Расскажу я вам одну историю

Лихие девяностые...

Я работаю на предприятии, которое изготовляет и поставляет ткатское оборудование, ну и за одно монтирует его у заказчика. Вот нас и послали в командировку на монтаж и наладку.

А время тогда сами же знаете, какое было! Ельцинская эпоха, мать е тью!.. Денег нет, харч – что подвернётся. Ладно хоть хату нам... то есть, с квартиркой подсобили.

Как водится, вечерком отметили прибытие прихваченным с собой самогоном, а поутру отправились на объект. Приняли оборудование, распаковали. Представители заказчика чего-то там суетятся, беспокоятся. А мы-то знаем же своё дело...

Короче, суета - сует!..

И всё бы ни чего, да вот без баб как-то, знаете ли, тоскливо...

Через неделю, гляжу, Пётр тоже вроде как приуныл. А вот Валька...

Шебутной он какой-то!.. Замороченный. В магазин какой зайдешь, так его всё туда тянет, где бабское хоть как-то представлено: тряпьё, побрякушки всякие, косметика...

Читал я как-то про таких, их фетишистами кличут.

Валька, - он же спец: знающий, разбирается, что к чему. В схемах шарит, в чертежах всяких.

Среднего роста он, ну и телосложения... почти такого же. Прямо скажем – не спортивного, но и не дистрофик. Умный, приятный в разговоре, простой. Только вот...

Как объяснить, - даже не знаю!..

Парень, а следит за собой так, что любая баба позавидует. Всё время какими-то кремами мажется, выщипывает, вычёсывает себе чего-то...

От того и нежный такой, я бы даже сказал – чересчур. Обидеть захочешь, рука не поднимется. Всё одно что на какую бабу замахнуться. А я с бабами не дерусь...

Я до этого с такими никогда не общался, то для меня это как-то немного стрёмно, ну и непривычно как-то. Чтобы парень, и тратил столько времени и денег, которых и так-то нет, на свою внешность...

Да это же нонсенс!..

Ну и, как бы, по той же причине, мы его отдельно от себя и поселили, отдали ему маленькую комнату. При нём нам, как-то, стеснительно было. Да и он от нас то и дело шарахался...

Одно радовало, вся забота по жилищу, как бы в благодарность за "отдельный угол", - уборка, там, готовка еды, - как-то само собой, всё это легло на его "хрупкие" плечи. Единственное, мы его своей стиркой не загружали, каждый стирал себе сам...

А так – лафа! Проснулся, а на кухне уже завтрак тебя ждет. Пришли с работы, а этот Валька уже ужин спешит сготовить. Во всей квартире всегда чисто, прибрано. И если что "потерял", или "пропало", у него спроси, - всегда скажет, где лежит...

Прошла ещё одна неделя. Началась третья...

Гляжу, а Валька-то совсем с ума сбрендил! Расхаживает тут между нами... как будто бы в подштанниках, а с другой стороны глянешь, так чисто бабские лосины. И футболка на нем... на подобии платьица трикотажного, короткое, только зад и прикрывает...

А зад у него, я вам скажу, завидный! Выпуклый такой!..

Глядя на всё это "безобразие" вот и Петюня стал то и дело сыпать пошлыми афоризмами, ну и вроде как в шутку, а то и "случайно", ладошкой по заду того и пройдётся...

Я-то ведь вижу!.. Ну и то же, пример-то заразительный, за собой вдруг стал замечать, - нет-нет, а руку-то и потянусь к тому же заду.

Стыдуха!.. Понимаю всё!.. А природа-то зовет, требует... в смысле, к "прекрасному" – в пору на стенку лезть...

***

Не знаю, по какой причине, но тот день у меня не задался. Да и эти двое куда-то вдруг пропали. Короче, - делать было нечего, вот и решил я выспаться, - отправился обратно на квартиру.

Вошёл. Начал раздеваться.

И тут слышу, из соседней комнаты раздаются какие-то звуки. Прислушался, ну и осознаю, что там сексом занимаются. А кто?.. С кем?..

Стою и рассуждаю...

Валька?.. Вряд ли!.. Его самого впору... На него только глянешь, как тут же и встает, будто на бабу какую...

Пётр?.. Тот может!.. Тот вообще всё может... Бабник по жизни!.. Вот интересно, кого он там заарканил?.. Кого успел зацепить, тихоня?.. И почему у Вальки в комнате?..

Подобные мысли меня раззадорили и я стал сильнее навострять свои уши. Интересно же!.. Тем более, что звуки, доносившиеся из комнаты, имели недвусмысленное происхождение, - точно трахаются!..

***

В общем, я не удержался, заглянул.

А там Валька, задрав ноги вверх и, уткнувшись в лохматую грудь...

Петр?.. Ну, точно, - это он!.. А под ним?.. Этот чудик - Валька!.. Активно двигает бедрами навстречу движениям своего... партнёра, в бешеном темпе смачно закачивающем в его зад своё желание. Их стоны я и слышал там, в комнате...

Они трахались, практически ничего не замечая. Петр только и приговаривал:

— Ну, что? Теперь понимаешь, какого быть бабой?!. На!.. На... На!.. Получай, сучка!.. Знай, как ебут настоящие мужики!..

А этот Валька... вместо того, чтобы умирать от боли и стыда... закатил глазки куда-то вверх, да так, что видны только белки глаз, ну и верещит тоненько:

— Ох, Боже!.. Ты у меня самый... самый... М-му-ужик!

Ну и Петр ему в ответ, не открывая глаз:

— Ого!.. Так я у тебя уже "самый"...

Так и продолжает наносить сладкие удары своим членом в анус нижнего...

***

Решив не мешать чужому счастью, я тихо прикрыл дверь, уселся на табурет и просто стал прислушиваться к их восторженным крикам. Член в моих штанах стоял колом! Ну и в яйцах ломило так, будто их зажали в тиски...

Через минут пять... десять, я не засекал, крики, вскрики, стоны...

Вдруг резко оборвалось и все стихло. Теперь едва слышно, что там разговаривают. О чём, - не суть, но в голове промелькнуло: "Голубки! Ёб те..."

Потревоженная мною дверь приоткрылась, стало слышно лучше.

— Ты только Ваньке не говори, - услышал я нежный голос, отдалённо напоминающий Валькин.

— Сам не проболтайся!

Ну, это точно – Пётр!.. И он же:

— Бля!.. Такое чувство, что я только что с бабы слез. Не думал я, что в очко так кайфово... Профи.

— Скажешь тоже... Просто...

— Ага! Просто... Кого наебать хочешь?.. Такому по книжкам не научишься!.. Тут практика нужна!

“Хм! Смотри, какой эксперт выискался!” – подумалось мне. А Пётр спросил:

— И много их было?..

— Кого? – стал играть в непонятку Валька.

— Ёбырей твоих! – выпалил, буквально крикнул Пётр, видимо раздражаясь на что-то.

— Ну, были...

— Давно охаживают?.. Когда началось-то?..

— Да как тебе сказать... Я ещё женат был...

— О-оо!.. Да ты, оказывается, со стажем!..

— Дурак!..

— Ага... А тебе-то чего с бабой не жилось?.. Чего переметнулся?..

— Я не специально... Мне, просто, нравились кое-какие вещи у жены... Мне тоже хотелось быть красивым... Жена застукала!.. Сдала своему любовнику... Ну а тот... Короче, с того всё и закрутилось: скандал, развод, раздел имущества... Да и мне... Уже поздно было выкабениваться.

— Это точно!.. Это дело такое... - согласился Пётр. - Впрочем, тёлка из тебя ещё та... на хую приятная, так что не обессудь, теперь я тебя часто обхаживать так-то буду. Мне, - чтоб давление стравить. Ну а ты... Тебе это, я вижу, - только в радость. Голосистая уж больно... Давай... приберись тут. А я хозяйство свое сейчас помою. Ванька скоро должен прийти...

***

В этот-то момент Пётр и вышел, голый. Наши взгляды столкнулись.

Пётр застыл, не зная, что делать, как поступить. Он понял, что я оказался свидетелем их грехопадения. Да еще какого!.

— Ты всё слышал? – тихо спросил он.

— Конечно! Я ещё и видел!.. – ответил я с легкой улыбкой и повернул голову.

Там, в соседней комнате, в кровати лежал Валька, наспех пытающийся накрыться покрывалом. Он весь какой-то бледный, белый, гладкий... от чего все его макияжные малюльки на лице смотрятся чересчур уж контрастно. Как, впрочем, и эти его блондинистые кудряшки, и розовая, атласная сорочка из шёлка, и эти белые чулки...

В глазах проблескивает не поддельный страх, - по ходу, он понял, что за сегодня это его второй залет. Сначала, видимо, во всём этом его застукал Пётр, а теперь вот ещё и я нарисовался...

— Ну, что будем делать, друзья? Решили все оставить в тайне?.. А тут такая не задача, да?.. – начал я, чувствуя некое превосходство над ними.

— Так ты, вроде... - начал было Пётр и осёкся.

— Ну и вы... вроде, - усмехнулся я. – А на поверку-то... Смотри, чего!.. Петрович!.. А?.. – не без ехидства задекламировал я, пародируя известную телевизионную юморину.

— Слушай, ты!.. – Пётр насупился и сжал кулаки, готовый бросится в драку.

И в этот момент, по-бабски тонко, и так же по-бабски громко в квартире прозвучало:

— Мальчики, не надо!..

Мы оба оглянулись.

А там Валька, уже реально прикрываясь покрывалом у груди, сидит на пятой точке - коленки вмести, пятки врозь...

Вот сколько раз пробовал, у меня никогда так не получалось, хоть в детстве, хоть сейчас...

Ну и так натурально, с таким умиленным бабским видом настоящей няшки, глазёнками на нас – хлоп-хлоп...

И так растроганно, на распев, затянул:

— По-жа-луй-ста-а...

С нас обоих спесь и схлынула. Ну как такое чудо обидишь?..

А этот, - ну, Чудо! - испуганно смотрит: то на меня, то на Петра. И на глазах, вроде как уже слезы навернулись...

Петр вернулся в комнату и сел. Коленки врозь. Яйца свисли, член тоже. Кажет тут мне своё...

А мне это надо? Я не по этой части!.. Но вот яйца у меня самого опухли...

Ну и я, уже примиряюще:

— Думаю, нам нужно успокоиться и объясниться...

Я тоже зашёл в комнату.

— Ну-у... – пробурчал Петр, не решаясь посмотреть кому-то из нас в глаза. Казалось, он сейчас пристально изучает своё хозяйство.

— Ну что "ну"?.. Вы как вообще схлестнулись-то?..

Эти двое молчать. А я продолжаю гнуть свою линию:

— Уголовщины тут, конечно, никакой нету. Только вот... Что люди скажут?.. Да?..

Пётр досадливо крякнул.

— Ну, этот-то, - кивнул я в сторону Вальки, - с ним изначально всё понятно было. Видел я, как он в магазинах на бабские вещи засматривается. А вот ты...

Посмотрел я на Петра.

— Жить-то как теперь с этим будешь? - сочувственно пробасил я с потаённой насмешкой, глядя в глаза Петьки. – Слышал я, как понравилось тебе с ним.

Пётр потупился. Он не понимал, куда я клоню.

— А тебе? – я обратился к Вальке. - Нравится хоть, когда ебут-то? Небось, и не кончил еще? А?..

— Мне это не важно... - начал оправдываться этот чудик, но я его прервал.

— Чего не важно-то?.. Чего не важно?.. Голуба!.. Ты же у нас сейчас за бабу!.. Я правильно понял?.. А мы все знаем, как баба без кончины стервенеет... Нам это надо?..

Пётр наконец-то поднял свой тяжелый взгляд.

— Я чёт-то не понял?.. Ты чего-то хочешь предложить, или так и будешь тут перед нами выкабениваться?..

— Я?.. Выкобениваюсь?.. - Я развёл руками. – Да ладно!.. Просо хочу подсказать, как обычно избавляются от свидетелей?

Нависла неприятная, тяжелая тишина.

— Да очень просто! – по возможности непринуждённо продолжил я. – Просто нужно из свидетеля сделать соучастника!..

Сникший было Пётр выпрямился, расправил плечи. Глянул на меня. Глянул на Вальку. Снова на меня.

— Я что-то не понял?.. Ты чего, это?.. Его что ли?.. Типа, он теперь нам, как бы, за подругу... на двоих?..

От удивления у Петра глаза стали аж по пятаку.

— Ну, а ты? – Петр обратился к Вале. – Как? Согласен?..

— Давайте договоримся так, - посчитал нужным вмешаться я. – Тут никто никому ничего не должен! Ну и я никому ни о чем не расскажу. Трахайтесь сколько душе угодно!.. Но и вы должны понять. Я не железный. И мне тоже необходимо слить в кого-то... хотя бы иногда. Ну а раз тут так всё закрутилось-завертелось... Я думаю, нет смысла шарахаться. И если вы позволите мне... ну, иногда...

Петька коротко взглянул на Вальку, тот, в свою очередь, одобрительно кивнул головой.

— Ну и хорошо!.. Ну и замечательно!.. – возликовал я. – Ты, вроде, Петь, подмыться собирался. Так вот, ты можешь осуществить свои намерения. Ну а мы... тут уж сами, как-нибудь. Да, Валёк?..

Пётр поднялся на ноги.

— Бля!.. Я, конечно, всегда знал, что ты ещё тот пиздобол. Но чтоб вот так... Ты что, не мог сразу сказать, что тоже Вальку вознамерился... Он у нас, оказывается, ещё та тёлочка!.. Не откажет... если с лаской да с вниманием... с подходом. Да?!. Просто, к каждой бабе свой подход надо иметь!.. Ну, ладно. Вы тут сами разбересь...

Петька скрылся в ванной. Ну а я, закрыв дверь в комнату, - ну, нам свидетели точно не нужны, - в миг раздевшись, юркнул под одеяло к дрожащему от страха Вальке. Я был на пределе.

Положил его на бочок, помял ему бархатные булочки ягодиц, пощупал яички, подергал вдоль члена. Закинул его ногу к себе на грудь...

Валька послушно подчинялся всем моим посылам.

Я раздвинул его полушария, пощупал открывшийся жом, - удивился ещё, как у него тут всё по бабски стало после Петра-то. Ну и двинул...

Ох, ты, бля! А сучка-то какая горячая!.. Да и склизкая вся, будто и в самом деле течная...

А шифровался-то, шифровалась-то как!?.

Мой измученный от стояка член мягко вошел в чрево этого педика.

Выставив передо мной свою ладонь, Валька вымолвил:

— Ты только поосторожней, хорошо?.. Я сейчас привыкну, и тогда... Я и не думала... что ты... оказывается... тоже... любитель.

— Любитель... любитель, - согласно промычал я, наращивая темп, как-то даже и не подумав, что я так легко-то в него... по спущенке Петра вошёл!..

Скрипнула дверь. Это Пётр, - он не стал, как я давеча, выжидать в соседней комнате, а сразу зашел к нам, прошёл к постели... приставил свой агрегат ко рту Вальки. Ну а тот... или та... в общем, как опытная блядь, приняла член, и мы начали наяривать её уже в два "смычка" и в обе дырочки.

— Бля!.. Во, даёт!..

— Ага!.. Умница-а... Ах какая умница!.. Ну, давай... давай... насаживайся. Вот, как хорошо-о...

— Ну-у-уу!.. Кто бы мог подумать, да?.. Что Валька-то у нас... Бля!.. Как настоящая... Заглатывай! Давай!.. Давай... давай... Поглубже!.. Ну и ты... давай! Разрабатывай ей заднюю калитку, пусть знает, какого это, бабой быть... на сколько это приятно...

— Да... да... да... Б-бля-я... Да пусть только скажет... С-с-су-у-у-ка-а!.. – затянул я на распев, чувствуя, как Валька играется с моим членом своим потаёнными мышцами. – А главное-то... всё рядом... далеко ходить не надо. Удовольствия... хоть каждую ночь!.. – расхваливаю я.

Я повернул Вальку на живот и подложил под его пах подушку.

— Раком-то оно приятнее и глубже... – пояснил я, снова налегая на выпученный, принявший нужное положение зад Вальки. Его попка совсем выпятилась наружу...

И тут Валёк заверещал, запел, будто и в самом делешная баба какая...

— А-а-а!.. Кажется, я схожу с ума!.. Мне так хорошо с вами... Блин!.. Да я сейчас кончу...

— Ага!.. Давай!.. Давай... Блядь, кончай!..

Но он опять нас надул, - так и не дошёл до финала. Ну и мне, чтоб его дождаться, пришлось сбросить темп. Снова развернул. Ну и одним движением, широко раскинув ляжечки, глубоко вошел в хорошо раздолбанную дырку.

Валька даже не визгнул. Видать, его попка уже была хорошо разработана...

Ну и тут уж я...

Словно с места в карьер, - понесся. Ух, с ветерком, с хлюпаньем, с оттяжечкой, с хлесткими шлепками моих полных яиц о его... её мягкий зад! Ой, что делается!..

У него же там узенько, не то что у баб с лоханью. Горячо!..

Валька снова завизжал, разошелся, стал подмахивать как хорошая блядь!

Я взглянул на Петра и подмигнул ему. Тот легонько шлепнул меня по ягодицам и вымолвил, приняв случившееся как очевидное:

— Ну, что ж... теперь мы будем оба, на пару драть эту шлюху!.. Смотри как ей нравится!..

Еще каких-то с десяток ударов и этот Валька сбрызнул прямо себе на живот. Увидев это, я просипел:

— Да!.. Да!.. Да!.. Я именно этого и хотел!.. С-сучка-а!..

Ну а далее, буквально через миг, сорвавшись в стон, я уперся всей массой в попку Вальки и стал бурно кончать в её кишку.

Как только мой член со звуком "ч-пок!" вывалился, Валька блаженно простонала:

— Ой, мамочки! Еще бы так разок...

Ну а я... стою перед ним на коленях, ну и не могу оторвать глаз от того, как из растраханного, ещё более разбухшего от секса ануса вытекает моя сперма.

Придерживая свою раздолбленную дырочку ладонью, Валька короткими шашками побежал подмываться в ванную. Мы смотрим ему вслед, ну и как-то тепло на душе было, во всяком случае, у меня, когда я видел, как по его ляжкам стекает наша сперма.

— Да-а-а! – блаженно протянул я, закатывая крайнюю плоть обратно на залупу. - Теперь у нас есть куда слить свои спермические излишки.

Встал, ну и тоже пошёл в ванную.

Мы там заботливо подмыли друг друга, поластились. Валёк даже попросил меня, когда ночью стихнет, прийти к нему после полуночи. Выходит, понравилось ему!

Ну а дальше...

Мы с Петром сидели на кухне.

По такому поводу открыли бутылочку, - сидим, пьём за здоровье нашей "девочки", как вдруг она и вошла. Ничего так, видок, натуральный, если не обращать внимание на торчащие искусственные буфера. Платьице, макияж, босоножки, все дела, - ну ни дать, ни взят, натуральная баба. И щебечет, и суетится так же...

"Ну, надо же, - думаю, - было встретиться нам троим, в одно и тоже время, и в одном месте... Чудеса, да, и только!.."

Ну а ночью...

Пётр снова меня опередил, - залез, покрыл Вальку первым. Потом выставил на четыре точки, ну и дерет его, размеренно натягивая на себя. Тот блаженно охает...

Я не стал дожидаться, когда у них закончится, подлез снизу, под Вальку валетиком, - надо мной его, слегка раздувшийся, сопливый, а вот мой стоит перед его лицом как надо...

Он засосал!.. Я тоже хотел его, да только слишком высоко... Да и раскачивается он постоянно...

Короче, мы этого Вальку взяли в оборот, - он как бы у нас стал общей подругой! Кто-то больше, кто-то меньше, - мы его драли по своему желанию. И он нам никогда не отказывал!..

Первые дни после того "открытия" мы, по сути, "притирались" друг к другу, - напряжение и неловкость постепенно уходили в небытие, разговоры стали более откровенными, как, в прочем, и поведение нашей Вальки. Ну, ни дать, ни взять, - баба!.. Только с яйцами...

У него тут появились новые женские вещи: халат, красивое бельё, чулки, колготы, босоножки...

Мы с Петром, в складчину, помогли ему финансово, ну, с приобретением других женских вещей, которые он накупил для себя сам. Мы, как-то, застеснялись сопровождать его в такие магазины...

А этому – хоть бы хны!

Заполучив свои "тряпки", он стал мастерски засвечивать нам свой лифчик, трусики из-под халатика, ну и то к Петру прижмётся, то ко мне приластится. Я-то как-то "ровно" к этому, а вот Пётр, видно было, - его это... ну, коробило слегка, нелегко даётся. Ну, в смысле, не то, что он с Валькой, как с бабой, а то, что с той "бабой" ему ещё с кем-то делиться приходиться. Но – мирился. В общем, у нас тут что-то типа шведской семьи получилось...

Ну и вспомнилось...

Кажись, в какой-то выходной это было, - мы остались в квартире одни, ну, я и этот, Валька. Он ещё приоделся так – забористо, сексуально, в общем. Пётр куда-то ушёл, чёрте по каким своим делам. Ну, а я, в общем, и воспользовался, - привлёк этого к себе, усадил на колени, наглаживаю ему ляжки в чулках. Нравится мне скользить по нейлону ладонью...

Ну и этому тоже нравится, когда его как бабу мацают. Вот так вот и сидим, милуемся.

Я же говорю, он будто не от мира сего, - Валька вдруг весь "поплыл", за нежился. Ухватилась за моего стоячего, горячо так дышит мне в лицо и шепчет, мол, никто даже не представляет, как "она" соскучилась по настоящему мужику и по хорошему члену...

Я думаю: "Ну, ни чего себе!", ну и давай его расспрашивать, что, да как, когда всё зачиналось...

А у этой-то теперь только одно на уме, об этом...

Так и продолжает нашептывать, мол, как же она хочет стать настоящей шлюхой в руках таких мужчин, как мы с Петром, как хочет приучить нас к этому, чтобы мы начали воспринимать это как должное, ну и чтобы мы помогали ей всегда чувствовать себя настоящей женщиной.

От этих слов я очень завёлся. Ну и она, - вот ведь стерва! - сразу же почувствовала это, заулыбалась, сказала, что ей так этого не хватало все эти годы...

Чёрт! Да она сосала у меня так, словно в последний раз в жизни!.. Короче, держался я недолго.

Нет, конечно, честь по чести, я предупредил, что сейчас кончу. На что Валька отреагировала более чем странно, - вставила моего глубоко себе в ротик и как-то по-особому стала заласкивать пальчиками мои яички...

Бля!.. Да я кончил ей в глотку так, словно у меня и в самом деле давно не было секса, - непроизвольно вскрикнув, я прижал её голову к паху, да ещё и так, что мои пальцы оказались у самого её горла! Короче, я чувствовал, как там движется, как она сглатывает мою сперму. Потом она ещё на протяжении двух минут высасывала у меня из головки все остатки...

И вот это чудо стоит передо мной на коленках и улыбается мне. Да вот только я, пережив эту бурю эмоций, вдруг почувствовал себя уставшим. Прилег, и в этот момент Пётр вернулся. Валька к нему. Ну, не шалава ли, да?

Я, конечно, не видел, но я же не глухой, слышу, как эта шала ему нашептывает:

— Пойдем!.. Пойдём... Трахни меня, пожалуйста, я уже не могу...

Через лаковую поверхность мебели я видел, как Петр глянул на меня, потом влепил ей пощёчину, обозвал шлюхой и потащил её на кровать в её же комнату. Поставил раком и начал головкой водить по её промежности. От одного только такого прикосновения, она вздрогнула и начала постанывать, неся сплошную чушь. Ну, типа, что она выполнит любое его желание, сделает всё, что он пожелает, станет самой верной и преданной шелухой своему хозяину, если он войдёт в неё сейчас. Ну а этот...

Блин, Петюня! Будто бы только и ждал от неё этих слов, - резко вошёл в неё на всё длину своего члена и начал со всей дури и похотью трюхать её. И этот Валька...

Она стонала и кричала так, как будто не видела члена сто лет. Она просила не останавливаться и трюхать её жёстче и глубже...

Ну и Пётр, да... надо отдать ему должное, трахал её что надо, изо всех сил. Одно загляденье было...

Короче, минут через 5 - 6, наверное, от такого дикого возбуждения эти двое и кончили: Валька по своему, под себя, а Пётр... заправил её "девочку" так своей спермой, что та даже стала выплёскиваться и стекать по её ножкам в чулках. Валька была в а-ху-е...

Да это и понятно!.. Пётр отпустил её волосы, за которые он её и держал всё это время, словно строптивую кобылу, и снова стал водить своей залупой по теперь уже мокрой от спермы Валькиной дырочке. А той-то неловко, стыдиться, что она у неё трынкает от закаченного Петром воздуха, плюётся спермическими соплями, и в то же время тащиться, благодарно нашептывая, что она наконец-то почувствовала себя настоящей женщиной с нами, что она давно мечтала обо всём об этом.

Между прочем, и на том предприятии, где мы монтировали наше оборудование, тоже заметили. Если раньше, как только мы приехали, вроде Валька у нас был за старшего, ну, как специалист, а вот теперь... у нас вроде как Пётр верховодит. Валька всё время с ним советуется, водит за собой на встречи с тутошним начальством. Ну и тот возгордился, расправился...

Гляжу, а эти-то и в самом деле у нас тут уже милуются, словно парочка какая. Да и этот, Валька... не отказывает, конечно, но уже старается дать так, чтоб я не видел.

Я, разумеется, в большой интриге от того, - что будет дальше. В общем, я за эти дни узнал столько, о чём не догадывался многие годы, и мне это, надо признать, нравилось.

Прошло ещё какое-то время.

Короче, я всё понял, - у них тут уже любовь замутилась!..

В общем, я и тут не стал мешать ихнему "счастью". Как только пришла разнарядка, что тут для сдачи объекта достаточно двоих, ни у кого даже вопроса не было, кто именно из нас троих, - а по факту, двоих, съедет с этого уютного гнездышка.

Валька же спец, на нём вся документация! Он (а для нас уже на всегда она!) у нас только в постели за нижнего, а так – “центровой”, настоящий “босс”. По любому он тут должен, как бы, до конца...

Пусть! У меня своя жизнь, у них – своя. Пётр же мне теперь как побратимый... да и Валька – далеко не чужая. Эх, ей бы точно, бабой бы родиться!.. Скучать буду, точно знаю...