Жену пустили по кругу в первый раз 3
Мы доехали до Астрахани.
Поезд встал на перроне с лёгким скрипом тормозов, как будто уставший от всего, что творилось за ночь. Солнце палило в лицо, воздух был горячим, с запахом степи, пыли. Я вышел первым, потянулся, закурил. Ирина — медленно, пошатываясь, как будто её ноги до сих пор помнили, куда их ставили, когда она стояла на коленях перед толпой. Её попа была красной, набухшей, будто её не просто трахали, а драли. На шее — синяки от пальцев, губы — набухшие, натертые, на сосках — засохшая сперма. Она шла, придерживаясь за стенку вагона, и улыбалась. Не стесняясь. Не прячась. Просто... довольная.
— Леш, ты не представляешь, как мне хорошо, — прошептала она, когда мы остались одни на перроне.
— Я влюбилась , я влюбилась в себе, в себя настоящую — Я... я впервые чувствую себя настоящей. Настоящей шлюхой. Это не стыдно. Это... моя суть.
Я молчал. Что я мог сказать? Что я ревную? Что мне страшно? Что я боюсь, что она больше не будет моей? Нет. Я знал — она всегда была моей. Только теперь — не как жена. А как вещь. Как общая блядь. Как спермоприёмник, который я сам вывел на рынок и сдал в аренду.
Мы сняли комнату. Там было тихо, спокойно. Ирина легла на кровать, не раздеваясь, и уснула сразу. Я сидел у окна, курил, смотрел на неё — на эту раздолбанную, измученную, счастливую суку. У меня стоял. Всю ночь. Весь день. Всю неделю. Я дрочил, глядя на неё, представляя, как её снова трахают. Как её снова пускают по кругу. Как её снова заливают спермой, пока она хрипит и просит ещё.
“ШЛЮХА В ОЖИДАНИИ ЗВОНКА”
Всю неделю мы гуляли по городу, в общем отдыхали кайфовали. Все это время она пыталась до них дозвонится но номер был отключен. А она... она ждала их звонка, их смс.
Ждала, когда её снова позовут. Когда снова скажут: “Эй, шлюха, собирайся. Ты нам нужна.”
Она не спала ночами. Лежала рядом со мной, смотрела в потолок, шептала:
— Леш... а вдруг они забыли? Вдруг им больше не нужно? Вдруг я... слишком полная? Слишком жирная? Слишком... обычная?
Она переживала. Не о морали. Не о стыде.
О попе. О груди. О ляшках.
О том, что её тело — не модельное. Что у неё живот выпирает не большой. Что попа — не подтянутая, а сочная, мясистая, с булками, которые при ходьбе шлёпают друг о друга, как желе. Что ляшки — толстые. Что сиськи — третьего размера, но не стоячие, а висят.
— Леш, я же... не стройная. Я — бухгалтерша. У меня живот. У меня попа — как у коровы. Они же... откажутся, они тогда были просто пьяные вот и согласились.
Я смеялся.
— Ты что, дура? Ты — тёплая, мягкая, сочная. Ты — для ебли. Не для подиума. Ты — для хуёв. Для спермы. Для криков. Для пота. Для унижения.
Она улыбалась. Но глаза — тревожные.
Она боялась.
Не того, что её осудят.
А того, что не захотят.
Она вспоминала всё. Каждый член. Каждый толчок. Каждую струю спермы, что ударила ей в горло. Она вспоминала, как её держали за волосы, как её насаживали на хуи, как её заставляли глотать, не дыша. Она вспоминала, как её называли — “сука”, “шлюха”, “спермоприёмник”, “насадка”, “дырка”, “блядина” — и как ей это нравилось. Как её заводило. Как её тело реагировало. Как её киска текла, когда кто-то командовал: “Рот открой, шлюха. Сейчас кончу.”
Она скучала. По сперме. По унижению. По боли. По крикам. По запаху мужского пота. По хлюпанью. По стонам. По очереди у двери. По ощущению, что ты — не человек. Ты — инструмент. Для ебли. Для слива. Для кайфа.
Она говорила мне:
— Леш, я не могу без этого. Я... я как будто проснулась. Как будто до этого я спала. А теперь — я живая. Я хочу, чтобы меня снова использовали. Хочу, чтобы меня снова подкладывали под всех. Хочу, чтобы меня снова называли блядью. Хочу, чтобы меня снова заливали спермой, пока я не захлебнусь. Я... я хочу быть вашей парой. Ты — куколд. Я — сексвайф. Мы — их игрушки.
Я кивал. Я знал — она права. Это было наше предназначение. Это было наше счастье.
И вот как то, когда она мыла посуду, на её телефоне раздался звук сообщения. Она бросила всё, схватила его. Я увидел, как её лицо заливается густым румянцем, а пальцы дрожат так, что она едва могла удержать телефон.
Ирина вскочила с кровати, как ужаленная. Глаза — горят. Губы — дрожат. Руки — трясутся. Она бросилась ко мне, схватила за плечи:
— ЛЕША! ОНИ ПИШУТ! ОНИ ЗОВУТ! ОНИ ХОТЯТ МЕНЯ ОПЯТЬ!
Я улыбнулся. Я знал — это только начало.
Дима (14:22): Привет Иринка. Шлюха, ты на месте? Или уже забыла, чей ты спермоприёмник?
Сообщение застало Ирину. А её мир перевернулся одним сообщением.
Ирина (14:23): На месте. Не забыла.
Дима (14:24): Что не забыла? Конкретно.
Она почувствовала, как краснеет.
Ирина (14:25): Что я ваш спермоприёмник.
Дима (14:25): Чей именно? Или ты уже всех перепутала?
Ирина (14:26): Ваш. Общий. Я общая.
Дима (14:27): Молодец.
На этом диалог оборвался.
На следующий день
Ирина лежала в постели, Алексей уже спал. Она ворочалась, не могла уснуть. В голове прокручивались одни и те же кадры. Она взяла телефон.
Ирина (01:15): Дима, спите?
Дима (01:16): Нет. По делам еду. А шлюхам положено спать. Или не спится? Совесть мучает?
Ирина (01:17): Нет. Не мучает. Руки трясутся.
Дима (01:18): С хуя ли?
Ирина (01:19): Хочу повторить. Очень хочу. Можно я... я могу вам фото выслать? Только не лицо.
Дима (01:20): Высылай. Покажи, что там наша шлюха приготовила для пацанов.
Дрожащими пальцами Ирина сделала селфи своего тела в одном белье, прикрыв лицо. Отправила.
Дима (01:22): Нормально. Грудь видно, жопу видно. Но это неинтересно. Интереснее будет, когда на этой жопе будут красные следы от ладоней. Жди. Рот для спермы не простаивает долго.
Ирина: Мальчики... я так соскучилась... я без вас как без воздуха...
Ирина: Я хочу вашу сперму... много... очень много... чтобы горло переполнялось... чтобы текло по подбородку...
Ирина: Хочу, чтобы вы меня пускали по кругу... чтобы я не знала, чей член у меня во рту... чей в киске... чей в жопе...
Ирина: Хочу, чтобы вы меня унижали... чтобы называли шлюхой... чтобы хлестали по попе... чтобы держали за волосы...
Ирина: Я ваша... полностью... я для этого создана... я — ваш стонок... ваша бочка... ваша дырка...
Ирина: Пожалуйста... пожалуйста... ебите меня... ебите жестко... ебите во все дырки одновременно... я хочу, чтобы вы меня. ..
Ирина: Я буду глотать... я буду кричать... я буду просить ещё...
Ирина: Я... я уже мокрая... просто от переписки...
Ирина: Пришлите видео... хоть что-то... хоть каплю... хоть каплю спермы... хоть каплю унижения...
А в ответ была тишина, потом переписка стала ежедневной. Дима словно ее завел.
Дима (20:01): Что делаешь?
Ирина (20:02): Ужин готовлю.
Дима (20:02): А сама голодная? Чем шлюху кормить будут?
Ирина (20:03): Я... я не знаю.
Дима (20:04): Знаешь. Ты мечтаешь о горячем завтраке. О самом питательном. О свежей сперме. Признайся.
Ирина (20:05): Да... мечтаю.
Дима (20:06): Напиши. «Я, Ирина, мечтаю, чтобы меня кормили спермой с утра до вечера».
Ирина (20:08): Я, Ирина, мечтаю, чтобы меня кормили спермой с утра до вечера.
Дима (20:09): Умница.
Следующий день
Дима (18:00): На выходные свободны?
Сердце Ирины упало, а потом заколотилось с бешеной силой. Она ждала этого.
Ирина (18:01): Да.
Дима (18:01): «Да, хозяин».
Ирина (18:02): Да, хозяин.
Дима (18:03): Отлично. Собирайся. Адрес скину позже. Попробую собрать на много больше народу. Все хотят попробовать московскую шлюху, которая скучает по сперме.
Ирина (18:04): Я... я столько не выдержу.
Дима (18:05): Выдержишь. Ты же не человек, ты — дыра. Дыра не устаёт. Дыру можно только ебать. Так что бояться нечего. Ты готова стать общественной блядью на три дня? Чтобы в тебя сливали все, кто захочет? Без права отказа?
Ирина (18:07): А Алексей?
Дима (18:08): Он будет твоим помощником. Вытирать тебя после гостей. Или вылизывать. Подовать смазку.
Ирина (18:10): Тогда я готова.
Дима (18:11): Доказать не хочешь? А то не все пацаны верят, что нам такая блядь замужняя попалась. Пришли голую жопу. И напиши на бумажке «Собственность компании». Сфоткай и пришли.
Ирина, не раздумывая, пошла в спальню. Сделала всё, как он сказал. Отрезвляюще. Возбуждающе.
Дима (18:15): Отлично. Теперь ты официально наша. И готовься. Эти выходные ты запомнишь навсегда. Ты станешь групповой шлюхой, будем наполнять тебя спермоприемник.
Переписка оборвалась. А у неё в трусиках было мокро, а в голове стоял гул. Она была готова снова стать дыркой для использования. И это было самое сладкое ощущение в её жизни.
Они присылали.
Видео. Фото. Голосовые.
Он прислал — фото из поезда — с залитым спермой лицом. Представляю, как ты глотаешь. Представляю, как ты хрипишь. Представляю, как ты просишь ещё.
Другой — прислал фото своего члена с надписью: “Для твоего рта. Завтра.”
Третий — голосовое, хриплое, злое:
— Сука, завтра будешь стоять на коленях. И будешь ждать. Пока мы решим, кто первый тебя трахнет. И будешь молчать. И будешь глотать. И будешь благодарить. Потому что ты — наша блядь. И ты это любишь.
Она слушала. Смотрела. Кончала. Каждые два часа. От переписки. От видео. От ожидания.
Я сидел рядом. Смотрел, как она дрожит. Как она стонет. Как она шепчет: “Да... да... да... ебите меня... заливайте... я ваша...”
Я знал — завтра она станет ещё блядью. Ещё глубже. Ещё жестче. Ещё громче.
ПОДГОТОВКА. НАРЯД ШЛЮХИ.
Она оделась, как на свадьбу. Только вместо фаты — стринги. Вместо букета — пробка в жопе. Вместо клятв — умоляющие смс.
Платье — чёрное, пышное, с глубоким вырезом на груди, до колен. Тонкая ткань — просвечивала всё: стринги, подвязки, чулки с кружевом. На попе — обтягивало идеально, подчёркивало, каждый сантиметр большой попы. Когда она шла — платье развевалось, как юбка танцовщицы, и все видели: стринги впились в щели, попа дышит, булки переливаются, как желе.
Она надела туфли на шпильке — чтобы попа ещё сильнее выдавалась назад.
Надела подвязки — чтобы чулки держались, когда её будут держать за ноги.
Вставила пробку — чтобы анус был готов, разработан, податлив.
Надела очки — не для зрения. Для образа. “Скромная бухгалтерша, которая на самом деле — шлюха”.
— Леш, как я выгляжу? — спросила она, поворачиваясь перед зеркалом, попа шлёпнула по зеркалу.
— Как блядь, которая ждёт, когда её начнут ебать, — ответил я.
Она улыбнулась. Глаза — горят.
В МАШИНЕ. ПЕРВЫЙ МИНЕТ.
Ехали втроём. Я — спереди. Ирина — сзади, между двумя мужиками. Димой и Серёгой. Те самые, из поезда.
Через пять минут после выезда — Дима расстегнул ширинку.
— Ну что, шлюха, соскучилась?
— Да, мальчики... очень... — прошептала она.
— Покажи, как соскучилась. Рот открой. Хуй прими.
Она наклонилась. Без стеснения. Без прелюдий.
Взяла его член в рот — глубоко, до горла.
Серёга рядом — расстегнулся тоже.
— И мне не забудь, блядь. Ты же для всех.
Она взяла и его. По очереди. То одного, то другого.
Голова моталась между коленями. Очковые линзы запотели. Слюна текла на члены, на джинсы, на сиденье.
Она давилась. Хрипела.
Но не останавливалась.
— Ох, ебать... какая жадная... — стонал Дима.
— Она реально сосёт, как пылесос... — хрипел Серёга.
— Леш, ты видел, как твоя жена хуи полирует? — смеялся Дима.
— Вижу. И мне стоит. Каждую секунду.
Она услышала. Подняла глаза. Улыбнулась.
Слюна — капала с члена на её подбородок.
Очки — сползли.
Лицо — в поту.
Рот — набит.
Она была счастлива.
САУНА. ПЕРВЫЙ ВЕЧЕР.
Мы приехали.
Администраторша — высокая, строгая, с лицом недотраха — посмотрела на Ирину и сразу поняла.
— Опять шлюху вызвали? Хотя не похожа — спросила она у Димы, не скрывая презрения. — Чтоб тихо было. И убраться за собой.
Дима только усмехнулся.
— Не шлюху. Королеву шлюх.
Ирину увели. А мне сказали сидеть в соседней комнате. Я сидел один. Пил пиво. слушал. Сквозь стену доносились крики. Смех. Хлопки. Стон Ирины. Хлюпанье. Команды:
— Рот! Шире! Глубже!
— Попку оттопырь, сука!
— Кто следующий? Быстро!
— Глотай, шлюха! Не выплёвывай!
— Она реально как пылесос! Ни капли не теряет!
— Сколько уже кончили? Десять? Пятнадцать?
— А она всё просит! Эта блядь — бездонная!
Через час ко мне зашёл Дима. Весь в поту. С довольной ухмылкой.
— Леха, ты не представляешь... она... она просто машина. Ей уже столько порций кончали в рот. Она всё глотает. Всё. Без остановки. Пацаны в шоке. Говорят — такую блядь раз в жизни встречаешь.
Я кивнул. У меня стоял. Я знал — это только начало.
ЗАГОРОДНЫЙ ДОМ. ДВА ДНЯ.
ПРИЕЗД. ВСТРЕЧА. КОМПЛИМЕНТЫ С НАМЁКОМ.
Вышла из машины во дворе была накрыт стол мужиков 10-15 потом казалось что появлялись новые
У Ирины — платье взлетело, как парашют.
Ветер — подхватил ткань.
Все увидели: стринги. Чулки. Попа — огромная, мясистая, сочная, с булками, которые при каждом шаге шлёпались друг о друга, переливаясь, как желе.
— Оооо, бляяяяя... — раздался хор мужских голосов.
— Вот это попа! Станок!
— Над ней работать и работать!
— Ирина, ты просто огонь!
— Шлюха, ты специально так оделась? Чтобы мы сразу поняли — для чего ты приехала?
Она покраснела. Улыбнулась. Опустила глаза.
— Я... я хотела... чтобы вам понравилось...
— Понравилось, сука! — рявкнул один. — Щас тебе покажем, как понравилось!
Сели за стол. Шашлык. Пиво. Водка.
Сначала — комплименты.
Потом — намёки.
Все уже хорошие смотрели на нее с жадностью, кто то уже ее лапал.
Потом — приказы.
— Ты же понимаешь, зачем приехала? — спросил Дима, глядя ей в глаза.
— Да... чтобы... обслуживать... — прошептала она.
— Громче.
— Чтобы... быть вашей шлюхой...
— Правильно. Ты — наша блядь. Ты — для ебли. Ты — для спермы. Ты — для унижения. Ты — для криков. Ты — для очереди.
— Да... я ваша...
— Сними очки.
Она сняла.
—Дима : пацаны щас все будет ! минут чере 10 подтягивайтесь в дом, Ирин пошли что покажу.
И она пошла с Димой, все в след кричали свистели, Кто то выкрикивал что когда очередь занимать?!
И они начали ее обсуждать :
— Ох, ебать... какая сочная....
— Ляшки — просто пиздец... Жопа точно рабочая
— Живот — на него бы кончить...
— Пацаны все успеете, всю ее обкончаем и дырки растнем...
— Ну че зачетную мы блядь замужнюю подцепили ?
—Да бля не кто не верил
— Пиздец мы ее как в поезде проебли спермой накачали
— вы бы слишали какие аудио она ним кидала. Это спермоприемник сама нас умоляла что бы взяли ее на проеб
Все начали потихоньку уходить в дом, мы остались сидеть в пятером, пили пиво, водку.
Через 10 минут пошел и я, захожу в комнату а народу пиздец.
Первый час был разминкой. Её поставили на колени посреди комнаты, и парни подходили по очереди. Она сосала их, стараясь изо всех сил, лаская яйца, заглядывая в глаза. Они кончали ей в рот, на лицо, на грудь. Она жадно глотала, ловила ртом каждую каплю, а те, что не успевала, слизывала с губ и пальцев.
Она — на коленях. Вокруг — кольцо из членов у нее над головой и перед лицом одни члены и свисают больши полные яйца.
Она — обслуживает. Осталась в стрингах, чулках, подвязках.
Грудь — обвисла. Соски — торчали. Живот — мягкий, с ямочкой у пупка. Попа — огромная, красная от шлепков.
Один подошёл. Потрогал её грудь.
— Соски уже торчат... киска мокрая?
Он сунул руку в стринги.
— Ооо, бляяя... вся мокрая... набухшая...
— Она ждала... — засмеялся другой.
— Шлюха соскучилась по хуям...
— ОНА ЖАДНАЯ! ЕЙ МНОГО НАДО!
— ДА, ДА, Я ХОЧУ ЕЩЁ! — хрипела она, с членом во рту.
— ГЛОТАЙ, ШЛЮХА!
— ГЛОТАЙ!
— ГЛОТАЙ!
Рот — наполнялся. Сперма — текла по подбородку.
По шее. По груди. По животу.
По попе. Она — не останавливалась. Она — просила ещё.
Я — рядом. Массирую парням яйца. Чтобы кончили быстрее.
Чтобы спермы было больше, с обожанием добывали сперму самцов. Мы — добытчики спермы.
Команда по снабжению бляди.
— ЛЕША, МАССИРУЙ ЛУЧШЕЕ! — орал один.
— ГЛОТАЙ, ШЛЮХА!
— ГЛОТАЙ, БЛЯДЬ!
— ГЛОТАЙ, ДЫРКА!
Она жадно глотала сосала, ее рот только и успевал наполнятся.
— Огонь шлюха! — смеялись они. — Рот — золотой!
Она сидела на коленях, с раздутыми щеками, не в силах говорить, рот по края был полный. Её глаза в них читалось удовлетворе́ние. Мужики смеялись, тыкая в неё пальцами.
— О, смотри, какая наливная стала!
— Ну-ка, открой, шлюха, покажи!
Она медленно открыла рот. Белая, пузырящаяся масса переливалась была по края.
— А теперь глотай. Медленно, — распорядился наблюдавший.
Она начала сглатывать. Это было долго и мучительно. Каждый глоток сопровождался громким бульканьем и хрипом. Когда она закончила, она высунула чистый язык, демонстрируя пустоту.
— Молодец, — похвалил.
рџ’¦ ТРАХ. ВЕЗДЕ. ВО ВСЕХ ПОЗАХ. СКВИРТ. СПЕРМА. КРИКИ.
Она легла на кровать.
Все начали подходить. Один лег на спину она села сверху на член — в киску.
Второй — в рот. Третий — в жопу.
Она — дрочит двум сбоку. Попа — большая скачет на членах,.
Живот — трясётся. Грудь — болтается. Слюна — капает. Сперма — брызжет.
— ДА! ДА! ЕБИТЕ МЕНЯ! — кричала она, ноги дрожат.
— ГЛОТАЙ, СУКА! — рычал тот, что в рот.
— СЖИМИ ЖОПУ! — орал тот, что сзади.
— ДЕРЖИ ЧЛЕНЫ КРЕПЧЕ! — командовал тот, что в киске.
Потом в неё вошёл следующий. Это был худой, нервный парень. Он трахал её в задницу резкими, отрывистыми движениями. Ирина кричала, но её крики тонули в общем гуле.
— Жёстче, сука, жёстче! — орал он, впиваясь пальцами в её мясистые бёдра. — Разрабатывай эту дыру!
Он кончил быстро, заливая её тёплой спермой. Когда он вытащил член, из её ануса хлынула белая жидкость, смешанная с её соками.
— Следующий! — крикнул Дима. — Кто хочет потрогать эту сочную жопу?
Я лёг под неё. В позе 69.
Лицо — у её дырок. Я видел всё.
Набухшие губки — красные, мокрые, блестящие, пульсирующие.
Анус — растянутый, влажный.
Я начал лижать. Сначала — киску. Язык — глубоко, по кругу, по сосочкам, по складкам.
Потом — жопу. Язык — в анус, вылизывал смазку, сперму, её соки, всё, что стекало изнутри.
Над моим лицом — болтались яйца. Огромные. Тяжёлые. Полные спермы.
Я их лижал. Вылизывал. Сосал.
Иногда — член выскакивал из нее — и головка попадала мне на губы.
Я целовал её. Облизывал. Возвращал обратно.
Я видел, как члены входят в неё, как поршни.
Как её дырочки растягивается.
Как сперма смешивается с её соками — и стекает мне на лицо.
Я глотал. Жадно. С наслаждением.
Это был коктейль богов: её возбуждение + их сперма + мой позор.
Дальше опять все заново в три члена, ебли жестко качественно все дырки в работе.
Её трахали снова и снова. Каждый кончал в неё, заливая её матку новой порцией.
— Ну и шлюха! — восхищённо свистнул кто-то. — Видно, что работала не покладая рук!
— Давайте проверим, сколько ещё спермы влезет в эту бочку!
— Жёстче, сука, жёстче!
Она орала пытался выпругнуть с членов, а ее держали и продолжали долбить все жестче и жестче.
И она как заорет, — Я КОНЧАЮ! Я КОНЧАЮ!
— ДЕРЖИ ЕЁ! — орали мужики. ее дотрахали до сквирта с нее брызнула мощная струя
Я схватил её за руки. т ело — затряслось.
Глаза — закатились. Крик — превратился в хрип.
Она упала. Как тряпка. Как использованная шлюха. Ее всю трясло она вся сжалась и рыдала, по тлу пошли муражки.
— Терпи, блядь, терпи! Ты же хотела! — кричали они.
Она отчаянно кашляя и выплёвывая сперму. Она была вся липкая, перепачканная, едва живая.
Она лежала, раскинувшись, и стонала, а её живот от обилия спермы стал чуть выпуклым.
— Полная, блядь! — смеялись они. — Наполнили шлюху !
— Смотрите, какая у неё киска — вся в соках, губки — как после бани...
— А жопа — как воронка, реально члены засасывает...
— Она реально под всех подходит — и под толстый, и под тонкий...
— Шлюха-универсал, братва...
— Блядь на все случаи жизни — и в рот, и в жопу, и на лицо...
— Леха, ты молодец — такую жену завёл...
— Она не жена. Она — наша общая блядь. Ты — куколд. Она — спермососка.
Не могла шевелиться.
Со всех дырок — текла сперма.
Изо рта — хлюпала, булькала, когда она пыталась что-то сказать — только хрип и бульканье спермы в горле.
Она — плакала. От кайфа. От усталости. От счастья.
— Ооо, какую шлюху проебали... — смеялись мужики.
— Она это надолго запомнит...
— Блядь — огонь, реально...
Я смотрел на неё.
На эту разтраханую счастливую суку.
На ту, что раньше, варила борщ, ругала меня за носки на полу.
А теперь — лежит в луже спермы, не может встать, улыбается сквозь слёзы.
— Леш... — прошептала она, сперма капает с губ. — Я... я хочу так всегда...
Заснула. Сперма — стекала по щеке.
На губах — улыбка. Как у настоящей бляди.
Как у счастливой женщины.
Так все продолжалось два дня :
рџЌѕ ОЧЕРЕДЬ. ФУЖЕР. СПЕРМА. ИГРЫ.
На утро они играли с ней. Пока все сидели пили пиво, ей дали фужер и сказали добывать сперму.
Наполняли фужер спермой.
Она — пила. Жадно. Смакуя. С закрытыми глазами.
— Ммм... вкусно... ещё... дайте ещё...
Вообщем было весело, если интересно продолжение пишите комментарий надо или нет, может ине стоит больше писать.