За спиной у Дьявола: Мстя разбуженной Принцессы

ПИИ-БИИИИП!!! ПИИ-БИИИИП!!! ПИИ-БИИИП!!!

Ну что за сука дорвалась до домофона?!! — в темноте, морщась от противного звука, тянусь за телефоном. На дисплее ярко светится»01:47«. Совсем охренели, уроды... небось опять к соседу-алконавту дружбаны приперлись... Домофон продолжает истошно надрываться, а я пытаюсь спросонья сфокусировать зрение. Резко подскочил: теперь голова кружится и тело как ватное — отвратное ощущение.

Кое-как, путаясь в одеяле, выбрался из нагретой постели и побрел в коридор. Зябко как, хочу обратно... Широко зеваю до слез, снимаю трубку домофона:

— Кто там?!

Меня зовут Ян, мне двадцать лет. Я студент филологического факультета, имею склонность к иностранным языкам, фотографии и... похоже, что еще и к убийству.

— Привет, — динамик отозвался сексуально хриплым, насмешливым и до боли знакомым мужским голосом. Девиль?!! — я обалдело вылупил глаза. Какого ему от меня надо, да еще посреди ночи?! Не-не-не, даже спрашивать не буду, себе дороже обойдется. Судя по интонации, с ним определенно все в порядке, так что нехай катится до дому.

— Я сплю, — отчеканил я, как можно строже, — если у тебя ко мне какие-то дела, будь любезен, позвони утром, и мы все обсудим.

— Что, даже на порог не пустишь? — не без ехидцы уточнила трубка, интимно понижая голос. — На дворе-то не май месяц.

— Даже не мечтай! — вспыхнул я.

— Совсем не бережешь соседей, — вздохнул Девиль.

Что? Я мгновенно запаниковал: о чем это он?!

— При чем тут соседи?

В динамике прошелестел отчетливый смешок:

— Ну, видишь ли, такси я уже отпустил, — пустился объяснять Девиль. — На улице холодно и мозгло, я начинаю замерзать и хочу скорее в тепло, а ты этому препятствуешь. Мне придется разбудить твоих соседей и наврать с три короба, чтобы меня впустили в подъезд.

— Я не позволю!

— Как? — ухмыльнулся он. — Будешь наугад метаться по квартирам с требованием не открывать дверь? Так ты только весь дом всполошишь. Брось, Принцесса, просто впусти меня уже, и я тебе клянусь — никто не пострадает.

Ага, как же. Чует моя задница, дело вазилином кончится, если я его впущу. В принципе нельзя позволять нечисти порог пересекать, а Девиль — это просто Дьявол во плоти. Однако, если не позволить ему осуществить задуманное, утром меня попросту линчуют. Или того хуже: соседи нажалуются хозяевам квартиры и меня с позором выселят. Не хочу опять в общагу, мне тут больше нравится!..

— Черт с тобой, — буркнул я, нажимая кнопку, — поднимайся.

Нашарив выключатель, включил свет, мельком оценив свое отражение в зеркале: взлохмаченный, осовелый стою посреди прихожей в одних трусах, покрывшись от прохлады мурашками, в ожидании ночного гостя. Надо бы накинуть на себя что-нибудь, мелькнула мысль, но было поздно, в дверь позвонили. От души матюгнувшись, повернул ключ.

Улыбающийся Девиль покачивался на пороге, фривольно облокотившись о косяк. Алкоголем разило за версту. Оглядев меня из-под руки с головы до ног, он довольно ухмыльнулся и шагнул в квартиру. Твою ж за ногу, мне только этого не хватало...

Я отступил назад, он вошел, закрыв за собой дверь. Таким я его еще не видел: вместо привычных мне джинсов и мотоциклетной куртки, на Девиле красовалось небрежно распахнутое стильное кашемировое полупальто известного бренда, под которым была классическая двойка с четко сидящим по фигуре жилетом. Ворот рубашки расстегнут, галстук болтается на шее атласной петлей.

— И с какой радости ты так набрался? — осторожно поинтересовался я.

— Не с радости, — фыркнул он, — от скуки. — Девиль вдруг прянул ко мне, сцапал за плечи, вжал спиной в холодную стену.

— Бляяяя!!! — взвизгнул я, выгнувшись и мгновенно покрывшись новыми мурашками. — Холодно же!..

— А ты теплый, — довольно мурлыкнул он, жадно прижимая меня к себе. Что это? Сквозь кисловатый запах шампанского, отчетливо пробивались нотки женских духов. Я инстинктивно принюхался — точно, от одежды пахнет...

— Ты где был? — почему-то мысль о том, что до меня к нему сегодня прикасалась женщина, неприятно царапнула по самолюбию. Что вообще происходит?!

— На балу я был, — хрюкнул Девиль мне за ухо, — ежегодном благотворительном... Жены местных властьимущих организуют, чтобы потом больным детишкам помощь оказывать...

— По мне, так вполне достойное мероприятие, — заметил я.

— Если не превращать его в ярмарку тщеславия, — отозвался Девиль, продолжая греть мне ухо нетрезвым дыханием. — Видеть, что на тебя вешаются, лишь бы ты подписал чек — аж с души воротит от их соревнований. В итоге, я напился и сбежал...

— Ну, ты прям Золушка, — съехидничал я, попытавшись высвободиться из его объятий.

— Я, между прочим, в отцовском фонде состою, — с жаром вскинулся Девиль, — мы курируем несколько реабилитационных центров...

— Охотно верю! — перебив, я уже откровенно уперся ему в плечи. Стоять босым на холодном полу было весьма сомнительным удовольствием. — Только в толк не возьму, каким боком ты приплел меня к своей благотворительности?! Зачем ко мне нагрянул среди ночи?!

— Потому что захотел, — в хмельном взгляде Девиля отчетливо полыхнуло желание. И когда он только загореться успел? Только-только ведь ныл про благотворительные фонды! Девиль начал откровенно напирать, стискивая меня в объятьях, точно куклу. Я попробовал отбрыкаться, но лишь все усугубил, — потеряв равновесие, мы в итоге опрокинулись, оказавшись на полу.

— Мфх!... Больно!... Слезь с меня! Тяжеленный...

— Вот еще, — колено Девиля отработанно втиснулось мне между бедер. — Я наконец-то дорвался до своей Принцессы, а ты хочешь, чтобы я отступил? Да ни за что!..

— Пол холодный!..

— Я согрею...

— Умф!... — мою следующую жалобу заткнули поцелуем.

С ним точно все в порядке? Обычно Девиль действует нахрапом, сминая к чертовой матери все мои потуги сопротивления. Сегодня же меня целовали с непередаваемой пьяной нежностью — все равно, что клубникой с шампанским угостили — безумно чувственно, так что я даже не заметил, как тоже захмелел. Я лежал под ним на полу практически нагой, но вместо того чтобы мерзнуть, горел каждой клеточкой тела. Это плохо... я не должен был допускать этот произвол. Девиль снова показал, что я ни хрена не могу ему противостоять — стоит ему меня прижать, и я как слабая девчонка сдаюсь на милость победителя.

Не прерывая поцелуя, он избавился от верхней одежды. Раздевается. Не осажу его сейчас, потом не остановят даже танки.

— Мммм!... Умн... стой! — я умудрился разорвать затянувшийся засос и отвернул лицо в сторону, старательно пихая его в плечи. — Послушай... я так не хочу! Ты только о себе думаешь!... Слышишь меня? Стой, я сказал!

— Вот ведь заноза, — вздохнул Девиль. Он с видимым облегчением стащил с шеи галстук, взглянул на меня... Нужно ли говорить, что не прошло и минуты, как мои запястья оказались стянуты шелковым произведением итальянских дизайнеров.

— Ты че творишь?!! — кипишевал я, извиваясь пойманным ужом.

— У меня сегодня настрой романтический, — мурлыкнул Девиль, одной левой удерживая мои руки, — так что будь любезен — заткнись, пожалуйста, и дай тебя любить.

Я дар речи потерял. Вытаращился на него и забыл брыкаться. А где шантаж?! Где угрозы с подколами?!! Он смотрел на меня сверху вниз, и я ощущал, как меня затягивает в бездонный омут его по-кошачьи раскосых глаз. Чувственный излом рта, точеные линии подбородка и скул, темный разлет соболиных бровей и каскад волнами ниспадающих длинных волос. Я ведь парень, он тоже. С какого тогда он так привлекателен?!!

— Ты пахнешь женскими духами! — в отчаянии я выбросил последний козырь.

— Ревнуешь? — ухмыльнулся Девиль. Наклонившись, он начал целовать мне шею, щекоча прядями волос. Я прикусил язык (в кои-то веки!), так как понял, что в данной ситуации все сказанное мной, будет играть против меня. Его губы тем временем спустились по скату шеи ...

к ключице, потом ниже, добрались до соска. Е-мое, он язык в ход пустил! Пах мгновенно откликнулся на ласку, пенис в предвкушении стал наливаться вскипающей кровью. Так не честно!... Второй сосок защемили пальцы, и я едва не задохнулся от возбуждения. — Все так же отзывчив — это приятно, — заметил Девиль. Приподнявшись, он еще раз оглядел меня, точно лакомый десерт. Выпирающий бугром восставший член и влажное пятно выступившей смазки на белье сдали меня с потрохами.

Он даже толком снять с меня трусы не потрудился — приспустил, заголив, забросил мои ноги себе на плечи и навалился, загибая в крутой рог. На сим прелюдии закончились, Девиль вломился в мое тело, так, что у меня аж слезы брызнули из глаз! БОЛЬНОООО!!! Я зашелся воплем.

— Шшшш... Тише, моя радость... скоро пройдет, — он замер во мне, начав ласкать мой член рукой. Возбуждение от дрочки постепенно разливалось по промежности, притупляя боль в анусе. Очень скоро моя задница уже вовсю пылала любовным жаром.

Он начал двигаться, раздразнивая членом мое тело. эротические рассказы Постепенно смазки стало больше, колечко сфинктера привыкло к растяжению и начало получать удовольствие от проникновения. Девиль трахал меня со знанием дела и явно сдерживался. Однако стоило мне неосторожно охнуть, как он будто с цепи сорвался — сложил меня буквально пополам и начал драть с таким жаром, что дух захватило. Я задыхался от гонки, а он без устали вколачивал мою задницу в жесткий пол. Издроченная древком его члена простата, казалось, вот-вот лопнет от напряжения, анус — так просто звенел. Догнавшийся коктейлем из гормонов похоти Девиль долбил меня, точно одержимый. В один миг меня будто прострелило в поясницу, промежность сжало, дернуло и сладким конвульсивным спазмом выстрелило семя. Я чуть не разрыдался от оргазма. Он кончил в меня следом, откровенно урча от удовольствия... Зараза!..

Сразу после секса он уснул! Прямо в прихожей, уютно привалившись к стеночке! Слов на него нет, сплошной мат на языке... Многократно титулованный чемпион по мотокроссу бессовестно задрых, едва успел пересечь финишную ленточку... Полный абзац. А поговорить?!

Сразу отказавшись от идеи уложить его к себе на диван — ибо нефиг! — я достал с антресолей двуспальный надувной матрас. Он не раз выручал меня, когда друзья оставались с ночевкой. Пока работал насос, я, немало намучавшись, таки умудрился раздеть Девиля. Он даже не почухался. Сука, хоть бы глаз приоткрыл!... Устроив матрас у окна, я застелил постель и втащил на нее тело любовника. Накрыл одеялом. Судя по ощущениям, завтра моей спине пиздец... Страшно захотелось его пнуть, но я сдержался.

К моему облегчению, в аптечке нашелся разогревающий гель. Как смог, намазал свою многострадальную поясницу и наконец-то вернулся в постель. На часах почти четыре утра — не судьба мне выспаться.

Утром я привычно проснулся до будильника, несмотря на свои полуночные бдения. Попробовал подняться и едва не взвыл — спину прихватило так, что дискомфорт в оттраханной Девилем заднице почти не ощущался. СУКАААА!!! Виновник моих страданий беспробудно спал, уткнувшись в подушку и беззаботно закинув за голову руки. Этот шанс я упустить не мог...

Выбравшись из постели, я тихо натянул джинсы. Походкой Квазимодо доковылял до комода с аптечкой, достал эластичные бинты. Девиль продолжал крепко спать, чем окончательно подписал себе приговор. Одним бинтом я связал ему запястья, а из второго изобразил короткую привязь, которую предусмотрительно закрепил на батарее. Потом прошел на кухню, вытащил из ящика складной нож; тихо прошел в прихожую, сунул ноги в туфли, прямо на голое тело набросил куртку и вышел из квартиры...

Его светлость соизволили открыть глаза, когда я уже стоял над ним неумолимый и готовый вкусить мести. Начав подмерзать без одеяла, Девиль пошевелился и обнаружил, что связан по рукам. Недоуменно уставившись спросонья на свою привязь, он обернулся, подняв глаза на меня. Я демонстративно занес руку, не без удовольствия наблюдая его мимику...

— Ты чего?! — Девиль рванулся.

— Достал!... — рявкнул я, хлестко обрушив на его тренированную задницу длинную тутовую хворостину. Орудие мести я выбрал со всем тщанием, старательно обойдя близрастущие к дому кусты, чем немало озадачил совершающих утренний моцион собачников. Еще бы, только семь утра, а полуголый парень рыщет по двору, выбирая подходящий прут. — Никого не слушаешь, творишь, что хочешь! — выговаривал я все, что накипело, не забывая сдабривать отповедь качественной поркой. — Думаешь, раз ты чемпион и папа у тебя банкир, так все можно?!! Я тебе не игрушка, я живой, чтоб ты знал!

— Телесные наказания давно запрещены! — огрызнулся Девиль.

— Бабушке моей это расскажешь! — отбрил я. — Как тебе вообще взбрело в башку притащиться ко мне в таком виде?! Мало того, что вперся среди ночи, в стельку, так вдобавок женскими духами провонял! Хоть бы совесть поимел! О том, что ты меня оттрахал и задрых, я вообще молчу!!!

— Хех! А вот и до сути дошел, — Девиль ухмыльнулся, и тотчас вздрогнул, приняв на ягодицы очередной удар.

— Чё сказал?! — взвился я. Как же он бесит! Я его тут порю, а он шипит, но все равно стебется.

— Пощады! — тотчас исправился он.

— Не бывать тому, извращуга! — я резко замахнулся и... — Бля!... — поясницу прострелило так, что я от боли сложился пополам. Отбросив хворостину, я согбенно застыл над Девилем, держась за спину. Его рельефно подкачанная задница пылала следами порки.

— Как я теперь сидеть буду? — в его голосе слышалась досада, но отнюдь не раскаяние.

— Со мной постоишь, — огрызнулся я, осторожно выпрямляя спину. — Я твоей милостью тоже не скоро с комфортом рассядусь.

Он зашипел, но сумел перевернуться на спину. Связанный, теперь он смотрел на меня снизу вверх и откровенно соблазнял. Блудливый взгляд, чувственно приоткрытый рот, скульптурное гибкое тело с рельефами упругих мышц — всем своим видом Девиль подстрекал меня воспользоваться своей видимой беспомощностью.

— Если Принцессе будет угодно, мой язык с радостью принесет ей тысячу извинений за безобразное поведение прошлой ночью, — промурлыкал Девиль. Мать моя женщина, в жизни не встречал более развратной артикуляции — я покраснел! Эта зараза в подтверждение своих намерений демонстративно провел языком по верхней губе. Я вытаращился, как завороженный; в джинсах стало откровенно тесно, что не ускользнуло от Девиля: — Смотри-ка, ты завелся, — ухмыльнулся он и, дотянувшись ногой, игриво потер меня ступней в паху.

Я аж подпрыгнул:

— Ты тут ни при чем — это утренний стояк!

— Ну, так и воспользуйся им, — поддел Девиль, — ты ведь хочешь меня наказать, разве нет? — Его ехидная ухмылка добила меня окончательно, я расстегнул джинсы и, опустившись на колени, навис над его лицом.

Как же горячо у него во рту! Язык Девиля влажно танцевал вокруг головки, порхая по венчику и щекоча уздечку. Приятный вакуум затягивал мой член в глубину его жадной глотки, а кольцо поступательно скользящих губ побуждало двигаться навстречу его движениям. Поддавшись похоти, я стал покачиваться, постепенно увеличивая темп и амплитуду и все глубже погружаясь в его рот. Мне было очень хорошо, до головокружения, но до полного экстаза не хватало самой малости, и я развязал ему руки; глазом не успел моргнуть, как он опрокинул меня на матрас. Вцепившись пальцами мне в бока, Девиль сосал так, будто намеревался сожрать. Это было агрессивно, но безумно возбуждало. Рот продолжал дразнить и накачивать давление внутри члена, пока меня не пробрало так, что я кончил, умудрившись выскользнуть из плена губ и заляпать спермой его подбородок. Девиль поднял голову и ухмыльнулся, демонстрируя мне липкие белесые потеки на своем лице:

— Надеюсь, мои извинения приняты?

— Не дождешься, — выдохнул я и отвернулся.

— Вот как, — он приподнялся, перемещаясь выше. Теперь мы оказались лицом к лицу. — Раз так, придется убеждать тебя гораздо жарче, — после этих слов меня снова впечатали в матрас.