Оставил жену одну с соседом и включил камеру

Всем привет. Снова я, муж. Нам с женой по 34, в браке пять лет. Опишу её — она сегодня будет в центре внимания.

Жена — девушка с точёной фигурой, узкой талией и широковатыми бёдрами, которые она сама немного стесняется, а я от них без ума. Грудь второго размера, очень отзывчивая на ласки, с тёмными ореолами и сосками, твердеющими буквально от сквозняка. Волосы — каре до плеч, тёмные, густые. И глаза — большие, карие, которые в момент возбуждения становятся почти чёрными и немного косят, когда она закусывает губу. Эту деталь я замечал каждый раз, когда она погружалась в свою «роль».

Наш опыт с третьими за последний год расширился. После сауны были ещё встречи, и каждая добавляла что-то новое в нашу копилку сценариев. Жена вошла во вкус роли «шлюхи на поводке», но ей по-прежнему важно, чтобы всё происходило под моим контролем. Так она чувствует себя защищённой и от этого ещё более развратной — её слова, не мои. Я же наслаждаюсь ролью режиссёра и зрителя одновременно, особенно когда удаётся создать ситуацию, где всё выглядит спонтанно, но по факту каждая деталь продумана заранее.

Так вышло и в этот раз.

Полгода назад в соседний коттедж въехал новый жилец. Одинокий мужчина лет сорока, представился Алексеем. Высокий, подтянутый, с руками человека, который умеет ими работать — строил дом своими силами, судя по всему. Мы иногда пересекались у ворот, здоровались, пару раз он помог нам — то с машиной что-то подкрутил, то лестницу дал. Жена его приметила сразу, чего уж там. И когда мы в очередной раз обсуждали наши фантазии перед сексом, она, раскрасневшись, призналась, что иногда представляет его, когда я трахаю её сзади. Особенно после того случая, когда он зашёл к нам без предупреждения вернуть инструмент и застал её в коротких шортах и обтягивающей майке без лифчика. Она потом рассказала, что он задержал взгляд на её груди ровно на секунду дольше приличий. И эта секунда её завела сильнее, чем она ожидала.

Идея оформилась быстро. Мелкая поломка в доме, просьба к соседу зайти помочь, пока меня «срочно вызвали на работу». На самом деле я никуда не уезжал — я был в доме, в своём кабинете на втором этаже, откуда через скрытую камеру в гостиной и спальне мог видеть и слышать всё происходящее. Сценарий мы обговорили за день, буквально посекундно. Жене предстояло сыграть двойную игру: для соседа — внезапно осмелевшая домохозяйка, для меня — послушная шлюха, знающая, что каждый её шаг оценивается.

Был вечер пятницы. Я заранее отсоединил пару пластиковых труб под раковиной в ванной, слив воду в ведро, и сфотографировал «аварию» на телефон. Жене отправил сообщение: «Готово. Жди отмашки». Сам поднялся в кабинет, включил камеру, проверил звук — динамики передавали малейший шорох. На мониторе гостиная просматривалась от входной двери до лестницы на второй этаж, спальня — от порога до кровати. Картинка была чёткой, свет приглушённым — ровно так, как мы любили.

Жена тем временем переоделась. Она знала задачу: выглядеть по-домашнему небрежно, но так, чтобы у Алексея пересохло во рту. Никаких чулок с поясом и ошейников — это было бы слишком явно. Вместо этого — короткие джинсовые шорты, едва прикрывающие ягодицы, и белая футболка на размер меньше нужного, без бюстгальтера. Волосы собрала в пучок. Никакой косметики, кроме блеска для губ — того самого, с лёгким эффектом припухлости. Она должна была выглядеть так, будто её застали врасплох. В этом был весь шарм.

За час до назначенного времени я написал Алексею: «Слушай, сосед, выручай. У нас трубу под раковиной сорвало, воды на полу по щиколотку, а меня срочно дёрнули на работу. Жена одна, боится, что зальёт весь первый этаж. Ты же с инструментами на «ты», можешь глянуть? Я буду дико благодарен. С меня вискарь».

Он ответил почти сразу: «Без проблем. Через час зайду. Пусть воду пока перекроет, вентиль под раковиной».

Я передал это жене и добавил: «Он будет через час. Ты помнишь, что делать? »

«Помню», — пришёл её ответ, и следом эмодзи с рожками.

Час я провёл, настраивая запись и прокручивая в голове сценарий. Меня колотило от нетерпения. Всё должно было пойти по плану, но именно лёгкий элемент неизвестности — как поведёт себя Алексей, как далеко он решит зайти сам, без моих прямых приказов — разгонял кровь сильнее всего.

Ровно в восемь вечера в дверь позвонили. Я видел на мониторе, как жена, выждав ровно пять секунд — мы это репетировали, чтобы создать иллюзию, будто она была в другой комнате, — подошла к двери и открыла.

Алексей стоял на пороге с небольшим чемоданчиком для инструментов. На нём были тёмные джинсы и простая серая футболка, которая довольно плотно облегала его плечи и грудь. Он явно только что принял душ — волосы были влажными. Увидев жену, он чуть заметно улыбнулся уголком рта, а его взгляд совершил то самое непроизвольное движение: глаза — губы — грудь — и снова глаза. Быстрее, чем он сам, вероятно, заметил. Но я заметил. И жена заметила.

— Привет, Марин. Муж написал, у вас тут потоп? — спросил он.

— Привет, — она чуть заправила прядь за ухо, опуская взгляд и тут же поднимая его обратно, прямо ему в глаза. — Да, представляешь. Я уже воду перекрыла, но всё равно страшно. Он сказал, ты мастер на все руки. Заходи.

Она отступила в сторону, пропуская его в дом. Когда он проходил мимо неё в узком коридоре, их плечи едва не соприкоснулись. Она закрыла дверь и на секунду посмотрела прямо в камеру над книжным шкафом. Короткий, почти незаметный взгляд. Но он был предназначен мне. Она знала, что я смотрю. И начинала играть.

— Показывай, где твоя беда, — сказал Алексей, ставя чемоданчик на пол у входа в ванную.

— В ванной на первом этаже, пойдём, — она пошла впереди, и я знал, что она делает это специально. Шорты были достаточно короткими, чтобы при ходьбе показывалась нижняя складка ягодиц, и достаточно свободными, чтобы воображение Алексея дорисовывало остальное.

В ванной он наклонился под раковину, посветил фонариком, поцокал языком.

— Ну, тут работы на двадцать минут. Трубу сорвало с крепления, прокладку менять надо. Повезло, что у меня с собой есть подходящая. Ты не переживай, сделаем.

Жена стояла в дверном проёме ванной, опираясь плечом о косяк. Она смотрела на то, как он наклоняется и как натягивается футболка на его спине.

— Может, чай или что покрепче? — спросила она.

— От виски не откажусь, раз уж твой муж мне пообещал, — усмехнулся Алексей, не оборачиваясь. — А пока можешь просто компанию составить, чтоб я тут в одиночестве не скучал.

Жена на мгновение замерла, потом медленно улыбнулась. Она не ожидала, что он начнёт первым. Но это было даже лучше. Она вошла в ванную и присела на край джакузи, метра за полтора от него. Так, что когда он поворачивал голову влево, его взгляд упирался ровно в её голые колени.

Они болтали о чём-то незначительном — ремонте, соседях, графике вывоза мусора. Но напряжение между ними нарастало с каждой минутой. Алексей всё чаще поднимал глаза от трубы не на саму Марину, а на её отражение в зеркальной плитке перед собой. А она специально закинула одну ногу на другую и затем медленно поменяла их местами. Этого короткого движения хватило, чтобы он на секунду замер с гаечным ключом в руке.

— Готово, — сказал он наконец, поднимаясь и вытирая руки о тряпку. — Включай воду, проверяй.

Жена подошла к раковине и наклонилась, чтобы повернуть вентиль. При этом она прогнулась в спине чуть сильнее, чем требовалось, и футболка натянулась на груди, обрисовывая отсутствие лифчика. Алексей стоял позади неё, буквально в полуметре. Я видел, как его взгляд опустился ниже её спины, на шорты, а затем поднялся обратно.

Вода зашумела, брызнула из крана, стекая в слив. Течи не было.

— Ты волшебник, — сказала она, оборачиваясь. Их лица оказались близко. Очень близко. — Идём, я налью тебе виски. Ты заслужил.

В гостиной она налила ему и себе на два пальца, они чокнулись. Разговор стал более расслабленным, с паузами, во время которых они просто смотрели друг на друга. Жена сидела в кресле напротив дивана, где расположился Алексей. Она снова закинула ногу на ногу, на этот раз медленнее, и задержала руку на своём бедре.

— Слушай, а твой муж не будет против, что я тут с тобой виски распиваю, пока его нет? — спросил Алексей. Это был проверочный вопрос, я сразу это понял. Он прощупывал границы.

— Муж доверяет мне, — ответила она спокойно. — И он сам сказал, что хочет, чтобы я чувствовала себя... свободно. Особенно с теми, кому он благодарен.

Последнее слово она произнесла с лёгким нажимом, глядя Алексею прямо в глаза поверх стакана. Потом поднялась, поставила стакан на журнальный столик и, обойдя его, села на диван рядом с ним. Не вплотную, но достаточно, чтобы диванная подушка прогнулась под её весом и их бёдра разделяло не больше десяти сантиметров.

— Я хочу отблагодарить тебя лично, — сказала она, и её голос стал на тон ниже. — Ты не против?

Он не ответил словами. Вместо этого он чуть развернул корпус к ней и положил свою ладонь на спинку дивана прямо за её плечами. Это было приглашение. И она его приняла.

Она положила свою ладонь ему на бедро. Чуть выше колена. И начала медленно вести вверх, пока кончики её пальцев не коснулись ширинки его джинсов, под которой уже угадывалась твёрдость.

— А ты горячая штучка, — выдохнул он, и его свободная рука легла ей на затылок, чуть сжав волосы.

В этот момент она бросила ещё один взгляд в камеру — на этот раз дольше, с едва заметной улыбкой, приоткрыв губы. Она знала, что я вижу. И я знал, что сейчас начнётся.

Его пальцы сжали её затылок чуть крепче, и она подалась вперёд. Их губы встретились. Это был не нежный поцелуй, а сразу жадный, голодный, с языком, с лёгким прикусом её нижней губы. Жена застонала ему в рот, и её ладонь, лежавшая на его ширинке, двинулась вверх-вниз, обрисовывая длину его члена через джинсы. Алексей шумно выдохнул через нос и потянул её за волосы назад, отрывая от своих губ.

— Тише, девочка. Успеешь, — сказал он с усмешкой, и в его голосе прорезались те самые хозяйские нотки, на которые мы и рассчитывали. — Раз ты решила меня отблагодарить, давай без суеты. Я люблю сначала осмотреть подарок.

Он поднялся с дивана, взял её за руку и потянул вверх. Она встала напротив него, чуть покачиваясь с пятки на носок, и смотрела исподлобья. Ростом он был выше неё почти на голову, и ей приходилось задирать подбородок, чтобы встретиться с ним взглядом.

— Сними футболку. Медленно, — сказал он.

Жена выдохнула и подчинилась. Взялась за нижний край футболки, потянула вверх. Сначала оголился плоский живот с аккуратным пирсингом в пупке — маленькой серебряной каплей, которую Алексей, судя по его расширившимся зрачкам, не ожидал увидеть. Затем показалась грудь. Без лифчика она выглядела именно так, как мы задумывали: соски уже стояли и тёмными кружками выделялись на бледной коже. Футболка упала на пол. Жена осталась в одних коротких шортах, переминаясь с ноги на ногу.

— Хороша, — прокомментировал Алексей и, не спрашивая разрешения, провёл большим пальцем по её левому соску. Тот мгновенно сморщился и стал ещё твёрже. — Давно хотел посмотреть, что ты прячешь под своими скромными сарафанами. А прячешь ты, Марина, очень даже ничего.

— Спасибо, — еле слышно ответила она и опустила глаза. Сейчас она входила в роль послушной девочки, которая отдана на милость гостю. Я знал эту её стадию: лёгкое смущение перед тем, как она окончательно растворится в процессе.

— Шорты тоже снимай, — скомандовал он.

Она расстегнула пуговицу, потянула молнию вниз и, чуть покачивая бёдрами, спустила шорты до щиколоток, перешагнула через них и осталась в крошечных чёрных трусиках, которые сзади представляли собой лишь тонкую полоску между ягодиц. Алексей обошёл её по кругу, остановился сзади и положил ладони на её бёдра. Провёл по ним вверх, до талии, затем вниз, сжал ягодицы и развёл их немного в стороны, оценивая вид.

— Трусики тоже долой, — сказал он ей на ухо, прижимаясь грудью к её спине. Она чувствовала его стояк, упирающийся ей в поясницу. — Хочу видеть всё.

Она стянула трусики и осталась полностью обнажённой посреди гостиной. Алексей снова обошёл её и встал лицом к лицу.

— А теперь встань на колени, Марин. Посмотрим, как ты умеешь благодарить ртом.

Она опустилась. Её колени коснулись ковра, и она принялась расстёгивать его ремень, затем пуговицу, затем молнию. Джинсы упали на пол, за ними последовали боксёры. Его член освободился и качнулся прямо перед её лицом. Я оценил размеры через камеру: он был длиннее моего, примерно 17–18 сантиметров, и довольно толстый, с выраженной головкой, уже влажной на кончике. Жена на мгновение замерла, просто разглядывая его, а потом посмотрела прямо в камеру — в последний раз перед тем, как полностью погрузиться в процесс. В этом взгляде было всё: и благодарность мне за эту игру, и обещание отработать на все сто, и дикое возбуждение.

Она взяла его в руку. Провела языком по головке, слизывая каплю смазки, и обхватила её губами. Её голова начала двигаться вперёд-назад, сначала медленно, привыкая к толщине, затем всё увереннее. Алексей стоял, слегка расставив ноги, и смотрел на неё сверху вниз. Его рука снова легла на её затылок, но на этот раз не чтобы направлять, а чтобы просто чувствовать ритм.

— Да, вот так. Хорошая девочка, — прошептал он. — Глубже. Ты можешь глубже.

Она приняла его до основания и замерла на секунду, затем вынырнула обратно, хватая ртом воздух, и тут же снова насадилась ртом до упора. Слюна потекла по её подбородку и закапала на грудь. Она совершенно потерялась во времени: то сосала нежно, играя языком по уздечке, то брала агрессивно и глубоко, то опускалась ниже и брала в рот его яйца, посасывая их по очереди и заставляя Алексея шумно втягивать воздух сквозь зубы.

Минут десять она стояла на коленях, и за это время Алексей дважды был близок к тому, чтобы кончить. Один раз он даже сжал руку в кулак и запрокинул голову, пытаясь отодвинуть момент. Но останавливаться он не хотел.

— Вставай, — сказал он наконец, помогая ей подняться. — Теперь я хочу посмотреть, что у тебя сзади. Повернись и нагнись.

Она развернулась к нему спиной и наклонилась вперёд, опершись ладонями о край дивана. Её ягодицы раздвинулись, открывая обе дырочки: влажную киску и аккуратную, тугую попку. Алексей провёл пальцем по её промежности, собирая влагу, и поднёс палец к её губам. Она послушно облизала его.

— Умница, — похвалил он. — А теперь скажи, куда ты хочешь, чтобы я тебя трахнул.

— Везде, — ответила она, не оборачиваясь. — Трахай меня везде. Я хочу, чтобы ты пользовался мной как хочешь. Муж разрешил.

Последнюю фразу она произнесла с особым смаком, и я знал, что она добавила её специально для меня. Алексей на это лишь хмыкнул и, не теряя времени, приставил головку к её входу и толкнулся внутрь. Она охнула и прогнулась в спине ещё сильнее, принимая его полностью. Он начал двигаться — сначала размеренно, с длинными выходами почти до конца и резкими толчками обратно, а затем всё быстрее, вколачиваясь в неё так, что шлепки тел разносились по всей гостиной.

— Да, да, да... — зашептала она, уткнувшись лицом в диванную подушку. — Трахай меня... сильнее...

Алексей взял её за бёдра и сменил угол, заставляя её вскрикнуть. Он трахал её киску ещё минут пять, а затем остановился, тяжело дыша.

— Теперь в попку, — сказал он. — Есть смазка?

— В спальне, в тумбочке, — прошептала она.

— Иди принеси.

Она выпрямилась, на секунду замерла, ловя равновесие, и пошла в спальню. Через минуту вернулась с флаконом смазки в руке. Алексей взял его, выдавил себе на пальцы и начал смазывать её анус, медленно вводя внутрь один палец, затем два, разогревая и подготавливая её. Жена постанывала и прикусывала губу. Когда он счёл её готовой, он снова поставил её раком, на этот раз лицом к лестнице, ведущей на второй этаж. Она знала, что я где-то там, и это подстёгивало её ещё больше.

Он вошёл в попу медленно, давая ей привыкнуть. Она застонала громче прежнего и выгнулась дугой. Затем он начал двигаться, и через минуту уже трахал её жёстко, удерживая bukvoeb. run за талию и насаживая на свой член до самого основания.

— Да, трахай мою попку... я шлюха... я грязная шлюха... — шептала она, и её слова перемежались ритмичными ударами его бёдер о её ягодицы.

Алексей уже не сдерживался. Он наращивал темп, и я видел по его лицу, что он на грани. Ещё несколько толчков — и он резко вышел из неё, схватил за плечо и развернул к себе лицом.

— На колени. Рот открой, — приказал он.

Она мгновенно опустилась и открыла рот, высунув язык. Он провёл рукой по стволу дважды — и выстрелил ей на язык, на губы, на подбородок. Густая белая сперма растеклась по её лицу. Вторая струя попала на щёку и стекла вниз, на грудь. Третья — на губы. Она сидела с закрытыми глазами, принимая всё это, и затем, как учила меня, обхватила губами его головку и отсосала остатки, слизывая каждую каплю.

— Охуеть, — только и смог выдохнуть Алексей, глядя на неё. — Ты невероятная.

Она улыбнулась, не открывая глаз, а затем медленно поднялась, собирая сперму пальцами с щеки и отправляя в рот.

— Я ещё не закончила, — сказала она. — Муж просил, чтобы после тебя я поднялась к нему. Он ждёт.

Алексей усмехнулся и покачал головой.

— Передай ему, что я тоже должен ему вискарь. За такой подарок.

Жена повернулась и, всё ещё обнажённая, со следами спермы на лице и груди, стала подниматься по лестнице в мой кабинет. Я слышал её шаги на ступенях и видел, как она поднимается всё ближе ко мне. Мой член стоял так, что, казалось, вот-вот взорвётся.

Она открыла дверь кабинета и вошла. Губы распухшие, на подбородке блестит слюна пополам со спермой, соски твёрдые и тёмные, между ног — влажный беспорядок от чужого члена. Она подошла ко мне, сидящему в кресле перед мониторами, и наклонилась к моему лицу.

— Твоя шлюха вернулась, — прошептала она, и я впился в её губы поцелуем, слизывая остатки спермы соседа. — Хочешь попробовать, какая я грязная внутри?

Я не ответил словами. Я встал, развернул её к столу и нагнул лицом вниз, к клавиатуре. Сзади из неё ещё сочилась смазка. Я вошёл в неё одним движением и начал трахать. Это замкнутый круг из похоти, контроля и любви. Именно так, как мы любили.