Японская дева

Зима всегда вызывала у меня раздражение. Не сказать, что я человек с вспыльчивым характером, но когда холод проникает под одежду, а ледяной ветер бьет в лицо, я начинаю терять самообладание.

События этой истории развивались именно в зимний период. Целый день я без дела метался по квартире (по принципиальным соображениям не работаю, поэтому времени у меня хоть отбавляй) и испытывал желание встретиться с женщиной. К полудню до меня дошла неприятная мысль, с которой сталкивается любой одинокий мужчина — женщины больше не проявляют ко мне интереса. Так получилось: возможно, моя внешность стала менее привлекательной или же я просто выпал из моды. Впрочем, на такие мелочи раньше я не обращал внимания. Я любил выпить, немного развлечься и к вечеру завести знакомство — особенно под ночным небом при луне мои гормоны буквально разгорались. Но сейчас стало очевидно, что не с кем тратить это волнение.

Я погружался в свои печальные размышления, когда мне позвонил Кифа Большой.

Кифа был своеобразным человеком. Он ни разу не прикасался к алкоголю, не курил и предпочитал носить штаны без нижнего белья; каждый день он усердно тренировал тело в спортзале. Говорили даже, что его занятия как-то связаны с отсутствием трусов, но обсуждать это не стану — у каждого свои предпочтения. Главное было в том, что Кифа пригласил меня на фуршет, и отказаться от этого предложения я просто не мог. Наоборот, мне сразу захотелось мчаться к нему как можно скорее. В тот момент даже если бы какой-нибудь бездомный пригласил меня поесть селедки за мусорным контейнером, я бы согласился лишь бы выбраться из своей квартиры и пообщаться с людьми.

Кроме того, я знал, что у Кифы порой бывают забавные моменты. Он был довольно странным человеком, как я уже упоминал, и от него можно было ожидать всего чего угодно. Однажды он встретил на улице нищую цыганку, привел ее к себе домой и заставил пить молоко из блюдца, как собаку. Она провела у него несколько дней, за это время поседела, а Кифа даже побрил ее наголо. В конечном итоге он выгнал ее, сказав, что молоко закончилось. Затем к нему пришли какие-то цыгане разбираться с ситуацией — произошла некая потасовка с шомполами, но в итоге все разрешилось мирно. Один из цыган был задушен им, но никаких последствий для Кифы это не имело.

Я купил бутылку вина в магазине — для себя, и пакет ряженки для Кифы. Также взял булочки с повидлом, сложил все это в полиэтиленовый пакет и направился к метро. Я был одет в легкий полушубок, и холодный ветер пробирался до костей. Почти окончательно замерзнув и разозлившись от холода, я добрался до Электросилы и с облегчением вошел в вагон. Внутри было достаточно пусто. Я сел на свободное место и вдруг заметил ее: она сидела напротив меня в серебристой пуховике и красной вязной шапочке... У нее были худые ноги, сама она была стройной. Я сразу окрестил ее японкой; её глаза слегка раскосые, а скулы явно выделялись. Кто она по национальности — не важно; главное то, что я почувствовал прилив жизни.

В ней было что-то притягательное. Это настолько задело меня, что я без лишних раздумий начал проявлять интерес к ней. Осторожно поставив пакет с булочками на скамью для освобождения рук от груза, я произнес:

— Извините за вмешательство,— сказал я с грустью и надеждой,— но не подскажете ли вы мне ближайший библиотечный коллектор?

Она на мгновение пощипывала воротник своей шубы и наконец произнесла, что она не местная. Голос её был достаточно мягким, чтобы вызвать у меня волнение. Она говорила очень четко, как и я.

— Я тоже не совсем местный, — ответил я. — Хотя давно живу здесь, всё еще не могу привыкнуть к местным условиям. Холод ужасный, как вы считаете?

Она высокомерно кивнула головой.

— А как обстоят дела на родине? — с надеждой спросил я.

— На родине тепло-о..., — заметила она с ноткой гордости. — Я родом из...

Затем она произнесла несколько согласных подряд и длинные гласные с двумя мягкими знаками, после чего мой разум просто отключился, чтобы избежать перегрева. В общем, это был южный город.

— Приехали сюда учиться?

Она объяснила своим тихим голоском, что приехала не только для учебы, а для обучения в университете на проспекте Х. На самом деле она уже начала занятия.

Увидев, что я тоже студент в какой-то степени, я быстро предложил обсудить студенческую дружбу в кафе на проспекте Х, а потом…

Она меня перебила. Сказала, что не ходит в кафе с мужчинами. Её бабушка просила её об этом перед отъездом в город на Неве. А бабушка той бабушки также делала такую просьбу перед отъездом на курсы зоотехников в город с тринадцатью согласными и гласными без какого-либо понимания пропорций.

Это очень меня разозлило. Не стоит забывать, что всё происходило зимой. И дело было не только в том, что у меня не было денег на кофе с пирожными (хотя их действительно не было). Просто внезапно я остро осознал, что лучший из моих дней уже давно позади, а мне так и не удалось записать это событие в дневник. Больше таких дней уже не будет. Я сидел в грязном вагоне напротив изящной японки в красной шапочке — никому не нужный мужик с претензиями.

И в тот момент я решил поступить следующим образом: объявил, что являюсь агентом по недвижимости. В моей базе данных находилось свыше ста квартир, готовых для аренды, лизинга и опционных сделок. Если ее это заинтересует, я смогу предложить ей что-то уютное по невероятно низкой цене.

Она проявила интерес. Ее носик слегка поморщился, и она уточнила, действительно ли у меня такой большой выбор. Я ответил, что он просто огромен. Она немного подумала и наконец спросила, есть ли у меня на примете уютная квартира на проспекте Х. Я подтвердил наличие такой квартиры и в принципе не соврал.

Наверное, мне просто повезло с тем, что Кифа жил именно на проспекте Х. В жизни часто случаются удивительные совпадения. А может быть, в своем порыве злости я сумел заглянуть в маленькую японскую головку и подсказать ей то, что нужно мне.

Я шел рядом с ней по проспекту под руку, как порядочный человек, рассказывая о своих взглядах на градостроительство и кулинарные традиции разных народов. Японка оставалась сдержанной — как и подобает девушке из аула. Она не отвлекалась на окружающее; лишь однажды спросила о стоимости такой квартиры. Я назвал смешную сумму, и она облегченно выдохнула.

Думаю, во мне было что-то вызывающее недоверие. Я выглядел довольно неопрятно — так обычно выглядят бездельники — а ее представление об агентах по недвижимости было совершенно другим. Тем не менее я все же совершил невозможное — довел её до двери нужной квартиры.

Дверь открылась, и Кифа Большой кивнул головой в приветствии. Он молчалив был в своем удивлении при виде нас двоих — просто махнул рукой в знак того, чтобы мы проходили внутрь, а затем захлопнул за нами дверь. Японка восприняла всё спокойно; она направилась в зал по указанному пути, а я добавил следом:

— Осмотритесь, уважаемая, и чувствуйте себя как дома...

Проведя Кифу на кухню, я изложил ему свои мысли. Моя цель была проста — чтобы он оставил нас с бутылкой в одиночестве хотя бы на час. Надежда все еще теплилась во мне.

Кифа быстро развеял мои иллюзии. Он произнес:

— Она не интересуется.

Я попытался возразить, но Кифа снова подтвердил:

— Она не интересуется. Это видно.

Я уже упоминал, что он человек необычный. И это действительно так.

Затем он добавил:

— Я поговорю с ней. Есть кто-то из знакомых?

Я не совсем уловил его мысль. Кифа Большой пояснил:

— Кто-нибудь знает, что она здесь находится?

Я ответил, что никто об этом не в курсе. На что Кифа сказал:

— Отлично.

И ушел. Я остался на кухне, открыл холодильник и положил туда ряженку и булки. Вино я откупорил и начал искать стаканы — это была последняя моя надежда.

Первый крик раздался, когда я нашел второй стакан — вернее, чашку без ручки. Затем послышался гремящий звук, а сразу за ним снова прозвучали крики — тонкие и пронзительные. Я быстро направился в зал с чашкой в руках, так и не успев её наполнить.