Вереск и Лилия. Главы 1—2

Нелл стояла у входа в гостиную и смотрела на мертвое тело, под которым по дорогому ковру расползлось кровавое пятно. Она перевела взгляд на Мортона, который опустился на колени рядом с телом и перевернул его. Нелл невольно сделала шаг назад и прижала руки ко рту. Ей было страшно смотреть на ужасную кровавую рану на шее, но еще страшнее был взгляд Мортона, устремленный на нее.

Глава 1. Нелл.

Это был первый мужчина, которого она вела в свою комнату, за последние три дня. Они поднялись по узкой скрипящей лестнице и прошли по узкому коридору до самого конца, мимо множества дверей, из-за которых раздавались звуки похоти и наслаждения.

Нелл открыла ключом дверь и прошла внутрь, мужчина проследовал за ней, осматриваясь в небольшой комнатке, в которой размещались лишь кровать, комод, умывальник и небольшой столик у окна. Шторы были опущены, и в комнате царил полумрак.

— Хотите, чтобы было светло? Я могу зажечь свечи, — мягким голосом произнесла Нелл, поворачиваясь к клиенту.

— Света достаточно, чтобы я не промахнулся, — с ухмылкой ответил тот, расстегивая и снимая сюртук, потом жилет.

Нелл не стала ему помогать, в большинстве случаев мужчины приходили к таким, как она, не за лаской и поцелуями, а чтобы засунуть свой член в доступное тело, и таких она сразу узнавала.

Мужчина расстегнул брюки и вытащил член. Поняв, что придется поработать, чтобы привести его в готовность, Нелл встала на колени и приподняла руками рубашку. Ее лицо оказалось напротив его средних размеров члена, торчащего вперед из складок брюк. Она обхватила его рукой за основание, инстинктивно сравнивая с другими членами, и чуть покачала из стороны в сторону.

— У вас красивый член, — соврала Нелл, подняв глаза на мужчину, который наблюдал за ее действиями в нетерпении.

— Так чего ты ждешь? — бросил он в ответ.

Нелл осторожно лизнула его головку, потом спустилась к основанию и проделала языком путь от мошонки до уздечки. Она закрыла глаза и потянулась рукой к своей киске, чтобы поласкать клитор и увлажниться. Она облизывала член клиента с мастерски имитируемыми наслаждением и восторгом, подрачивая его основание. Она видела, как мужчина кайфует от движений ее языка, от того как она вылизывает его яйца, всасывая их, от того, как кружит языком вокруг головки его члена, лаская выступающие над стволом края.

Нелл понимала, что он хочет, чтобы она взяла его в рот, и не заставила себя ждать. Ей стоило приоткрыть рот, как движением бедер мужчина ткнулся в него головкой, проталкивая внутрь. Она задержала дыхание и ощутила, как он уперся в горло. Член заполнял ее рот, не давая возможности ласкать его языком, поэтому она просто сжала плотным кольцом губы и позволила мужчине двигаться самому. Она ощущала каждый бугорок, каждую вену на стволе, который скользил по ее губам, прорываясь как можно глубже в ее гортань.

Потом мужчина резко выдернул член, шлепнув им по ее губам, и, обхватив Нелл за плечи, поднял и подтолкнул к кровати. Ей не нужно было объяснять, она быстрым движением задрала юбки и откинулась на кровати, приподнимая и разводя согнутые в коленях ноги. Мужчина тут же устроился между ними, рукой направил член между складочек ее половых губ, надавил и под громкий стон Нелл, погрузился в женское лоно до основания.

— Покажи мне свою грудь, — велел он после нескольких выпадов.

Когда Нелл расстегнула корсаж и выпустила наружу две полные груди с розовыми сосками, клиент издал непонятный звук и сглотнул слюну. Движения его члена стали быстрее и порывистее. Клиентам всегда нравились ее груди, они любили держаться за них.

Пыхтящий над ней мужчина склонил голову и обхватил губами сосок, присосавшись к нему.

«Может, он скучает по мамочке» — подумала Нелл, продолжая подмахивать ему бедрами и издавая стоны страсти. Она обхватывала руками его ягодицы, сжимая их при каждом погружении.

Прикосновение языка к соску уже давно не отдавалось в ее теле волнами наслаждения. Она закрыла глаза и продолжила изображать удовольствие. Каждый мужчина приходит в этот дом, чтобы удовлетворить свою похоть, но каждый должен уйти, уверенный, что только он смог удовлетворить проститутку и остаться в ее памяти. Таково было правило.

Не выпуская сосок изо рта, мужчина запустил руки под ягодицы Нелл и принялся глубже и яростнее входить в нее, вжимаясь в ее тело. С каждым движением Нелл стонала все чаще и чаще, пока ее стоны не заглушило его сопение, перешедшее в рычание. И вот, когда оргазм накрыл его всей своей силой, он мелко задергался и прикусил измученный сосок, заставив Нелл поморщиться от боли.

Пока он выстреливал сперму в ее лоно, Нелл обнимала и гладила его спину руками.

— Боже, как же мне было хорошо, — прошептала она ему на ухо срывающимся голосом, когда он наконец оторвался от ее груди и приподнял голову, — как ни с кем и никогда.

Мужчина медленно вытащил член из ее тела, приподнялся и встал на колени между ее ног. Нелл потянулась к нему рукой и коснулась низа его живота, лаская его, пока мужчина пытался отдышаться. Потом он вытер член краем простыни, встал и заправил его в брюки. Пока он одевался, Нелл оправила юбки и корсаж, собрала постельное белье и бросила его на пол у кровати.

— Вот, ты их заработала, — сказал мужчина, протягивая ей деньги, которых было чуть больше, чем она запрашивала.

Когда она провожала его до выхода на улицу, мужчина улучил момент на узкой лестнице и обхватил ладонью грудь Нелл через ткань, с силой сжав ее.

— Я еще зайду к тебе, Конфетка, — прошептал он ей в лицо и вышел из дома.

Интересно, почему он назвал ее Конфеткой, подумала Нелл. Ее так называли не впервые. Действительно ли она вызывала у них ассоциации с чем-то сладким, или за ней уже закрепилось свое прозвище.

Вернувшись в комнату, Нелл подошла к умывальнику и достала воронку и банку с раствором. После этого она легла на пол, подняла ноги на стенку и влила раствор во влагалище. Через несколько минут в комнату, тихо постучавшись, вошла девочка лет 13, собрала грязные простыни с пола и положила на кровать новые, затем вышла, не произнеся ни слова.

«Когда-нибудь, она займет мое место» — подумала Нелл, глядя на закрывшуюся за девочкой дверь, потом встала и вытерла вытекающую жидкость полотенцем.

Нелл было 16, когда хозяйка привела к ней первого клиента. Но она уже была обучена всему, что женщина может сделать в постели, чтобы мужчина ушел удовлетворенный и вернулся снова. Девочкам было позволено наблюдать за работой других проституток, чтобы знать заранее, что и как говорить, как понять, что от них ожидает клиент. А также девочкам объясняли, как избежать беременности и распознать заболевания на ранней стадии.

Несмотря на это многие из тех, кого знала Нелл, делали аборты и умирали от сифилиса. Некоторым не везло с клиентами, их заставляли заниматься всякими извращениями или избивали до полусмерти.

Нелл была самой красивой девушкой, работавшей на Жозефину де Борж. Хозяйка борделя сама когда-то работала на улице, причем продавалась крайне дешево и не выделялась среди других, тогда ее звали Мэри Хоукинс. Мадам де Борж она стала много позже, когда с одним из своих постоянных клиентов из среды воров взяла под опеку других девочек из своего района и открыла бордель «Райские яблочки». Бордель состоял из жилой части, где обосновались девушки, и небольшого трактира, где мужчины могли выпить и подобрать себе личико по вкусу.

Когда осиротевшую 7-летнюю Нелл, голодную и больную, подобрала на улице одна из проституток и привела к хозяйке, в борделе ошивался всякий сброд, воры, голодранцы, полицейские. Услуги стоили недорого, некоторым они оказывались бесплатно. Девочек часто калечили, большинство были больны венерическими недугами.

К тому времени, как Нелл расцвела, и ее стали чаще показывать клиентам, «Райские яблочки» превратились в «Райские сладости», обновился интерьер, а среди посетителей были в основном люди среднего достатка,...

джентльмены, молодые повесы, все они хорошо платили, но и требования к девушкам были выше. Мадам де Борж заботилась о внешнем виде, одежде, гигиене и здоровье своих подопечных, а также старалась избежать жестокого с ними обращения, но и брала за это бОльшую долю выручки.

Первым клиентом Нелл был поверенный из небольшой юридической конторы в Сити. Ему было слегка за тридцать, он был привлекателен, элегантен, чистоплотен, и он заплатил хорошую сумму за юную невинную девушку.

В ту ночь Нелл забыла все, чему училась все эти годы. Она не произнесла ни слова восторга, похвалы, не стонала и не кричала. Ей лишь хотелось крепче прижать к себе тело мужчины, приникшее к ней. Сжав губы, она прислушивалась к каждому ощущению, которое доставлял ей твердый мужской член, пронзающий ее тонкое слабое тело, полностью поддавшееся его власти.

Нелл вскоре узнала его имя, Чарльз Мэнвил, она проследила за ним однажды до его дома на набережной, а потом и до его конторы. Она видела людей, с которыми он встречался по делам или чтобы весело провести время, его мать, с которой он иногда прогуливался в Грин-парке по воскресеньям. Он не был на свиданиях с дамами его круга, но часто посещал женщин легкого поведения как в заведении Жозефины де Борж, так и в других борделях.

Периодически он приходил к Нелл, и она с радостью и воодушевлением отдавалась ему. Иногда он был нежен, насколько вообще мужчина может быть нежен с женщиной, которой платит за близость, иногда просто наклонял, опирал животом на столик, задирал юбку и вводил возбужденный член в ее теплое и влажное влагалище. Нелл всегда говорила клиентам, как ей было хорошо, но Чарльз Мэнвил был единственным, кому она не лгала.

У нее было много посетителей, она была популярна, потому что была красива, элегантна, умела удовлетворить мужчину лучше многих других. Поняв значимость своей девушки, мадам де Борж оценила ее услуги на порядок выше, и количество клиентов сократилось до определенного круга тех, кто приходил именно к Нелл и готов был платить высокую цену. Иногда появлялись и те, кто, услышав о Конфетке из «Райских сладостях», приходили из любопытства, и почти все они заглядывали снова.

У Нелл было больше свободного времени, чем у других, и это время она использовала для учебы. В ее комнате лежали учебники французского языка, которые она усердно штудировала, газеты и научные журналы, пособия по этикету.

— Хочешь стать настоящей леди? — спросила ее однажды Лорна, живущая в соседней комнате. — Думаешь, кто-то из них возьмет тебя к себе домой и представит маме?

— Кто-то из них? — ответила Нелл. — Нет, я не настолько наивна. Но ведь есть и другие мужчины, кроме тех, кто приходит сюда.

— Когда встретишь такого, держись подальше от этих мест, ведь здесь тебя все знают, причем и в лицо тоже, — заметила Лорна, уходя к себе и оставляя Нелл одну.

Нелл сама не знала наверняка, чего она хотела добиться, почему решила изменить себя. Был ли тому причиной Чарльз Мэнвил? Или дарованный ей природой пытливый ум? У Нелл была хорошая память, она легко училась и схватывала все на лету. Она откладывала деньги на новые книги, и иногда покупала одежду, в тайне от мадам де Борж.

Нелл любила выходить в приличные места города, чувствовать себя частью этого общества людей, которым не было стыдно за то, чем они занимаются. Она просто прогуливалась по паркам и улицам, останавливалась у витрин модных магазинов, пила кофе на открытых террасах, а потом снова возвращалась в свою комнатку, надевала платье с корсажем, едва прикрывавшим грудь, и в ожидании очередного клиента готовила едкий раствор, чтобы после вымыть последствия сношений.

Красавца средних лет, изысканно одетого, постоянно поглядывающего на дорогие часы на толстой золотой цепочке, Нелл примечала не раз. Впервые они столкнулись, когда она шла по улице, а он выходил из ресторана с двумя мужчинами. Он извинился, приподняв цилиндр, и уступил ей дорогу. Когда она обернулась, он по-прежнему смотрел ей вслед, разговаривая со своими спутниками. Спустя несколько дней она увидела его в парке, он был один и кого-то ждал, проверяя время. Она села на скамейку и стала наблюдать за ним.

Мужчине на вид было около 50 лет, его волосы слегка тронула седина, он был гладко выбрит, ухожен. Вскоре он также заметил Нелл, и она повернула голову в сторону и стала наблюдать за парой лебедей в озере. Она не знала, какой интерес могла бы вызвать у человека, не знающего о роде ее занятий. Могла ли она привлечь его своей красотой, стать объектом серьезных намерений, или все мужчины вокруг видели в ней лишь молодое тело для удовлетворения плотских желаний?

У нее не было достаточно времени, чтобы поразмышлять над этим вопросом. Однажды вечером она увидела его в летнем кафе в Гайд парке. Было уже темно, вокруг почти не было людей, Нелл сидела за столиком и крутила в руках бокал шампанского, когда он присел на скамейку в 30 футах от нее. Она старалась отвести взгляд, не показывая любопытство, но внутренний голос напоминал ей: «Кого ты строишь из себя? Разве леди гуляют в одиночестве в такой час? Ты никогда не будешь выглядеть как благородная дама, какое бы платье на тебе не было надето. Он смотрит на тебя, он видит, кто ты. У него есть деньги, у тебя есть то, что ему нужно».

Нелл повернула голову и ответила на пристальный взгляд незнакомца. Откинувшись на спинку скамьи, он рассматривал ее. Когда джентльмен, проходивший мимо кафе, скрылся из вида, Нелл поставила бокал, откинулась и провела пальцами правой руки по краю декольте своего бесценного темно-голубого шелкового платья. Потом ладонью накрыла левую грудь и очертила через ткань средним пальцем несколько кругов вокруг соска. Опустив взгляд и осторожно осмотревшись вокруг, Нелл встала и зашла за ряд кустов на узенькую скрытую дорожку. Проходя мимо незнакомца, она коснулась его рукой, слегка прихватив за рукав. Она знала, что он последует за ней, и мужчина не заставил себя ждать.

Когда он очутился рядом с Нелл, скрытой от посторонних взглядов, она уже развязывала шнуровку корсажа, выпуская на волю тугие полные груди с моментально затвердевшими от прохладного воздуха сосками. Одной рукой она сжала одну грудь, другой приподняла юбку и раздвинула ноги. Нелл никогда не носила нижнего белье, и взгляду мужчины предстали обнаженные ноги с темным треугольником волос между ними. Он терпеливо осматривал ее лицо и тело, пока Нелл ласкала себя, а потом подошел вплотную, его лицо было в нескольких дюймах от ее лица. Она ощутила, как его рука оказалась между ее ног и провела по половым губам, и старалась не отводить взгляда от его почти черных глаз. Нелл облизала губы и тяжело выдохнула, когда его пальцы проникли в ее лоно. Она взяла его свободную руку и положила на свою грудь с окаменевшими торчащими сосками, и мужчина сжал ладонь, обхватывая нежную плоть, а его пальцы быстрее заскользили в ее горячих недрах.

Тогда он подтолкнул Нелл назад и опустил на стоящий рядом ящик для листьев, быстрыми движениями задрал ее юбку, развел ноги, и сильнее оголил грудь, дернув за края корсажа. Нелл поспешно освободила его бедра от одежды и выпустила на свободу уже достаточно возбужденный член.

— Войдите в меня, сэр, — простонала Нелл, обхватывая ягодицы мужчины руками и притягивая к себе, — я хочу ощутить ваш член глубоко в себе. Подарите мне облегчение.

И через мгновение мужчина уже был глубоко в ее недрах, его член почти яростно прорывался во влагалище Нелл. Руками он поддерживал девушку за талию, удерживая ее от падения, пока его бедра бились между ее разведенными ногами. Его движения были резкими, а вторжения члена в самые глубины почти причиняли боль. Вскоре он кончил, вжавшись в нее и обняв изо всех сил. Нелл благодарно простонала и несколько раз дернулась, откинув голову.

— Как же мне было хорошо, — сказал она, когда член покинул ее тело.

— Как тебя зовут? — спросил ее любовник.

— А какие имена вам нравятся, сэр? — с улыбкой произнесла она.

...

Мужчина пристально посмотрел на нее, чуть наклонив голову.

— Сейчас чудный месяц май, почему бы мне не запомнить тебя, как Мэй. Это имя тебе пойдет.

— А как мне называть вас, сэр? — игриво спросила она, подходя ближе и кладя руки на плечи мужчины.

— Меня зовут Франк, — ответил он, приобнимая Нелл за талию, — этого достаточно.

Потом он прижался губами к ее губам, чуть приоткрыл их, и Нелл ощутила кончик его языка. Она разомкнула губы и впустила его в свой рот. Поцелуй был жарким, но недлительным. Когда мужчина оторвался от нее, Нелл вложила в свою улыбку столько очарования, сколько могла.

— Мы еще увидимся, сэр? — тихо спросила она, с надеждой глядя на него.

— Где тебя можно найти?

— «Райские сладости»...

Франк засмеялся, поднял руки и потянул за шнуровку ее корсажа, края которого соединились, скрывая грудь.

— Сколько я тебе должен? — спросил он и, не дожидаясь ответа, достал из кармана несколько монет. — Надеюсь, этого достаточно.

Там было втрое больше, чем Нелл обычно получала от самых благодарных клиентов, и все эти деньги были ее. Она смотрела мужчине вслед и гадала, придет ли он когда-нибудь к ней снова.

Шли недели, среди клиентов Нелл не появилось ни одного нового человека, Чарльз пришел к ней лишь однажды ночью, изрядно выпивший, и повалился на кровать. Мадам де Борж уже спала, и Нелл позволила ему остаться на ночь в своей постели. Она разделась и легла рядом, положив руку ему на лицо и нежно погладив его по щеке. Она никогда еще не засыпала с мужчиной.

— Если бы только ты мог забрать меня к себе, — прошептала она, запуская пальцы в его густые волосы. — Я бы любила только тебя и принадлежала тебе одному.

Ночью во сне Нелл представила себя хозяйкой большого дома с кучей комнат, террас и балконов, с огромным садом, где она могла бы гулять по утрам. Она представляла, как выбирает из рядов дорогой одежды платье, которое наденет сегодня, духи, аромат которых больше соответствует ее нынешнему настроению. Как садится в дорогой экипаж, запряженный прекрасными лошадями. Даже во сне она становилась чуть счастливее. Она со страстью и отдачей приняла в себя пробудившегося Чарльза, прижавшегося к ее спине, прогнула поясницу и чуть согнула ноги, чтобы обеспечить глубокое проникновение его члена. Одна его рука оказалась у нее под головой, ладонью он обхватил ее плечо, а потом грудь, другой он теребил ее клитор, сначала нежно касаясь его кончиками пальцев, иногда похлопывая, потом зажал его между пальцами и принялся натирать.

Когда Нелл, забившись в оргазме, попыталась распрямить спину и ноги, мужчина повалил ее на живот, придавив сверху и не давая вытолкнуть свой член. Он развел бедрами ее ноги и ускорился, вгоняя орган как можно глубже и резче, упиваясь ощущением тугих стенок ее влагалища. Ладонью он обхватил ее ягодицу и надавил пальцем на задний проход, слегка массируя его.

— Нет, я тебе не разрешала, — встрепенулась Нелл, когда его палец попытался нырнуть в ее анус, и Чарльз наклонился к ней, чувствуя телом нежную кожу ее спину, ее изгибы.

— А Лорна позволяет иметь ее во все дырочки, — прошептал он ей в ухо, не убирая руки с ее ягодиц, продолжая натирать ее анус пальцем, но больше не делая попыток проникнуть внутрь, — если там ты еще девственница, я сделаю это очень аккуратно, войду неглубоко. Хочу быть первым и в твоем заду тоже. Я заплачу вдвойне.

— Я сказала «нет», — Нелл повернула голову и прижалась к его губам. Она стала сжимать натренированные мышцы влагалища, обнимая его член, чувствуя, как скольжение становится более затруднительным, как его упругая головка упирается в ее стенки. Они кончили одновременно, и Чарльз расслабился, прижавшись к телу женщины, не вынимая из нее член, и вскоре снова заснул.

Когда Нелл проснулась, Чарльз уже одевался, он был взлохмачен и раздражен, с его губ слетались проклятия, когда у него не получалось застегнуть сорочку. Нелл повернулась на спину и потянулась, наблюдая за ним.

— Ты действительно ходишь к Лорне? — внезапно спросила она, приподнимаясь.

Не прекращая попытки одеться, Чарльз повернулся к Нелл, сидящей на кровати со скрещенными ногами, простынь едва прикрывала ее бедра. На мгновение ему захотелось обхватить ее обнаженную грудь рукой и, сжав, ощутить ее твердость и полноту.

— Ты знаешь, я был без ума от твоей тугой, сладкой, влажной, глубокой дырочки. Но я знаю тебя как облупленную, ты уже ничем не удивишь меня. Теперь я хочу пихать член в кого-нибудь еще. Или ты думала, что я женюсь на тебе?

— Я так никогда не думала, — с грустной улыбкой ответила Нелл.

— Вот и умница, — ответил Чарльз, подходя к кровати и хлопая ее ладонью по щеке, словно собаку. — У меня с собой нет денег, буду тебе должен.

Когда за ним захлопнулась дверь, Нелл откинулась на кровать и стукнула по ней сжатыми кулаками несколько раз. К ней не раз относились, как к ничтожеству, но только Чарльз заставлял ее чувствовать себя такой униженной.

Через несколько минут к ней в комнату постучали. Нелл вскочила, накинула халат и приоткрыла дверь. На пороге стояла девочка, в ее руках была большая коробка, которую она протянула Нелл.

— Это принес один человек, сказала передать это вам. Он не назвался.

— А как он выглядел? — поинтересовалась растерянная Нелл, в жизни не получившая ни одного подарка.

— Мужчина лет 25, сказал, что ему поручили доставить это вам, сказал «для работающей здесь девушки по имени Нелл». Вам что-нибудь нужно? Сменить простыни?

— Чуть позже, сейчас я хочу побыть одна, — ответила Нелл и взяла в руки коробку.

Она положила ее на кровать и осторожно разорвала упаковочную бумагу, а затем сняла крышку. На сером бархате с изумрудного цвета узором лежала записка: «Прекрасной Мэй в надежде на новую встречу. 24, Лестер Стрит. 22 июня. 13.00. Ф.»

Нелл несколько раз перечитала записку, изучая почерк, и рассмеялась. Она аккуратно достала из коробки платье и подняла его. Она часто ходила мимо дорогих магазинов и ателье и знала цену одежде, а это платье было очень дорогим. Она распахнула халат и прижала к обнаженной коже мягкий нежный бархат и закрыла на минуту глаза.

Она почти забыла о незнакомце, а он помнил о ней. В ее памяти на мгновение всплыл образ Чарльза Мэнвила, нависающего над ней, плавно приближающегося и удаляющегося по мере вхождения в ее лоно, его руки на ее груди, его дыхание, его губы.

— Ты шлюха и всегда будешь шлюхой, — сказала ей однажды мадам де Борж, узнав, что Нелл выслеживала клиента и наблюдала за его жизнью, и влепила ей несколько сильных пощечин, — все, что ты можешь сделать, это взять с клиента бОльшую цену, довести в постели до изнеможения, привязать к себе, убедить вновь воспользоваться твоими услугами. Никогда не влюбляйся и никогда не жди, что кто-то полюбит тебя.

Глядя на себя в зеркало, держа в руках ворох дорогого бархата, Нелл дала себе слово, что больше никогда не позволит себе кончить в руках мужчины и не разрешит уйти не заплатив.

В назначенный день она вышла из дома мадам де Борж, прихватив коробку с подаренным платьем, и направилась в сторону вокзала. В дамской комнате она переоделась, причесалась и привела себя в порядок. Путь до Лестер Стрит занял меньше часа, Нелл встала перед крайней дверью в длинном трехэтажном здании, разделенном на несколько секций. Когда она позвонила, дверь открыла пожилая женщина и пригласила ее войти.

— Мисс, прошу вас пройти со мной, — с вежливой улыбкой произнесла женщина и поднялась на второй этаж.

Она провела Нелл в небольшую гостиную и указала на двери в спальню, гардеробную и на балкон.

— Вам приготовили подарок в спальне, — сказала она напоследок и спустилась вниз. Вскоре Нелл услышала, как хлопнула входная дверь, и в доме воцарилась тишина.

Несколько минут Нелл стояла посреди гостиной и осматривалась, на мгновение ей стало не по себе, и она подумала о том, чтобы уйти. Но, несмотря на осмотрительность ...

и нехорошее предчувствие, ей слишком хотелось остаться и узнать, что будет дальше.

— Чего ты боишься, дурочка, — произнесла она вслух, — что он может тебе сделать... Все, что ему нужно, это вставить в тебя член, даже если перед этим он предложит тебе бокал вина и закуску.

Нелл прошла в спальню. У противоположной стены стояла большая кровать с балдахином, заправленная мягкими шелковыми простынями, на ней лежало расправленное домашнее платье из легкого черного шелка. Поняв, что хозяин хочет, чтобы она его надела, Нелл скинула бархатное платье и накинула новое. Оно туго обтягивало талию, мягко лежало на бедрах и тяжелой волной спадало почти до пола. Глубокий вырез открывал манящую полную упругую грудь. Черный атлас подчеркивал белизну ее кожи, идеальную ложбинку между грудей, очерчивал соски. Нелл провела пальцами по вырезу декольте, далее ладонями по очертаниям груди, по талии, бедрам и положила руки на ягодицы, наслаждаясь ощущением дорогой ткани, обволакивающей ее тело.

— Оно идет тебе не меньше, — услышала она голос и, резко обернувшись, увидела Франка, облокотившегося на косяк у входа в комнату.

Нелл на мгновение замерла в испуге от его неожиданного появления.

— Нет, нет, не беспокойся, — не теряя серьезного выражения лица, поспешил заверить ее мужчина, — тебе нечего бояться. Я рад, что ты пришла.

— Простите, я просто не слышала, как вы пришли, — сказала Нелл, поворачиваясь к нему.

Видя, что он просто стоит и смотрит на нее в ожидании, Нелл потянулась к застежке платья, чтобы раздеться.

— Нет, нет, — Франк подошел и встал за ней, глядя в зеркало на ее отражение, его взгляд скользил по ее телу, оценивая то ли наряд, то ли ее саму, — мне нравится смотреть на тебя именно в этом платье.

Нелл ощутила его руки на своих бедрах, они зажали ее в тиски, не давая ни отстраниться, ни сделать шаг, когда его губы коснулись ее затылка. Франк глубоко вдохнул запах ее волос, а его руки скользнули по ее телу, соединяясь на животе, оглаживая его, потом чуть ниже, касаясь пальцами лобка, а потом метнулись вверх, зажав в крепкой хватке груди. Его ладони почти до боли сжимали их через ткань платья, на мгновение расслабляясь и позволяя тугим полушариям принять естественную форму, чтобы потом вновь приподнять и обхватить еще сильнее, желая ощутить тяжесть, мягкость и податливость женской плоти. Его взгляд не отрывался от рук, исследующих изгибы ее тела, пока его губы легонько прижимались к ее виску, щеке, волосам.

Нелл знала свою работу, она поддалась его напору и мощи, уступив власти сильного, богатого, решительного мужчины. Она чуть расставила ноги, открывая ему доступ к самой сокровенной части своего тела, и слегка откинула голову на его плечо. Ее ладони легли на его руки, следуя за его движениями.

Франк отступил от нее на шаг и запустил руки под подол платья, приподнимая ткань на поясницу, открывая взгляду обнаженные ноги и ягодицы. Он решительно повернул Нелл в сторону от зеркала, подтолкнул и наклонил вперед, оперев животом и грудью на широкий комод, лицом к стене. Она слышала, как он скинул сюртук и закопошился в одежде, а потом ощутила, как теплые пальцы проводят по ее промежности. Франк плюнул на пальцы и обильно смочил ее половые губы, клитор, запустив внутрь несколько пальцев, массируя влагалище и увлажняя его. Нелл не текла под клиентами, поэтому его смоченные пальцы проникали внутрь не так легко, но не встречали сопротивления.

Она расставила напряженные ноги, прогнула поясницу и выставила попку, подаваясь навстречу его ласкам, пока он имел ее двумя пальцами. В нужное время она начала тихонько постанывать, и Франк крепко ухватил ее рукой за талию, надавливая вниз, а другой приставил член к ее клитору, поглаживая его. Головка уперлась во вход во влажное раскрывшееся влагалище, но не смогла сразу проникнуть внутрь. Нелл ощутила легкий дискомфорт, когда губки стали заворачиваться внутрь вслед за широкой твердой шляпкой его члена, она чуть повела бедрами, а Франк обхватил ладонями ее ягодицы, раздвинув их в сторону, и большими пальцами раскрыл нежные складочки у входа в ее влагалища.

— Мэй, — услышала она страстный шепот, — Мэй...

Миллиметр за миллиметром головка протискивалась внутрь женского тела, заставляя его напрягаться от ощущения дискомфорта. Когда она все же проскочила внутрь, влагалище покорно приняло весь член до основания в свою пылающую глубину.

Франк замер на полминуты, ощущая как мышцы влагалища плотно обхватывают его член, полностью погруженный в тело молодой женщины, как подстраиваются под него. А потом он начал медленно вынимать орган, придерживая Нелл за талию, удерживая ее на месте. Она ощущала, как орган полностью заполняет ее, растягивая изнутри. Она сжала мышцы и обхватила его крепче, ее тело изогнулось сильнее, а стоны не умолкали. Член Франка скользил во влагалище, ее тело не могло удержаться на месте, следуя за ним, а когда он вновь погружался, ее бедра вжимались в комод под его напором. Сначала мужчина сношал ее монотонно, с одной скоростью, с одной небольшой амплитудой, и Нелл привыкла к его движениям, ощущая, что его член идеально ей подходит. Постепенно он ускорил темп, то вгоняя орган до упора, ударяясь яйцами о ее клитор, то отстранялся от нее, оставляя внутри лишь головку, которая словно пробка крепко обосновалась внутри, не желая показываться наружу.

Руками Нелл упиралась в стену, чтобы компенсировать мощные толчки, потом ее охватила слабость, и она прижалась лбом к прохладной стене, ожидая, когда он достигнет предела. Единственное, что ее поддерживало, был край комода, врезавшийся в низ живота, да его руки на талии. Ее стон был непрерывен, превращаясь в вой при наиболее глубоком и резком проникновении.

— Мэй, любимая, я хочу тебя еще и еще, — стонал Франк, наклонившись к ее затылку, и Нелл подняла руку, обхватив его за голову, — скажи, что любишь меня, скажи, что хочешь меня.

— Я люблю тебя, Франк, — подчинилась ему Нелл, ей хотелось скорейшего его облегчения, — хочу, чтобы ты вошел в меня как можно глубже. Быстрее, быстрее. Хочу чувствовать тебя глубоко в себе. Я люблю тебя, Франк. Я твоя, навсегда.

Мужчина стал таранить ее влагалище с бешеной скоростью, почти яростно, сделав трение практически мучительным для них обоих. Нелл наигранно взвыла, ее руки сжались в кулаки, а ноги оторвались от пола и согнулись в коленях. Она стала трястись, изображая судороги оргазма, а Франк крепче схватил ее, почти до хруста ребер, продолжая насаживать на свой член. Нелл потеряла точку опоры и с закатившимися глазами просто свисала с комода, изогнувшись всем телом, упираясь головой в стенку, ощущая, как мужской орган продолжает свое вторжение в глубины ее тела. Наконец Франк достиг пика, и струи спермы оросили ее матку, готовую впитать их в себя. Еще несколько покачиваний, и член мужчины стал покидать подрагивающее тело, задержавшись на мгновение, когда не желавшая выходить наружу широкая головка потянула за собой натруженные опухшие покрасневшие края влагалища. Франк плюхнулся в кресло в двух метрах за ним и откинулся назад, стараясь привести дыхание в норму. Нелл убедилась в том, что ее ноги ощущают твердость пола и, держась за края комода, приподняла свое тело. Оно поправила платье, ощущая стекающую по ногам сперму, и встала, чуть пошатываясь.

— Подойди ко мне, — Франк хлопнул ладонью по своему колену, и Нелл поспешно села к нему. Она обхватила его голову руками и прижала к себе.

— Я люблю тебя, Франк, — шептала она ему на ухо, чувствуя его дыхание на своей шее, — я твоя. Хочу, чтобы ты каждый день овладевал мною так же, как сегодня. Хочу ощущать твой член глубоко в себе, хочу почувствовать твои губы на моей груди.

Франк обнял ее крепче, и так они просидели четверть часа. Потом он поднялся, спустив Нелл с колен, оправил брюки и улыбнулся, глядя на ее раскрасневшееся лицо, приоткрытый рот с пухлыми губами, растрепанные волосы и помятое платье. Он подошел ближе и провел рукой сначала по ее ...

бедру, потом по талии. Потом поднес руку к ее лицу и коснулся рта, запустил два пальца внутрь, наслаждаясь видом прекрасных губ, обсасывающих их. Нелл выдавила из себя обворожительную и любящую улыбку.

— Когда мы увидимся снова? — спросила она с надеждой.

Франк не отвечал, лишь молча смотрел на нее.

— Ты должен уже уходить? — задала она другой вопрос. — Побудешь еще со мной? Мне бы хотелось, чтобы ты остался. Мне было очень хорошо с тобой, как ни с кем раньше.

— Ты похожа на мою жену, — внезапно произнес Франк.

Нелл сдержала эмоции и с безучастным видом спросила:

— Это хорошо или плохо?

— Не знаю, — покачал головой Франк, а через несколько минут раздумий произнес, — я хочу, чтобы ты пришла сюда послезавтра, в это же время, хозяйка встретит тебя.

Нелл широко улыбнулась и благодарно обняла его, а потом впилась долгим поцелуем в его губы.

— Ты сделал меня невероятно счастливой.

На обратном пути Нелл так же зашла на вокзал и переоделась, уложив дорогое бархатное платье в коробку. Когда она подходила к дому мадам де Борж, она увидела несколько девушек, толпящихся у входа. Одна из них заметила приближающуюся Нелл и двинулась ей навстречу.

— К Марте пришли двое студентов, решили снять ее на пару, ну, ты знаешь, ее не раз имели вдвоем одновременно, но они напились и стали запихивать в нее бутылки. Не знаю, чем все закончилось, но там столько крови. А она, по словам врача, отойдет в мир иной через несколько часов.

С этими словами девушку ушла по улице, а Нелл медленными шагами подошла к дому и вошла внутрь. В холле на полу и стульях сидели обитательницы борделя и перешептывались между собой. У некоторых на глазах были слезы, у тех, кто хорошо знал Марту, или просто представил себя на ее месте.

Не обращая ни на кого внимания, Нелл поднялась наверх и прошла в свою комнату. Она спрятала коробку с платьем, заплаченные Франком деньги, забралась на кровать и свернулась комочком. Ее охватила дрожь.

Через день она снова постучала в дверь белоснежного дома с полуколоннами, и пожилая хозяйка впустила ее и проводила наверх. Франк уже сидел в гостиной и ждал ее, в его руке был бокал с виски. Нелл собиралась было броситься к нему, но он жестом указал ей на кресло напротив.

— Я знаю, что ты много лет провела в том месте, где тебе пришлось работать, — неожиданно начал он, — я предлагаю тебе работать на меня.

Увидев недоумение на лице Нелл, Франк продолжил.

— Предлагая тебе работу, я имею в виду то же, что ты делала раньше. Но теперь к тебе буду приходить только я. Ты бы хотела этого?

— Я бы хотела, да, — медленно произнесла Нелл, взвешивая все за и против, — но у нас так не принято, не думаю, что клиенты останутся довольны, моя хоз... работодательница не позволит этого...

— А я не предлагаю тебе вернуться в эти ваши «Райские сладости», я предлагаю тебе жить здесь. Я снял эту часть дома у хозяйки, я плачу ей за уборку и за молчание. Ты будешь жить здесь, я буду приходить к тебе, буду давать деньги.

Нелл спокойно сидела в кресле, сложив перед собой руки, но ее сердце было готово выпрыгнуть из груди. Миллионы мыслей вертелись в ее голове. Она вырвалась оттуда, где рассчитывала провести свою короткую жизнь. Сколько лет было у нее в запасе? Сколько лет на нее был бы спрос? Через сколько лет ее убил бы пьяный клиент или скосила болезнь? Она вытянула лотерейный билет, и никто не отнимет его у нее. Она будет давать ему то, что ему нужно, будет предугадывать его желания, позволит ему все, взрастит его страсть.

— Это временно, не забывай, — словно прочитав ее мысли, ответил Франк, ставя стакан на столик. — Что будет с тобой дальше, во многом зависит от тебя. У тебя будут деньги, ты можешь тратить их на красивые вещи, украшения, можешь копить. Если захочешь, я помогу тебе их вложить, тогда ты сможешь быть свободной, когда мы расстанемся.

— Я не транжира, — ответила Нелл. Это была правда, она умела думать о будущем, к тому же, она видела, какого ответа он ждет от нее. Он был серьезный деловой человек, и ожидал того же от остальных.

«Ребенок», — мелькнула мысль в ее голове. Если она забеременеет, он бросит ее или продолжит заботиться? Заставит избавиться от плода или будет счастлив? Родила ли ему жена детей? Если нет, то вряд ли уже сможет, возраст не тот. Если Франку 49, то ей сколько, 45, 40?

— Как долго ты будешь со мной? — произнесла она вслух.

— Не знаю. Пока я хочу быть здесь, с тобой, но у меня есть дела, семья, обязательства. Не все хорошо, но я надеюсь, что со временем все наладится.

— Я могу остаться здесь уже сегодня?

Франк кивнул. Он достал из кармана несколько купюр и положил на стол.

— Здесь достаточно, чтобы ты купила несколько платьев и все необходимое. Хозяйка, миссис Дэлэй, может приходить и готовить за отдельную плату, но это уже будет твое решение. Я буду стараться предупреждать тебя о своем приходе, но получаться будет не всегда.

— Я всегда буду с нетерпением ждать тебя, Франк, — нежным голосом произнесла Нелл, поднимаясь с кресла, и встала перед Франком.

Она расстегнула корсаж своего единственного достойного бархатного платья и развела края в сторону, приоткрывая грудь. Потом она наклонилась вперед и оперлась ладонями в его колени. На ее губах играла легкая соблазнительная улыбка, ее глаза не отрывались от его глаз. Ее грудь, покачиваясь при движениях, призывно выглядывала из выреза.

— Полагаю, ты знаешь, как избежать нежелательной беременности, ведь вас учат предохраняться, — сказал Франк, чуть расставляя ноги.

— Я все знаю, тебе не нужно волноваться, — прошептала Нелл, опускаясь на колени между его ног, — я обо всем позабочусь, просто расслабься.

Она расстегнула его брюки и запустила руку внутрь, ощупывая пальцами его лобок. Придерживая другой рукой ткань, Нелл выпустила на свободу мягкий член и начала медленно, но решительно массировать его, наблюдая, как он постепенно распрямляется. Вскоре ее рука уже не поддерживала его, а скользила по напрягшемуся стволу вверх и вниз то быстрее, то медленнее, от головки до самого основания, натягивая кожицу.

Рукой Франк обхватил затылок девушки, зарывшись в ее длинные волнистые волосы, и подтолкнул ее вниз. Нелл посмотрела в его глаза и невероятно эротично облизала прекрасные полные губы. От вида ее приоткрытого влажного рта Франк издал глубокий протяжный стон, и Нелл провела приоткрытыми губами по всей длине члена, вобрав в конце в рот головку. Ее язычок начал порхать по ней, ощупывая рельеф, чуть задерживаясь на уздечке, пока губы плотно удерживали ствол в плену.

Одной рукой она трогала его мошонку, щекотала яички, другую запустила под его сорочку и прикоснулась к груди, зарываясь в волосы и чуть надавливая большим пальцем на сосок. А Франк продолжал гладить ее затылок, притягивая ее все ближе навстречу своим извивающимся бедрам. Наконец Нелл опустила свою голову так, что почти весь орган оказался в ее умелом ротике, и она быстрыми движениями принялась заглатывать его.

Франк снова застонал, чуть сильнее подталкивая бедра вперед, желая погрузиться поглубже в ее теплый нежный рот. А Нелл с причмокиванием обсасывала его стоящий вертикально член, позволяя ему слегка проскальзывать в горло, иногда выпуская его, чтобы обласкать языком головку. Возбуждение достигло пика, и Франк наклонился вперед, чтобы взглянуть в лицо любовницы, на ее пухлые алые губы, сомкнувшиеся вокруг его плоти, скользящие по стволу его члена.

— Садись на меня, Мэй, хочу очутиться внутри тебя, — пробормотал Франк, хватая ее за плечи и притягивая к себе.

Нелл поднялась с пола и ловко и быстро выскользнула из платья, скинув его на пол. Переступив через ткань, она тут же опустилась на ноги мужчины. Одной рукой она ухватилась за влажный член и направила его в себя. Она вобрала головку в свое влагалище, и, прислушиваясь к ощущениям, медленно скользнула вниз по стволу до самого основания. Обхватив Франка ...

за шею, Нелл принялась подниматься и опускаться.

Их тела вошли в привычный, порывистый ритм, двигаясь все быстрее и быстрее. Руками Франк удерживал ее ягодицы, помогая ей скользить по его возбужденного крепкому стволу, пока его губы поочередно впивались в ее соски, так маняще выступающие вперед. Нелл чуть отклонилась назад, ее руки соскользнули с шеи мужчины на его плечи, теперь в ее влагалище была погружена лишь головка, которую она массировала сильными мышцами, вращая бедрами то в одну сторону, то в другую. Они прекратили ласки, полностью сосредоточившись на ощущениях соединенных половых органов, на ныряющем вглубь женского тела члене, на натянутом на него напряженном влагалище. Франк откинулся на спинку кресла и закрыл глаза.

Чувствуя, что скоро он приблизится к финалу, Нелл плотно прильнула к нему всем телом, вжавшись грудью в его торс, выгнув поясницу, и несколькими резкими движениями довела его до оргазма, впустив как можно глубже в себя член, который мгновение спустя начал извергать сперму в ее влагалище.

Когда Франк успокоился, Нелл прильнула к его губам и страстно поцеловала.

— Мне нравится этот дом, спасибо тебе за него. И спасибо тебе за это наслаждение.

Нелл не стала отправлять записку мадам де Борж, вряд ли кто-то стал бы ее искать. Обитатели решили бы, что она сбежала или ее убили, в общем-то им было бы все равно. Ее комнату вскоре заняла бы новая девушка. Единственный, о ком она жалела, был Чарльз Мэнвил. Ей было грустно и тяжело от мысли, что она может никогда не увидеть его. Любила ли она его искренне или это была привязанность к первому мужчине в ее жизни? Нелл постара