«Собственность Государства» Часть 2

Дорогу до офиса она шла долго, стараясь не привлекать внимания патрулей. В городе было холодно, но её «умная» одежда согревала тело за счёт встроенных микро-нагревателей, которые автоматически регулировали температуру в зависимости от уровня влажности и активности.

В пункте демографии её встретили два инспектора в белых халатах. Они быстро проверили показания с датчиков пробок и лифчика через сканер на запястье Ольги.

— Уровень стимуляции в норме, тонус матки тоже в норме, яичники в нужной фазе — сказал один из них, не поднимая глаз от планшета.

— Талон на оплодотворение выдан. Завтра утром вам доставят свежую порцию спермы, во время дойки, введется, оплодотворитель мы надеемся не сломан.

Выйдя из отдела центра демографии она зашла на работу и предупредила начальницу что завтра задержится.

Все это заняло много времени и ее приспичило, постепенно желание помочится усиливалось, и Ольга почти бегом понеслась домой.

На улице это было делать запрещено, и сразу зафиксируется алгоритмом. На работе так как она сегодня не работала то и автоматические двери туалета ее не пустят, да и писать там пришлось бы не снимая трусиков потому что замок откроется только дома и идти с мокрой писькой такое себе удовольствие.

Её ноги горели, а в животе уже начинало нарастать давление мочи, а до дома, оставался ещё долгий путь.

Когда она вошла в квартиру и закрыла дверь, Ольга скинула с себя комбинезон, сапожки и сразу же кинулась к унитазу.

— Быстрее, — подумала она, чувствуя, как мочевой пузырь давит на промежность сквозь плотный материал трусиков.

Она стояла у унитаза, сжимая пальцы в кулаки, и пыталась расслабить мышцы таза. Но электронный замок все не отрывался. Чертова пауза в 15 минут после того как заходишь в дом перед открытием замка злила до невозможности.

В крайнем случае можно было помочиться сквозь них — ткань трусиков была проницаемой для жидкостей.

Ольга медленно села на унитаз и позволила себе облегчиться через трусики. Жидкость прошла через материал, и она почувствовала влагу, прилипшую к коже промежности.

Это не нравилось ей — мокрая кожа раздражала чувствительные нервы, а запах ее раздражал, это напоминало ей время, проведенное на работе где приходилось писать сквозь трусики и ходить несколько часов обмочившейся с запахом испаряющейся мочи.

Она вытерла промежность полотенцем, но ткань трусиков оставалась слегка влажной. Грудь тоже устала от постоянного покалывания электростимулятора — иглы в сосках начали пульсировать медленнее, как будто требовали отдыха. Но алгоритм не позволял выключить их полностью до полуночи.

Наконец то щелкнул замок, и она смогла снять эти мокрые трусики и кинуть их в стиральную машину.

Постанывая она вытащила пробки и приняв душ, пошла и рухнула на диван, потирая проклятый лифчик в котором она и купалась.

Она закрыла глаза, нужно терпеть, скоро опять дойка, хоть что-то приятное подумала она, и сиськи хоть немного отдохнут, но потом опять его надевать.

В голове прокручивался следующая мысль, утром очередное оплодотворение юбилейное десятое.

Тело было её инструментом, и она должна была работать как часы. Но даже в тишине квартиры чувствовалось присутствие системы, которая следит за каждым движением, каждой каплей влаги и каждым микровыбросом гормонов.

Ольга вздохнула и прижала руки к своим сиськам, слегка сдавливая их.

Она была собственностью государства, и пока её тело давало потомство, оно оставалось во власти системы.

Утро в квартире Ольги начиналось с тихого, монотонного гула доильного аппарата. Холодный синий свет панели на стене мягко пульсировал, синхронизируя биоритмы её тела с расписанием. Сегодня утром был особый день — в её расписании значилась «дополнительная стимуляция с оплодотворением».

Дверь почтового отсека открылась с тихим щелчком, и курьер-дрон доставил капсулу.

Она была небольшого размера, покрыта матовым гелем, внутри которого хранилось генетическое вещество для следующего цикла оплодотворения.

— Смена протокола, — прозвучал нейтральный голос из динамика на стене.

— Подключение модуля «Оплодотворитель».

Ольга поднялась и подошла к шкафу.

Там, среди аккуратно сложенных гигиенических наборов, лежал оплодотворитель в виде большой пробки которая, когда входила во влагалище сама подстраивалась под ее размер полностью ее заполная.

Ольга взяла его в руки и вставила туда капсулу, ее пальцы дрожали от нервного напряжения.

Он был выполнен из гладкого, тёплого пластика с микро-сенсорами, которые считывали пульсацию её тела. Она поднесла его к доильному аппарату и присоединила через специальный разъем.

Ольга села на кресло и приготовилась к процедуре.

Специальный разъем выдвинулся к пояснице подключаясь к клейму, создавая ощущение приятного давления и покалывания.

Чашечки молокососов с шипением присосались к соскам.

Аппарат начал мягкую вибрацию, разогревая ткани.

Когда температура достигла нужного уровня, пробка оплодотворителя плавно продвинулась внутрь.

Это всегда было немного больно, когда он продвигался во влагалище, раздувался, а потом, верхняя часть трансформировалась в тонкую трубку и проходила через шейку матки, растягивая её стенки.

Но боль была терпимой, почти приятной в от предвкушения того, что ожидало дальше.

— Глубокое дыхание, Ольга, — напомнила система.

Пикнул шприц инжектора, это был нейтрализатор пролактина, который, имплантат поддерживал овуляцию несмотря на лактацию.

Завтра ее будет трусит от дисбаланса гормон, но алгоритм все выровняет.

Она закрыла глаза и позволила себе погрузиться в ритм. Стимуляция сосков синхронизировалась с движением и пульсацией зонда внутри. Когда капсула вошла в матку и лопнула, сперма, смешанная со стимулятором покрыла всю внутренность матки и вызвала бурную реакцию у Ольги.

Это был не просто акт оплодотворения — это был оргазм, усиленный добавленным в состав стимулятором. Он ударил её как волна, заставив выгнуть спину и громко вскрикнуть. Боль от зонда смешалась с жаром, разошлась по телу, создавая ощущение полного наполнения.

Оргазм длился дольше обычного — химический агент заставлял мышцы сокращаться в ритме, который аппарат считывал, как идеальный для вынашивания.

Ольга не удержала себя. Мышцы тазового дна расслабились от интенсивности стимуляции, и она обмочилась прямо на кресло. Жидкость смешалась с каплями пота, стекающими по её ногам.

Оргазм все длился и длился, сводя с ума. Потом ощущения начали спадать оставляя поле себя только эйфорию от полученного удовольствия.

Она сидела в луже мочи, залившей кресло и пол, несколько минут, слушая, как капли падают на пол, пока не услышала тихий сигнал завершения цикла.

— Уборка зоны, вы загрязнили зону дойки — прозвучало слова алгоритма из динамика.

Ольга медленно поднялась, чувствуя тяжесть в ногах и странное, сладкое опьянение в животе. Она достала влажные салфетки из контейнера на стене и начала протирать кресло и пол.

— Проклятая слабость, — прошептала она себе под нос, глядя на свои руки. — Опять не сдержалась. Уже столько лет опыта и никак не привыкну.

Она убрала лужу, вытерла ноги и повернулась к зеркалу у двери отражался её уставший, но довольный вид.