Курортный роман Глава пятая
Ковалевский решил съездить с Сашей в Алушту.
Надо было обновить гардероб «невесты», не ехать же ей в Питер в ситцевом платьице.
Хотел заказать такси, но Саша уговорила поехать с «дядей Борей».
- Он часто «мотается» в Алушту по делам, к тому же, ему очень нравится моя мама.
Саша кокетливо наклонила голову и улыбнулась.
Иван Михайлович, просто не мог налюбоваться на эту юную чистую непосредственность.
Иногда, ему представлялось, что он «сорвал» сладкий персик, который созрел в саду и теперь «вкушает» божественный нектар.
Сейчас, в утренних лучах света, девушка уже не выглядела, как ребенок.
Скорее, это была юная женщина, озорная и привлекательная.
«Дядя Боря», оказался пожилым коренастым мужиком с лицом усердного служаки.
- Борис, - протянул он волосатую крепкую руку.
Из под густых бровей настороженно сверкали чёрные, как деготь глаза.
Машина у него была старенькая праворульная «Тойота» Джип.
Но, было сразу заметно, «дядя Боря», очень гордится своей иномаркой и тщательно за ней ухаживает.
Расположившись с Сашей на заднем сиденье, Ковалевский незаметно взял в руку ее узкую ладошку.
Это была их первая совместная поездка и он почувствовал себя, как в детстве, когда маленького Ванечку родители, наконец то, взяли с собой на море.
Саша хотела пойти на местный вещевой рынок, но Ковалевский отверг эту идею. Он вовсе не собирался экономить и выбрал на центральной улице бутик женской одежды с пафосным названием «Клеопатра».
Две скучающие молоденькие продавщицы, словно акулы, почуявшие запах жертвы, тут же окружили их, наперебой предлагая товар.
Ковалевский скептически оглядел ассортимент и вздохнул.
- Что тебе нравится? - поинтересовался он у Саши.
- Не знаю, - смутилась она. - Тут все так красиво, но очень дорого.
- Понятно.
Иван Михайлович по хозяйски опустился на предложенный стул.
- Нам нужен дорожный костюм, пара платьев для коктейлей и осеннее пальто. Да, ещё туфли, сапожки и белье.
Продавщицы переглянулись.
Такой клиент в «мертвый сезон» - это редкая удача.
Через полтора часа, Иван Михайлович и Саша, вышли из бутика, нагружённые коробками и свертками.
Девушка щеголяла в бежевом расклешенном катоновом платье, которое ей очень шло.
- Ваня, ну зачем ты так потратился? - мягко упрекала она своего жениха, цокая новенькими итальянскими «лодочками».
Но ее счастливые лучистые глаза говорили о том, что она очень довольна.
- Пустяки, - рассеянно отвечал Ковалевский, оглядывая улицу.
Наконец, он увидел то, что искал.
«Салон красоты Цирцея», извещала вывеска с претензией на дизайнерский гламур.
Они вошли внутрь.
Было малолюдно.
Лишь в одном кресле сидела какая то толстая тетка и над ее всклоченными волосами трудился паренёк- парикмахер.
- Здравствуйте. Вы по записи?
К ним вышла приятная женщина в голубом переднике.
Включив все своё обаяние, Ковалевский подошёл к ней и, глядя прямо в глаза, пояснил:
- Нет. Мы не по записи. Но тут особый случай. У девушки скоро бракосочетание и надо бы ее причесать и накрасить.
Он деликатно протянул женщине сложенную «пятихатку».
Та, понимающе улыбнулась и спрятала купюру в карман передника.
- Что будем делать? - поинтересовалась она, профессионально оглядывая «клиентку».
- Красоту, - все также, лучезарно улыбаясь заявил Ковалевский.
Женщина бросила и на него изучающий взгляд.
- Сами понимаете, такое событие бывает раз в жизни. Вы уж постарайтесь.
- Хорошо. Пусть проходит к третьему креслу. А вы можете погулять пару часиков.
Оставив все пакеты, Ковалевский, подмигнул Саше и, выйдя на улицу, пошёл искать кафе, где можно было бы выпить кофе и спокойно посидеть.
Подходящее заведение нашлось почти рядом.
Иван Михайлович, выбрал место на веранде, которая была окружена живописно разросшимися стеблями клематиса.
Усевшись в кресло, принялся наблюдать за немногочисленными посетителями.
Его внимание привлекла стройная блондинка с короткой стрижкой, которая увлечённо болтала с кем то по «сотовому».
Почувствовав его взгляд, девица повернула голову и улыбнулась.
Ковалевский, улыбнулся в ответ и подумал о том, что это могло бы быть началом неплохого курортного романа.
Слава Богу, опыта в этом деле ему было не занимать.
Мысли о Саше как то незаметно ушли в тень и он с удовольствием рассматривал стройные, покрытые легким загаром ножки незнакомки, ее обнаженные плечи и изящные запястья.
«Одна и явно скучает», безошибочно определил он, чувствуя легкое волнение охотника, внезапно увидевшего дичь.
«Интересно, каково она в постели? Наверняка темпераментна. Такие худышки - порой, как дикие кошки. Было бы любопытно узнать, так ли это? ».
Едва он это подумал, как блондинка закончила разговор и подошла к его столику.
- Привет.
Она бесцеремонно уселась напротив и Ковалевский поразился цвету ее глаз. Такие ярко насыщенные, даже где то изумрудные, они словно бы отражали часть огня, полыхавшего внутри.
- Славный сентябрь. Вы не находите?
Слова слетали с ее, слегка накрашенных губ как лёгкие мотыльки.
«Явно столичная штучка. Раскованная и сексуальная».
Иван Михайлович весь подобрался.
Да это не просто «дичь», а чуть ли не «краснокнижный» экземпляр, о котором мечтает каждый уважающий себя пикапер.
Они разговорились.
Блондинку звали Алевтиной и она оказалась действительно из Москвы.
Ковалевский, заказал девице «мохито» и все никак не мог наглядеться в зеленые глазки.
Такие долго не забудешь.
Манящие и возбуждающие, они выглядели как обещание предстоящего наслаждения и страстной ласки.
- Вы не покажите, где тут у них дамская комната?
Она поднялась, всем видом давая понять, что приглашает мужчину с собой.
Ковалевский, понятия не имел, где эта самая комната, но тоже поднялся и пошёл следом.
Едва они оказались в туалетной комнате и щелкнули задвижкой, как страстно набросились друг на друга, слившись в глубоком «французском» поцелуе.
Это было взаимное желание, как можно быстрее заняться любовью.
Развернув «москвичку» спиной, Ковалевский задрал подол платья и сдвинув край трусиков вошёл своим твёрдым жезлом в горячую тугую плоть.
Девица активно помогала ему, двигая тазом и постанывая, пока наконец липкая струя не наполнила ее и она «кончила» расслабленно повиснув у него на руках.
- Алло? Вы меня слышите?
Он очнулся от вопроса собеседницы.
Наклонившись вперёд, Алевтина тревожно смотрела на него своими изумительными глазками.
- Да, да. Я вас слушаю, - словно бы приходя в себя, подтвердил Ковалевский.
- Мне показалось, что вы «отключились». Такое бывает при солнечном ударе.
Иван Михайлович, смущённо потёр подбородок, с облегчением чувствуя как спадает эрекция.
- Я всю жизнь мечтала побывать в Питере, а вы, как историк все о нем знаете.
Женщина кокетливо глянула на него, полыхнув своим изумрудным чудом.
«Господи, прям наваждение какое то. Уж не ведьма ли она? », озаботился Иван Михайлович.
- К сожалению мне надо идти. Но если будете в Питере, звоните.
Он продиктовал свой номер телефона и поспешил выйти.
Между ним и Алевтиной ничего не было, кроме его фантазий, но мужчина чувствовал себя отвратительно, как будто реально изменил своей «невесте».
Выходит - все осталось по прежнему.
Он, как был, так и остался бесшабашным Казановой, готовым «присунуть» любой симпатичной «телочке».
«Господи, гадко то как и нехорошо. Все эти агапэ и либидо. Поди, разберись что есть что».
Ему было настолько совестно, что он не знал, как посмотрит в глаза Саши.
Войдя в сквер, Ковалевский уселся на скамью, расположенную в тени.
Им овладели думы, одна мрачнее другой.
А правильно ли он поступает, беря обязательства перед юным невинным созданием?
Посильная ли для него эта ноша?
В его возрасте невозможно поменять характер и привычки.
Он будет все также «заглядываться» на молоденьких.
Как к этому отнесется юная супруга?
Рядом, на детской площадке, под бдительным надзором мам и бабушек, играли малыши.
Мысли мужчины, тут же, «переключились» в этом направлении.
А если у них появится ребенок?
Саша, такая чувствительная и нежная.
Иван Михайлович вздохнул.
Мир вокруг уже не казался чудесным и удивительным.