Длинный день в Оцилани XIX

Перед дверью Софи я опять замешкался, предупреждая ее о своем появлении ненужным шумом.

Она уже успела приподняться на руке, красное личико в слезах и соплях повернуто ко мне. Я улыбаюсь ей, подхожу ближе. Софи сползает с кровати, на четвереньках добирается до моих ног, утыкается лицом в ступни – я в сандалиях – целует пальцы. Я присаживаюсь на краюшек стула, нагибаюсь, глажу ее по голове, спрашиваю, что произошло с моей хорошей девочкой. Моей длинной и смешной, славной и красивой девочкой.

Моя славная и смешная девочка сосет большой палец моей ноги. Я глажу ее волосы и плечи. Я знаю, что сейчас будет. Мой палец плавится в горячей слюне, Софи начинает мелкие поступательные движения головой, тоненько стонет, по ее телу пробегает судорога, еще одна, Софи затихает.

Я осторожно отодвигаю ногу, помогаю моей славной девочке подняться, веду к кровати, укладываю. Строго говорю подождать минут десять, я приду и посижу с ней.

В коридоре оглядываюсь; никого. Когда эта Николь нужна срочно, ее на месте нет.

****

После обсуждения в кулуарах, взимных уступок, создания эфемерных союзов и сессий межфракционной торговли, на голосование выдвигаются два конфликтующих постановления:

I. Признать за тоци как за носителями четверти генома Оци безусловного права стать полноправными гражданами Оцилани.

II. Разработать и внедрить программу вовлечения тоци в общественную и государственную жизнь Оцилани. Разработать критерии присвоения тоци гражданства Оцилани.

Ни одно из постановлений не набирает необходимого числа голосов. Но второе пользуется заметно более широкой поддержкой.

Лого может считать это победой.