Фабричные забавы практикантов

На ткацкой фабрике мы с Сашей как-то в рабочий день, средь бела дня, в душе уединились, чтоб провести время вдвоём. Меня он собирался отодрать с самого начала курса, но как-то всё у нас не получалось.

И вот момент настал, я согласился ему отдаться - сначала в рот, а потом в попу. В рот меня он с полчаса пялил во всех положениях: и на станке, и под станком, и на жаккардовой машине - той, что в цеху работает, под самым потолком. Для продолжения серьёзных отношений мне надо было из попы вытащить тампон с алоэ, который вставлен был туда ещё с утра. Скинув с себя рабочий комбез, майку, футболку, трусы, оставил Сашу сидеть на скамейке, почти что без одежды, сказав:

- Не скучай, я быстро, сейчас вернусь.

Когда я вышел из душа, каково же было моё удивление, когда я увидел, что на лавке рядом с Сашей сидит голый Никита, с огромным стоящим членом. Я вышел голый к ним, так же без всего, по моему лицу Никита понял, что я уже в рот оттрахан и не единожды. Я, повернувшись попой к ним, да ещё нагнувшись и разведя ягодицы, продемонстрировал (конечно же, для Саши) отсутствие в попе тампона. Далее, пройдя к парням, присел на лавку между ними. Взяв оба члена в руки, я им вздрочнул, потом спросил:

- Как будете делить меня? Иль можете вдвоём войти, не возражаю. Вот только в попу сейчас трахать меня очередь Саши. Тебе, Никита, могу сейчас лишь отсосать. Конечно, можете меня двойной тягой - Никита в рот, а Саша сзади, ведь у вашей шлюхи сегодня выбора нет. Тут вам не остановка в парке на минет. Тут более глубокие проникновения в меня... Ну, что сидите - трахните уже куда- нибудь меня. Давайте, парни, договоримся, чьи сегодня мой зад и рот, а чьи завтра, чтоб не давать вам каждый день двоим себя ебать - ломаются и чугунные кровати.

Я повернулся к Никите и, встав одним коленом на скамейку, нагнулся, взял его большую головку в рот. Никита откинулся на спинку скамейки и, положив мне руки на голову, стал в таком положении меня натягивать в рот. Он вообще человек беспринципный - даёт себя абать, берёт и ебёт.

Здесь всё было понятно, и я больше ждал реакции от Саши: присоединится или уйдёт?

Саша встал со скамейки, надел трусы и всё остальное и ушёл, не сказав ни слова. Ну, значит, так тому и быть.

Я вытащил член Никиты изо рта, сказал:

- Давай свалим куда- нибудь отсюда, а то мало ли чего, нагрянет ещё кто-нибудь сюда...

Быстро одевшись, мы свалили с этой душевой, да и вообще с этого этажа, и вышли на лестничный пролёт, разделявший цеха по профилям.

- Куда двинем? - спросил я Никиту.

- Давай залезем, как в прошлый раз, на склад хлопка - туда, где я тогда неплохо тебя натягивал.

Я согласился, и мы быстро прошмыгнули на склад, где затерялись между высокими рядами кип из прессованого хлопка-сырца. Мы быстро нашли наше место прежних утех, аккуратно пролезли между рядами и поднялись на верхнюю площадку, предварительно глянув вниз - туда, где в прошлый раз зав. склада натягивал на свой член молодую ткачиху. Внизу никого не было, но топчан был на месте и столик тоже.

- Может, внизу, на топчане? - спросил я Никиту.

Но он только отрицающе затряс своей кудряво-рыжей головой, пытаясь расстегнуть замок лямки рабочего комбеза. Я подошёл по шаткой конструкции к Никите и, поцеловав его взасос, пощупал его стоящий член и стал помогать ему раздеваться. Я снял с него комбез и труселя, затем, встав на колени, взял его большой член в рот. Надрачивая губами член Никиты, попутно расстёгивая свои лямки и снимая комбез, я вдруг понял, что свои труселя оставил в душевой.

Никита, взяв меня руками за голову, стал натягивать ее на свой колоссально классный член. Я решил, что не буду ему мешать, пусть пялит, куда хочет. Когда член крупный, в рот его нет смысла брать сосать, можно только натянуть и кончить. Никита пялил в рот меня без остановки. И откуда у него такая прыть, всё забываю расспросить... Вот он задышал, стал то протяжно трахать, то словно куда-то побежал, потом опять протяжно. Наверное, всё искал триггер, чтобы щёлкнуло; на скорости повышенной дойти до финиша и слить.

Но вот Никита дернулся, потом второй раз, третий, член натянулся тетивой, и вот оргазм любимый мой фонтаном спермы в глотку мне влетел, и там, стекая по пищеводу, баки Никиты опустошил.

- Ну что, красавец рыжий мой, домой пойдём или ещё с часок покувыркаемся?

Никита слился со мной в поцелуе, и ещё не опустившийся член мне в руку подал.

- Пощупай, разве с таким домой кто ходит, его, наверное, надо как-то уложить.

Под ним я ноги сильно растопырил, до подбородка почти колени подтянул и его мощную дубину головкой ко входу в анус приложил. Никита, от похоти дрожа всем телом, навис над анусом моим, нажал, и член его вонзился в мою попу, и сфинктер, растворив объятья, без звука его в меня пропустил.

О, что тут началось! Никита меня пёр и трахал так, как бешеной весеннюю порой лось самку на свой мощный болт надевает. О, попа бедная моя, впустила в себя такого искусного трахателя! Теперь держись, от его мощи только не порвись!

Парень вгоняет член по свои крупные яйца в меня так, что аж жарко становится. Ещё давай, удвой частоту проникновений... Наверное, я сейчас оргазмом буду на приступ взят...

Итак, своим оргазмом я взят на приступ, всё тело после такой напруги просто изо всех щелей похотью течёт.