Короткая Утопия. Капитализм в новые времена. Часть 1

События вымышленные.

Описание обстоятельств

Я жил с родителями в эпоху перемен в одном из маленьких городков, когда капитализм вошел так глубоко в семейные ценности, что уже не считалось чем-то зазорным женщинам, в том числе замужним, оказывать интим-услуги. Никто за это уже не мог упрекнуть. Напротив – девушки и женщины то и дело пытались выгодно себя показать, дабы на них был спрос. Это рассматривалось как эдакий легкий заработок.

Да и социальное расслоение из-за частых экономических кризисов достигло небывалых величин. Примерно каждая вторая семья в стране так или иначе сталкивалась с подобными явлениями, как оказание интим-услуг.

К описываемым событиям мне исполнилось 18 лет и я ближайшей осенью должен был быть призвать на срочную службу в армию. Моей маме и отцу уже исполнилось по 44 года. Они вместе учились на инженеров, в ВУЗе они были одногруппниками, а сейчас оба работали в администрации нашего городка. Отец трудился водителем, а мать – заместителем начальника отдела кадров. Устроились куда смогли, с инженерной профессией не сложилось с самого начала их молодости.

Вы, наверное, скажете, что быть замначальника отдела вполне неплохо. Да, мама у меня целеустремленная, но я думаю, что не последнюю роль сыграла её практически модельная внешность. Если взять любую по-настоящему красивую топ-модель брюнетку и сделать её упитанной с гитарообразной фигурой, от получится моя мама. В молодости она и была похожа на топ-модель, но после родом и с годами стала набирать вес, как и все женщины, однако там, где надо. Её бёдра были широкими, а ягодицы выпуклыми, что не оставалось не замеченным никем. Что греха таить, я всегда при случае незаметно пялился на её зад. Очевидно, что много мужчин вокруг хотели бы овладеть мамой, но мама была не из тех, что слабы на передок.

Вдобавок к этому, мамины длинные черные волосы ниже плеч дополняли образ зрелой сексапильной женщины.

К образу пышной попы и красивого лица зрелой женщины добавлялась крупная грудь, на которую я также старался по-быстрому зыркнуть сквозь вырез домашнего халата. Да и частенько мать ходила по дому без лифчика, поэтому иной раз я чётко видел где находятся мамины соски под халатом. Благо мать не обращала на меня внимание, и это позволяло мне, находясь рядом, незаметно пялиться на её прелести, точнее на её скромные части.

Ведь, справедливости ради скажу, что я ни разу не заставал мать голой, да и подглядеть не было никакой возможности.

Просвечивающие сквозь ткань халата соски крупных маминых грудей, ложбинка грудей в вырезе халата и слипшаяся ткань тонкого халата или платья меж сочных булок матери, когда вставала после долгого сидения, были пределом моих возможностей.

В совокупности всего описанного, моя мать была заметной личностью в нашей округе, о которой мечтали все мужчины: и стар, и млад. Хорошо поставленная речь, дикция и красивый голос сулили маме карьерный рост даже в нашем захолустном городке.

Но я, находясь с такой женщиной в одной квартире, в итоге видел только, что под одеждой у мамы просто офигительные формы, которые она не спешила продавать за деньги, как это делали другие.

Надо сказать, что у матери с отцом секс точно был, так как они частенько хотели оставаться одни в квартире, а отец был в хорошей форме: ходил в спортзал и футбольную секцию. Я думаю, что и маму – свою жену – он не обделял вниманием. От того маме секса, как такового, видимо, хватало.

Не раз я представлял, как отец маме «голы забивает», как обсасывает ей соски и мацает мамины сочные сиськи, и как мацает мамину пизду, а мама с гримасами удовольствия стонет при этом... Я не знал точно, есть ли у моей мамы волосы на пизде, но, по словам бывалых «заказчиков» интим-услуг нашего городка, три из четырёх женщин горожанок не бреют волосы между ног. Поэтому я думал, что у моей мамы там может быть приличная растительность, ведь в целом по её телу волосы росли хорошо: пышные волосы на голове и немного выше нормы присутствие волос на руках. На волосы на руках матери я вообще частенько смотрел, и в этот момент масштабировал и представлял, что там у мамы меж ног просто заросли... Закончим с образом и моими фантазиями.

Важно сказать, что мы были по уши в долгах. И на отце, и на матери висели кредиты, которые мы уже с трудом обслуживали. Но несмотря на это мать ни разу не соглашалась на секс за деньги, а может мне об это просто не было известно.

Так, мама пару раз при мне говорила отцу, что такой-то такой-то предлагал ей столько-то, но она сказала ему «Оставь себе. Жене лучше отдай своей».

Как я понял из того разговора, дело было в цене – предложил немного.

Мой отец тогда ответил маме: «Да... Хотят по дешевке... У-ты, моя любовь... Ты достойна гораздо большего... ».

Действительно, все прекрасно понимали, что мама моя может и дать за деньги вполне, но цену заломит, мама не горюй. Причем, если попытки договориться с моей матерью предпринимали более-менее обеспеченные мужики на районе, то про моё равновозрастное или околовозрастое окружение и говорить не стоит – они сами еле-еле концы с концами сводили, хоть и примерно, а иногда точно, знали кто и за сколько из наших матерей даёт доступ к своему телу. Но никто не знал за какую сумму моя мать готова раздвинуть ноги или просто встать раком перед кем-то.

Однако как-то поздним вечером, когда я уже вернулся с посиделок с друзьями, во время очередного оповещения наступления срока платежа по кредиту мать с телефоном в руках пожаловалась отцу:

— Ох... Потратились в этом месяце на летние платья мне, а банк, будь он неладен, повысил процент в одностороннем порядке... Представляешь, теперь сорок процентов, а было – двадцать пять. Теперь платёж двадцать одна тысяча шестьсот семьдесят восемь рублей тридцать шесть копеек...

— Вот гады... Ростовщики проклятые – поддержал отец.

— Вот что делать? Хоть на панель иди... - сказала огорченно мать.

— Не переживай, дорогая. Всё решим.

— Да что «решим», Вадим... Зарплат наших уже не хватает... - с сожалением ответила мама.

— А насчет «панели»... Может и стоить подумать... - неожиданно для меня сказал отец.

Мать бросила взгляд на меня, но почти сразу отвела в сторону, подошла и обняла отца.

— Ты знаешь, что я не хотела этого... - говорила мать шепотом отцу на ухо, но я слышал, - но, видимо, придётся...

По всей видимости, и пизде моей мамы не избежать капиталистических последствий новых времен...

— Не боись, дорогая, сделаем всё в лучшем виде – успокаивал её батя.

— Что в лучшем виде? – отпустив отца, спросила мама.

— Да, всё.

— Ты знаешь, я тут такие смешные цены вокруг слышу... Прям не хочу...

Возможно, мать допустила эту ситуацию в моём присутствии, чтобы морально оправдаться передо мной, что придётся этим заниматься, хоть и не хочется. Нужда заставляет.

— Так мы и не будем за эти копейки – успокаивал отец.

— Откуда ж тут взяться другим ценам... - продолжила моя мать ныть, хоть это было очень непривычно видеть её такой.

Поскольку мать завела этот разговор в моём присутствии, то я посчитал, что могу встрять в их разговор... Хотя в подобных разговорах никогда не участвовал еще с родителями.

— Мам, а ты за сколько согласилась бы? – спросил я, приготовившись к замечанию от самой матери или от отца.

Хоть мать и округлила и без того большие глаза, на моё удивление, отец оживился и ответил за неё:

— Антон, я думаю, за двадцать тысяч будет нормально. – потом посмотрел на маму и добавил: - Минимум.

— Думаешь? – спросил мать у отца деловито, уже не акцентируя внимание на то, что я такое у неё спросил. «Ну что сказать... Подрос сын... Уже взрослый. Может во взрослых разговорах принять участие». Я думаю, так мать рассудила, и продолжила слушать отца.

— Да. Ну смотри, дорогая, в среднем у нас тут три-пять тысяч стоит женщину... - отец видимо хотел вставить слово, связанное со смыслом «выебать», но задержав взгляд на мне, продолжил – Уговорить. Если женщина спросом пользуется, то... там до семи-десяти может доходить...

— А ты откуда знаешь такие подробности? – строго спросила мать отца.

— Да рассказывают... Это как бы не секрет... - оправдался отец.

Мама удовлетворилась ответом, и отец продолжил:

— А если выше двадцатки за час зарядить, то, конечно, кто-то у нас и найдется, но вряд ли много таких будет...

— Так нам много и не надо... Так... Это ж временно всё... - сказала мама с надеждой, что долго своими пиздой и сиськами торговать не придётся.

Небольшая пауза позволила мне вставить свои пять копеек, но говорил я с волнением, всё-таки речь шла о моей маме:

— А давайте... тридцать тысяч за час... Если что, можно сказать, что типа по скидке за двадцать-двадцать пять согласиться потом... Ну, например, если два часа... – и заметил поддакивания отца головой.

И на своих собственных словах про два часа я представил как-то два часа уже дрючит раком мою измочаленную мать, а она уже сама готова вернуть деньги лишь бы это прекратилось уже... Ох... Хуй начал наполняться... В себя я вернулся от слов мамы.

— Это средняя зарплата у нас тут – подметила она.

— Ну попробовать можно. Если поставить десятку, тут, знаешь, очередь из мужиков будет до двери подъезда – пошутил отец. А ведь мы жили на десятом этаже.

— Ну... давай... - немного подумав, сказала она отцу, потом посмотрела на меня: - Если кто-то спросит, скажите я за тридцать готова...

Хуй снова начал наполняться... Моя сочная мама дала добро заняться сексом с чужим мужчиной за деньги... И ведь не уточнила всем ли, у кого есть деньги, или только взрослым и уже состоявшимся мужчинам. Впрочем, молодых и богатых у нас тут в местности не водилось.

— А они значит сюда приходить будут? – волнительно я спросил, представляя реально очередь от квартиры до двери подъезда.

Мать задумалась и посмотрела на отца. Отец почти сразу ответил: - За тридцатку можно и сюда. Мы выйдем погулять, либо в соседней комнате будем.

— Нет-нет. Никакой «в соседней комнате». Я рядом с вами этим заниматься не буду. – твердо сказала мама.

— Да так многие делают – поддержал я отца.

— Ну и что? – сказала мне мать и добавила: - Ладно еще твой папа рядом, но чтоб сын... Нет. Увольте... Капитализм в мою голову так глубоко ещё не вошёл.

— У Петьки... Петрова... мать, теть Галя, мужикам даёт в своей комнате, а Петька ходит свободно. Я даже был рядом с ним в его комнате, когда у его матери мужик был... в гостях...

— Да что мне эта Галя... Она поди где угодна даст. Не надо меня с ней сравнивать – строго сказала мать мне.

— Ну погоди, дорогая... - вклинился отец – Давай дождёмся кого-нибудь, а там посмотрим.

— А чего дожидаться? Нет. Вы не будете рядом. – потом ткнула в меня пальцем со словами: - Ты точно не будешь.

Что ж, это вполне очевидно, что мать не хотела видеть меня рядом, когда её будет кто-то ебать. Даже с отцом они старались подальше от меня сношаться.

Надо сказать, что как такового ценника на отдельные услуги не было. У многих здешних женщин была просто своя одна цена, в которую входило всё: и классика, и минет, и анальный секс, если они были. Это нужно было всё уточнять.

Моя мать, в силу отсутствия опыта, не знала этого, поэтому я решил уточнить у неё.

— Ма..., а за что тридцатку?

— В смысле?

— Ну... спросят же, что входит в тридцатку... - начал я пытаться спросить у собственной матери, в какие отверстия она готова дать первому залётному...

— Аа.. – произнёс отец – Там... Он про то, что обычно у всех в цену входит разный набор услуг... у кого-то только классический секс, во влагалище, плюс минет, у кого-то – плюс анал. А есть те, у которых только минет, но и цена поменьше. У всех по-разному – и дал маме время подумать.

Мать притупила взгляд, задумалась немного и спрашивает отца: - Ну... пусть всё входит?

Они с отцом так переглянулись... Что же они имеют в виду...

— Ну, да... Так точно желающий найдется...

Я стоял в раздумье насчет «всё входит»... Получается мама ебётся и пиздой, и ртом и жопой... Уф... Мой хуй стал снова наполняться... А теперь и за деньги любому это доступно будет...

Снова из мира фантазий меня выдернули слова матери:

— Скажи, что всё входит.

— А «всё входит» - это что значит? – спросил я, чуть прикинувшись дурачком перед мамой.

Мать пристально смотрела на меня и медленно проговаривала:

— Это значит, что меня можно будет по-всякому... лишь бы деньги были.

По моему телу прошла дрожь возбуждения... Я как будто представлял интересы всех тех мужчин, которые очень страстно хотели её выебать.

— А сколько контактов? – решил уточнить я снова.

Мать снова упулилась в меня, а потом посмотрела на отца.

— Скажи, два в час. Стандарт. – ответил за мать отец.

— Хорошо – произнес я, а сам мысленно начал представлять, как к маме приходит какой-то мужик и она начинает раздеваться перед ним...

Фантазии не успели развиться, как мать неожиданно спросила у меня:

— Сынок, а кто-нибудь у тебя интересовался насчет меня? Ну... по этой части...

Я честно ответил:

— Ну... так... ради праздного интереса знакомые спрашивали... - намекнул я на своих ровесников.

— Понятно... Эти без денег всегда. - со вздохом сказала мама, стоя рядом с моим отцом.

Мамины слова показались мне странными... «А если бы у них были деньги, то что? Дала бы моим ровесникам? ».

Мне стало очень интересно, да и надо уточнить сразу, мало ли. И уточнил у неё:

— А если бы у них были деньги? – с вопрошающим взглядом посмотрел я на мать.

— Да у них всё равно нет денег – ответила она, не давая мне понять, занялась бы она сексом с моими ровесниками или нет.

— А если бы были? – повторил я вопрос.

— Если будут, я подумаю – строго и раздраженно ответила она.

Я кинул взгляд на отца, который поджал губы, и жестом дал понять, что хорош на этом.

На том мы и разошлись в тот вечер. Я уже настроился отвечать пацанам на вопрос о стоимости выебать мою мать... Причем анал входил в стоимость... Любой из них, естественно, хотел бы мою зрелую мать выебать в туза... А может им не говорить... ну его на хуй...

«Если будут, я подумаю». Ни хуя себе... Мать допускает, что даст моим ровесникам... Но с другой стороны, та же теть Галя, мать Петьки, тоже была замечена, что за пять косарей давала себя в рот ебать Юрке – нашему общему знакомому, который старше Петьки, её сына, на один год всего... С тех пор, Юрка частенько дразнит Петьку, приговаривая «Я твою мать в рот ебал», а Петька раздосадовано отвечает «Ебал-ебал»... И зачем его мать согласилась дать Юрке себя в рот ебать непонятно... Хотя понятно, пять косарей немалые деньги, и где Юрец их раздобыл - тёмная история. Рассудила тогда глупая теть Галя, что пять тысяч того стоят, да и подставила рот парнишке с идиотским вопросом «Петьке не распиздишь? ». А Юрец не дурак, пообещал не пиздеть никому, после чего мать Петьки, уже впустившая почти ровесника сына в квартиру и уже державшая в своих руках его купюры, положила их в карман, и со словами «Ну давай», встала перед ним на колени и спросила: «Умеешь в рот ебать? ». Вместо ответа Юрец вытащил свой семнадцатисантиметровый хуй и внусул его в рот теть Гали. Откуда нам известны эти подробности? Оттуда, что потом этот Юрец в подробностях всем рассказывал, как ебал мать Петьки в рот, держа её за голову... как она боролась с рвотными позывами и издавала звуки, похожие на «глк-глк-глк», и в какой-то момент принесла тазик, положила перед собой, чтобы уже не сдерживать рвотные позывы и спокойно пускать слюни вниз. И жесткая ебля продолжилась до победного. Мама Петьки терпела трах в рот примерно полчаса, по окончании которого получила полное горло спермы от 19-летнего пацана. Теть Галя не боялась такого траха в рот. У неё, вообще, это был коронный номер. Как я понял, многие за этим и ходили.

И чего-то я испугался, что мне подобное, типа «я твою маму ебал», «я твою маму в рот ебал», «я твою маму в жопу ебал», или просто «я твою маму два часа ебал», будут знакомые говорить... На хуй мне это нужно... Но вряд ли у них найдется тридцать тысяч за пазухой. Это обстоятельство меня успокаивало. Через них я просто хотел пустить долгожданный слух, что моя мать готова дать, но за хорошее вознаграждение. Как я надеюсь, что у этого Юрца не найдется тридцать косарей за пазухой... Ой как надеюсь...

Естественно, ближайшую ночь я дрочил как заведенный... Мысли о том, что моя мать перед кем-то разденется, покажет сиськи, пизду... голая встанет раком и её начнут ебать... стонать... а потом её начнут ебать ещё жестче... и она перейдёт уже на крики... а потом как кончит... с матом... и как скажет «меня так еще на драли в задницу»... Я кончал каждый раз от фантазий, как мать признается, что её не драли ещё так, и ей это нравится... Я был так возбужден и так устал дрочить, что отключился прямо во время очередной дрочки.

Анонс

На следующий вечер я собрался кое-как с мыслями и поплёлся на ежевечернюю сходку с друзьями. К слову туда был вхож и тот самый Юрец... Я с ним сильно не дружил, но и не конфликтовал. Так, ровные отношения были.

Находясь среди парней 18-19 лет, начать анонс маминого предложения я решил немного издалека:

— А сколько стоит тут самый дорогой секс на районе у нас? – задал я вопрос как бы всем.

— Десятка за час – ответил за всех Гоша.

— Короче... Мама решила... выйти на рынок... - сказал я на нашем сленге.

Все присвистнули от новости... Как я уже описывал все в округе, знавшие мою мать, да и просто видевшие, охуевали от её тела. А тут новость такая... Наверняка, хуи моих ровесников зашевелились от этого.

— А что случилось? – спросил Гоша, как бы представляя всех.

— Да, финансы... - ответил я.

— Поют романсы – продолжил он же.

— Да.

— И чё-почём? – спросил Гоша.

Я, поджав сначала губы, выдал уже пустившим слюни пацанам:

— Тридцать за час.

— Еба-ать! – с сожалением протянул Гоша, которому вторили и другие.

— Да это мне год копить надо, блядь... - пробормотал Славка.

— Уже кто-то нашелся маму твою выебать? – грубо спросил Гоша.

— Ты, блядь, выбирай слова! – грубо я ему ответил.

— Да ладно, чё ты... - замялся он – Как есть ведь говорю.

— Всё равно выбирай выражения – настоял я.

— Лады – понимающе сказал он и кивнул головой.

— А что в стоимость входит? – спросил Славка?

— Да, блядь, всё: и классика, и минет, и анал, ёбанный в рот... - с раздражением ответил я, показывая, что не рад этому.

Ребята присвистнули...

— Дорого всё равно – сказал Гоша, и ребята стали поддакивать – Такие цены в больших городах обычно можно встретить.

— А минет у неё отдельно есть? – вдруг спросил Юрка, а находящийся рядом Петька ехидно улыбнулся.

Я аж побледнел, как представил его, ебущую мою мать в рот, и ответил ему грубо:

— На хуй не хочешь сходить? – а потом повернулся к Петьке и сказал – В твою компанию я не хочу.

Они оба охерели, но ничего не ответили мне, как бы понимая почему я так ответил.

Но Юрка переспросил:

— А всё-таки? Это ж бизнес. Есть отдельно минет?

— Нету – уже спокойно, и даже радуясь внутри, что ему не потянуть, ответил я.

— В рот выебать за тридцадку – дороговато – сказал он, глядя мне в глаза, но я не отреагировал, пусть бухтит, главное – ему недоступно выебать мою мать в рот.

Насколько я понял, Юрке от секса надо было только в рот какого-нибудь выебать, остальным сексом он и не интересовался.

Потом ребята начали сыпать короткими фразами типа «дорого, пиздец», «вот заломила» и «охуеть цена».

— Я, наверное, твою мамку шесть раз выебу в рот лучше – сказал Юрец Петьке, после чего уже был им послан на три буквы.

— Это она зря, конечно, согласилась – сказал я Петьке.

— Да, она уже жалеет. Больше его не пустит на порог – ответил мне Петька.

— Посмотрим-посмотрим. Всем бабки нужны. Вопрос в цене. – парировал Юрец.

— Так-то ты прав, Юрец – подметил Гоша, что также бухтением поддержали другие присутствующие пацаны.

— Кстати, у меня тут брат уже скоро приедет. При бабках. Его может и заинтересовать.

— Чё за брат? – спросил я с недоверием.

— Двоюрный. Мамкин родной племянник. Всех, блядь, покупает... Если б моя мать не была ему родной тётей, то и ей бы засадил – разоткровенничался Юрец.

— Бабок полно? – уточнил я.

— Полно. Криптой занимается говорит – поделился он.

— А лет ему сколько?

— Восемнадцать. Младше меня на гол. Твой ровесник – огорчил он меня.

— Блядь! – выругался я.

Юрец улыбнулся, а потом говорит:

— Это ж он мне бабки подогнал на теть Галю.

И тут ребята довольно забухтели. Теперь стало понятно откуда у Юрца деньги иногда находятся. До этого он не рассказывал. И я, конечно, испугался, что этот братан может подогнать бабки Юрцу и на мою мать...

— И чё дальше? – спросил я у Юрца.

— Ну... Спрошу у него насчет пожеланий. Он вообще любит и зрелых тётек тоже. И как раз в задницу любитель драть – произнес он последнее с таким жестким произношением буквы «р».

— Откуда знаешь? Он рассказывал?

— И рассказывал, и я видел, как он договаривался в своём городе. Я ж к нему ездил гостить. Если он захочет бабу, то всё – получит своё – делился с горящими глазами Юрец.

— Ольга Владимировна может и не согласится – выразил сомнение Гоша – он же в сыны ей годится.

— А она что-нибудь говорила по поводу возраста? – спросил у меня Юрец.

— Вообще... нет... но и не сказала, что «да». Сказала, подумает – ответил я и добавил раздраженно: - Блядь, ещё и в задницу любит...

— О, да!... Колян, обожает драть в задницу... - начал распаляться Юрец – Говорит, любит, когда бабы орут от ебли в жопу... Прям говорит «Я с ними суров. С тётками только так надо».

— Блядь... - выругался я.

Тут я заметил молчание, а в глаза ребят какую-то поволоку: они все ушли в свои фантазии... Все они сейчас представляли, как этот брат Юрца порет мою мать в жопу...

— Ты матери... Ольге Владимировне скажи, что на днях может появиться мой брат, готов заплатить сколько надо. Но это пока планы. Я у него спрошу ещё – говорит мне всё это Юрка.

— Передам – ответил я раздраженно – а сам думаю, как этот Колян не дал бабок самому Юрке на проёб в рот моей мамы.

— Только скажи еще, что анал ему точно нужен будет – злорадно сказал Юрец.

Ребята снова смолкли... Все снова ушли в свои фантазии, внимательно наблюдая за моей реакцией.

Я ничего не ответил Юрке, но было понятно, что я услышал, и отвечать ему не требовалось.

— А чё, получается Ольга Владимировна аналом занимается с твоим отцом? – спросил вдруг Славка.

— Блядь, ну получается – ответил я.

— Ебать, мы тут мечтаем о её заднице, а твой отец её имеет по полной... Класс! – проговорил Славка, чем вызвал одобрительный гул присутствующих.

— Мечтайте-мечтайте – злорадно ответил я им всем – Будет тридцатка, будет вам задница. – но я не стал говорить, что мамина. Не хотелось. И так понятно.

— А твой батя её хорошо дрючит? – не унимался Славка с вопросами.

— Да, блядь, не знаю... Я не вижу ничего... - откровенно ответил я.

Послышалось гул досада.

— Да походу, хорошо. Он же у тебя спортивный такой – предположил Гоша.

— Ну, да, спортивный. Но точно не знаю. Я думаю, раз в стоимость анал включила, то понимает, что это такое... - разоткровенничался я.

— А среди нас тут вообще есть, кто в задницу трахал баб? – спросил Славка.

Никто не отозвался, а том Славка сам отвечает:

— Я ебал.

— Кого? Таньку? – удивленно спросил его Гоша.

— Да! – ответил он, чем вызвал довольный гул.

Танька – это девушка Славки, наша ровесница. Хорошая девка... фигуристая, сиськи приличные...

— Ну и как? – спросил я.

— Отлично – с улыбкой ответил Славка – С каждым разом всё лучше и лучше.

— Разрабатываешь очко Таньке? – ехидно спросил Юрец.

— Ага.

— А она, кстати, на рынок не хочет выйти? – спросил я.

— Не-а – ответил Славка – Не хочет. Любит меня. Не хочет никому давать.

— За хорошие деньги даст – встрял Юрец.

— Хули щас говорить? – парировал Славка – У тебя хорошие деньги есть?

— У меня нет, но у кого-нибудь найдётся.

— У твоего брата?

— Может быть, он и захочет. Но больше любит уже разработанные задницы. Он лютует просто – ответил Юрец.

— А как лютует? – как законный представитель матери, спросил я.

— Ну... он мне как-то рассказывал, что драл в очко одну сорокалетнюю замужнюю бабу раком... Говорит только раком и только в очко. За десятку в час договорился. А её муж и дети в соседней комнате в квартире были. У себя приняли. Так вот он её до утра драл в жопу, а она кончала и писала под себя во время ебли. Сквиртом называется это. Говорил, что три палки кинул ей. В итоге, говорил, сорок косарей отдал за всё. Но говорит, что не жалко было. Она говорила ему, что её так никогда не драли, и она только рада.

— Ни хуя себе – за всех присутствующих выразил все эмоции Гоша – А рад ли её муж был?..

— Вроде проблем не было. Договорились же. – ответил Юрец.

Рассказ Юрца заставил меня снова погрузиться в свои секс-фантазии и одновременно беспокоиться за свою мать.

— А у чё, хуй большой у Коляна? – спросил я, выучив уже имя его брата, а сам внутри волнуюсь, вдруг ещё и хуй большой.

— Я не знаю точно размера, но такой приличный вроде.

— Вроде?

— Не видел, пиздеть не буду – ответил Юрец.

— Ясно.

— Если у отца твоего крупнокалиберный, то матери твоей может и не стоит беспокоиться – говорит он мне.

А я как раз подумал об этом. Хуй отца я видел пару раз, но в небоевом состоянии. На вид крупный, а какой в боевом – без понятий.

— Не знаю, честно говоря, не видел в боевом состоянии его хуй – ответил я.

— А может мы все скинемся, и кто-нибудь из нас пойдёт к Ольге Владимировне? – неожиданно предложил Славка - Сколько нас тут? Раз, два, три... Шесть человек. По пять косарей каждый скинется?

— Ага, и кто пойдёт? Ты? – спросил Гоша?

— Ну, да – с улыбкой ответил Славка – Я же единственный, кто умеет очко дербанить бабе.

— Ага, обойдешься – сказал Гоша – Много ума не надо в очко долбить. У тебя Танька есть. И все заржали, включая самого Славку. Но Юрец говорит:

— Э, не скажи... Ольгу Владимировну если уж и долбить в очко за тридцатку, то надо капитально, жестко и долго. Тридцать тонн как никак.

И все одобрительно заугугукали, а я уже воспринимал происходящее спокойно. А ведь он был прав: за тридцатку бабу надо конкретно дрючить, чтобы, как говорится «помнила всю оставшуюся жизнь». Пусть это и касалось моей матери, но правда в Юркиных словах определенно была.

— Ну чё, ждём твоего брательника Коляна получается? – подытожил Гоша.

— Ну да – поставил точку Юрец.

Попрощавшись, я побрёл домой, по пути думая, как преподнести информацию матери и, вообще, преподносить ли.

Реакция мамы

Зайдя в квартиру, я сразу почувствовал ароматы вкусного ужина, но мать была еще в процессе. Она трудилась на кухне, а отец сидел рядом, читал что-то в телефоне.

— Всем привет.

— Привет-привет – ответил отец уставши, как и всегда, впрочем по вечерам.

— Привет, дорогой – ответила мама – Как ты?

— Хорошо. Есть новости? – спросил я.

— Какие новости? – переспросила мать.

— Ну... по поводу этого дела...

— Аа... Нет. А у тебя?

— У меня есть – Мой ответ оживил и мать, и отца.

На их вопрошающие взгляды я говорю:

— У Юрки брат скоро приедет. Он, то есть Юрка, говорит, что этот самый брат интересуется такими предложениями.

Мать немного застыла, видимо, думая, какой еще брат Юрки? Юрка – это же ровесник сына?

— Юрка твой который? – спросил батя.

— Да – подтвердил догадки я отца.

— И сколько лет его брату? – спросил он, а мать насторожилась.

— Да... мой ровесник кажется – сказал я, внимательно смотря на маму.

— Ёпт! – выругался отец.

— Пиздец... - выругалась и моя мать.

— А откуда у него деньги? Ты ж сказал, что тридцать тысяч за час? – спросил батя.

— Да, конечно, сказал. Юрка говорит, он криптовалютой занимается. И что он часто пользуется услугами у зрелых женщин – говорю я, а сам смотрю на мать.

— Не-не, твоих ровесников мне не надо. – сказала мать.

Отец выдержал паузу, а потом говорит маме:

— Ну он же не местный. Потом уедет, и всё.

— Ну да – подтвердил я.

— Ну и что? – говорит мать – Ровесник сына...

— Ты моё мнение знаешь, дорогая: секс он и есть секс, и неважно между кем.

— Хочешь сказать: «Хуй ровесников не ищет»? – обратилась она к отцу откровенно и раздраженно. Обычно она слова типа «хуй» не говорит... Это было в первый раз, когда я с уст матери услышал это слово... Было неожиданно, но одновременно это говорило о том, что мать сильно раздражена.

Отец, сделав паузу, с кивком головы отвечает ей:

— Да, Оль! Так и есть.

— Ты совсем что ль? – уже более спокойно спросила мать.

— Дорогая, ну времена сейчас такие... У кого есть деньги, те и музыку заказывают... Женщину танцуют... Не знаю... Вон восемнадцатилетний додумался денег заработать как-то, теперь может женщин за любые деньги любить... и любых возрастов – закончил свою тираду отец.

Я решил подсобить отцу и, понимая на что давить, сказал:

— Ну, там речь идёт не об одном часе... Там он вроде как может и два, три и даже четыре часа оплатить – а сам смотрю на реакцию матери – Два часа – это шестьдесят, три – девяносто, четыре – сто двадцать.

Мать уставилась на меня, и спрашивает:

— Он чё, блядь, сказочно богат? – Мать, видимо, внутри сразу посчитала как их потратит...

— Ну, походу. – ответил я.

— Пиздец... Деньги и вправду нужны – сказала она.

— Ну, поэтому и говорю про него... – сказал я.

— Хочу посмотреть на него. Пусть придёт, или лучше где-нибудь на улице встретимся. Посмотрю на него – говорит мне мать.

Можно сказать, что мать дала предварительное согласие... А я смотрю на гитарообразную фигуру матери в халате, и начал представлять как мать, скидывает халат, всё бельё и становится раком перед этим парнишкой, наверное, похожего на меня по комплекции...

— Антон! – крикнула на меня мать.

— Аа.. Да, слышу.

— Ты где летаешь? Я посмотрю, поговорим с ним, а там посмотрим.

Отец был безучастным, но по его виду можно было сказать, что он в целом был доволен.

— Хорошо. Хорошо, мам. Только... есть еще одно... эм...

— Что? – с настороженностью спросила она.

— Этот брат Юрки... только анальным сексом... интересуется... Он только в попу любит... и долго... - еле-еле договорил я, перебарывая смущение перед родной мамой.

Моя мать чуть выпучила глаза, а потом говорит:

— Это меня не сильно волнует. Если я дам согласие на секс, то можно и только в попу. Меня больше его возраст волнует.

— Э... Не, может ты не поняла, мам... Он, говорят, жестко любит в попу – говорю я маме.

Тут оживился отец:

— В смысле?

— Ну... Очень долго трахает... жестко... и только в задницу – начал я уже более откровенно пояснять отцу и заодно матери, что такое лютый анал в исполнении моего ровесника, и продолжил – Короче... сурово трахает в анал. А взрослых зрелых женщин особенно любит драть в зад.

— Дорогая, соглашайся. – с улыбкой сказал отец моей матери.

На лице моей матери проступила загадочная улыбка, и она говорит мне.

— Меня этим не напугать. Я, Антош, только рада буду такому анальному сексу.

— Ааэ – только и произнёс я, выражая своё искреннее удивление.

А потом мать деловито продолжила:

— Ну, всё. Приедет этот мальчик, поговорим, решим. Если он двух слов связать не сможет, то ничего не будет. А если будет выглядеть и вести себя прилично, то... мой зад будет в его полном распоряжении всё оплаченное время.