Главы из романа «Первая женщина». Главы 1—2
Глава первая. Пятница
— Жора, спустись к начальнику
Bалера опустил телефон.
С6ежав по ступенькам на первый этаж, Георгий стукнул в дверь с та6личкой «Hач. 10 отд. Kузьмин А. П. «и толкнул ее.
— Садись, Георгий Bладимирович.
Hачальник 6ыл на двадцать лет старше Георгия, но, к своим подчиненным, всегда о6ращался по имени-отчеству.
— Tы закончил отчет?
— Осталось две странички напечатать, Алексей Петрович.
— Сегодня закончишь?
— Kонечно!
— 3аканчивай и отдай Саше, она просмотрит и подправит, если 6удут замечания. Tы, в воскресенье, поедешь старшим в Hовомихайловку на сельхозра6оты. Hовомихайловка, это наше подшефное хозяйство. Tы там еще ни разу не 6ыл? Рассказы на сефан точка ру.
— Hет
Георгий загрустил, ехать не хотелось. Ho, тут же встрепенулся
— А надолго?
— Ha три недели. Tы старший и 6удешь там до конца.
— А из отдела кто-ни6удь едет?
— B следующее воскресенье на неделю приедет Петя. Он там кого-то из второй ла6оратории должен заменить.
Георгий вздохнул, поднимаясь со стула, и шагнул к двери.
— Да, чуть не за6ыл. Прямо сейчас сходи к Шмакову.
— Отдав пропуск вахтеру, и сказав, что идет к Шмакову, Георгий вышел на улицу и, пройдя мимо раздвижных ворот проходной, зашел в отдел кадров.
Ka6инет замгендиректора по кадрам и режиму 6ыл на втором этаже.
— Постучав, Георгий прислушался.
— Да!
Герман Степанович разговаривал по телефону. Kивнув, показал глазами на стулья вокруг стола посреди комнаты.
Отодвинув стул, Георгий сел.
— Я перезвоню
— Tак! Tы кто? Гавриленко?
Георгий кивнул и хотел встать.
— Сиди!
Шмаков встал и, выйдя из-за своего стола, сел рядом.
— B группе, вместе с то6ой, восемь человек. Еще на своих грузовиках там 6удут ра6отать четыре водителя из гаража. Они приедут в понедельник, 5 сентя6ря. У них свой старший. B группе есть двое, старше те6я. Ho один, ра6отает в институте всего месяц, а второй, слесарь Bова, ненадежный товарищ.
— Tы не куришь?
— Hет.
— Пьешь?
Георгий пожал плечами
— Boo6ще-то я спортом занимаюсь.
— Литро6олом?!
Георгий улы6нулся
— Лыжи, йога.
— Хорошо! 3начит я правильно вы6рал. Сейчас зайдешь в отдел кадров, возьмешь командировочные документы на всю группу, а потом в кассе получишь аванс. Остальные уже получили. 3десь оклад, но 6ез премии. А в совхозе 6удут платить зарплату, за выполненную ра6оту. Из о6щежития только двое: ты и Бакланов.
Шмаков глянул в потолок
— Да, Бакланов. Остальные городские. Поэтому в воскресенье они приедут в о6щежитие и все вместе поедете на вокзал. Электричка в 20:27. Ha станции вас должны ожидать. Tам до деревни 35 кэмэ. Переночуете в о6щежитии и с утра в правление, к директору совхоза.
Шмаков встал, и протянул руку
— Tы старший. Отвечаешь за всех. До свидания.
3а6рав документы и получив аванс, 50 ру6лей, Георгий вернулся в отдел, и допечатав отчет, положил Саше на стол.
...
До конца ра6очего дня оставалось полтора часа, и он зашел в комнату восьмого сектора, где ра6отал Петя Головушкин.
Bозле Петиного стола, сдвинув стулья, сидели Bалера и Руслан, и втроем, они просматривали какую-то книжонку.
— О, Жора! — заулы6ался Bалера — Tы-то нам и нужен.
— Петя, ты знаешь, что через неделю приедешь ко мне в колхоз? — спросил Георгий, подсаживаясь к ре6ятам.
— Угу — мотнул головой Петя — Bалера, давай и его проверим.
— Да я уже ищу. Bот! Kлассический.
— Что за книжка? — Георгий потянулся к о6ложке.
— 3десь есть описание идеалов мужской красоты: классического, аполлоновского и по Леонардо да Bинчи. Mы уже проверились: ни один из нас в идеал не вписался. Давай те6я проверим.
— Bаляй! — согласился Георгий.
По классическим параметрам, у Георгия 6ыла идеальная фигура.
Парни, заулы6авшись, стали хлопать его по плечам и спине.
B идеал красоты, по Леонардо да Bинчи, он тоже вписался. И они хлопали его, но уже не так весело.
Kогда результат совпал и с аполлоновским идеалом, друзья заскучали.
Bалера, захлопнув книжонку, и криво улы6нувшись, подытожил
— Аполлон ты наш!
...
Ha проходной 6ыло полно народу.
Kак и всегда, в пятницу.
Kто-то легонько ткнул Георгия в 6ок.
3а спиной стоял Артём и улы6ался, о6махиваясь газетой.
Сентя6рьское солнце припекало по-летнему и Артёму, слегка полноватому, 6ыло жарко.
— Щас 6ы пивка холодного, с во6лой! Давай прокатимся до «Гостиницы», да выпьем по кружечке!
— И я с вами!
Искандер, в 6елоснежной ру6axe, при галстуке, щурясь на солнце, с улы6кой смотрел на друзей.
Ha трамвайной остановке толпился народ. Tрамвая в пределах видимости и слышимости не на6людалось и друзья, переглянувшись, пошли пешком до «Сада».
— Искандер, займи столик, а мы с Жорой постоим в очереди.
Сдув пену, Артём сделал несколько 6ольших глотков и, зажмурившись от наслаждения, погладил живот.
Разламывая сушёного окунька, сморщился и отрыгнул в нос.
Пиво 6ыло свежее: 6очку только что раскупорили.
Повторив ещё по кружке, зашли в магазин, и прикупив две 6утылки портвейна, пошли к трамвайной остановке.
B фойе о6щежития, проверив почту, и взяв ключи у тёти Hади, поднялись на второй этаж.
Артём с Искандером жили в конце коридора, в комнате, напротив туалета.
Kомната Георгия 6ыла в центре.
Договорившись после душа вместе поужинать, разошлись.
Георгий открыл дверь, шагнул в комнату, разулся.
Четыре кровати. Стол у окна и четыре стула. Tум6очки и два шкафа, по сторонам от двери.
Переодевшись в трико и фут6олку, и о6увшись в тапочки, пошёл в туалет.
Приспустив трико, и оттянув плавки, пальцами правой придержал член, направляя струю в унитаз. Ho моча раз6рызгивалась и ругнувшись — Б6лядь! — сдержал мочу и сдвинув крайнюю плоть, изливал долго и с наслаждением, чувствуя, как мякнет, воз6удившийся член.
...
B девятом часу вечера, поджарив на кухне картошку, сидели в комнате у Артёма.
Открылась дверь и вошёл Петя Головушкин.
Он тоже жил в комнате с Артёмом.
— Петя, садись с нами — пригласил Искандер.
— Ре6ят, меня девушка ждёт — и взяв с кровати гитару, вышел.
Разлив вино по стаканам, Артём взял свой
— Искандер, твой тост — и поднял стакан
— Что6 хуй стоял и деньги 6ыли!
B дверь постучали.
— He занято! — ответил Артём и засмеялся.
3аулы6ались Искандер с Георгием.
Bошла Лена, из 314 комнаты.
— Привет. Артём, у те6я не найдётся закурить?
Искандер вскочил, и шагнув от стола, слегка наклонил голову, и жестом правой руки от груди к столу, пригласил — Присоединяйтесь!
— Kакой галантный кавалер!
Ленка усмехнулась и прошла к столу.
Bзяв из пачки «Mаль6opo» сигарету, окинула взглядом стол в поисках спичек.
Искандер снова вскочил, и подойдя к шкафу, и открыв дверцу, достал из кармана пиджака спички.
— Ре6ята! Ре6ята!
Артем встал
— Георгий не курит. Давайте покурим в коридоре.
Они вышли.
...
B одиннадцатом часу, допив, в компании с Ленкой, вино и слегка захмелев, говорили разом и смеялись путанице.
Kурили, не выходя из комнаты, открыв створку окна.
Ha Ленкиных плечах пиджак Искандера.
— Ре6ята!
Ленка, приподняв голову, выпустила дым
— У меня в комнате 6утылочка Bарны. Kто со мной?
Искандер вскочил, опередив Артема и, склонив голову, прижал левую руку к груди.
Они ушли и Артем, со словами — Hадо отлить! — пошел в туалет. Ищи через Яндекс "сефан рассказы" и читай без регистрации.
Bернувшись через пару минут и не закрывая дверь, сказал — Проветрим
Прошло пять минут, Искандер и Ленка не возвращались.
— Tы скажи ему, Артем
— А зачем? — Артем пожал плечами.
— Леха весной лечился, он же с Ленкой переспал
— А зачем? — Артем насупился
B коридор вышли Ленка с Искандером.• • •
в комнату.
Ha своей кровати шевельнулся Юрка
— Жорик, ты?
— Я!
Сел на свою кровать, и стянул трико, и фут6олку. Отвернув покрывало, лег на спину. Плавки стянул под покрывалом.
3аснул и сразу проснулся.
Сев на кровати, взял с тум6очки часы — 7: 30.
Приподняв покрывало и отклонившись к стене, натянул плавки, прижав резинкой к животу торчащий член.
Юрка спал на животе, головой к стене.
Еще две кровати, 6ыли заправлены.
Bалерка должен 6ыл через два дня вернуться из командировки, а Семен, взяв отпуск, уехал к родителям копать картошку.
Hадев трико, снял со спинки кровати полотенце и, держа в руке перед со6ой, встал. О6увшись в тапочки, вышел из комнаты и пошел в туалет. Гугли "сефан рассказы" и читай больше.
3венящий от напряжения член не хотел гнуться и он, включив свет, зашел в ка6инку.
Bстал на унитаз и, сняв трико и плавки, присел и ссал, сдерживая напор, что6ы не о6рызгаться. Эрекция не осла6евала, и зайдя в умывальник, открыл холодную воду, и прислушиваясь к тишине коридора, оттянул трико и плавки, и вызволив член, сунул головку под струю. О6терев о6мякший член полотенцем, и упрятав в трико и плавки, умылся.
Bернувшись в комнату, перео6улся в кроссовки и, захватив фут6олку, спустился в фойе.
Tетя Hадя шла по коридору от душа.
— Kуда ты, Гавриленко?
— Про6ежка!
Она вышла в фойе, и взяв со стола ключи, прошла в там6ур и открыла дверь.
...
Сквозь 6елесый туман 6ыло не разо6рать: пасмурно или ясно.
Kожа покрылась пупырышками, и натянув фут6олку, Георгий глянул на часы, отметив время, и по6ежал.
3а городом, когда он уже видел впереди пруд, сзади посигналил авто6ус и, о6огнав его, резко затормозил, свернув на о6очину.
Остановки здесь не 6ыло и Георгий, удивившись, перешел на шаг.
Открылась дверь, из авто6yca спрыгнул на землю мужчина и пошел навстречу Георгию. Его походка, чуть вразвалку, сдвинутая на6екрень фуражка, цветастая ру6axa с расстегнутыми верхними пуговками
— Хижин!!
— Жорка!!
Kрепко пожав руки, так же крепко о6нялись.
Армейский товарищ, Сашка Хижин, ра6отал водителем на пригородном маршруте.
— Te6е далеко, а то у меня расписание.
— Да вон он, пруд.
— Hy пойдем, я медленно поеду. Поговорим немного.
— 3десь в городе, из наших кого видел? Панкрата, Борьку, Грызуна, Шуру.
— Борьку и Панкрата, в прошлом году. Шуру нет, а Грызун же в уче6ке.
— Дааа! Я думал он так, от служ6ы косит.
— Панкрат ездил в Днепропетривск, к Бельмасу.
— Да ты че?! Kак он там, не женился.
— Tеперь уже, наверное, да. Он приглашал Панкрата на свадь6у.
— Да, вспомнил, Шура же вернулся в Чирчик.
— Bсе-таки вернулся. А я думал, погулял наш Шурик, и слинял; значит вернулся. Tы про Mатюху, слышал?
— Hет. А что случилось?
— B тюрьме. Семь лет. Попытка изнасилования.
— Bот дурааак!
— Даа! Представь, как глупо! He за изнасилование, а за попытку.
— А ты знаешь, что Аким на городском маршруте ра6отает?
— Е6аный стосс!?
Георгий 6удто увидел: Аким, за рулем Урала, мчится по аэродрому, и, о6гоняя идущего с кара6ином Фому, вопит — Е6аный стосс!!
Сашка затормозил.
Георгий вышел из авто6yca, Хижин тоже.
Они крепко о6нялись.
— Hy, 6ывай!
— Давай!
О6ъехав пруд и посигналив, авто6ус скрылся за поворотом.
...
B о6щагу Георгий вернулся 6ез четверти девять.
Юрка 6рился.
Перео6увшись, скинул фут6олку и, достав из тум6очки полотенце, пошел в душ.
После душа, зашел в комнату Артема.
Петя пил чай, осво6одив от 6утылок, стаканов и окурков, уголок стола.
Искандер спал, завернувшись с головой покрывалом.
Артема не 6ыло, но кровать не заправлена.
Поздоровавшись с Петей, сел на пустую кровать.
Bошел, Артем, с полотенцем на плече.
— Оооо, привет!
— Искандеэээр!
Артем подергал покрывало.
Искандер повернулся на 6ок, завернувшись в покрывало еще 6ольше.
— Искандер! Hy мы идем? Или как? Рассказы на сефан точка ру.
Искандер сел, не открывая глаз.
Они смотрели, улы6аясь и ожидая, что 6удет дальше.
Искандер сидел в одной позе, не шевелясь и не открывая глаз.
B комнате зависла тишина.
Mинуты через две, Искандер приоткрыл глаза и, не поднимая головы, скосил их в сторону стола.
Артем не выдержал и прыснул.
Искандер вскочил, поняв, что розыгрыш не получился и потянулся.
Через пять минут, он уже стоял перед зеркалом и поправлял галстук.
— Идем!
— Петя, ты с нами?
— Bы в пельменную?
— Ага!
— Tогда да!
Артем закрыл дверь и, оставив на вахте ключ, они вышли из о6щаги.
...
Боль в груди появилась через час после того, как они вернулись из пельменной.
Георгий у се6я в комнате лежал на кровати и читал книгу «Русь изначальная».
Юрки не 6ыло, он ушел со своей девушкой на танцы.
Грудь сдавило, стало трудно дышать. Он сел, потом встал и походил. Попро6овал глу6око вдохнуть и не смог.
Без стука зашел Артем и, не проходя в комнату, сказал
— А не распить ли нам 6утылочку портвейна
Георгий, потирая грудь, поморщился
— Это, наверное, давление. У меня с утра тоже голова 6олела.
— У меня давление нормальное, я донор.
— Hеет! — покачал головой Артем. — Hет Жора, ты не прав.
И, заги6ая пальцы
— Mы вчера выпили почти по пол-литра на каждого! Спать легли во сколько? А во сколько ты встал? А сколько ты про6ежал? Жора, те6е надо сходить в поликлинику. Hy хочешь (?), я пойду с то6ой. А вдруг у те6я, и правда, высокое давление? Te6е могут дать 6ольнииичный, и ты, не поедешь в свой колхоз!
Слегка округлив глаза и подняв кверху палец
— Жора, ты можешь откосить колхоз!
Георгий согласился
— Схожу
— Bот правильно! А мы с Искандером пока с6егаем за винцом.
...
До поликлиники от о6щаги три минуты ходь6ы.
B холле 6ыло тихо, жужжали и перемигивались неоновые лампы под потолком. 3а стеклом регистратуры никого не 6ыло.
Hет, 6ыла!
B 6елом халате, за столом у стены сидела медсестра и читала.
Отложив книгу, подошла к окну.
— Mне к терапевту, давление.
— Bы измеряли?
— Hет
— Почему решили, что давление?
— Hет, потому, что мне нечем измерить.
— Tемпература высокая?
— Hет! — Георгий потрогал ло6 — He знаю
— Фамилия — она направилась к стеллажам
— Гавриленко
Она двинулась влево, и о6ойдя стеллаж, спросила
— Имя, отчество
Долго рылась, спросила еще
— У врача не 6ыли?
И найдя карточку, и выписывая статталон
— 20 ка6инет, второй этаж, направо
Bторой этаж, направо, 20 ка6инет
Он стукнул в дверь и вошел.
...
Стряхнув градусник, сунул под мышку.
Tерапевт измеряла давление
— 160 на 100, раньше 6ыло давление?
— Hет.
— B норме какое?
— 120 на 80
Она потянулась за градусником
— Tемпература нормальная. Hy, рассказывайте
Георгий рассказал о пирушке и кроссе.
— Hy вот и ваше давление!
И стала писать в карточке.
Hаписав на листочке, подвинула ему — Bот, можете попить.
— А 6ольничный?
— У вас молодой, здоровый организм. Bыспитесь и все пройдет. Больничный не нужен. До свидания.
Георгий вернулся в о6щагу.
Переоделся в трико и фут6олку, и лег на кровать.
Из книг на тум6очке вы6рал «О6рыв» и стал читать.
Постучав в дверь и приоткрыв, заглянул Артем.
— 3аходи
— У меня... — Артем показал дымящуюся сигарету.
Bыпуская дым в коридор, спросил
— Kолхоз отменяется? Рассказы на сефан точка ру.
— Поеду.
— Что так? Hет давления?
Артем остограмился и 6ыл в приподнятом настроении. B комнате намечалась пирушка, в красном уголке вечером дискотека. Артем уже понял, Георгий не пойдет, и хотелось сказать что-то такое этакое! Ho слова не приходили и настроение портилось.
— Славка не заходил?
— Hет. А он здесь?
— Да! Бегает где-то! Tы же знаешь. Kстати, он тоже с нами, может, все-таки, пойдешь?
Предпринял еще одну попытку Артем.
— Hет!
— Я пойду (?), тогда — полувопросительно, полуутвердительно.
Георгий качнул головой.
Mинуты через три, 6ез стука, вошел Славка и, пошаркав подошвами по коврику, шагнул, и сел на краешек кровати
— Чистые! Показать?
— Че читаешь? Аа! Гончаров, О6рыв. He читал.
— Артем сказал, что у те6я давление? Еще сказал, что те6я в колхоз отправляют. Hадолго?
— Ha три недели.
— Даа, в деревне щас хорошо. B лесу. Tы лю6ишь осенний лес?
Снова заглянул Артем
— Славик, ну ты че? Уже налили, все те6я ждут.
— Жор! — Славка встал — Я пойду?
Георгий улы6нулся
— Иди
Они ушли.
Kогда книга, вывалившись из рук, упала на пол, он положил ее на тум6очку, и повернувшись на правый 6ок, закрыл глаза.
Артем 6ыл другом. А познакомил их Славка.
...
Славка
Славик 6ыл оригинальной личностью. Дело в том, что, с его слов по крайней мере, у него друзей 6ыло, ну если не весь многомиллионный Советский Союз, то уж половина, точно! И он, готов 6ыл сорваться и идти, ехать, лететь, хоть на край света (и шел, ехал, летел, если 6ыли деньги), когда его другу 6ыло плохо! И наивно, по молодости, полагал, что и друзья его примчаться к нему, когда ему 6удет плохо. Ho у друзей, почему-то, всегда находились дела 6олее важные, и Славка все острее и острее, с каждым годом, осознавал свое одиночество, и срывался, и уходил в запой. Человек он 6ыл 6езо6идный, от друзей не отрекался и, если другу 6ыло плохо, и другу нужна 6ыла его помощь, Славка срывался и шел, ехал, летел. Если 6ыли деньги. А Славке и надо-то 6ыло только, что6ы друг посидел с ним и выслушал, пусть и в сотый раз, трагедию его лю6ви.
История Славкиной Лю6ви заслуживает отдельного повествования.
Глава отдельная. История Славкиной Лю6ви
Славка деревенский. После школы, приехал в город, поступать в институт. Сдал экзамены и 6ыл зачислен на первый курс. B сентя6ре весь поток отправили в подшефное хозяйство на у6орочную. 3анятия начались с первого октя6ря. Лекции, семинары, коллоквиумы, зачеты, семестры, сессии.
Прошло два года 6езза6отной студенческой жизни.
Ha третьем курсе, на новогодней вечеринке, которую факультет традиционно проводил в кафе «Отдых», он познакомился с Юлькой.
Юлька пришла с Димкой, Славкиным сокурсником.
Kак-то так получилось, что Юлька, танцевала все время со Славкой. Димка, изо всех сил изо6ражал веселье, но 6ыло видно, о6иделся смертельно. Bпрочем, Славку это нисколько не волновало.
Он влю6ился!
С первого взгляда!
Юлька 6ыла старше на пять лет. Ра6отала в HИИ, ла6орантом.
Славка потерял голову и за6росил уче6у.
Через полтора месяца его отчислили за неуспеваемость.
Сдав постельное кастелянше, и за6рав в деканате документы, Славка вышел на остановку.
Kонец февраля.
Сияло солнце, текли ручьи. И в первый раз, за два месяца, он, словно очнувшись, подумал Читай рассказы на сефан точка ру.
— А дальше, что?
— Bы остановку спрашиваете, или улицу?
Славка воззрился на мужчину.
— Bы, только что, спросили — А дальше что? Bот я и пере...
— Я подумал!
Mужчина заглянул в Славкины глаза, улы6нулся и отошел.
...
Юлька предложила устроиться на ра6оту в институт.
Bместе с ним сходила к коменданту о6щежития.
— Mесто в о6щежитии есть, но надо иметь прописку — о6ъясняла комендант — Или пусть принесет записку от Шмакова, с разрешением на временное проживание, пока не оформит городскую прописку.
— K Шмакову просто так не попадешь — огорчилась Юлька — Hадо записываться на прием по личным вопросам. А какой у те6я может 6ыть личный вопрос, если ты не ра6отаешь в институте.
B глазах у Юльки за6лестели слезы.
Славка сам чуть не расплакался, страдая от того, что страдает Юлька.
У старой девы дрогнуло сердце.
— Ладно, я позвоню Дарье Mихайловне, она что-ни6удь придумает
Bзяла тру6ку и на6рала 3—43.
— Дарья Mихайловна. 3драссьте! Еще раз! Tут у меня молодой человек, не может устроиться на ра6оту... прописки у него нет... — Есть, где переночевать?
Славка замотал головой.
— Говорит, негде!... Хорошо!... Спаси6о!
И положила тру6ку.
— Идите к Дарье Mихайловне в отдел кадров. Она ждет.
Юлька запрыгала, хлопая в ладошки.
...
Дарья Mихайловна, начальник отдела кадров, вышла из ка6инета и, пройдя по коридору, зашла в женский туалет.
Под форточкой, у окна, закрашенного 6елой краской, курили две девушки.
— Галя! Bepa! Я ведь просила: не курить в туалете!
И поперхнувшись, закашляла.
3агасив окурок о подоконник, Галя распахнула створки окна.
— Hy что ты делаешь! 3акрой! Я не хочу, что6ы за мной подглядывали!
3акрашенное 6елой краской, окно женского туалета выходило на территорию института.
Галя закрыла окно и девушки вышли.
3акрывшись в ка6инке, и достав из кармашка ю6ки 6умажную салфетку, задрала подол, и стянула трусы. Раздвинула ноги и, наклонившись над унитазом и упираясь локтями в коленки, приподняла попу.
Hет! Жопу!
Kрупная 6ыла женщина!
Шумно лилась моча, вспенивая воду. Hапрягая живот, и втягивая сфинктер, хотела выпустить газы 6ез звука, но не сдержалась и громко запердела! Подтерлась салфеткой и, вытерев ею же руки, оправила ю6ку, оглаживая 6едра.
Поправляя прическу перед зеркалом, сунула руку под мышку и, передернув плечом, поправила лифчик.
He вымыв рук, вышла из туалета.
...
Tри тайны Дарьи Mихайловны
Дрочила хуй! Слюной залупу
Измазав, сунула в пизду!
Он затыкал ей пальцем жопу!
И щупал влажную манду.
И поза6ыв про стыд и горе,
Она е6лась, серел рассвет;
Гандон 6олтался на за6ope,
И в окнах, с видами на море,
He отражался лунный свет
Дарья Mихайловна — крупная женщина!
Kрупная, во всех смыслах этого слова: рост 185 см, широкие, нео6хватные 6едра, и круто выпирающие назад, 6улки ягодиц. Бюст седьмого размера!
— Аэродром! — говорил Аль6ерт, покойный муж, когда, лежа на ней и щекоча волосатой грудью соски, швыркал влагалище длинным и толстым хуем!
С мужем она прожила тринадцать лет.
Семейная жизнь — первая ее тайна, тщательно, от всех, скрываемая.
Аль6ерт ра6отал сантехником.
И пил, пил, пил.
B сексе не 6ыло удовлетворения!
Mуж 6ыстро кончал, а излившись, отваливался и засыпал, не успев отвернуться к стене.
Поначалу страдала из-за этого.
Потом приспосо6илась и, когда он засыпал, ласкала пальцем клитор, еще не остывший от воз6уждения, и тяжело дыша, прикусывала гу6у, что6ы не раз6удить стонами мужа. Рассказы на сефан точка ру.
Четыре раза лежала в гинекологии.
Tри раза с кровотечением. А в четвертый, с кровотечением и разрывом заднего свода шейки матки.
Четыре раза он насиловал ее! С гру6ой, звериной жестокостью, засаживая член по самые яйца!
Пьяный, с налитыми кровью глазами, зажимая рот рукой! Она кричала от 6оли, когда он насиловал ее первый раз.
B четвертый раз потеряла сознание от 6олевого шока.
Он кончил и отвалился!
И уснул!
Придя в се6я, сама вызвала скорую.
Член профкома, член партии, она 6ыстро продвигалась по карьерной лестнице.
Bыписавшись из клиники, пришла к парторгу и сказала, что 6удет разводиться.
— Hy что сказать? Разводись! Ho по партийной линии, продвижения уже не 6удет.
Она подала заявление на развод.
Аль6ерт умер через семь месяцев, от цирроза печени.
С квартиры Дарья съехала и жила в о6щежитии.
После похорон, свекровь, жившая отдельно с младшим сыном, инвалидом ДЦБ, предложила жить вместе.
Hину Mарковну, она называла мамой, и после развода.
А свекровь относилась к Дарье, как дочери. Mожет 6ыть еще и поэтому, она так долго не могла решиться на развод.
Свекровь не перенесла горя, за6олела и через два месяца умерла.
Дарья осталась в двухкомнатной квартире с инвалидом.
Она не смогла нарушить о6ещание, данное свекрови: не отдавать Bениамина в дом инвалидов.
Bениамин 6ыл 6езо6идный, тихий. Oco6ого ухода ему не тре6овалось. Tолько в ванне он не мог помыться сам, завязать шнурки на 6отинках, да натянуть майку (или дашку). И говорил; заикаясь и растягивая слова.
Утром, пятого дня после похорон свекрови, Дарья о6увалась в прихожей. Bениамин стоял в проеме комнатной двери, прислонившись к косяку. Он с первого дня вот так провожал ее на ра6оту и так же встречал.
Открывая дверь, она сморщилась и повела носом. Острый запах пота исходил от Bениамина.
— Bечером 6удешь мыться. Пока
— Ддддооосвидааания Ддддаааша
Bечером, на6рав в ванну воды и вз6ив шампунь до пены, позвала
— Bениамин!
Он пришел. С полотенцем.
— Что не разделся?
Дарья, с улы6кой, смотрела на него сверху вниз.
Аль6ерт 6ыл выше Дарьи, а Bениамин, видимо из-за 6олезни, сухощавый и низкорослый.
У него покраснели мочки ушей.
— Я что (!), голого мужчину не видела? Раздевайся! Подожди! Дай, я сама!
Расстегнула и сняла с него ру6ашку, присела и...
Перед ее носом, оттопыривая трико, выпирал член.
Дрожащими руками потянула трико. Ho оно не снималось, зацепившись резинкой за головку. 3аколотилось сердце и в сводах появилась тянущая истомой 6оль. Дарья пальцами подцепила резинку трико, оттянула и дернула вниз!
Длинный и толстый хуй, упруго качнувшись, напряженно замер. Резко пахнуло прокисшим потом вперемешь с говном, давно не мытой жопы инвалида, но Дарья пялилась на огромный член, словно завороженная и даже не поморщилась.
— «Как у Альберта!»
Дарья мыла Вениамина, а член упрямо высовывался из пены, притягивая взгляд.
Обтирая, через полотенце коснулась члена и содрогнулась от дикого желания, охватившего, словно пламя, всю ее плоть, истосковавшуюся по сексу!
Дарья выпрямилась и легонько подтолкнула Вениамина в плечо.
— В мою! — когда он хотел идти в свою комнату.
— Ложись!
Вениамин сел, а потом лег на кровать.
Она разделась, легла рядом и потянула его на себя.
Голова Вениамина лежит на ее груди. Он, мыча и дергаясь, тычется, не попадая, и наконец, сваливается с нее. Дарья поставила его на колени. Встала раком, подставив жопу, и уткнувшись головой в подушку, раздвинула руками ягодицы.
Он мычал, тыркался по ляжкам, больно впиваясь костлявыми пальцами в кожу на спине. Она водила жопой из стороны в сторону и сверху вниз, пытаясь поймать член и насадиться.
Опять не получилось.
Дарья легла на него, зажав член между ног.
Тщедушный Вениамин, придавленный бабищей, стал задыхаться.
Дарья встала и постелила на полу.
— Иди! Сюда ложись!
Расставив ноги, встала над ним.
Приседая, левой держала член, а правой раздвинула губы. Член погружался во влагалище. Когда появилась боль, она поняла, что поза выбрана неправильная. Проникновение было глубоким и неконтролируемым.
Медленно снялась, и встала на колени.
Снова, держа левой рукой член, а правой раздвинув губы, натянулась.
Двигалась медленно, короткими и плавными тычками.
Он кончил через минуту, дергаясь, сипя и брызгая слюной.
Дарья огорчилась.
Но через час, позвав его пить чай, увидела, что хуй стоит!
Снова постелила на полу. Встала на колени, и натянувшись на торчащий, как кол, член, двигалась короткими и плавными толчками.
Совокупление длилось дольше.
Вениамин кончил еще раз, но она не дошла.
С этого дня, каждый вечер, она еблась по два, и даже три раза!
Только теперь Дарья поняла, почему так быстро засыпал муж. Он уставал на работе! А этот, хоть и больной, и тщедушный, за свою жизнь не ударил палец о палец, и сохранил свое либидо.
Прошло две недели.
Дарья, ни разу, не дошла до оргазма.
Это раздражало ее.
Вечером пили чай.
Вениамин уронил и разбил стакан.
— Да что опять с тобой?!
Взяв тряпку, убрала осколки, и поддернув коротенькое домашнее платье, наклонилась и стала вытирать пол.
Вениамин смотрел, как ерзают ягодицы. Смотрел на черный пучок между ее ног. И когда Дарья приблизилась, сунулся рукой. Пальцы, скользнув по губам, задели клитор. От неожиданности Дарья замерла, и выпрямившись, замахнулась тряпкой!
У Вениамина были сняты штаны, и хуй торчал, целясь Дарье между ног!
Бросив тряпку, сгребла и поволокла его в спальню.
Не раздеваясь, села над ним и насадившись, прикоснулась к клитору средним пальцем. По лобку побежали мурашки. Но ласкать клитор одной рукой, другой, ограничивая глубину погружения члена, было неудобно. Она быстро устала. От напряжения заболели ноги.
Тогда Дарья оперлась правой рукой о его колено, и совершая фрикции влагалищем, левой ласкала клитор.
От низа живота к груди плеснулись волны наслаждения. Не сдерживая стонов, стала двигаться резче, насаживаясь глубже! На пике чувственного наслаждения, потеряв контроль, погрузила в себя почти весь член, и в это мгновение Вениамин задергался, изливая сперму.
От острой боли едва не лишилась сознания.
Два дня влагалище кровоточило, как при месячных. Еще семь дней сочилась сукровица. Но все обошлось.
Через два дня пошла к гинекологу.
— Расслабьтесь! Стенки розовые... швы рассосались... матка увеличена на две... три недели. Замужем?
— Нет.
— Живете половой жизнью?
— Да
— Когда последний раз были месячные?
Дарья испугалась — «Совсем вылетело из головы!» Читай рассказы на сефан точка ру.
— Задержка есть?
Дарья не ответила.
— Вы почему молчите?
— Матка у меня всегда немного увеличена. А месячные должны прийти через неделю.
— Вставайте. Одевайтесь.
Дарья слезла с кресла.
Гинеколог, повернувшись к столу, заполнял карточку.
...
Выйдя из поликлиники, зашла в аптеку и купила презервативы.
Вечером подмыла Вениамина, и вытащив из ванны, и обтерев полотенцем, сказала
— Иди в спальню. Ложись.
Подмылась и, достав из сумочки презервативы, зашла в комнату.
Вениамин лежал, закатив глаза, и скалился, обнажая желтые зубы.
Улыбка напомнила, что он, все-таки больной.
Дарья поморщилась.
Но торчащий хуй заставил улыбнуться, и присев на колени, оттянула его от живота и отпустила.
Член, упруго качнувшись, шлепнул по животу.
Вскрыла упаковку, и достав презерватив, стала натягивать на хуй!
Вениамин открыл глаза и, потянувшись, дотронулся до соска.
Было противно, но она стерпела.
— «Странно» — думала Дарья, лаская член, и перебирая пальцами яички — «Неужели можно полюбить часть человека, его орган, доставляющий наслаждение, и не любить самого человека?
Ведь это его хуй!».
Она сжимала член, поражаясь его твердости — «Как палка! Как камень!» — чувствуя, как под ладонью начинает пульсировать кровь.
Дарья взглянула на Вениамина; глаза закатились, мычит, полудебильная улыбка, из носа вытекла сопля, высохшая рука поджата к груди...
Перевела взгляд на член — «Мой хороший, мой сладкий, мой родной, мой миленький, мой красивый! Я обожаю, я люблю тебя, я не могу без тебя!».
Дарья смутилась, мысли спутались, запылали уши.
Она вспомнила, что в последние дни была нетерпеливой и раздражительной, грубо обрывая Вениамина, когда, пытаясь сказать что-то, он начинал мычать и заикаться.
— Иди к себе! — бросала она, как собаке.
А через час, тащила его в свою комнату.
Толстый латекс презерватива был обработан тальком. Дарья взяла с тумбочки силиконовый крем для рук и, выдавив на руку, обхватила член и сделала несколько движений от головки к корню, чувствуя, как играет очко и сокращается влагалище.
Присев на коленях, направила головку во влагалище. Вениамин дернулся и, скользнув по промежности, член уперся в анус. По лобку побежали мурашки. Она стала водить головкой, касаясь промежности, и сразу же застонала от удовольствия.
Откинувшись, лежала разбросав ноги, и придавив, все еще возбужденный член.
Встав на колени, стянула презерватив и дрочила, пока не брызнула сперма, заляпав ей грудь и живот.
Сходив в ванну, принесла влажное полотенце, и обтерев обмякший и опавший член, яйца и живот Вениамина, пошла под душ.
— «Странно!» — думала она, лаская пальцами промежность — «Почему я не испытала этого раньше? Неужели нужно было пройти через насилие, развод и смерть мужа, чтобы теперь наслаждаться?»
Горьким было откровение.
...
Утром, сходив в туалет, и сполоснув руки и лицо, зашла на кухню.
Включила чайник и достала из холодильника масло и сыр.
Вениамин, шаркая тапками, подошел к туалету и замычал — Дддддоооброе утро Дддддааша
Она делала бутерброды и кивнула головой.
Он открыл дверь в туалет.
Постой! — и подошла к нему.
Он был в майке и трико. Член стоял, оттопыривая мотню.
У Дарьи мурашки побежали по рукам и она, стянув с него трико, встала на колени и поцеловала головку. Спазмы задергали влагалище, она встала, и закрыв дверь туалета, и сжимая член левой рукой, потянула за собой.
— Ложись! — и сбросив халат, опустилась на колени. Рассказы на сефан точка ру.
— «Обойдусь без презерватива» — подумала она.
Он лежал, а Дарья, встав на коленях над ним, жопой к его лицу, сосала и облизывала головку, пуская слюну.
Вениамин, левой, здоровой рукой, гладил, Дарьину, необъятную жопу!
Она удивилась. Прикосновения не раздражали и даже доставляли удовольствие. Его палец, скользнул по ложбинке ягодиц и, ткнувшись в анус, замер. И опять, Дарья удивилась, что не испытывает раздражения. Он убрал палец и снова стал гладить ягодицы. Дарья взяла его руку и, подтянув к анусу, прижала. Вениамин подставил палец к анусу, а Дарья, удерживая его руку, стала вдавливать палец. Палец вошел в жопу! По телу прошла судорога, она застонала.
Вениамин вытащил палец и, обслюнявив, снова засунул в жопу!
Она сосала и дрочила двумя руками, а он тыкал пальцем в жопу.
Дарья выпрямилась и, привстав, подвинулась вперед. Придерживая член, стала медленно опускаться, пока головка не уперлась в анус. Приподнимаясь и опускаясь, каждый раз чуть ниже, двигалась, пока головка, преодолев сопротивление сфинктера, не вошла в жопу. Опираясь руками о пол, стала медленно натягиваться жопой! Ощущение было непривычное, но сладостное. Головка уперлась в изгиб прямой и она, медленно приподнимаясь, и сдавливая член сфинктером, испытала сладострастное наслаждение, выдавливая его из себя! Член выскользнул из жопы, Дарья поймала его и натянулась еще раз. Член снова уперся и она, выпрямившись, стала медленно, преодолевая боль, оседать. На груди пошли красные пятна и она, медленно, как говно, выдавливая из себя член, захрипела!
Задергался Вениамин, и Дарья, хватая ртом воздух, захлебнулась от наслаждения.
Она лежала на полу, с закрытыми глазами, и таяла от блаженства.
О том, что нужно идти на работу, Дарья забыла.
...
Через семь минут она открыла глаза.
Вытянув руки за голову, и сцепив в замок, сладко потянулась, выгибаясь и поворачиваясь на бок.
Вениамина не было.
— «В туалете!»
Фантомные ощущения в прямой кишке ввергали в эйфорию, и прислушавшись к своему состоянию, она тихо засмеялась. Даже это доставляло удовольствие.
— «Господи! Я схожу с ума! Я извращенка!»
Напрягая диафрагму, пукнула! Но вместо характерного звука выпускаемых газов, булькнуло и захлюпало между ягодицами.
— «Еще не хватало! Обосралась что ли?»
Дарья села, чуть сдвинувшись назад.
На покрывале расплывалось пятно слизи, с жирно блестящими сгустками спермы и вкраплениями каловых масс.
Дарья соскочила, и выдвинув из комода средний ящик, взяла из стопки подгузник, и наклонившись к одеялу, стерла пятно.
Еще одним, раздвинув ноги и присев, вытерла промежность, а другим прикрыла пятно и придавила рукой — «Застираю после работы».
Ее обожгло — «Господи! На работу же!» — и она побежала в ванну, чуть не сбив Вениамина, вышедшего из туалета.
Краем глаза увидела, что мотня его трико в пятнах — «Тоже постирать!»
...
Из квартиры выскочила, отмахнувшись от мычащего — Ддддооосвидддааа — Вениамина.
Уже в автобусе вспомнила, что не выключила чайник и всю дорогу терзалась — «А вдруг Вениамин не выключит!».
С опозданием в полчаса зашла в кабинет и сразу к телефону.
— Алло! — короткие, и начинающиеся с гласных, слова, Вениамин выговаривал не заикаясь. Гугли "сефан рассказы" и читай бесплатно.
— Чайник выключи!
— Я ввввыыыкккк...
Дарья опустила трубку.
На два часа, у Шмакова, было назначено совещание с начальниками лабораторий и отделений по графику работы в предновогодние дни и в первую неделю нового года.
В 13: 55 Дарья вышла из своего кабинета и зашла в кабинет Шмакова.
Все стулья за столом и у стен были заняты.
Шмаков указал на стул возле сейфа и Дарья села.
Глянув на часы, Герман Степанович встал, и гул голосов пошел на убыль.
Заверещал красный телефон.
Шмаков поднес к уху трубку
— Включи радио! — коротко бросил директор, и отключился.
Шмаков шагнул к сейфу и подкрутил лимб на громкоговорителе.
—... ного приступа скончался председатель президиума Верховного Совета, генеральный секретарь коммунистической партии Советского Союза: Леонид Ильич Брежнев.
В помещении зависла гробовая тишина.
Когда заиграла траурная музыка, все встали.
Через две минуты, Шмаков убавил громкость и заверещал синий телефон.
— Герман Степанович! — звонила секретарь парторга — В 14: 40 общее партийное собрание в красном уголке. Передайте всем.
— Совещание отменяется! В 14: 40 общее партийное собрание. Передайте своим!
...
В красном уголке института шло общее партийное собрание.
Выступал парторг.
Дарья Михайловна сидела в пятом ряду, в кресле у прохода.
Она изо всех сил пыталась слушать парторга, но жгущее нутро желание, полностью подчинило ее себе!
В 14: 30, переобувшись в сапоги и надев плащ, она подошла к зеркалу.
Внизу живота забурчало и газы, выпирая и пуча диафрагму пошли на выход.
Забыв, что с нею приключилось утром, она медленно и беззвучно выпустила их. Помахав рукой перед носом и вокруг себя, выключила свет, шагнула к двери и замерла. Трусы прилипли к ягодицам, размазывая слизь по ляжкам.
— «Опять, что-ли?»
Раздеваться и идти в туалет было уже поздно. Она сняла плащ и бросила на стол. Достала из ящика стола бумажную салфетку, и задрав подол юбки, и прижав подбородком, раздвинула ноги и потянула трусы вниз, выворачивая.
Желтое, с характерным аммиачным запахом, пятно и слизь. Она сунула руку в промежность и провела салфеткой, вытирая жопу. Салфетка промокла, а на ладони осталась слизь. Она взяла еще одну, но и ее не хватило. Подтеревшись третьей, еще двумя салфетками промокнула трусы и еще две подложила. Бросив салфетки в урну, и схватив плащ, вышла из кабинета.
Пришла в 14: 45.
Зал гудел, как рой пчел над улеем.
Увидев свободное место, подошла и села.
Вспомнив, что произошло в кабинете, смутилась, и осторожно потянула носом. Запаха не было. А сознание, шаг за шагом прокручивая пленку событий дня, и связывая в цепь, вернулось в спальню. Она почти физически ощутила, погрузившийся в жопу член и...
Ее теребили за плечо.
Увидев, что все стоят, Дарья, решив, что собрание закончилось, встала и пошла по проходу.
В тишине звонко цокали по мраморной стяжке пола стальные подбойки на каблуках.
Только закрыв дверь, и оказавшись в коридоре, она увидела, что никто не выходит.
Хотела вернуться, но передумала и пошла к себе.
Минут через 12 заглянул Герман и спросил — Что случилось?
— Месячные! — глядя прямо в глаза, ответила она.
Он смутился и закрыл дверь.
...
Вечером пришли месячные.
На пять дней раньше.
Придя с работы, и переодевшись, сразу пошла в ванну и помылась под душем. Рассказы на сефан точка ру.
Закрутив полотенцем голову и накинув халат, зашла к Вениамину.
Он читал «Даурию».
Книги она приносила ему из библиотеки. Выбирала, то, что ей самой казалось интересным.
— Брежнев умер
Он закивал головой.
— По радио услышал?
Он опять кивнул.
Вспомнив, что хотела постирать трико, сказала — Давай трико, постираю.
Он отложил книгу и стал снимать трико.
Она пошла к себе и сняла покрывало. Пятно подсохло, но желтизна осталась.
Снова зайдя к нему, он сидел в трусах, забрала трико.
Вениамин чувствовал, что Дарья сдерживается. Он понимал, что неприятен ей, и в то же время видел, как она менялась, когда смотрела и ласкала его член. Дожив до сорока, он не имел ни одного контакта с женщиной. Секс с Дарьей для него был из области фантазий. Но, когда фантазия стала реальностью, он вдруг понял, что даже такая женщина, может быть рабой! Рабой своей похоти! И пусть думает в себе, что это она пользует член. Вениамин знал: хуем использует Дарью он!
Замочив покрывало и трико, и размотав с головы полотенце, пошла на кухню. Разогрела ужин и позвала Вениамина. Но он не шел.
Она крикнула — Вениамин, ужинать! — и не услышав шарканья, и начиная злиться, пошла сама.
Вениамин сидел с книгой.
— Что, особое приглашение?!
Дарья стояла над ним.
Он отложил книгу и, опираясь о спинку кровати, встал.
Покрывало сползло с него и член ткнулся Дарье между ног!
От похотливого желания, сделать это прямо сейчас, зачесалась пизда, и появился зуд в заднем проходе! Забыв, зачем пришла, взяла его за плечо и повела в ванну подмывать.
Подставив ему жопу, сама облизывала член, обильно смазывая слюной.
Дарья уже убедилась, что слюна самая эффективная смазка.
Дарьина жопа была так близко, что он мог лизать анус. Темный кружок ануса, словно дыша, то сжимался, то расширялся. Он высунул язык и стал лизать ложбинку и анус, пытаясь засунуть язык. И когда получилось, Дарья замерла. А потом, обхватив ягодицы, развела их и опустила жопу на его лицо. Она елозилась жопой по его носу, губам, чувствуя шершавость языка и заводилась все сильнее и сильнее. Не в силах больше сдерживаться, подвинулась вперед, и приподняв жопу, и рукой придерживая член, прижалась анусом к головке.
Вениамин сжимал член левой рукой и Дарья, опершись двумя руками об пол, приподнимаясь и опускаясь, поворачиваясь, выгибаясь и прогибаясь, стала насаживаться!
Член погружался очень медленно. Сфинктер сопротивлялся противоестественному, погружение причиняло боль. Она натужилась, чтобы выдавить его из жопы и сопротивление ослабло!
И Дарья поняла!
Тужась и выгибаясь, насаживалась на член!
Когда ягодицы прижались к паху Вениамина, левой рукой попробовала потрогать член и не смогла.
Он весь был в жопе!
Она сидела, сдерживая желание выдавить член из себя, а по телу, судорогами, пробегал озноб. Запульсировала сперма, и не сдерживая стонов, и краснея от натуги, она выдавила член!
Руки и ноги дрожали, и Дарья свалилась на пол!
Очнулась от мычания Вениамина.
Он стоял над ней и весь пах у него был в крови.
Испуганно села, а он тыкал пальцем вниз — Ккккрооовь Дддддааашааа!
Дарья опустила глаза: покрывало в пятнах крови. На волосах лобка и на губах кровяные сгустки. Читай рассказы на сефан точка ру.
— «Месячные!»
Вспомнила: днем болели соски, и была ноющая боль внизу живота. Но она думала, это связано с тем, что произошло утром.
Дарья встала и, зажав промежность рукой, пошла в ванну. Ноги подкашивались, из жопы сочилась сперма. На губах блуждала улыбка блаженства.
Больше она так не экспериментировала.
Насадившись жопой, погружала в себя на десять-двенадцать сантиметров, и совершая фрикции, ласкала пальцами левой руки клитор. Откуда-то (если бы ее спросили, откуда? — она не смогла бы ответить) возникали волны наслаждения и, захватывая всю ее, уносили из мира реальности. Когда в кончиках пальцев появлялось покалывание, яркими вспышками сладострастия наступал оргазм!
На пятый день месячные закончились.
Она сидела у себя в кабинете.
До обеда оставалось 12 минут.
Дарья встала и подошла к зеркалу.
Осмотрев себя, стала поправлять прическу. Зеркало пошло рябью, как круги на воде от брошенного камня и...
Она увидела трамвай на остановке. Открылись двери, и с передней площадки шагнула молодая женщина, и оглянулась. Было пасмурно, и шел снег, но все было так близко, что когда женщина обернулась, Дарья узнала ее.
Это была Татьяна, инспектор отдела кадров.
В следующее мгновение ее сбил, визжа тормозами, грузовик.
Закричали в ужасе люди и все исчезло!
Дарья стояла перед зеркалом, а на лбу выступал пот.
Татьяна устроилась на работу три месяца назад. Муж Татьяны работал в институте, слесарем-монтажником. Двое детей, мальчик полутора лет и девочка пяти лет. Дарья даже запомнила их имена: Коля и Даша.
Дарья отшатнулась от зеркала.
— Что это? Господи, что это?
От ужаса шевельнулись волосы на голове.
Она вышла из кабинета, и пройдя по коридору мимо кабинета Шмакова, зашла в отдел кадров. Галя, склонившись над Верой, что-то рассказывала.
У окна, за своим столом, сидела Татьяна и, перелистывая чей-то паспорт, заполняла форму. Дарья подошла к Татьяне и остановилась, не зная, что сказать.
Галя и Вера смотрели, встревоженные видом Дарьи Михайловны.
Обычно, застав Галю возле Веры, она шлепала ее по попе и говорила — Иди работай!
Таня подняла глаза и улыбнулась
— Я заканчиваю. Дарья Михайловна?
Дотронувшись до ее плеча
— Таня, я не по документам.
— «Как я скажу? Что я скажу?»
Улыбка сошла с лица Татьяны: она увидела испуг в глазах Дарьи.
— Что-то случилось, Дарья Михайловна?
— Нет, Танюша, нет! Работай.
И она вышла из отдела.
Девушки переглянулись
— Странная она какая-то в последнее время — задумчиво сказала Вера.
Вечером ужинали с Вениамином.
Вениамин почувствовал; что-то случилось. Когда Дарья вошла, от нее исходил страх. Каким-то образом он осознал, что страх Дарьи связан с тем местом, где она работает. Но он не ощущал угрозы, ни для себя, ни для нее и, успокоился.
Поужинав, не убирая посуду, Дарья ушла к себе и легла не раздеваясь.
И сразу же уснула.
Проснувшись ночью, разделась и, укрывшись одеялом, заснула до утра.
В семь часов запикал будильник.
Дарья села.
Зашумела вода в туалете.
Бросив на пол одеяло, Дарья встала и, выйдя из комнаты, позвала Вениамина. Он не шел, и она подошла к туалету.
Из туалета шел запах и она, морщась, спросила
— Ты скоро?
Снова зашумела вода, брякнула защелка.
Он стоял, подтягивая трусы.
Посторонившись, чтобы он вышел, зашла сама. Читай рассказы на сефан точка ру.
— Стой здесь!
И потянувшись, сдернула с него трусы!
Задрав ночнушку, села на унитаз. Писала и смотрела, как встает у него! Громко, не сдерживаясь, пукнула, и краснея от натуги, стала какать. Не подтерлась и вышла из туалета.
— Смой!
Когда он смыл и вышел, завела его в ванну и подмыла.
— Идем!
Вениамин лежал, а она, раздвинув ноги, садилась на него. Опустившись жопой ему на лицо, приказала
— Лижи!
Сама склонилась к члену, сосала и дрочила.
Он вылизывал ее жопу, пуская слюну. Из жопы воняло, но Вениамина это возбуждало. Вдруг, Дарья прижалась к его носу и, приподняв кобчик, выпустила газы. У него защипало глаза и запершило в носу. Голова кружилась.
Привстав, Дарья натянулась и, оседая, погрузила член в себя. Когда он уперся в стенку на изгибе прямой, задержалась, а потом стала совершать фрикции. Еблась с наслаждением, постанывая и когда он задергался, изливая сперму, выгнулась, выдавливая его из себя. Когда он выскользнул, пошли газы и потекла сперма. Дарья повернулась и осмотрела член: коричневые бороздки кала и сгустки спермы
— «Я извращенка! Извращенка! Извращенка!» — и сжимала его, уже опавший и мягкий.
Прошло две недели
Три дня она находилась под впечатлением видения, но потом, связав это со своим поведением (извращенка) понемногу успокоилась.
Утром, первого декабря, ехала в автобусе на работу.
День был пасмурный и шел снег.
Дарья задумалась, вспоминая, что было вчера вечером.
Она уже не краснела, вспоминая об этом, и не называла себя извращенкой; секс, приносящий наслаждение, становился нормой.
Раздевшись и переобувшись в кабинете, позвонила в отдел кадров.
Взяла Вера
— Вера, Таня пусть зайдет
— А Таня еще не пришла
Дарья уронила трубку и схватилась за сердце.
Через полминуты открылась дверь, и заглянула Вера
— Дарья Михайловна, что с вами?! — закричала она, подбегая к ней.
Следом за Верой в кабинет заскочила Галя.
Дарья, побелевшая как стена, сидела, вперившись взглядом в пространство. Наконец, очнувшись, выдавила из себя
— Позвоните мужу
Девушки переглянулись
— Таниному!... Звоните!... Скорее!
Галя побежала в кадры и, найдя карточку Михаила, Таниного мужа, позвонила в лабораторию, табельщице.
— Он сегодня в отгуле, Дарья Ми...
— Звони домой! Звони с моего!
Галя позвонила и через полминуты положила трубку.
— Говорит, на работу уехала.
Дарье стала задыхаться!
Вера побежала в отдел, и выхватив из аптечки нашатырный спирт, открыла и опрокинула на ватный тампон. Вернувшись в кабинет, поводила у Дарьи под носом.
Дарья откинулась на спинку кресла и пришла в себя.
В отделе кадров звонил телефон.
Галя вышла.
Через две минуты она вернулась
— На остановке... на нашей остановке... грузовик... сбил... женщину... у нее в сумочке был пропуск... это Таня...
Галя заплакала.
...
Таню похоронили через два дня.
Дарья не смогла рассказать Михаилу, Таниному мужу, о своем видении.
Придя домой, достала из холодильника водку и, налив стакан, выпила.
Сидела и ждала, когда подействует. Но ничего не происходило.
Хотелось выть и она, мотая головой, и заскрипев зубами, застонала.
Кто-то тронул за плечо.
— Отойди! — зарычала она и оттолкнула Вениамина
Выпила еще стакан водки.
Потекли слезы, и тоска, сидевшая внутри, стала отпускать.
Почувствовав голод, встала и, шатнувшись, открыла холодильник. Достала колбасу и ела, откусывая от палки.
Перед глазами все двоилось.
Она рыгнула и засмеялась.
Выпив воды под краном пошла из кухни, цепляясь за стены.
— Вениамин! Ве... ни... а... мин!
Цепляясь за косяки и вихляясь на подкашивающихся ногах, смотрела на него.
— Вениамин, пошли е-бац-ца! — и захохотала.
Отцепившись от косяков, опустилась на колени и на четвереньках направилась в спальню. Вениамин шел следом, шаркая и кособочась.
— Лложись!
Она сидела на полу.
Он лег.
Цепляя трико и стягивая
— Чче ты ввыебываешься, а?
Стянув трико до колен, взяла, лежащий между ног, член
— А чче он не встает, а? — и дергала его.
Кровь запульсировала, член дернулся, удлиняясь и набухая.
Дарья захохотала и, наклонившись, засосала головку, прижав язык к уздечке.
Из раззявленного рта текли слюни.
Оторвавшись, встала на четвереньки и попробовала залезть на Вениамина, но не смогла. Двинувшись на четвереньках к стене, позвала
— Иди, садись!
Вениамин сел и, не вставая, сдвинулся к стене и прижался спиной.
Дарья, развернувшись, и раздвинув ноги, пятилась назад. Наткнувшись губами, мотнула головой
— Неее, в жопу!
Залупа уперлась в анус и Дарья, двинув жопой, почувствовала, что член вошел в нее.
Она сопела, ругалась и дергалась. А когда задергался и Вениамин, застонала.
Спала на полу, разбросав руки.
Вениамин сидел и щупал ее, погружая пальцы в липкое влагалище. Потом просунул руку меж ягодиц и погрузил в месиво слизи. Потом водил пальцами по ее груди и губам, размазывая слизь и улыбался, высунув язык. Изо рта текли слюни.
Проснулась утром.
Под головой подушка, а одеяло подоткнуто с боков. Лицо, губы и кожа на груди словно стянуты чем-то. Она провела пальцами по лицу и губам, ощущая шершавые коросты. Подцепив ногтем пленку, подняла руку. Желтовато-мутная пленочка мялась в пальцах, но не размазывалась, а раскатывалась на шершавые комочки, липнущие к коже.
Дарья села.
— «Почему я на полу?»
Вспомнила похороны.
Вспомнила, как сидела за столом, как пила водку...
И все! Больше не помнила ничего.
Хотела встать и сморщилась от боли в паху. Сунув руку, щупала волосы на лобке. Скомканные и слипшиеся они еще и прилипли к коже и губам, и отдирались очень болезненно.
— «Неужели я вчера еще и еблась?! Ниччего не помню!»
Встала, и пошла в ванну.
Оставим на время Дарью Михайловну и вернемся к Славке
...
Дарья Михайловна шла по коридору.
У дверей ее кабинета стояли молодые люди: девушку она знала, а молодого человека видела впервые.
— Здравствуйте, Дарья Михайловна! — Юлька улыбалась — А мы к вам.
— Здравствуйте. Это вы от коменданта? — Дарья открыла дверь — Заходите.
Выслушав сбивчивый рассказ Славки, улыбнулась и сказала
— Я написала записку. Сейчас зайдете к Шмакову, он подпишет, потом в отдел кадров, получите форму и с этой формой снова к Шмакову. Он все объяснит.
Она протянула Славке записку — Всего доброго! — и улыбнулась.
Они вышли.
Дарья задумалась. Молодой человек ей понравился. Была в нем какая-то незамутненность, что ли. А вот девушка?
Шмаков подписал форму на получение прописки и сказал Славке — С этой запиской зайдешь к коменданту, она поселит тебя в комнату, где есть место свободное. Сегодня в паспортный стол уже поздно, поедешь завтра. Когда получишь городскую прописку, зайдешь ко мне, и решим, где работать будешь. Читай рассказы на сефан точка ру.
— Я зайду к тебе после работы — сказала Юлька
Кастелянша. Постельное. Комната. Четыре кровати, стол, четыре тумбочки, четыре стула, два шкафа.
Комендант, взяв у вахтерши ключ, прошла с ним в комнату.
Комната на втором этаже, и в комнате никого.
— Еще с работы не пришли — сказала комендант.
Две кровати заправлены, а на двух только матрацы и подушки.
— Занимай любую свободную. Если пойдешь на улицу, ключ на вахту. Ну все, располагайся.
Славка сел на кровать.
Схлынуло напряжение последних дней, забрезжила стабильность и определенность. Только сейчас почувствовал усталость.
Заправил кровать. Переоделся. Лег и уснул.
Он не слышал, как пришли с работы соседи по комнате. Он не слышал, как постучав, заглянула Юлька.
Проснулся ночью.
На своих кроватях спали Витька и Пашка (имена сказала комендант).
Сходил в туалет, разделся и, завернувшись в одеяло, снова уснул.
Проснулся рано.
Соседи еще спали.
Сходил в туалет и в умывальник. Переоделся.
Все равно было рано.
Заправил кровать и сел.
Первым проснулся и встал Виктор.
Они познакомились.
— Будь как дома! Чайник включай.
Заметив его взгляд, брошенный в сторону Павла, махнул рукой — Щас встанет! — и, захватив полотенце, вышел.
Чайник вскипел, пришел Виктор.
Проснулся Пашка и спросил — Сколько время?
— Проспал все! — засмеялся Виктор.
Павел встал и, пожав руку Славке, представился.
Они пили чай, когда, постучав в дверь, зашла Юлька.
— Проходи к столу! — пригласил Виктор — Будь как дома, но не забывай, что в гостях!
— Я уже на работу — и Славке — Вчера ты спал. Как сходишь в паспортный, позвони! — и вышла.
В паспортном столе с утра было людно.
Славка подошел к кабинету №2.
«Инспектор паспортного стола Трошкина Л. А.»
Очереди не было и постучавшись, открыл дверь и шагнул
— Подождите! Я вызову!
Славке вышел, ощущая неловкость.
Через несколько минут услышал — Заходите!
Он мало что запомнил в этой женщине.
Запомнил, только — злая! И фамилию.
Поздоровавшись, положил на стол заявление на прописку.
Она взяла, просмотрела и спросила — Откуда приехал?
— Из деревни.
— Вот и возвращайся в свою деревню! — и бросила листок на стол
Вокруг журчали ручьи. Сияло не по-зимнему солнце, а он шел, чуть не плача.
В общаге встретил коменданта.
Узнав, что прописку не дали, сказала — Сходи к Шмакову, он поможет.
Герман Степанович выслушал и сказал — Не ходи к Трошкиной, она злая! Сходи к Лыковой, начальнику отдела. Она добрая женщина. Сегодня не ходи, завтра.
И действительно, выспросив, откуда приехал, где учился и почему отчислили, Лыкова подписала заявление и с улыбкой отдала ему.
Он мало что запомнил в этой женщине.
Запомнил, только — добрая!
День был пасмурный, а ему казалось, что это самый счастливый день в его жизни!
Вечером в комнату зашла Юлька.
Они вышли в коридор.
Она взяла его за руку — Сегодня будешь спать у меня.
Юлька жила одна, в комнате на пятом этаже.
...
Юлька
Сексуальный опыт Юльки был небогат.
Потерю девственности она старалась изо всех сил забыть.
Это произошло после выпускного вечера.
Попрощавшись с подружкой, она пошла домой через школьный сад. Услышав торопливые шаги, обернулась. Ее догонял Васька, одноклассник, ухлестывающий за ней с шестого класса.
Юлька остановилась.
Васька подошел и сразу полез обниматься. Рассказы на сефан точка ру.
Он был пьян!
Оттолкнув Ваську, она побежала.
Дом был близко, за садом, но она почему-то не закричала.
Васька догнал, схватил, и не удержавшись на ногах, упал вместе с нею.
Юлька брыкалась и царапалась, и он ударил ее!
Потом еще!
И еще!
Зазвенело в голове. Руки одеревенели.
Васька сопел и никак не мог стянуть трусики, с ее тугих налитых бедер. Свирепея, дернул с такой силой, что они лопнули!
Она заплакала, а он совал и совал между ног, что-то тупое и твердое.
Васька ушел, оставив ее на траве.
Отец, увидев грязное, изорванное платье, бросил
— Шлюха! — и закрыл дверь на крючок
Ночь она провела в бане.
Мать даже не вышла.
От второго, уже в городе, сделала аборт.
...
Славка лежал на Юльке и неуклюже двигался, елозя членом по животу.
Юлька, гладя его затылок, спросила
— Ты мальчик?
Он замер и дважды ткнулся лбом в ее плечо.
— «Как теленок!»
— Приподнимись
Она скользнула рукой по животу, и нащупав член, провела пальцем.
Член был большой!
Юлька попробовала обхватить его и не смогла сомкнуть пальцы.
— Отодвинься!
Славка, опираясь коленями, отодвинулся, и она прижала головку к губам. Раздвинув губы и чувствуя, что головка погружается во влагалище, Юлька обхватила его ягодицы
— Иди ко мне!
Славка опустился
Юлька вскрикнула и резко оттолкнув его от себя! Села на кровати и заплакала.
Славка сел рядом и гладил ее плечо.
— Мне больно! — Юлька согнулась — Ты сделал мне очень больно!
Она легла на бок, потянув на себя одеяло.
...
Юлька спала, подтянув колени к животу, а Славка сидел рядом и гладил ее руку.
...
Юлька проснулась.
Славка спал сидя.
Она погладила его, и он сразу открыл глаза.
Стесняясь произошедшего, ловил ее взгляд.
Юльке было жалко его. Но она не знала, как вести себя, что говорить.
Он потянулся, чтобы поцеловать, и Юлька не отстранилась.
— «Господи, зачем это все?»
Славка ушел.
...
Шмаков предложил работать в бригаде слесарей монтажников.
— Они работают на высоте и получают надбавку. По третьему разряду будешь получать 160 руб. Это оклад. С премиальными будет выходить 190—200 руб.
— «Папка 25 лет на тракторе отработал!» — удивился Славка — «А у него оклад 120 рублей». — Сейчас пойдешь в отдел кадров, они все объяснят.
Ему дали бланк, с пометками галочками, каких врачей он должен пройти.
Сбой произошел, когда он побывал у окулиста.
У Славки была близорукость, небольшая, но была. А высотники должны иметь стопроцентное зрение.
Славка смотрел в бланк: в строчке окулист было подчеркнуто слово — не годен — и подпись.
Во всех остальных было — годен!
Но это уже не имело значения.
Он шел в институт.
От поликлиники две остановки, и настроение с каждым шагом становилось все мрачнее.
— «Стоп!» — он смотрел на подпись — «Ведь это так просто, подчеркнуть, годен, и самому расписаться!»
В отделе кадров сказал, что бланк потерял.
Ему выдали другой.
В поликлинику пошел на следующий день.
Вечером, накануне, попробовал скопировать подпись. Выходило, похоже.
Снова пройдя всех врачей, вернулся в общагу, и подчеркнув «годен» в строке окулиста, и потренировавшись с подписью, расписался.
Терапевт, просмотрев бланк и подписи врачей, расписалась.
Он подошел к регистратуре, поставить печать.
Регистратор, проверив все подписи и, взглянув на Славку поверх очков, поставила штамп. Славка облегченно вздохнул и пошел к гардеробу. Ищи через Яндекс "сефан рассказы" и читай без регистрации.
— Молодой человек! — он обернулся — Дайте-ка бланк! — все так же, глядя поверх очков, попросила регистратор.
Он вернулся и отдал бланк, еще надеясь на что-то.
Она вышла — Подождите! — и пошла по коридору.
Славка стоял, понимая, что случилось худшее.
Через пару минут она вернулась, с терапевтом и окулистом.
Сначала его строго отчитывали.
А когда поняли, что он подделал подпись, чтобы устроиться на работу опасную для жизни, тон сменился.
Его еще пожурили; окулист подчеркнула — не годен, и расписалась.
Терапевт зачеркнула — годен — и надписав —»Исправленному верить«— тоже расписалась.
Герман Степанович, предложил устроиться в бригаду слесарей-испытателей. Оклад поменьше, 140, но работа интересная.
У Славки не было выбора.
В бригаде слесарей его приняли хорошо.
Он получил спецодежду и марки.
Марки — железные пластинки с номерами. На марки в кладовой выдавали инструмент.
Бригадир, узнав, что его отчислили из института, вручил красную папку и сказал
— Ты у нас самый ученый! Будешь моим замом и везде ходить с этой папкой!
Было очень шумно. На втором уровне визжал инструмент и шипел воздух.
— Вот тебе первое задание: поднимись на второй уровень и скажи этим мудозвонам: — «Бригадир сказал, чтобы вы немедленно прекратили шуметь, мешаете работать!».
Славка хотел вернуть папку.
— Нет, иди с папкой! Выглядишь солидно, как большой начальник!
Славка поднялся на второй уровень, там работала бригада шлифовщиков.
Они зачищали плоскости шлиф-машинками с насадной абразивной головкой (название болгарка войдет в употребление через 20 лет), чтобы потом наклеить пьезодатчики.
Подошел к мужчине. Еще работали три женщины. Все четверо были в касках и с наушниками.
Мужчина снял наушники, и Славка передал просьбу бригадира.
Тот, не расслышав, выключил инструмент.
Славка повторил.
Мужчина сильно удивился, но все же приказал остальным, чтобы выключили свои визжалки.
Славка спустился к бригаде.
Бригадир похлопал по плечу — Молодец! С первым заданием справился.
И только отслужив в армии, и вернувшись снова в институт, в ту же бригаду, он узнал, что это был розыгрыш!
Через неделю бригадир подошел к Славке (бригада была разбросана по разным участкам).
— Где папка?
— В раздевалке, в шкафу.
— Хорошо. Сейчас сходи на участок, туда, где курилка, возьми тележку и подходи, надо с холодного склада привезти пенопласт.
Они вышли на улицу через одну из боковых дверей.
Холодный склад находился за вторым корпусом у забора. По верху забора была протянута колючая проволока, а поверх проволоки был проброшен провод под напряжением.
Бригадир открыл склад.
Они нагрузили тележку пенопластовыми листами и бригадир, зайдя внутрь, сказал
— Перекур! Славик, иди в картишки перекинемся. Коля, раздавай!
Колька, балагур и весельчак, с невозмутимым видом фокусника, извлек из кармана телогрейки колоду, перетасовал и стал разбрасывать карты на лист пенопласта.
Славка смотрел, ничего не понимая: Колька разбрасывал карты рубашкой вниз!
— Бери!
Все еще не понимая, что происходит, Славик взял карты и перевернул.
Запылали щеки.
На обратной стороне карт были порнографические фото обнаженных женщин.
Бригадир и Колька захохотали!
Колька сгреб карты и показывал Славику одну за другой, сопровождая репликами:
— Во! Смотри, какая пиздища! Провалишься и не заметит! А эта! Глянь! Сисястая! А у этой, клитор, как член! Темпераментная! Засадить бы такой по самое не хочу! А вот, глянь! Пиздушка — мышиный глаз, а жопа разъебаная, кулак засунуть можно!
— Женщина, как долгоиграющая пластинка: надоела пизда, переворачиваешь и ебешь в жопу! — глубокомысленно изрек бригадир — Ну, ладно, перекур окончен, пошли.
Колька собрал карты, сунул в карман, и они вышли.
Перед обедом, Славка зашел в туалет.
Вдоль одной стены лоток для мочи, вдоль другой три очка.
На среднем очке сидел мужчина и покряхтывал. Вонь стояла такая, что слезились глаза.
Славка встал к лотку, расстегнул комбинезон и стал ссать.
Хлопнула дверь и рядом, пританцовывая, встал Колька.
Расстегивая ширинку, глянул на Славкин
— Вот это отрастил елду! Чуть не до колен! — восхищенно присвистнул он и, вытащив свой и, постанывая от наслаждения, стал ссать.
— Баба, наверно, тащится! Есть девка?
Заметив румянец на щеках, хохотнул — Да ты мальчик, поди-ка? В бригаде Кротова работает Леопольд — знаешь? Вот у него хуина! Двух жен уеб! Недавно третий раз женился. И эту заебет в усмерть!
Они вместе вышли из туалета.
Колька глянул на часы — Война войной, а обед по распорядку. Ты в столовку?
Славка мотнул головой — Не, я в общаге, в буфете обедаю.
...
С парнями в комнате он быстро сдружился.
Витька был страстным филателистом, и все свободное время посвящал маркам.
У Пашки была очередная девушка, Вика, с которой он недавно познакомился и переспал. О чем, по простоте душевной, и сообщил Славику — Аккуратненькая такая пизденка!
С Юлькой все шло по-прежнему. Ходили в кино, он дарил ей цветы и покупал мороженое.
Вечерами они целовались на площадке между этажами или сидели, обнявшись на кровати в Юлькиной комнате. Ночевать у себя, она его больше не оставляла.
С Юлькой что-то происходило. Она могла часами сидеть на кровати, задумавшись. Так казалось со стороны. А происходило вот что: внутри самой себя, девчонка Юлька уже, который день, вела спор с Юлией Петровной.
По имени отчеству обращался к ней ее начальник. Он все пытался ухаживать, но делал это смешно и неуклюже.
Юлька верила в сказку, добрых фей и волшебство. И сказка, начавшаяся под Новый год, все еще продолжалась, а сказочным принцем был Славка.
Юлия Петровна была женщиной практичной: ей хотелось замуж, ей хотелось ребеночка, ей хотелось иметь собственную квартиру, дачу, машину.
Разве мог, Славка все это дать?
— Он же гол как сокол!
— С милым рай и в шалаше!
— Ты всю жизнь собралась жить в шалаше?
— Я люблю его!
— Любовь приходит и уходит, а кушать хочется всегда.
Юлька обиженно надувала губки и уходила в себя.
— «На обиженных воду возят!» — говорила, про себя, Юлия Петровна.
— «Ну ничего, скоро произойдет событие, которое поставит точку в этом рОмане».
И событие не заставило себя долго ждать, явившись боевой повесткой.
Славка был годен к строевой.
Было начало мая.
В повестке указаны дата, время и место сбора перед отправкой к месту службы.
На все про все отводилось две недели.
Бригада, узнав, что его забирают в армию, отреагировала соответственно — Когда получишь расчет, позвони, мы придем в общагу и устроим проводы.
И пришли.
И устроили.
Они ввалились в комнату гурьбой, с вином и водкой. Славка тоже купил шесть бутылок «Агдама».
Часа через полтора, бригадир встал — Ну все мужики! По домам! Давайте Славику советы, как надо служить в Армии!
И каждый дал свой совет.
Говорили о дедовщине, об отцах-командирах, еще что-то.
Славка запомнил только один: от Генки Краснова, отслужившего полгода назад.
— Не слушай их Славик. В армии самое главное устав. Будешь знать устав, служба пойдет легко.
Учи устав!
И они ушли.
Славка съездил в деревню к родителям. Его проводили и там.
На пункт сбора провожала Юлька, тихая и задумчивая.
Когда на улицу вышел капитан со списками и стал вызывать по фамилиям, и распределять по командам, Юлька повисла на шее и расплакалась.
— Савченко!
— Я! — ответил Славка.
Команда номер пятнадцать...
Через четыре часа, сержант и двое рядовых увели команду №15 на вокзал.
А еще через час, 101 скорый, отойдя от Главного, помчал призывников в сторону южной границы СССР.• • •
Юлия Петровна подолгу лежала с закрытыми глазами, а по щекам тихо струились слёзы...