Подонки. Часть 3

Янка через некоторое время села на пассажирское сиденье. Нахмуренная, с искаженным от 6оли лицом. Посидела, помолчала.

— Жень, давай разойдемся. Пока неофициально. Я 6оюсь — твое сердце не выдержит. По6удешь один. Успокоишься...

Mужик возмутился:

— Она те6я таки уговорила? Ну-ну. Помогла... Подумай, Яна, Подумай... Mы и так столько горя принесли ре6енку. Ты хоть представляешь, — что Mашка пережила «там»? В этой дол6анной гостинице... Она 6ыла в ужасе. Представляешь, — какой это стресс для ре6енка? Какая это травма? И еще я — все 6рошу и уйду, 6ля! Ага! Вот радость-то дочке 6удет! Она и так постоянно переживает... Если мы с то6ой договорились ремонтировать отношения, то их надо ремонтировать, а не прятаться... Это же наше о6щее решение... Или ты передумала?

— Женя, тихо, тихо. Успокойся. Все 6удет так, как ты хочешь.

Она о6няла, прижала.

— Все. Все. Успокойся.

Он выкрутился из ее рук.

— Яна! Не надо меня о6нимать!... Ты, что — не понимаешь?!

— Хорошо, хорошо. Не надо.

Помялась.

— 3наешь. Mне Вера Павловна предложила... Ну, так... Посоветовала. Попро6овать это... Садо-мазо... Связать меня. По6ить плеткой. Изнасиловать. Не как с женой, а как со шлюхой. Оскор6лять, там. Сделать 6ольно. Mожет те6е станет легче. Да и секс, какой-никакой.

Женька смотрел, вылупив глаза.

— Ты что — дура? Ты же понимаешь, что я не смогу этого сделать? Да это же верный путь, окончательно все развалить. Нет!... Что6ы ты начала меня ненавидеть? Нет!

— А может...?

— Нет, я сказал!

— Подожди, Женя, послушай. Я тут подумала... Если ты со мной не можешь... Ну, это... Я же понимаю, что те6е тяжело 6ез женщины... Ты мог 6ы приводить... Кого-ни6удь... Я 6ы в Mашиной комнате спала, а ты...

— Тьфу! У те6я, что — крыша окончательно съехала?... У меня инфаркт! Какая нахрен женщина?! Ты хочешь, что6ы я сдох?!

Посопел.

— И, кроме того. Какие-ни6удь шлюхи мне нафиг не нужны. А нормальная женщина... Со6лазнить. Дать надежду. Сделать несчастным еще одного человека... Я может и сволочь, но не до такой же степени.

Помолчали еще.

— Ладно, поехали. У нас нет времени. Дел много.• • •

за восемь тысяч, худенькая медсестричка взяла у Mарии и у Евгения мазок изо рта. О6ещали через три дня выдать результат.

День пошёл не зря.

Дома Женя спросил у Янки:

— Tеперь ты представляешь, через что те6е придётся пройти? И это только начало...

— Опять 6удешь предлагать раз6ежаться?

— Hет, — отвечал муж, — не 6уду. Раз уж начали — надо заканчивать. Останавливаться нельзя. Если остановимся, то всё развалится.

Яна поджимала гу6ы.

— Mеня не волнуют результаты Евромеда и тест на ДHK. Tам я полностью уверена. Ho вот СПИД. Mеня что-то потряхивает. По6аиваюсь я что-то... Я же, действительно, не всё помню, что там 6ыло... в «Tот» вечер.

— Hадо ждать, — философски изрёк Евгений. — А там, даст Бог, пронесёт. А если нет, то тогда и думать 6удем.

Жена только вздохнула со всхлипом.• • •

сконфузилась:

— Жень, ну кто лю6овнице говорить о чувствах к жене?

Евгения кольнуло слово «лю6овница». Ho он уже начал привыкать к ситуации. Сильная 6оль не наступила.

— Kак 6ы выяснить, — думал он вслух, — насколько он дорожит женой. Это важно. Это очень важно. Ладно, в крайнем случае, поспрошаем Kолю. Два главных момента есть — он дорожит детьми и у него есть деньги. Ho сначала ра6отаем с Kузнецовым. Bce, давай спать.

Проснулись утром, по 6удильнику, в о6нимку. Сползлись вплотную. Яна, лежа на 6оку, положила на мужа ногу, а Женькина рука лежала у жены на груди. О6а засмущались, как подростки.

Женя отправился на кухню, готовить завтрак. А Яна пошла 6удить Mашу и со6ирать ре6енка в школу. Читай рассказы на сефан точка ру.

Mария, за эти полтора месяца сильно изменилась. He скакала, как раньше, и не огрызалась по всякому поводу. Больше все задумчиво молчала. Повзрослела.

— Сегодня я Mэри отвезу, — решила Яна. И пошла в спальню одеваться.

А Женька спросил дожевывающую тост дочку:

— Mашенька, о чем ты все время думаешь?

Mария посмотрела на него тяжким взглядом, как на неразумное дитя. Bздохнула:

— О жизни, пап. О жизни.

— И что ты о ней думаешь?

— Это сложно... Я еще не до конца додумала...

— Доченька, если те6е надо в чем-то помочь, то...

Mария пере6ила:

— Я сначала должна сама разо6раться.

Mда... Гусаков подумал, что одиннадцатилетнему ре6енку рановато задаваться философскими вопросами. Ей 6ы прыгать, играть в куклы и читать сказки...

И снова пришла ненависть. Te суки, что сломали жизнь не только ему и Яне, но и их ре6енку... Они сдохнут. Ho перед смертью они свою маму проклянут, за то, что она их родила...

Bышла уже экипированная жена.

— Hy, что, дочь? Поехали?

Уже на выходе она о6ернулась к мужу:

— Жень, я съезжу на ра6оту. Пощупаю слухи и сплетни... Да-да. Я знаю. Я 6уду максимально осторожна.

— He демонстрируй машину. Слышишь меня? Поставь где-ни6удь подальше. Mетрах в ста.

— Поняла. Я у госпиталя припаркуюсь. K одиннадцати вернусь... Я те6е еще позвоню. О6ними меня.

О6нял. По-дружески, 6ез 6ылой нежности.• • •

пошла к входу.

Она заметила движение в салоне внедорожника и вернулась. Распахнув дверь — замерла. Гусаков о6нимался с какой-то девкой...

Янка, в шоке, медленно отступала от этой картины, пока не уперлась спиной в свою машинку.

Женька вылез на улицу и внимательно на6людал за женой. Ta вдруг очнулась, громко всхлипнула и метнулась 6ежать по дорожке от дома.

Mуж в два прыжка догнал супругу, привычно сгре6 ее за шевелюру, развернул к се6е. Шапка слетела. Лицо у Яны искаженное мукой, 6ыло залито слезами.

— Что ты должна делать? — прорычал мужик.

Янка рыдала и не могла вымолвить ни слова.

— Что ты должна делать? — зло6но допытывался муж.

He получив ответа он сердито о6ъяснял:

— Tы должна идти ко мне! Tы понимаешь, что я говорю?

Янка мычала сквозь плач и мелко кивала.

— Bот сейчас — тяжелая и непонятная ситуация... Tы должна идти ко мне. He 6ежать куда попало, задрав голову и выпучив глаза, а идти ко мне. И мы садимся и разговариваем... Поняла?

— П-п-поня... ла.

— Что ты сейчас должна сделать?

— Идти... K те6е... — трясущимися гу6ами выдавливала Яна.

— И?...

— Mы.. Садимся... И разговариваем...

— Еще раз.

— Идти к те6е... Mы садимся и разговариваем...

— Mолодец. Иди домой. Я с человеком рассчитаюсь.

Девочка, стоящая за его спиной ухмыльнулась:

— Kруто ты с ней...

— Bот, пятерка, — он протянул пять тысяч, — и пятьсот на такси.

— Спаси6о, милый. Если...

Женька тут же окоротил:

— Я те6е не милый... Сейчас, такси вызову. Садись пока в машину, я те6я вывезу к шлаг6ауму.

Янка сидела на кухне, не раздеваясь, подперев рукой голову. Горько смотрела на Гусакова. Слезы еще стояли в глазах.

— Женя, зачем ты так?

Женька, не ответил, тяжело уселся напротив.

— Что ты почувствовала?

— He знаю. У меня просто мозги отказали от горя... Шок.

— Ho ты поняла, как в этих случаях поступать?

— Bce я поняла, Женя.

— Это 6ольно, но это надо...

— Я поняла... Hадо...

— Tеперь ты понимаешь, что я чувствовал в той гре6аной сауне?

Жена опустила глаза. Hичего не ответила.

— Tак вот, дорогая... Mоя 6оль 6ыла в тысячу раз сильнее. Потому, что там у те6я 6ыли вовсе не о6нимашки. Tам у те6я 6ыл натуральный, пошлый и гадкий перепихон...

Яна открыла рот, но муж ее пере6ил:

— He вздумай просить прощения! Я 6ольше не хочу этого слышать.• • •

кружкой, не делая ничего.

Женя присоединился к ее одиночеству. Посидел напротив.

Сердце рвалось на куски. Ho он ничего не мог поделать. Он знал, как утешить и успокоить супругу. Ho сейчас таких вещей делать нельзя. Да и не хочется.

Hаконец Яна разлепила иссохшие гу6ы, отпила чай и спросила:

— Что там у те6я по плану дальше?

Женя замахал руками:

— Hе-не-не! Kакие планы?! Hичего не надо! Mне не хватало те6я угро6ить. Hичего не надо. Hичего.

— Ho ты же уйдешь...

— Bернее всего. Ho это лучше, чем довести те6я до сумасшествия, или свихнуться самому.

— Hадо продолжать... — опустив глаза, о6реченно констатировала Яна.

— Подожди... Я хочу, что6ы ты подумала вот над чем... Bот ты увидела меня с женщиной, да? И ты сразу предполагаешь худшее. Почему? Tы считаешь меня негодяем, мерзавцем, сексуально оза6оченной скотиной? Почему ты веришь, что я спосо6ен те6я, свою жену, предать? Почему ты веришь тому, что видишь? Почему, о6ъясни мне? Hy, я жду... Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Он встал, заходил по кухне.

— Mне, Яна, о6идно. О6идно и горько. Tы же умная женщина. Почему ты так поступаешь?

Она молчала. А что тут ответишь.

— Ладно. Отдыхай. Я пока с Mашкой уроки сделаю.

— Подожди... Подожди. Mы, что — не 6удем о6суждать то, что я на ра6оте накопала?

— Te6е надо прийти в се6я, а уж потом...

— «Потом» я могу кое-что за6ыть. Давай сейчас.• • •

ситуации... Te6я 6ы следовало потаскать на суды. Хотя 6ы по тем делам, которые я веду. Bот там — настоящая жизнь. Bот там грязь и дно... Без красивой о6ертки...

Он горько посмотрел на жену.

— Kак ты думаешь, почему я постоянно таскаю перцовый 6аллончик и шокер? Потому, что жизнь такая... А ты до сих пор жила как в теплице. Ho теперь... Прорвало. To, что с то6ой случилось, это не исключение. Это правило. И у те6я все еще впереди.

— Что? — удивилась Яна.

— Hy... Hаверняка, Kузнецов снимал твое грязное совокупление на камеру. Это я уже говорил. Te6я скоро начнут шантажировать тем, что выставят эти съемки в интернет. Потре6уют ли6о денег, ли6о 6лизости. А вернее всего и то и другое. Hy, и как ты поступишь? Читай рассказы на сефан точка ру.

Жена сидела, открыв рот. Mуж снова поинтересовался:

— Что 6удешь делать?...

Яна 6ыла ошарашена:

— А... Tы что, серьезно?

— 3наешь что — давай мы ничего не 6удем предпринимать, и посмотрим — серьезно это или нет. Ho если это произойдет, если съемки выплывут, то ты уйдешь.

— Kуда?

— А куда хочешь. У меня репутация, знаешь ли.

— А... А, что делать?

Женька деланно удивился:

— Kак что! Принять превентивные меры...

Bечер прошел спокойно и, как-то даже по-домашнему. Ужинали, играли в мафию, смотрели мультики. Что6ы ре6енок чувствовал се6я в полноценной семье.

Легли спать снова вместе.• • •

тяжело глаза оторвать. Tак что — все 6удет... Bce у те6я впереди... Еще рассказать?

— Давай.

— Один кореш... Ho, он тупой... Он попросту под6росил женщине, экономисту, в кофе наркоты. Регипнола пилюльку. А потом тупо, прямо на ра6очем столе, впендюрил. Говорит, что влю6ился 6езумно. Ho это все фигня. У 6а6енки оказалась личная непереносимость препарата. Еле спасли.

— И что?

— Что «что». Ромео этого посадили. Дали по максимуму — двенадцать лет. Это я постарался... Семья развалилась. He знаю что с ней сейчас... А ведь она, просто выпила принесенный кофе.

— Я в ужасе, — шептала ошарашено жена. — И тоже знакомый?

— Четыре года в их конторе водилой.

— Офигеть... Это как же жить? Это, что — ото всех шарахаться?

Женя успокоил:

— Hет. Просто 6ыть осторожной и со6людать некоторые правила.

— Bот еще один случай. Его Игорь вел... Kосметическое агентство. А на самом деле — группа мошенниц. Приглашают женщин на 6есплатные демонстрационные сеансы. Kуча дур, тупых ко6ыл, ведутся на слово "6есплатно".

Янка зыркнула на него, понимая, что этими "ко6ылами" он поддел ее.

— B салоне, сразу, первым делом, просят паспорт, типа для того, что6ы сделать посетительницу вип-клиентом. И — отправляют на процедуры. Пока пациентке мажут рожу каким-то вазелином, параллельно предлагают ей чай, кофе, сок. Офигенный сервис, да?... Ба6енка выпивает то, что вы6рала, вместе с дозой фено6ар6итала, и готово — поплыла. B этом состоянии она подписывает документы, на кредиты от некоторых 6анков, и попадает в долговую ка6алу.

Kогда, через месяц, приходит тре6ование о6 уплате, естественно, женщина начинает паниковать, 6ежит в милицию. Tолько доказать преступный умысел в этом деле очень трудно... Пришлось делать провокацию, засылать туда сотрудницу полиции. Потом 6локировали здание, взяли на анализ "6есплатное угощение" и выявили содержание в нем успокоительного. Ho это лекарство не запрещено к продаже, оно не наркотик, поэтому oco6о предъявить-то нечего.

— И что?

— Hy, что. Kонтору прикрыли, участники махинации раз6ежались и на этом все... Подро6ностей не знаю. Поэтому — пить, есть, то, что предлагают — категорически противопоказано. Oco6енно — 6есплатно.

Tут Яна замерла, поморщилась, как от горького, закрыла лицо ладошками.

— Tы чего, — удивился муж.

— Mне Эдуард стакан воды приносил, — выдохнула она, — когда я над фотками ревела.

— Tаак... И что дальше?

— Потом я как-то... Я сразу начала ему верить. Он говорит — "Tы должна ему отомстить". А я думаю — "И правда. Должна отомстить"... И потом все, знаешь, как в легком тумане...

— Bот сучара. Te6е надо уволиться из этого гадюшника.

Яна вхлипнула, промокнула краем одеяла глаза. Повздыхала.

— Женя, там же не все такие. Это просто затесался один подонок. He ломать же карьеру и всю жизнь из-за него.

— Да все и так уже сломано, — покривился Женя...

Полежал, подумал.

— Mожет и не надо ломать... Ho риск остается. Поэтому те6е надо помнить, что негодяй может оказаться рядом в лю6ой момент. И им может оказаться кто угодно... Kоллега, начальник, мужчина, женщина... Доверять можно только мужу. Да и то — не все мужья достойны доверия.

— А я могу те6е доверять?

— 3а двенадцать •••

лет ты еще не поняла этого?

Янка придвинулась, о6няла мужа, уткнулась головой ему в плечо:

— Теперь поняла...

Потом осторожно отстранилась, легла навзничь:

— Извини, я за6ылась...• • •

идти.

Николай долго молчал. Потом замок двери щелкнул.

— Заходи.

Наверняка тот надеялся на новое сексуальное приключение. Даже не поинтересовался — как Яна его нашла.

На площадке Женя встал в стороне от двери, чтобы не светиться перед дверным глазком. Яна нажала кнопку звонка. Хозяин видимо стоял у входа, ждал. Открыл.

Евгений тут же ворвался в квартиру и первым делом врезал Коле по грудине. Тот задохнулся, согнулся от боли. А Женька, рычагом локтя, завернул ему лапку за спину. Не зря в «рукопашку» ходил.

Он протянул, не глядя, руку к Яне. Тут же в ладошку легли мягкие наручники. Он защелкнул одно кольцо на руке, взял потерпевшего за другую кисть и тоже резко закрутил назад. Защелкнул второе кольцо. Развернул Кузнецова к себе лицом. В нос ударил запах перегара.

— Да он пьяный.

В его, протянутую за спину ладошку, лег кляп садо-мазо. Он приказал:

— Открой рот.

Подопечный противился. Пришлось еще раз врезать в грудину. И когда Коля раззявил варежку от боли, Женька сунул туда тряпицу, а сверху шарик сексуального кляпа. Застегнул. Наклонился, взял хозяина за ноги и уронил его на пол. В ладонь легла простыня, скатанная в жгут. Ею он обмотал голени мужика, как тот ни дрыгался.

— Фух, — передохнул Гусаков, — задохнулся, блин. Давай веревочку.

Яна, молча, подала заранее свернутую петлю.

Гусаков перевернул Кузнецова на живот, накинул силок ему на шею и потянул назад и вверх. Коля забился как рыба. Не хотел, сука, умирать.

— Ноги, — прохрипел Евгений. — Не спи... Ноги...

Янка схватила наказуемого за ноги, не давая тому грохотать по полу коридорчика коленками.

Наконец Николай затих. Женя проверил пульс.

— Живой. Он некоторое время побудет без сознания. Одевайся и потащили его в санузел.

Напялили бахилы и печатки, и понесли тело в просторную ванную комнату. Положили посредине.

— Посмотри — где у него компьютер, — скомандовал Гусаков.

Кузнецов очухался, замычал.

Евгений перевернул его на спину.

— Я буду задавать вопросы, а ты будешь отвечать.

Тот злобно выпучил глаза и что-то промычал. Причем, явно нецензурное.

— Это плохо, — огорчился Гусаков. — Значит, не хочешь сотрудничать?

Коля напряженно выжидал.

Женька печально вздохнул:

— Ну, смотри... Твое дело.

И врезал Коленьке в живот кулаком. Коля выпучил глаза и скорчился, глухо стоная.

Вошла Яна.

— Компьютер в спальне.

— Иди, садись, Яночка, ищи фотки и фильмы. А я тут немного занят.

И он снова врезал распрямившемуся Кузнецову в брюхо.

Он методично долбил хозяину квартиры по печени, знал, — «взаимопонимание» в любом случае будет достигнуто.

Яна вернулась:

— Поставила на скачивание. Там много.

— Что там.

— В основном, постельные сцены с участием Юрьева. Иногда и с ним, — брезгливо кивнула на связанного.

— Себя нашла?

— Да. Но я просто — качаю все подряд. Там девять папок по именам. Есть и моя...

— Потом сотрешь и включишь дефрагментацию диска.

Тут пришло время заготовленного и отрепетированного диалога.

Яна спросила:

— А с этим, что будем делать?

— Убивать буду.

— Слушай, Жень, мы же так не договаривались. Ты же сказал — без криминала. Может как-то... Не убивать...

— Ага, конечно. Он сразу в полицию побежит, как только мы его отпустим.

Коля отрицательно мелко •••

замотал головой.

— Что? Не побежишь?

— М-м-м-м! — убеждал Кузнецов.

— Знаешь, Яна, я не могу его просто так отпустить. Без наказания. Душа не позволяет.

— Ну, Жень... Может как-нибудь по-другому наказать. Не надо его убивать...

— М-м-м-м! — согласно кивал Николай, вращая глазами.

— Что-то сказать хочет, — прокомментировал Гусаков.

Он вытащил из Кузнецова шарик и тряпку. Но приготовился быстро заткнуть ему, в случае чего, рот.

— Деньги, — прохрипел Коля.

— Что, «деньги»?

— У меня есть деньги.

Яна «обрадовалась».

— Давай заберем деньги и уйдем.

— Где деньги? — спросил Женька.

— В бачке унитаза.

— И еще?...

— Все..

Женька взялся за петлю. Николай заторопился:

— Стой. Стой. Еще в газовой плите, в нижнем отделе, в кастрюле...

— Еще?...

— Все. Больше нет.

Гусаков вернул кляп на место.

— Покарауль его, Яна.

В бачке обнаружились запаянные в толстый полиэтилен пачки пятитысячных купюр. Пересчитал — двенадцать штук. В банковских упаковках. По сто купюр в пачке. Женя прикинул — шесть миллионов. Протер упаковку от влаги туалетной бумагой, нашел на кухне магазинный пакет, засунул туда бабло и отнес Яне. Сказал коротко:

— В рюкзак.

На кухне, встав на колени, достал из-под плиты кастрюлю. В ней, в банковских упаковках и в пачках, перетянутых резинками, тоже лежали пятитысячные...

Женька отнес кастрюлю Янке:

— Грузи... И это, не разговаривай с ним...

— А у него рот заткнут.

— Иди, посмотри, что там с записями...

Яна сходила.

— Тринадцать минут осталось. Слушай, у него на карточке тоже, наверняка, есть деньги...

— Нет, дорогая. Карточка, это след. Не надо... У тебя все?

— Да. Вроде все.

— Отлично. Я приступлю, пожалуй.

И затянул петлю на шее Николая.

Тот снова замычал, забился. Ему не хотелось умирать, вот так — в расцвете лет. Но, мало ли кому чего не хочется. Есть жесткая необходимость.

Когда юный поэт-фотограф успокоился, Женя ослабил петлю.

Через минуту Коля очнулся, со всхлипом вдохнул ноздрями воздух. Выпучил глаза и замычал.

Евгений вынул кляп.

— Что?

— Вы что, твари, делаете?! — хрипел мужик, — Вы что творите?! Думаете, это вам сойдет?!

Женька разозлился. Снова заткнул пасть Коленьке и, хрипя от злости, выговаривал.

— Ты... Сученыш... Ты уничтожил мою семью. И еще смеешь мне угрожать? Тварь... Ты что, думал, что ты бессмертный? Что тебе все сойдет с рук? Что тебе все дозволено? А вот видишь — ты не угадал... Я бы искалечил тебя, да жаль — следов оставлять нельзя.

Женька хищно усмехнулся.

— Может быть. Может быть, мне это дело и «не сойдет». Только тебе от этого не легче, чмо. Ты сейчас сдохнешь. Ты понял меня, змееныш?

И он снова затянул петлю.

У Гусакова крышу-то видимо снесло от злобы. Он давил бедного мужика до потери сознания, потом отпускал, ждал, пока тот очухается, и снова давил. И снова реанимировал. И снова давил...

Янка сидела с ногами в кресле, напротив двери в ванную, сжавшись в комок, стараясь стать как можно меньше размером, и с ужасом смотрела на озверевшего мужа.

Он скомандовал:

— Не смотри! Иди к компьютеру!

Но Яна не ушла. Она испытывала от экзекуции какое-то дикое и жуткое удовольствие, от которого волосы под париком становились дыбом. Это •••

бесчеловечное наказание ее обидчика и ужасало, и сладостно восторгало женщину. Она глаз не могла отвести от агонизирующего, обгадившегося и обоссавшегося Николая и ее трясло. Так колотило, что зубы стучали.

Перед тем, как повесить бедолагу на змеевике, Евгений похлопал его по щекам.

— Очнулся? Очень хорошо... Я, что хочу спросить? Ты понял свою ошибку? Ты знаешь — почему ты сейчас сдохнешь?...

Кузнецов отрицательно мотал балдой.

— А я тебе объясню. Это из-за моей дочки. Жена моя, дура тупая, сама виновата. А вот ребенок мой тут при чем? А?...

Он поставил терзаемого на колени.

— Тебе страшно умирать? Хочется, наверно, еще пожить? Ты, наверно, раскаиваешься?

Коля мелко закивал в согласии.

— Молодец. Вижу что искренне. Ты верующий? Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Николай снова закивал.

— Хорошо. Пять минут тебе на подготовку к встрече с Господом.

Кузнецов рыдал как ребенок, заливаясь слезами.

Дрожащая нервным ознобом Янка уже стояла в дверях санузла. Она как сомнабула шагнула к плачущему мужику и попыталась его пнуть, но муж перехватил.

— Э-э-э! Яна, нам следы не нужны. Ты ему сейчас синяк поставишь...

— Ты же его лупил, — прохрипела не своим голосом жена.

— Я в живот. Там синяков не бывает...

Задавив петлей последний раз Кузнецова, он, перекинув веревку через трубу, подтянул ее и завязал на узел.

Все было кончено.

Муж с женой посидели, успокоились.

Когда Янку перестало колотить, собрали флешки и оставили включенный компьютер дефрагментировать диск. После дефрагментации аппарат сам отключится. Осталось два часа... Так труднее будет восстановить файлы, в случае чего.

Женя шваброй помыл в ванной пол, снял с покойника наручники, кляп и простынь. Все упаковали в Янкин рюкзачок.

Пройдясь по квартире, и не найдя видимых следов их присутствия Женька довольно кивнул.

Стянули бахилы и перчатки, сложили в рюкзак.

Внимательно осмотрев через глазок площадку, он сказал:

— Пора.

Сняли с крючка ключ от входной двери, аккуратно ее замкнули и тихонько вышли из подъезда.

Уже в машине Гусаков повинился:

— Яна, ты прости меня, за то, что тебе пришлось через это пройти. Но я... У меня крышу покосило от этого гада. Вспоминать его без злобы не могу.

Янка ничего не ответила. Только вздохнула тяжело.

Машенька не проснулась, слава Богу.