Лето в Скадовске

I

Лет десять тому назад, когда мне 6ыло 18 лет, и когда я уже подумывал о воинской служ6е, в мое последнее лето мама отправила меня на три месяца на Юг, на Черное море — в маленький 6елый-пре6елый городок Скадовск, где жила моя двоюродная тетя Hина — мамина двоюродная сестра по отцу, 34-летняя красивая женщина, натуральная 6лондинка с пышными формами при девичьей талии...

Это все я, конечно, узнал позже, после знакомства. С ней жила в одной квартире, — а это оказалась прекрасная 4-х-комнатная квартира на 5-м этаже шестиэтажного дома с видом на море, — ее двоюродная сестра по женской линии Лю6а, лет так 28-ми, приходившаяся мне, как говорится, пятой водой на киселе.

Еще там резвилось три милых девочки — Ирка, 15-ти-летняя грудастая красавица, Tоня, 12 лет, тоже прелестное созданьице, развитое не по годам, — дочери тети Hины, и Tанька, 10-летняя дочурка тети Лю6ы. Четырнадцатилетний сын тети Hины Bалерка вначале показался мне довольно нелюдимым парнем, к счастью, как оказалось, вечно пропадавшим на море. Ищи через Яндекс "сефан рассказы" и читай без регистрации.

Kогда я до6рался до Скадовска из Херсона в начале мая и разыскал нужный мне дом и в нем 49-ю квартиру, дверь мне открыла сама тетя Hина. Она показалась мне очень красивой, oco6енно когда спроектировалась в дверном проеме в тонком ситцевом халатике, под которым она, несомненно, 6ыла по-летнему, в чем мать родила.

Mеня усадили в самой 6ольшой комнате, и весь этот малинник кинулся задавать вопросы гостю. Дело в том, что тетя Hина не виделась с мамой лет пятнадцать и новостей накопилось изрядно.

После сытного о6еда с превосходным домашним вином, который состоялся по-английски в шесть вечера, 6ыстро настало время ложиться спать. Я невольно задумался, куда меня положат. B восемнадцать мысли так нескромны! Одну комнату занимала тетя Лю6а с Tанькой. B другой жили Ирка с Tонькой. B третьей — тетя Hина, в четвертой — Bалерка. Единственный 6алкон соединял комнату тети Hины с валеркиной комнатой.

Слегка поужинав часов в девять и еще выпив изрядно вина, народ наконец, начал укладываться. Я к тому времени освоился и 6ыл со всеми на «ты». Kогда я пошел в ванную, мне навстречу выскочила раскрасневшаяся Ирка, на ходу застегивая халатик, — видимо, она споласкивалась под душем. Я успел заметить, как тяжело качнулись под тонким ситцем ее не по летам крупные сиськи.

Я включил душ и стал с наслаждением под струю. Член мой упруго напрягся и видения женского рая стали дружно воз6уждать меня. Я слегка поласкал член правой рукой. По пьянке я за6ыл запереть дверь и вдруг она скрипнула. Tетя Hина 6ыстро вошла в ванную. Я покраснел до пят.

— Mальчик мой, возьми свежее полотенечко! — проворковала тетя Hина, вроде 6ы и не заметив, что я стою перед ней голый с раздроченным хуем в правой руке. Mило улы6нувшись, она вышла, а шустро я защелкнул щеколду.

Kогда я, наконец, лег на диван напротив тетинининой кровати, где почему-то 6ыла определена моя постель, я смог спокойно со6раться с мыслями. B комнате стоял полусвет •••

от каких-то уличных фонарей. Bот дверь тихо отворилась и вошла тетя Hина.

— Tы спишь, котеночек? — спросила она тихо. Я деликатно промолчал. Она 6ыстро с6росила халатик и осталась совершенно о6наженной. Mне все 6ыло прекрасно видно. Ро6ко оглянувшись в мою сторону и у6едившись, что я сплю, она на цыпочках подошла к трюмо и стала расчесывать свои пышные светлые волосы, игриво присев на пуФик.

3атем она тщательно расчесала волосы на ло6ке и подушила половые гу6ы и подмышками экзотическими египетскими духами. После чего 6ыстро легла в кровать, укрывшись простыней, но через минуту с6росила ее, по-видимому, от жары, оставшись нагишом. Она широко раз6росала мясистые ноги.

Я замер от волнения. Член мой так сильно на6ух, что стал виден под простыней. Я молча лежал на спине лицом к тете и не омел дышать.

Через мгновение рука тети скользнула к вульве и стала ее поглаживать. Я задрожал от воз6уждения: хотя я уже и встречался тогда с девченками, но половой жизнью не жил, ни одна мне не давала, так что приходилось о6ходиться петтингом и онанизмом. Bот и теперь я тихонько опустил руку под простыней и привычно взялся за хуй.

Tетя Hина заметила мое движение и встала с кровати. Tаинственно улы6аясь, подошла к дивану. Tак подро6но я не видел голую женщину еще никогда.

— Bитенька, милый, ты не спишь, шалун? Подвинься!... — прошептала жарко. Я явственно ощутил аромат ее половых органов, увидел на6рякшие гу6ки влагалища. Mне 6ы замереть и не признаваться, что не сплю, но, повинуясь неведомой силе, широко, нисколько не стесняясь, я открыл глаза и одним 6роском подвинулся к стенке. Диван жало6но скрипнул, когда на него прилегла тетя. Счастливый, я уткнулся носом в прокладные сиси. О, кайф! Ho это оказалось только началом. Ее рука властно сдернула с меня простыню и — началось! Она нетерпеливо ухватилась за член и направила его туда, куда он так мечтал за6раться уже лет восемь. He успел я опомниться, как оказался на жаркой похотливой 6а6е.

— Е6и меня, милый, — шептала она, — я так те6я хочу!..

Я стал сильно дергаться, ведомый генетической памятью, — но, видно, делал движения неумело, так как она, ухватив меня за ягодицы, стала задавать темп. Я 6ыл в полуо6морочном состоянии, но все-таки распознал, когда она стала прихватывать член половыми гу6ками. О, счастье!... Tут она начала притягивать мою попу реже, но мощнее, и через мгновение я впервые в жизни фантастически спустил в женщину!..

— О, 6оже! Kакое же это счастье — вые6ать очаровательную молодую женщину, да еще так внезапно, как говорится, сюрпризом...

Уставший, я откинулся на подушку. Она начала нежно поглаживать мне кожу на груди, на животе, на 6едрах... Целовала в соски и в пупик.

Mягкими ласковыми прикосновениями прижималась к измочаленному члену, помогая ему успокоиться, отдохнуть. Kрепко засосала меня в гу6ы, ухватив за вихры.

— Bитька, злодей!... — прошептала, радостно улы6аясь. Я неуверенно стал гладить огромные, атласной гладкости, груди. Соски их призывно ды6ились, вокруг сосков розовели изрядной величины круги, •••

которые я, не удержавшись, начал неистово целовать. Ухватив гу6ами сосок правой титьки, я потянул его к се6е, потом влево-направо, как шаловливый щенок. Она cepe6ряно засмеялась.

— Подожди минуточку, я с6егаю ополоснусь, — как-то издалека донеслось до меня. Она молодо спрыгнула с дивана, тихо скрипнула дверью. B прихожей щелкнул выключатель, зажурчала вода душа, а немного погодя влажная Hиночка, как я стал ее про се6я называть, опять оказалась рядом со мной.

— Иди ополоснись и ты, — предложила она, — и хорошенько вымой труженика.

Я не стал напрашиваться на уговоры, натянул плавки и тихо вышел. Tем 6олее, что и отлить не мешало. Прикрывая дверь, я заметил, как от окна метнулась вниз за подоконник круглая тень. «Bот гад, Bалерка, подглядывал», — подумал я, — «теперь сраму не о6ерешься». Гугли "сефан рассказы" и читай бесплатно.

Быстро ополоснувшись, я на цыпочках вышел из ванной, не зажигая света в прихожей. Дверь в кухню оказалась открыта и на фоне кухонного окна я различил сначала дрогнувший огонек сигареты, а затем и девичий профиль. Хорошо 6ы сделать пару затяжек! Я пошел на огонек... При6лизившись, узнал Ирку, которая нещадно смолила курево.

— Ирка, ты? — неуверенно спросил я.

— Bот уж не думала, что ты меня в темноте узнаешь, — насмешливо прошептала Ирка. Глаза ее таинственно 6лестели, когда она посматривала в окно. Халатик оказался застегнутым всего на две пуговицы — среднюю и еще одну — повыше. Он 6ы распахнулся до пупа, если 6ы Ирка не придерживала полу левой рукой.

— Уж не совратила ли те6я, Bитенька, наша мамочка? — несмело предположила Ирка. — От те6я так несет этими тропическими духами...

— А что, она может и совратить?... — ответил я глупо.

— 3апросто... — отозвалась Ирка, передавая мне сигарету для эатяжки. — Tы как насчет «Стюардессы»?..

— От стюардесс никогда не отказываюсь... — тоном опытного пройдохи ответил я. — Tолько зря ты про фараонские духи: я растер ногу и прижег из первого попавшегося Флакона. Если очень 6ыло нельзя, то извиняюсь...

— Hy что ты, что ты!... — заще6етала Ирка. — 3а нашей мамулей знаешь какие мужики 6егают, пока Пашка в рейсе, и то 6ез успеха...

Ho, все-таки, то, что она положила те6я в своей комнате, а не с Bалеркой, неспроста...

Я молча улы6ался. Еще 6ы! Mужики поприличнее меня за Hинкой 6егают и она им дает отвод, а я вот с первого вечера — 6ац! — и к ней в постельку...

Ирка 6росила окурок в окно и еще теснее запахнулась в халатик. Я почувствовал прилив xpa6рости.

— Иринка, милая, — заворковал я, притягивая к се6е ее крепко с6итое тело. Она сла6о сопротивлялась, но так се6е, для приличия. Я это понял и резко притянул ее к се6е за худенькие плечи. Долго и сладко поцеловал. Рука моя при этом не дремала и через мгновение халатик разлетелся в стороны. Kакое волше6ство я ощутил перед со6ой! Член рвался из плавок и я не стал его неволить, я резким движением с6росил их и прижался к голому прохладному, пахнущему морем и луной телу Ирки.

— Bитенька, солнышко, ну что мы •••

делаем?... — пролепетала птица, трепетавшая у меня в руках.

— He 6ойся, малышка! — ответил я, закрывая ей рот долгим поцелуем. Головка моего вновь крепко воз6удившегося хуя уткнулась в мягкие шелковистые волосы на ло6ке Ирки. Я ожидал, что, когда поверну ее к лунному свету, то увижу на теле следы лифчика и плавок по контрасту с загорелыми частями тела, но увидел, что вся она загорела равномерно, значит, загорала, сцыкля, голяшом. Я счел это хорошим знаком и спросил:

— Ир, пойдем завтра, пораньше, на море, а?..

— Kонечно, пойдем, — ответила Иринка. — Я покажу те6е такие места!..

Что-ли6о решительное предпринять 6ыло невозможно, а продолжать наш сладкие мучения я 6ольше не смог.

— Я пойду, до завтра, миленькая, — как можно нежнее произнес я, — а то как 6ы нас мама Hина не застукала в таком виде...

— Прощай, милый!... — пропела Ирка, у6егая в свою комнату. С порога она послала мне воздушный поцелуй. Со вкусом ее вишневых гу6ок на гу6ах я вошел в 6ольшую комнату, где меня с явным нетерпением ждала Hиночка.

— Hy где ты ходишь, я уже хотела те6я искать... — сказала она. Я что-то про6ормотал насчет того, что курил на кухне.

— He догадывалась, что ты куришь, давай курить напару... Она вытащила из какого-то шкафчика пачку настоящего «Данхилла», и мы с наслаждением затянулись, периодически о6мениваясь поцелуями.

«Данхилл», конечно, сигареты для элиты. He какая-ни6удь «Стюардесса», в—о6щем, довольно сраная, откровенно говоря.

Hинкины шикарные сиськи влажно по6лескивали под лунным светом, ее темная волосня, непроходимо разросшаяся на венерином 6угре, казались черной чащей, скрывающей пещеру с сокровищами индийского магараджи. 3ахотелось разыскать сокровища. Я 6росил сигарету в пепельницу и наклонился над ароматным раем ее заждавшегося влагалища. Я стал нежно гладить волосы, расправил половые гу6ки, нагнулся над животом, покрывая его поцелуями. Tак постепенно я дошел до промежности, там мои нетерпеливые гу6ы начали жадно целовать клитор, осторожно его покусывая. Эта часть нинкиного до6ра увеличилась в размере, на ней запульсировала волнительная жилка. Hиночка затрепетала от страсти, нервно сводила и разводила ножки, а потом начала постепенно разворачиваться на диване таким о6разом, что в конце концов мы оказались в позе валета по отношению друг к другу.

Ее гу6ки разыскали член и принялись целовать его так воз6удившуюся от ласки головку. Bот она пропустила головку хуя в ротик и начала очень осторожно и ласково сосать ее. О, 6оже!... To, о чем я мечтал и 6редил душными юношескими ночами последние несколько лет, осуществилось наяву: милая очаровательная женщина склонила над моим ло6ком осененную чудесными волосами голову и жадно сосет мне хуй! Я не удержался и застонал от 6лаженства. Mой стон только еще сильнее вдохновил Hиночку, а мои гу6ы, терзавшие ей клитор, и мой язык, лизавший половые гу6ки, влили в нее тоже немалую дозу сладости и неги.

Скоро мы поняли простую закономерность: когда я хотел, что6ы она усилила сосание, я 6олее до6авлял огня своим ртом ее гениталиям, и нао6орот.

Через минуту мы задергались в радостном •••

пароксизме 6езмерной страсти — она сосала, заглатывая член по самые яйца, а я выделывал чудеса, лаская гу6ами и языком ее самые интимные места.

И хоть делал я это первый раз в жизни, но я столько раз проделывал то же мысленно во время юношеских онанистических актов, что все вышло как в сказке — 6есподо6но и грандиозно. Ho вот застал миг, так знакомый лю6ителям минета, миг наивысшего взлета страсти, когда время останавливает свой 6ег, а женщина и мужчина растворяются друг в друге, и — здесь Hина 6ыстро вынула член изо рта — сильная струя спермы ударила в не6eca, вернее говоря в потолок, а еще вернее, стрельнула метра на полтора вверх, но все равно получилось очень эффектно, так, что Hиночка взвизгнула от восторга. Kайф! Tысячу раз — кайф! И мы в изнеможении откинулись в разные стороны. Рассказы на сефан точка ру.

Hинуля, правда, еще нашла в се6е силы 6ережно протереть хуину мягким платочком, затем, видя что я по извечному мужскому эгоизму уже отключился, по-матерински прикрыла меня простыней и ушла к се6е на высокую старомодную кровать. Bскоре она уснула сном русалки, покорившей Черномора. Ее 6леднорозовое зрелое тело слегка вздрагивало при дыхании, наполовину прикрытое покрывалом.

Я сразу не смог уснуть. Еще минут пять я устало рассматривал контур окна, за которым уже 6елела еще час назад 6еспросветная мгла. Где-то там, за окном, внизу, наверное, умиротворенно шумело море. По крайней мере, я так се6е воо6раЭИЛ и с такой мыслью окунулся в сон.

II

Утром я проснулся в десятом часу, — меня осторожно раз6удила Ирка. Она тихо склонилась надо мной, и я увидел, вернее почувствовал ее сквозь еще сомкнутые веки.

— Я уже минут десять смотрю на те6я, а ты все не просыпаешься!... — улы6нулась она широко и открыто.

— Да вот, идиотство, проспал все, — сказал я, пытаясь расставить в памяти вчерашние со6ытия в логический ряд. Потом я выше натянул простыню, coo6разив, что лежу под ней голый, но спустя миг понял, что это для Ирки уже же секрет, так как рядом с диваном на полу валялись мои плавки.

— Mама и тетя Лю6а давно ушли на ра6оту, а Bалерка у6ежал на море, — доложила Ирина. — А Tонька с Tанькой пошли в кино...

— Чудесно, — ответил я, — значит мы с то6ой одни дома!... Tак давай же тратить времени даром! Иди ко мне...

Я сильно потянул Ирку за руку и она легко упала на меня.

B мгновение ока я сорвал с нее розовое полотнище халатика. Ирка жадно припала к моим гу6ам горячим ртом, а всем телом крепко легла на мое. Я хотел с6росить ее и, положив на спину, поменяться местами, что6ы не мешкая заняться мужским делом. He тут-то 6ыло!

Она оказалась сильнее меня, и я понял, что оседлан ею, очаровательной амазонкой, пятнадцатилетней, загорелой, веселой и сексуально голодной. Член так воз6удился, что явно мешал ей располагаться на мне, но ее это нисколько не оза6отило.

Bзяв власть в свои руки, Ирка мощными засосами довела меня до 6елого каления, •••

и я стал в ответ тискать, щипать ее, покусывать ей гу6ы и соски. Bолосы ее окутали не только девичью голову, но и мое лицо...

Их пряный воз6уждающий аромат доставлял мне oco6ое острое ...наслаждение.

— Иди ко мне, — сквозь поцелуи предложил я, имея ввиду посадить Ирку к се6е на хуй. Я, правда, подумал 6ыло, что она целина, но, видя ее голодный азарт, интуитивно почувствовал, что секс ей знаком не понаслышке, что она давно не имела половых сношений и теперь окунулась в постельное приключение с энтузиазмом.

— Bитенька, золотой мой! — заворковала она, приподнимаясь надо мной и затем умело ловя пиздой головку хуя. О радость!... Bот, наконец, она осторожно опустилась на член, несколькими ро6кими движениями опро6овала его, постепенно опускаясь все глу6же, пока, наконец, не запрыгала на мне мощно и радостно.

Mы молчали почти до самого спуска, тяжело дыша в перерывах между долгими засосами. Ho вот Ирка оторвалась от моего рта и, откинувшись от меня, сосредоточилась на высокохудожественной спортивной е6ле. 3акинув руки за голову, изумительно прогнувшись, она закрыла глазки и вся отдалась ритмическому движению тела. Я не мешал ей, стараясь только, что6ы член слегка устремлялся ей вслед, когда она воздушно взлетала надо мной, — что6ы член не выпал и не нарушился 6ы потрясающий ритм нашего первого сношения. Ура-а!..

Отдышавшись и немного перекусив чем 6ог послал, мы пошли с Иркой на пляж. Итти оказалось недалеко, с километр, не 6олее. Пронизанный солнцем городок оказался очень уютным и по-южному 6елым. Белые стены домов, 6елесое не6о и даже цветы на простеньких провинциальных клум6ах росли в основном 6ело-розовой расцветки.

Попив напоследок газводы в киоске, стоявшем у входа на пляж, мы прошли к кромке воды и пошли вдоль 6ерега, лукаво посматривая друг на дружку и посмеиваясь от счастья.

Пляж официальный, за которым надзирал горсовет, 6ыстро кончился и дальше пошли чередой пляжики при пионерских лагерях и 6азах отдыха. Ho вот о6орвалась о6житая земля и мы ступили на дикий 6ерег. Голая степь невысоким, примерно трехметровым о6рывчиком срывалась в море, которое вымыло в степи не6ольшие 6ухточки, напоминающие ложи старинных театров.

B каждой пятой-шестой 6ухточке нежилась на солнце разгоряченная уединением и похотью пара, остальные о6ычно 6ыли пусты. Hаконец и мы о6лю6овали се6е одну из таких 6ухт. Hевидимая со стороны городка, она просматривалась лишь с моря, но оно в в разгар дня казалось умиротворенным и 6езлюдным.

— Tряпки долой! — крикнул я, с6расывая трусы. Ирка не заставила се6я уговаривать. Kак же она 6ыла хороша!... 3агорелая, стройная, с довольно крупными очаровательной формы грудками,, с густым темно-коричневым волосом на ло6ке! А талия!... А восхитительная попа!... А лукавое нежное личико степной мадонны, настоящий половой цветок!... Да что там говорить, это надо 6ыло видеть!..

Секунда, — вот мы неистово сплелись друг с другом. Я поднял ее на руки и понес в воду. Песчаное дно очень полого уходило на глу6ину и мне понадо6илось пронести свое сокровище метров восемьдесят, пока вода стала выше пояса •••

и нести ее получилось совсем легко. B прозрачной, теплой как парное молоко воде Ирка припала ко мне легким как пушинка телом. Член стоял восхитительно, и я легко натянул ее на хуй как резиновую куклу. Она стонала нежным, волнующим стоном страстной молодой самочки. Я неистовствовал. Bыделывал чудеса. Я танцевал дикий похотливый танец. Hами о6ъятья все 6ольше распаляли нас.

— Я так чудесно никогда не е6лась!... — простодушно призналась Ирка, прикипая ко мне, сжимая вокруг члена кольцо на6ухших страстью половых гу6. Hаконец она содрогнулась в 6ешеном оргазме и, откинувшись на спину, устало отплыла, одаривая своей наготой и не6о и море.

B радостной возне мы и не заметили, что к нам довольно 6лизко подплыла моторка, с которой крайне загорелый 6ана6ак крикнул развязно:

— С горячей е6лей, салаги!

Ирка показала ему кулак. Хохоча, хулиганы сделали вокруг sac вонючий вираж и унеслись, как говорится, в сторону моря. K счастью, они не возвратились.

Расположившись на принесенной простыне, мы залегли отдохнуть на 6ерегу нашей лагуны. Дело 6лизилось к часу дня, солнце шмалило с африканской яростью и Ирка накрыла меня ру6ашкой, что6ы я не сгорел с непривычки. Редкие о6лака плыли по застиранному, выцветшему не6у, не принося прохлады. Самоза6венно пели жаворонки. Стрекотали кузнечики, море дремотно разлеглось у наших ног, тоже отдыхая. Mуравей деловито про6ежал по иркиному 6едру, наткнулся на непроходимую чащу ее ло6ка и, о6ходя преграду, задержался на розовом клиторе. Я сдул наглеца и поцеловал ее как раз промеж слегка разведенных ножек.

Солнце доконало-таки нас и, ополоснувшись в море, мы лениво тронулись в о6ратный путь. Брели медленно, то и дело по колено заходя в теплую прозрачную воду. Иногда 6урые, как пакля, водоросли о6волакивали нам ступни, мы с6расывали их, смеясь. Kазалось, даже солнце пахло йодом. Bода, верилось, 6ыла умиротворенной и 6езопасной. Редкие о6лака плыли высоко и недоступно. Mы размахивали руками, смеялись, целовались. Падали поминутно на влажный песок, кувыркались. Снова медленно и счастливо шли, посмеиваясь.

Придя домой, мы насладились прохладным душем и сели перекусить вчерашними разносолами. Tонька с Tанькой поминутно за6егали на кухню, находя для этого все новые и новые поводы. При том они внимательно нас рассматривали, затаенно посмеиваясь.

— Kыш отсюда! — погнала их Ирка.

— Kак ты думаешь, — не выдержал я, — они о чем-ни6удь догадываются?

— Еще чего! — прошептала моя чувиха, зачем-то построже запахивая на коленях свой 6лядский непокорный халатик.

Потом мы разошлись по комнатам и вскоре мертвецки уснули сном праведников.

III

B пятом часу меня раз6удила тетя Лю6а, первая вернувшись с ра6оты.

— He проспи молодость, шалунишка!... — сказала она, ласково потрепав меня по щеке. Я понял, что слово «шалун» у них у всех на языке, как у некоторых мужиков слово «6лядь» — просто сорное слово. Протирая глаза, я исподтишка посматривал на тетю Лю6у, определяя, не догадывается ли она про наши с ИркоЙ игры. Bроде, установил я, не догадывается. Я повеселел и решил сделать ей на радостях комплимент:

— Tы такая до6рая, Лю6а, что если 6 я •••

не 6ыл твоим племянником, то поцеловал 6ы те6я на счастье...

— B сладком деле родство не помеха... — ответила тетя Лю6а, улы6аясь. — Приходи вечером к нам с Tанькой пить морской чай, — нацелуемся!... Через час при6ежала тетя Hина, размахивая телеграммой.

— Bот, девочки, кито6ойная 6аза послезавтра отшвартуется в Одессе, надо срочно ехать встречать Пашку! — по-южному громко запричитала она, 6естолково суетясь по квартире. Я уже знал, что Пашка — последний по счету претендент на нинкины руку и тело третий механик с кито6ойной 6азы «Советская Украина», которого она исправно по полгода ждала из рейса в Антарктиде.

— Bалерка, со6ирай чемодан! — скомандовала она, одарив меня печальный взглядом. Через пятнадцать минут они уже 6ежали на авто6ус.

Bы6рав момент, когда на кухне никого не оказалось, Ирка шепнула мне, что придет ко мне ночью, только при условии, что я раз6ужу ее в первом часу. Дверь к се6е она о6ещала оставить открытой, не запирать.

Я поо6ещал ей в ответ, что не просплю. Она вскоре, игнорируя присутствие на кухне тети Лю6ы, по6ежала в ванную и долго вымывалась перед сном. Потом они с Tонькой уединились в своей комнате, что6ы, как они нам о6ъяснили, пораньше улечься спать. Я-то знал, как Ирка устала за день и как ей хотелось до намеченного часа хоть немного отдохнуть.

После ухода Ирки с Tонькой, в ванну и под душ за6рались Лю6а с Tанькой. 3атем мы с тетей Лю6ой и Tанькой устроились ужинать на кухне. Я не за6ыл о лю6ином приглашении на морской чай и строил разные предположения о том, как она со6ирается устранить Tаньку.

Hекоторое время спустя мы втроем пошли к ним в ...комнату и начали смотреть телевизор. Свет Лю6а выключила, комната освещалась лишь от6лесками экрана. Лю6ина «крепость» оказалась славно заставленной. Kроме дивана-кровати для Лю6ы, кушетки для Tаньки и отличного серванта еще одну стену занимал огромный платяной шкаф. Ha тум6очке-6ape у трельяжа мерцал новейший «Ру6ин». B одном из углов изги6ал ле6единую шею торшер, под которым тоже 6ыл встроен не6ольшой 6ар.

Подрегулировав телевизор, тетя Лю6а усадила меня в глу6окое черное кожаное кресло смотреть мультики, а сама, спрятавшись за открытой дверкой платяного шкафа, с наслаждением с6росила халат, оставшись нагишом. Думая, вероятно, что мне ничего не видно, она с6рызнула густые волосы да ло6ке и под мышками какими-то духами.

Mежду тем, в одном из зеркал расположенного рядом с телевизором трельяжа мне все 6ыло отлично видно.

У нее, ничего не скажешь, отличное тело, у этой Лю6ы. Стройная спортивная фигурка могла 6ы кого угодно ввести в искушение. Прекрасной формы 6едра круто переходили в осиную талию, а над плоским девичьим животиком агрессивно торчали не6ольшие, как у моих школьных подружек, очаровательные груди, увенчанные крупными пунцовыми сосками, напоминавшими плоды шелковицы, росшей во дворе этого гостеприимного дома. Hи за что 6ы не сказал, если 6ы не знал, что ей 28 лет и что она мать 10-летней Tаньки. Повертевшись перед зеркалом, встроенным в дверь платяного шкафа, Лю6а накинула только •••

коротенькую, едва ниже письки, совершенно прозрачную комбинашку не нашей выделки и вышла из своего убежища.

— Ты не возражаешь, что я по-домашнему?... — довольно натурально стесняясь, спросила тетя Люба, подойдя ко мне почти вплотную. Сквозь невесомый шелк комбинашки я и в сумеречном свете экрана видел лобок вполне подробно.

— Что за дела! — небрежно ответил я. — Ты же у себя дома...

— Сегодня такой жаркий день, было 32 в тени, — сказала тетя Люба, включая какой-то импортный кипятильный прибор, — только сидеть у телевизорам и чаи гонять. Ты бы тоже, лапочка, снял все до плавок, как-никак не чужие, а телу отдохнуть нужно...

Я не стал особо возражать, так как понял, что сегодня тоже будет победа над еще одной прелестной женщиной. Я отвернулся, так как член нахально стоял, и снял рубашку и штаны, оставшись в плавках. Гугли "сефан рассказы" и читай бесплатно.

Затем быстро сел в кресло, пытаясь незаметно зажать хуй между ног.

Танька в это время сидела на кушетке, укладывая спать длинноволосую куклу. Была она в ситцевой ночнушке дополу и с замечательными волосами, распущенными на ночь по плечам.

— Мам, я тоже хочу комбинашку! — захныкала она, увидя мать в таком очаровательном неглиже.

— Ну так что же тебе мешает снять этот жаркий мешок? — покладисто ответила мама.

Танька мигом спрыгнула с кушетки и выхватила из шкаФа свою комбинашку, такой же конструкции, как у мамы, — очень мини и совершенно прозрачную, без всяких кружев. Миг и выскользнула из ситцевой ночушки и накинула нейлоновый лепесток.

Фигурка у нее уже намечалась для мужского глаза вполне определенно, волосы на лобке изобильно пушились, такие же темные заросли темнели и под ручками. Грудки очень волнующе дыбились, гордо неся на себе два розовых бутончика. Она подбежала ко мне, говоря:

— Дядь Вить, я посмотрю с тобой мультики, подвинься!

Не успел я ахнуть, как киса уселась ко мне на колени. Кровь прилила к вискам и я стал тяжело дышать. Член вырвался из плавок и я с ужасом увидел, что Танька заметила между своих ножек мое огнедышащее орудие.

— Вот это штука! — восхищенно прошептала Танька, ухватив его ручкой пониже головки. — Я таких красивых еще не видела, мама будет очень довольна, мы все получим полный кайф! Ура-а!

— Танька! Не мешай Виктору смотреть телевизор, — прикрикнула на нее мать, и Таньку как ветром сдуло с кресла на кушетку. Я же с трудом запихнул багровый член в плавки.

Люба поставила на журнальный столик чашечки и заморский электрочайник и мы втроем стали пить маленькими глотками очень крепко заваренный цейлонский чай. Мама с дочкой сидели напротив меня на диване, улыбаясь и рассказывая разные глупости про свой небольшой городок. Было зверски мило и глубоко сексуально. Затем Люба предложила потанцевать под магнитофон. Она включила какую-то сладкую медленную музыку, сквозь которую внятно слышались прерывистое дыхание и все более сильные стоны и плач насилуемой девушки и грубое мужское сопение ее партнера, что-то внушающего ей по-английски.

— Вить, давай как хиппи, без ничего... — предложила Люба, и я •••

не стал ждать вторичного приглашения и сбросил плавки, которые и так уже были влажны от спуска после прикосновения к члену Танькиной руки. Мы втроем обнажились и под бледный отблеск телевизора, у которого Люба убрала звук, затанцевали что-то очень непристойное, дьявольски изгибаясь и кривляясь. Я никогда раньше не видел свой член таким большим и целеустремленным. Он напоминал копье древнего воина.

Когда девушка на магнитофонной пленке стала не то что стонать, а орать от боли и сладострастия, я, не помня себя, кинулся на Любу и увлек ее на диван. Мы сплелись в невыносимо сладком объятии.

Я тонул в ее разгоряченном похотью теле, в горячем развратном чреве самки, а в это время на моей спине как мифическая наездница пристроилась Танька. Когда я, почувствовав спиной шелк ее лобка, резко вывернулся с мамы, чтобы всунуть и дочурке, думая что у них так заведено, то наткнулся на улыбающееся в полумраке личико девочки:

— Меня еще нельзя ебать, я маленькая!

Боже мой, как бурно я кончил в Любу, в ее огнедышащее распаленное лоно!... О счастье, о радость!..

От усталости я упал навзничь, закрыв глаза. Пробудила меня Танька, нежно целуя в губы. Я благодарно ответил ей, слабо улыбаясь и лаская умело подставленные грудки. Сосочки их призывно вздыбились, и я вновь обрел упругую силу между ног.

Я потянул Таньку снова к себе, но она мягко отстранилась и покачала головою. Я едва не заплакал от досады, но мама Люба не дала мне разрыдаться, и, включив еще одну, также крайне сексуальную музычку, заключила меня в свои такие сладкие объятия.

Минут пять мы с ней барахтались на диване, и я уже был на пределе, когда Люба вывернулась из-под меня и прервала сношение. Она встала и, выглянув в прихожую, убедилась в том, что в квартире все спят. Затем она, не одеваясь, поманила меня пальцем и мы нагишом и на цыпочках пошли с ней под душ. Освежившись, мы вернулись на еще теплый диван, и она, разложив меня натурально — на спину и с торчащим членом — навела на меня яркий свет настольной лампы, навела прямо на гениталии!..

Затем ко мне приблизилась и стала на колени Танька и стала очаровательно играть с пенисом как — с куклой. Я застонал. Девочка сжалилась надо мной и принялась азартно сосать хуй, задвигая его в ротик все глубже и глубже. Я напрягся как струна в предчувствии оргазма. Тогда Люба села мне на грудь, подставив моим губам все свои сокровища. Я накинулся на ее клитор и половые губы, как кот на валерьянку, и стал терзать их до умопомрачения. Танька в то же время восхитительно отсосала мне член с проглотом. О кайф! Тысячу раз кайФ!..

После спуска молофьи, которую Танька высосала по всем правилам, я обессиленно откинулся на подушку, не имея сил даже держать сигарету в руке. Люба блаженно возлежала на кушетке, а Танька, не успев кончить вместе с нами, догоняла свой кайф •••

с помощью какого-то невиданного импортного аппарата, напоминавшего искусственный член. Эта штука нежно вибрировала в ее руке благодаря работе находившихся внутри батареек. Дитя прикладывало изрядной величины рукотворный орган к клитору и к половым губкам и получало огромное китайское удовольствие.

Но вот она поднесла головку вибратора к входу во влагалище и наконец эта розовая головка легко и мощно вошла, раздвигая наполненную ...кровью и ожиданием оргазма вульву девочки...

Мой член, увидя это невыносимое по силе возбуждения зрелище, снова возбудился, но Люба протестующе замахала руками:

— Витька, не заводи, я уже вырубаюсь, а завтра, бля, на работу. Если не наебся, иди еби Ирку, небось спит и видит тебя в таком вот виде во сне... Она сейчас холостая, ее фрайер с осени служит и она ему хранит верность. Но пизда ведь просит, сходи...

— Ладно, пойду спать, тоже устал, — сказал я уклончиво, очень обеспокоенный ее предложением, и, собрав свое барахло и сказав все необходимые для расставанья с милыми кошечками слова, отчалил восвояси, как говорил мой дед Евлампий.

4

Проходя прихожей в свою комнату, я внимательно посмотрел на иркину дверь. Мне показалось, что она прикрыта неплотно, как и договаривались, и для виду прошел к себе, прилег на постель. Другой на моем месте вырубился бы и проспал бы до утра, но, спасибо Любе и ее цейлонскому чаю, силы мои восстановились весьма быстро. Через полчаса, убедившись, что Люба с дочкой спят и не шастают по квартире, я посмотрел на часы. Было половина третьего. Самое нечистое время. Время для дьявольских поползновений и приключений.

Быстро встав с постели, я одел чистые плавки, — предварительно протерши член и яйца возбуждающими египетскими духами. Я подумал, что Нинка не взыщет с меня за самовольство. Тихо открыв, а затем прикрыв дверь, я выскользнул в освещенную лунным светом прихожую. В ней, конечно, не было окон, но полная луна, озарявшая кухню, светила так ярко, что через стеклянную кухонную дверь проникало достаточно света, чтобы разобраться в обстановке.

Иркина дверь подалась легко и бесшумно. Я тенью проскользнул внутрь комнаты. Она оказалась тоже довольно сильно освещенной от фонарей, горевших у входа в рядом расположенный универмаг. В скромно уставленной комнате также были и платяной шкаф, и книжные полки, и письменный стол для приготовления уроков, и журнальный столик и, конечно, роскошная тахта «Лира». На этой громадной тахте и спали две голубки — Ирка и ее подающая большие надежды сестренка Тонька. Если Ирка возлежала в комбинашке, заголившись до пупа, то Тонька, напротив, предпочитала отдыхать голяком. Каждый мужчина знает, как притягательно в сексе неведомое, непознанное. Мои глаза тотчас стали изучать Тоньку, ее так рано созревшие формы.

Она разлеглась на спине, мило разведя ножки и перекинув одну через иркино бедро, а другую положив на спинку «Лиры». Ее пионерские гениталии, таким образом, оказались в очень удобном для изучения положении. Крупный клитор сразу же привлек мое внимание. Я понял, что она не один раз на дню ласкает •••

его своими мягкими пухленькими пальчиками. Грудки ее прекрасно устремлялись в пространство в поисках неги и наслаждения.

Вдоволь налюбовавшись Тонечкой, я, наконец, разбудил потихоньку Ирку. Она тотчас долгожданно кинулась мне на шею. Я стянул с нее комбинашку и стал горячо тискать. Она не осталась в долгу и расстегнула единственную пуговичку моих плавок, освободив вновь воспрянувший член. Тонька недовольно заворочалась во сне, еще шире раскинув ножки, и Ирка ругнулась:

— Разлеглась, бесстыжая дура, ковырялка несчастная!..

— Мы же не поместимся на «Лире» втроем... — сказал я шепотом.

— Ну да. Давай ее перенесем на пол, на матрас, — предложила Ирина. Она достала из шкафа старенький матрасик, видавший виды, и расстелила его по полу. Кинула подушку. Прошептала вроде шутя:

— Перенеси ее потихоньку, чтобы не разбудить. Вообще она спит как наркоманка — надрочилась перед сном до умопомрачения и дрыхнет... Ты только не всунь ей нечаянно по пути, я ревнивая!..

— А что, — спросил я, — разве она уже долбится с чуваками?..

— А ты думал, сейчас все мы, девки, секселератки. Только у нее нет еще постоянного тренера, так, от случая к случаю. Первый раз дала весной учителю физкультуры, так мать здорово побегала, пока аборт организовала...

— Ладно, не всуну, держи ее за ноги, — предложил я.

Мы кое-как стащили Тоньку с тахты, причем я хорошо ее при этом пощупал. Мало того, что обнимая ее за талию беззастенчиво тискал сиську, так еще и одну руку подвел под попу и снизу всунул в промежность, ощутив ее половые губки и волосню. При этом Тонечка во сне приняла мою руку и крепко стиснула ножки. Я едва донес ее и тихо, стараясь не разбудить, положил на матрас.

Затем мы с Иркой прекрасно расположились на «Лире» и провели несколько волшебных минут в жутком кайфе на глазах у спящей Тоньки. Спустив, я молча отвалил к стенке, так как труды двух бурных ночей и безумного дня буквально вырубали меня из сознания.

Проснулся я под утро, уже было довольно светло, и я услышал сдавленный лепет сестричек.

— Ты что же это, сучка, во всю ебешься с новым ебарем, а я, как дура, вынуждена обходиться мамкиным вибратором, да?... Я тоже хочу попробовать витькиного хуя!... — обиженно сказала Тонька.

— Ты же еще сцикля, могла бы и потерпеть годик-два...

— Нет уж, ни хуя, я хочу с ним трахнуться, и пиздец! Если сама не уступишь, — пойду с ним на пляж, как ты вчера, или ночью к нему в комнату прийду...

— Ну черт с тобой, зараза, заебись!... Давай я сейчас вроде выйду покурить, тем более, что давно собиралась, а ты не зевай, ложись рядом с ним, и он со сна не разберет и всунет тебе хоть в шмоньку, хоть в рот, не подавись только... — нервно рассмеялась Ирка.

— Спасибо, сеструха, век забуду, а то, честно, я со своим тренером когда долбилась в душевой иа мокром бетонном полу, то толком и не усекла, что к чему... Ты, •••

Ир, подольше покури, я хочу с улетом, как ты. Потом зайдешь, я отвалю. Или, знаешь, давай потрахайтесь при мне, это наверное так интересно...

Ирка встала с матрасика, где они сидели обнявшись с Тонькой, набросила халатик и пошла на кухню шмалить. Я стал с закрытыми глазами ждать развития событий, хуй мой давно от таких разговоров стоял, как кол, но, к счастью, я лежал на животе и его девки не видели, иначе бы они поняли, что я все слышал.

Вот раздался шорох и на скрипнувшую «Лиру» прилегла голенькая Тонька, сразу же положившая ручку мне на загривок и горячо задышавшая в шею. Я повернулся на бок, вроде бы во сне, и Тонька увидела мощно выпрыгнувший из-под бедра член, сочно наполненный кровью. Она не утерпела и припала к нему губами, страстно целуя. Потом она принялась азартно сосать головку, не принимая, однако, по неопытности, пенис целиком. Я еще раз развернулся, опрокидываясь на спину. Читай рассказы на сефан точка ру.

Тонька как кошка набросилась на меня и стала мокрыми губами впиваться в мои губы, зажав член между ног. Она хотела сесть на него, но не сумела. Тогда я одной рукой сильно обнял девочку, другой помог солопу найти верный путь к радости.

Мы молча и основательно еблись, — несколько минут, пока Тонька не застонала невероятно возбуждающим стоном, кусая мне до крови губы и терзая плечи неумелыми, но горячими объятиями. Я тоже спустил не стесняясь, с большим, наслаждением.

Потом я открыл глаза и удивленно рассмеялся:

— Тонька, блядина же ты скороспелая, как ты на мне оказалась, нас же за это убьют!

— Сама не знаю, как это случилось... У меня был такой сон, вроде меня насиловало несколько фрицев и я испугалась, а когда проснулась, то увидела, что лежу рядом с тобой, ты голый и с большой красивой писькой. Я стала ее целовать, а затем не утерпела и легла на тебя... Я уже долбилась с одним и немного знаю, как ебаться... Потом ты, не просыпаясь, натянул меня и мне стало так замечательно, что я не знаю, как и быть, я... я еще хочу... тебя... выеби меня по-настоящему, по-флотски, Витенька... Посильнее еби, как мамку дядька Пашка дрючит...

— Тонька, прелесть, а где же Ирка, я же к ней, если честно,... приходил?..

— Не волнуйся, вот же она... — улыбнулась Тонька, ставя мне засос на шею. В дверях действительно нарисовалась Ирка, на ходу снимая халат и кидаясь ко мне.

— Вить, ты, никак, Тоньку трахнул, пока я раскуривала?..

— Извини, путаница какая-то получилась... — как можно натуральнее, не нарушая правил игры, ответил я.

— Ну ладно, милый, мы теперь все молочные твои сестры, как-нибудь помиримся, братик ты над ненаглядный!... — сказала Ирка, пристраиваясь ко мне сбоку, так что я оказался между нею и Тонькой. «Лира» поскрипывала, но выдержала, и мы втроем еще добрых полчаса наслаждались очаровательным групповым сексом.

5

Весь день мы спали и ели, ели и спали. Набирались сил. К вечеру приехала большая кагала — •••

Нинка со своим хахалем механиком Пашкой и его друганом Никитой, огромного роста штурманом, который, как мы поняли, предназначался для услаждения Любы. Они притащили два больших тяжелых чемодана и несколько свертков с припасами. Как оказалось, тем, что они вытащили на кухне, можно было бы напоить до умопомрачения взвод королевской охраны и накормить до отвала сотню шахтеров.

Чувствовалось, что надвигается большая гульня. Я переговорил с Иркой. Оказалось, что и раньше бывали крупные загулы у маменек, но на этот раз чувствовалось, что в выступлении примут участие все жители прелестного малинника. Моряки быстро приняли меня в свою команду, пройдясь по городку в поисках пива. Их россказни о проделках в иностранных портах разбудили мое воображение настолько, что вскоре я ощущал себя тоже великим мореходом. Рассказы на сефан точка ру.

Через час образовался, после того как поджарились разные мяса, шикарный стол, накрытый по-большевистски на кухне. Хотя и в тесноте, но все умудрились нормально сесть. Отсутствовал один Валерка, но Ирка мне шепнула, что пацан обхаживает какую-то залетную москвичку, которую закадрил на море, и не пожелал быть.

Первый тост из хрустальных фужеров шарахнули коньяком за встречу и знакомство. Тонька и Танька выпили по рюмке мускателя. Второй тост, не откладывая, моряки уговорили врезать за милых дам, а там уже пошло-поехало... Мне показалось, что гости спешили поскорее упиться и приступить к главному развлечению, которого ждали полгода в штормах и бурях. Мы с Иркой пили с ними и мамами наравне, так что вскоре изрядно набрались. Девочки Тонька и Танька тоже наклюкались своего мускателя на раз!

Мама Нина наклонилась ко мне и прошептала:

— Витька, ирод, ты же мужик и все должен понимать, да? Будешь пока спать с Валеркой. И не вздумай ревновать!... Убью!..

Сидевшая за Нинкой Люба также тихо, как она думала, но вполне внятно для меня, прошептала Нинке:

— Нин, не могу терпеть, хочу попробовать Никиту, у него, видать, большой и сильный...

Сам Никита придерживался, видимо, похожих же взглядов, так как давно уже пасся под любкиной юбкой в ее взопревшем от хотения лобке и горячей мокрой вульве.

— Выбрасываемся на мель!... — предложил Пашка, и они с Никитой потащили своих баб по комнатам ебать по первому разу, на почин. Мы, то есть я и три девченки, сели в иркиной комнате играть в карты и смотреть порнографические журналы, привезенные морячками. Уже через пару минут из-за неплотно прикрытых дверей раздалось ритмичное поскрипывание нинкиной кровати и ее довольный смешок. Из-за любкиной двери слышалась возня, а затем вскрик Любки и ее протяжный стон, перемешанный с хрипом озверевшего Никиты.

Я с девками так возбудился, что не мог уже терпеть. Они тоже. Кончилось тем, что я без всякого стыда посадил к себе на колени вразножку Тоньку, а Танька с Иркой забавлялись на «Лире», примеряя целый набор искусственных вибрирующих членов, привезенных из-за моря...

Наконец, мареманы стравили давление и вышли с разлохмаченными бабами из комнат. Перекур! Мы с девками тоже взялись за сигареты. Затем по •••

предложению сияющей от удовольствия Любы начались танцы при свете ночника в ее комнате. Она опять включила жуткую развратную эротическую музыку, — новую пленку, привезенную Пашкой и Никитой. Выпив стоя еще по разу коньяку, мы все единогласно решили устроить Содом и Гоморру. Все дружно разделись, включая девочек.

Стали танцевать дикий, необузданный танец похоти и вожделения. При этом желающие соединялись в мимолетном коитусе, втыкнув пару раз, меняли партнершу. Девочки, конечно, сторонились мужиков, но я законно завалил на диван Ирку и с наслаждением всунул ей трепещущий член...

Когда все изрядно устали, сели играть в карты под американку. И в первый же раз Никита, обладавший феноменально большим членом, выиграв, пожелал попробовать Ирку. Я отвернулся, так стало обидно, но ничего не попишешь. Она, правда, сверкнула в мою сторону глазами, но я не подал виду, и Никита посадил ее на колени, медленно и старательно натягивая ее на свой огромный член. Ирка забилась от боли, но тоже старательно поглощала пизденкой уникальный орган штурмана. Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Ее мамочка, Нинка, потягивая коньячок, гордо выпрямилась — вот какую прелесть вырастила! Малышня, крутясь поблизости, пожирала глазенками половой акт сестры. Вот уже Ирка освоилась с непривычными размерами пениса и радостно задергалась на Никите, который важно и ритмично натягивал ее сколько мог за попу. Ирка даже не застонала как Люба, видно ее влагалище оказалось более эластичным и поэтому боль не пронзила ее.

В другом углу у кресла, на котором развалился голый Пашка, стояла на коленях Тонька и по его желанию сосала ему хуй. Хотя она и делала это на проигрыш, но вошла во вкус и плямкала очень аппетитно.

Танька подошла ко мне уже в своей невидимке-комбинашке и шопотом предложила пойти в Иркину комнату. И потащила меня за руку к двери. А идти было недалеко.

— Хочу тоже попробовать, Вить с тобой, надоело мне играть с вибратором, давай, оформи меня!..

Я недолго колебался и посадил девочку на колени. Медленно и осторожно стал вводить головку в вульву. Я видел, как она привычно вводит во влагалище вибратор, и поэтому знал, что влагалище у нее разработано не по возрасту вполне достаточно, что она давно уже не целка.

Вот мой член полностью погрузился в ее горячую заждавшуюся первого сношения плоть пизденки и сладкая молния пронеслась по нашим схлестнувшимся телам...

— ---

... Потом все поплыло как в тумане. Пришел с юной тринадцатилетней подругой Эллой Валерка. Их за опоздание заставили выпить по двухсотграммовому хрустальному рогу коньяка, и когда они окосели, усадили играть на американку... Затем мы, мужики, по очереди ебли скромную отличницу и мамину дочку Эллочку... Затем улеглись спать вповалку... Затем в таком режиме прошло еще две недели, правда без Эллочки, которую на следующее утро со скандалом забрала мудрая древняя бабуля. После этих загульных недель я, совершенно опустошенный и разбитый, через Херсон вернулся домой. На вопрос мамы, как я отдохнул, ответил, что отдохнул мощно...