождей, но лезть через него было как в русскую рулетку. С этой то стороны мы откопали его, а с другой мы не знали сколько там снега и есть ли кто, из охраны.

— Может я первый попробую. Я всё же в одежде — предложил парень и мы согласились.

Она лёг на снег и стал разрывать уже за плитой сугроб и выгребать всё к нам наружу. Мы только успевали откидывать снег в сторону. Два раза он вылезал из-под плиты и грел руки, да и мы тоже. На третий раз он подлез под плиту и вскоре исчез, а через несколько секунд он нам тихо сказал.

— Можете пролезать, всё тихо.

Мы переглянулись, и девушка спросила меня.

— А ты как полезешь? И замялась, не зная, что сказать.

— Не сидеть же тут до лета голым, проигрался — значит надо выкручиваться как-то — ответил я и присев сначала. А потом лёг животом вниз, вжав яйца и член в снег и стал протискиваться под плитой. Было жутко холодно ползать голым по снегу, но грела надежда что скоро я оденусь и придя в цех согреюсь. Два раза оттолкнувшись ногами, я вскоре выползая под плитой и бороздя яйцами и членом снег, оказался на территории завода. Девушка была ниже нас ростиком и худее, и она мигом, следом за мной, пролезла и стояла рядом с нами. Окинув меня взглядом. девушка спросила.

— Не отморозил хоть?

— Нет, сейчас в цехе отогреюсь — ответил я

— Спасибо тебе за помощь — сказали они.

— Это

вам спасибо, а то мне не отрыть одному было бы этот проход — ответил я и добавил.

— Только обо мне не говорите никому?

— Договорились ответили они и ушли, в сторону своего цеха, а я отправился к тем ящикам где были спрятаны мои вещи — две штанины и курточка.

Спокойно одевшись, я пришёл в цех и без особого труда, так как в душе никого не было, переоделся и вышел на рабочее место. Работы не было и те, кто со мной работал ночью занимались, кто чем и на моё опоздание никто не обратил внимание. Утром я задержался чтобы первая смена и моя успели переодеться и уйти и тоже натянув брючины и куртку на голое тело, уже через проходную налегке так как сетка была пуста, прошёл через проходную и вышел на остановку и сев в автобус доехал до своего дома — общаги и завалился спать, вспоминая ночное приключение.