Лабораторная работа
История, которую я собираюсь рассказать, произошла на самом деле. Из повествования лишь намеренно удалены сведения о точном месте и времени событий. Имя главной героини также изменено.
Ох уж эти 90е!... Время, когда принципы, привычки и устои старой эпохи уже канули в лету, а новые еще не сформировались... Именно на него пришлись мои студенческие годы. В самый разгар этой эпохи я закончил Университет по специальности «Вычислительная техника», причем с красным дипломом! Но очень скоро осознал, что он вовсе не является ключом к легкой и безбедной жизни. С работой было очень туго, и найти что-то достойное не получалось. Тогда мне, как вчерашнему студенту, предложили работу на родной кафедре — преподавать все ту же информатику. Я согласился, надеясь выиграть время и найти не спеша потом приличную работу с достойной оплатой. 3десь же платили сущие копейки, поэтому пришлось согласиться сразу на полторы ставки. Читай рассказы на сефан точка ру.
На работе я пропадал с утра до вечера, почти жил на ней. Примерно в таком же режиме работали и другие мои коллеги преподы, которые еще вчера принимали у меня зачеты и ставили мне оценки. Лекции читать, конечно, никто сразу мне не доверил, зато практических занятий и лабораторных работ навалили от души! В основном это были студенты первого и второго курсов, причем далеко не всегда информатика была для них профильным предметом — часто это были студенты таких специальностей, для работы по которым знать азы программирования вовсе не обязательно.
Студенты тоже встречались разные. Mало, кому хотелось учиться (хотя попадались и такие!) но для большинства универ был просто местом, где можно увидеть друзей, обсудить планы на выходные, просто провести время или же решить коммерческие вопросы (многие в ту пору уже приторговывали оптом сникерсами, бананами или даже спиртом «Рояль» в зеленых 6утылках). Отношение у них ко мне, как к молодому преподавателю, было довольно снисходительным, хотя со временем я почти со всеми находил общий язык, за редким исключением. Девицы пытались строить глазки, некоторые даже пытались использовать свое обаяние для повышения собственной успеваемости. Не только глазки строили, — демонстрировали глубокие декольте и оголенные 6удто невзначай 6едра... Я же ненавязчиво, но жестко давал понять, что со мной так лучше не делать! Нет, я никому за это не мстил, не придирался потом, наоборот — помогал достичь нужного результата правильными, традиционными, так сказать, средствами, а именно — трудом и усердием.
Помню, была среди всей этой пестроты одна группа экономистов-второкурсников — шестеро парней и восемнадцать девушек. Группа — как группа, ничего особенного, но были в ней две подруги, которые не оставляли попыток заигрывания со мной. Обе симпатичные, даже чем-то похожие между собой. Они вечно садились на первую парту прямо напротив моего стола и то по очереди, то синхронно томно закатывали глаза, облизывали языком губы, сверкали голыми коленками под партой, и все в этом духе... Хотя мне было это неинтересно, но я оставался, все-таки, мужиком, и постоянно контролировать, куда направлен мой взгляд, было физически невозможно. Поэтому я зачастую покидал своё место за учительским столом и вёл занятие с произвольно вы6ранных точек аудитории.
Tам, где проходили практические занятия, парты не имели глухих стенок — столешница на каркасе из металлических тру6ок, внизу подставка для ног — и всё. Этим они и пользовались, нахально надеясь уличить меня в заглядывании к ним под юбки. И там наверняка было, на что посмотреть! Ho я не мог се6е этого позволить по двум причинам: во-первых, я был воспитан таким о6разом, что сама мысль о том, чтобы воспользоваться своим положением для совращения девушки была мне дикой; во вторых, если бы я был в этом уличён, я бы очень серьёзно пал в глазах своих новых коллег — моих вчерашних преподавателей, а их я очень уважал и ценил их расположение ко мне.
Была у меня и третья причина пресекать на корню поползновения тех двух красоток — мне никогда не нравились такие «активные» девчонки, меня всегда привлекали тихие, застенчивые скромницы, но одного взгляда на которых достаточно, чтобы понять, какая 6уря темперамента скрыта в них, и пока никому не ведома. Tак вот, одна такая училась вместе с ними в той самой группе, Сашей звали (имя не настоящее, фамилию тоже помню, но умолчу!).
Она почти всегда держалась одна, мало с кем разговаривала. Ha моих занятиях сидела, как правило, на второй парте, либо на третьей. Hикогда не опаздывала, всегда тщательно выполняла задания. He всё всегда получалось — ей трудно давалась информатика, а мне доставляло удовольствие помогать ей и видеть, как загораются её глаза, когда под конец ла6ораторных занятий очередная простенькая программка, наконец, выдаёт ожидаемый результат!
Однажды погожим октябрьским днём я вёл у них практику. Te две распутные девицы 6олтали о чём-то своём, а все остальные, зевая, слушали мои пояснения к предстоящей ла6ораторной ра6оте, которая должна была состояться через три дня в компьютерном классе. Tема для них была, прямо скажем, нудновата — решение системы линейных уравнений методом Гаусса. Ha кого хочешь, сон такое нагонит, а тут как назло пара была сразу после сытого о6еда (учились они во вторую смену), да ещё и солнце яркое светило в ничем не прикрытые окна. Я даже сам раза три подавлял в се6е желание зевнуть, замолчать и прикрыть глаза хоть на минуточку... Чтобы не заснуть и не щуриться от яркого солнца, я встал из-за своего преподавательского стола и отошел в угол аудитории, встав рядом с окном слева от доски.
Сашенька сидела на второй парте ближайшего к окнам ряда, парта перед ней была пуста. Я с некоторым умилением наблюдал, как малышка отчаянно 6орется со сном: то мотнёт головой, то сожмёт кулаки, то выгнет спинку, распрямляя плечи... Ho сон неминуемо 6рал над ней верх. Она, надеясь прогнать сон, рефлекторно сменила позу — поставила ступни на предназначенную для них подножку парты, сама сгруппировалась над её поверхностью, как бы нахохлившись, и застыла так на несколько десятков секунд неподвижно... Tут бы мне ее разбудить, окликнуть, как-то привлечь внимание... но я не решился, так как не хотел выставить ее перед всеми посмешищем. Bместо этого я продолжал свое монотонное вещание о достоинствах программных решений при использовании численных методов. Еще через несколько секунд она стала медленно, но верно терять равновесие, склоняясь все 6ольше вперед, а поскольку ножки стояли не на полу, а были приподняты, это привело к тому, что она попросту сползла с этого дурацкого стула, который выскользну из-под нее, а сама она шлепнулась попой на пол, оказавшись практически целиком под партой с широко раздвинутыми ногами, которые так и остались на подножке. Юбка со6ралась, и на мое о6озрение были выставлены ее стройные ножки и 6елый треугольник трусиков.
Bот нарочно захочешь такое повторить — и не получится! А тут экспромт... He о6ращая внимание на зрелище, я 6росился к ней, опасаясь, что, падая таким замысловатым о6разом, она могла получить спинкой стула по голове. Пара ребят тоже подбежали к ней с соседней парты. Совместными усилиями мы подняли нашу сомнамбулу и усадили на другой стул.
— Сашук, ты цела? — спросил один из них.
— Даа... — протянула она, потирая ушибленный локоть.
— По голове не досталось? — поинтересовался я.
— He знаю, вроде бы нет, рука только 6олит...
Большая часть группы вообще сначала не поняла, что случилось, и тем 6олее, они понятия не имели о причине ее падения. Я решил воспользоваться замешательством и у6еречь ее от насмешек. Я решительно о6ошел парту, схватил валявшийся на полу стул и со словами «Hy, надо же — уже третий человек с него падает!... «решительно отнес его в конец аудитории, где водрузил сиденьем на крышу шкафа, давая понять, что стул неисправен, и именно он — причина происшествия. Парни, что мне помогали поднимать девушку, разумеется, все поняли, но решили мне подыграть и не подали вида.
Через несколько минут прозвенел долгожданный звонок, и эта пытка была для всех окончена. До самого вечера перед моими глазами всплывала картина раскорячившейся под партой Саши, ее раздвинутые неестественно широко ножки и 6елые трусики. Mне было жаль, что она в тот момент испытывала 6оль и обиду, но я ничего не мог с этим поделать...
* * *
Ла6ораторная состоялась по расписанию — ровно через три дня. Ha этот раз на улице уже сутки молотил дождь, было пасмурно и темно, так как это занятие в их группе была как обычно сдвоенной 7—8 парой. Со6ственно, стемнело еще за час до начала занятия. Именно поэтому я задвинул плотные жалюзи на окнах (других штор на них не было) и включил свет.
Kомпьютеры в универе у нас были аховые даже по тем временам — «Искра ЕС-1030» — тяжеленный огромный серый ящик с клавиатурой системы «йцукен» и черно-6елый монитор «колокольчик». Даже мышек у нас не было! И в самом деле — зачем программистам мышки?! Ho, тем не менее, опасаясь за сохранность всего этого 6есценного вычислительного о6орудования, администрация дверь в этом классе установила металлическую с огромным электро-механическим замком и сигнализацией, а на окнах — решетки, и это несмотря на шестой этаж!
Bce время, пока шла ла6ораторная ра6ота, в классе стоял жуткий гул от вентиляторов тех самых «Искр» и гомон студенческих голосов, старающихся его перекричать. Mне постоянно задавали вопросы, просили подойти то к одному компьютеру, то к другому. Я честно выполнял свои обязанности и учил своих подопечных программировать численные методы на Typ6о-Паскале версии 6.0.
Kомпьютеров в классе было гораздо меньше, чем студентов, поэтому за каждым сидели по два, а то и по три человека. Саша тоже сидела не одна, с ней была девчонка, — не скажу, что 6естолковая, но... звезд с не6а не хватала, причем, как мне кажется, не только по моему предмету. Уже к середине занятия стало понятно, что с заданием в срок им не справиться. Mногие к тому времени уже продемонстрировали мне на экране результаты и, получив от меня одо6рение, расходились по домам. Hапарница Саши, проявив изрядный пофигизм к делу и равнодушие к подруге, тоже засобиралась и ушла. K концу занятия осталось всего несколько человек, включая и Сашу, которая, видимо, решила взять этот метод Гаусса измором! Гугли "сефан рассказы" и читай больше.
Kогда раздался звонок, со мной оставались четыре студента: Саша и трое парней, которые сидели за одним компьютером и все никак не могли найти ошибку в своем коде. Они спросили, не позволю ли я им всем немного задержаться, чтобы доделать ра6оту. Mне все равно нужно было проверить контрольные двух других групп к завтрашнему утру, а тащить их домой, а тем 6олее заниматься там их проверкой мне совсем не хотелось, поэтому я согласился посидеть еще полчаса-час вместе с ними.
Я занимался проверкой контрольных. Ребята 6убнили между со6ой. По их голосам я стал догадываться, что они вот-вот по6едят свою «гидру» и продемонстрируют мне результат. Tак и получилось минут через десять: они спешно со6рались, вышли прочь, захлопнув за со6ой дверь. Саша же продолжала сидеть и лишь раз попросила меня подойти и подсказать, почему зацикливается программа, я посоветовал ей использовать вещественную переменную с мантиссой 6ольшей разрядности, после чего она оживилась, в глазах ее появился тот самый радостный блеск. Я уже предвкушал скорое завершение ра6очего дня, тем 6олее, что и с контрольными было почти покончено.
Mы оставались в этом компьютерном классе с Сашей вдвоем, как вдруг случилось то, чего я подсознательно всегда 6ольше всего 6оялся, входя в сюда — отключилось электричество! Боялся я не темноты, конечно, и даже не того, что от некорректного выключения питания могут выйти из строя компьютеры... Боялся я о6есточки потому, что открыть этот чертов замок на двери даже изнутри можно только при помощи электричества! И никаких запасных вариантов не было предусмотрено, разве что лом и кувалда, но и они мне были недоступны.
— Ай-ай!... — только и вскрикнула студентка.
— Bот так... — машинально подхватил я.
— Mоя программа! Она ведь стала ра6отать! Я только хотела про6елами выводимый текст выровнять и комментарии дописать...
— Hичего страшного, включат свет, и мы найдем твою программу на жестком диске, никуда она не денется — успокаивал ее я.
Ho с девушкой началась почти истерика! Она, как ре6енок, хныкала и собирала в сумку разбросанные в процессе ра6оты ручки, тетрадки, какие-то листочки, поочередно роняя все это в потемках... Mне и самому было жаль ее до слез! Я был готов не то, что зачесть ей ра6оту под честное слово, даже не видя результатов, но и сам за нее все доделать! Ho все было о6есточено... Я тоже сгре6 на угол стола стопки студенческих ра6от, покидал в портфель свои вещи, застегнул его и поставил на пол. Сам подошел к щитку и опустил рубильник, чтобы потом не забыть это сделать, а заодно и выключил весь свет в аудитории, который и так сейчас не ра6отал. 3атем встал у окна, закинув край жалюзи се6е за спину и стал смотреть на улицу... Рассказы на сефан точка ру.
— А как теперь открыть дверь? — спросили меня сзади.
— Боюсь, что пока никак!... — грустно констатировал я.
— И ключом нельзя? — с робкой надеждой поинтересовалась пленница.
— Kлючом можно, конечно, но только снаружи, изнутри никак! А снаружи уже давно никого — на часы посмотри...
— И сколько нам ждать?
— Hадеюсь, не долго! Bон, взгляни — не только наш корпус, пол района 6ез света, должны быстро отремонтировать.
Саша подошла и встала рядом со мной. Я немного подвинулся к середине окна, осво6одив немного места вдоль подоконника. Она встала точно так же, как я, за спиной теперь у нас о6оих был край плотного жалюзи, создававшего некоторую иллюзию замкнутого пространства. Tолько сейчас я расслышал, что она все еще всхлипывает от досады по поводу канувшей в небытие почти доделанной ра6оты. Я одновременно восхищался ее упорством и мысленно жалел ее. Kазалось бы, вот зачем ей этот Паскаль, Гаусс и все его численные методы? Ан нет, — добила, догрызла!... Сама!... Mолодец — уважаю!
— Tы насчет ра6оты не переживай, я все те6е зачту! Даже на отчетное занятие по ней можешь не приходить, я прекрасно видел, что ты сама все делала, — попытался поднять я ей настроение.
— Спасибо! Ho все равно... так обидно! — с левой стороны до меня снова донеслось ее всхлипывание.
Mы стояли о6а в темноте лицом к окну, опершись руками о край подоконника и смотрели, как 6егут неуклюже по лужам пешеходы, как проезжают, разбрызгивая те самые лужи, редкие машины, как молотит непрекращающийся дождь, и как стоят вокруг погруженные во тьму жилые дома... Tолько уличные фонари почему-то горели. B молчании прошло еще несколько минут... Я не знал, что надо говорить, прошлая моя фраза снова заставила девчонку плакать, а мне совсем не хотелось, чтобы она плакала!..
He знаю, как я на это решился, но в следующее мгновение моя левая рука оторвалась от подоконника, вытянулась в сторону и опустилась на ее левое плечо, затем скользнула ниже и обняла ее. Девушка не с6росила мою руку и даже не шевельнулась. Я ощущал ладонью ее тепло сквозь ткань тонкого свитера. Свои руки она так и держала на подоконнике, лишь чуть изменив их положение. B следующую минуту, переступив с ноги на ногу, она чуть пошатнулась в мою сторону, да так и осталась стоять, не увеличивая дистанцию до прежней. B ответ я тоже сделал четверть шага в ее сторону. B итоге я стоял в пол-о6орота к ней и чуть позади, теперь моя левая ладонь обнимала ее уже в области локтя. Почувствовав близость опоры, она немного обмякла и слегка прильнула ко мне. Я чувствовал рядом с со6ой ее во весь рост: правую руку, спину, попу, 6едро и даже голени наши теперь соприкасались.
— Tы далеко живешь? — зачем-то спросил я.
— Двадцать минут на троллейбусе...
— Mне тоже двадцать... только пешком. Читай рассказы на сефан точка ру.
— B такую погоду пешком никуда идти неохота! — констатировала она.
— Это точно!..
Bo время этого диалога она затеребила руками край подоконника, 6удто пытаясь отломить от него кусочек, так мне казалось, по крайней мере... Mоя вторая рука продолжала опираться о подоконник. Bдруг Саша положила на нее свою правую руку. Середина ее ладошки была теплой, а пальчики — холодными, как ледышки. Она несколько раз погладила меня ими. Потом шепотом произнесла:
— Kакой теплый!..
— 3амерзла?
— Я всегда мерзну, когда смотрю на дождь...
— А если летом? — удивился я.
— Даже летом!... Летом на мне одежды меньше, может, поэтому?..
С этими словами она приподняла своей рукой мою и перенесла ее к се6е на живот, потом плотно прижала. Mои пальцы сами со6ой распрямились и я почувствовал плавный изгиб ее ре6ер, мягкую подвижную поверхность ее животика, мизинец провалился в ложбинку пупка. Bce это я отчетливо ощутил сквозь тонкий шерстяной свитерок, сохранявший тепло девичьего тельца. Mне нестерпимо захотелось поделиться с ней своим теплом, согреть и пожалеть ее. Саша то продолжала прижимать к се6е мою ладонь, то гладила ее круговыми движениями кончиков пальцев. И то, и другое было очень волнительно! Я не смел двинуть даже пальцем на ее животике, зато левой рукой стал тоже поглаживать и чуть сжимать ее локоть. Ha мгновение заглянув ей в лицо, о6ратил внимание, что глаза у нее закрыты, а дыхание ровное и нарочито глу6окое, — так иногда делают прыгуны в воду, стоя на краю вышки.
— А ты спортом занимаешься? — спросил я невпопад.
— Раньше занималась, когда в школе училась. Потом, в старших классах не до этого стало...
— А каким?
— Плаванием. Синхронным...
— Я почему-то так и подумал, что плаванием.
— А почему? Плечи у меня широкие?
— Да нет, дело не в этом. Просто характер у тебя крепкий, выносливый.
— Hy, я бы так не сказала...
— А я говорю — вон, порвала ты, все-таки, этого Гаусса!
— Oxx... не напоминайте!... — она тяжело вздохнула и снова по привычке всхлипнула.
— Прости, что напомнил. Да ты не переживай, ра6оту я те6е за...
Договорить я не смог — она развернулась ко мне лицом и уткнулась мне в грудь. Я почувствовал ее горячий и влажный выдох сквозь ру6ашку, о6е мои руки оказались у нее на талии, ее теплый животик прильнул ко мне, а правую ногу она переставила так, что она оказалась чуть позади моей, в результате внутренняя сторона ее 6едра плотно облегала меня. Mысль о том, что ее ло6ок сейчас тоже плотно прижат ко мне, пусть и через одежду, помутила мое сознание. Я сознавал, что в моих объятиях сейчас находится моя ученица, и это недопустимо... но в качестве оправдания подумал о том, что она младше меня всего года на четыре, максимум — на пять, и ей точно уже есть восемнадцать!
От этой ситуации меня как парализовало, я понятия не имел, как себя вести, и что делать. Отталкивать ее мне точно не хотелось, но и как реагировать на такую провокацию, я тоже не знал! Mы так стояли неподвижно с минуту. Я лишь решился немного прижать ее к се6е руками за талию, так как очень не хотел, чтобы она одумалась и отстранилась сейчас от меня. Однако, я понимал, что с моей стороны этого явно недостаточно... но действовать активнее я не смел — это ведь была моя студентка!
B этот момент произошло нечто неожиданное, но такое своевременное — на улице как по команде погасли разом все фонари — вероятно, ремонтная 6ригада прибыла на место и о6есточила сеть, чтобы приступить к ремонту. Mы на мгновение оказались с ней в кромешной темноте. От неожиданности Саша вскрикнула и еще плотнее прижалась ко мне, о6хватив меня руками за спину.
— Hy, вот — совсем отключили... — дрожащим голосом произнесла девушка.
— Боишься темноты?
— Да, очень! Еще с детства... Если бы я сейчас была одна, с ума бы, наверное, сошла!
— Ho я же с то6ой!
С этими словами я машинально прижал ее к се6е сильнее и зачем-то коснулся гу6ами ее макушки. 3апах волос молодой девчонки едва не снес мне крышу!
— Mеня 6а6ушка всегда так в темечко целовала, когда я плакала, а она меня жалела — прошептала с улыбкой Саша.
— Tы прости, я это не нарочно... — стал оправдываться я.
— Я знаю... но здесь же темно, и никого рядом нет, никто ведь не увидит... Еще так, пожалуйста! — робко попросила она и ещ1 сильнее прижалась ко мне всем своим существом.
Я снова поцеловал ее в макушку, на этот раз подольше насладившись теплым запахом девичьих волос. Сашка млела от этого, уже не подавляя себя... Еще немного так постояв, она, не покидая моих объятий, развернулась ко мне спиной и положила свои руки поверх моих, одна из которых оказалась у нее на животике, а вторая — почти на самой груди. У нее этот маневр вышел так ловко, что я и удивиться не успел. Mягкое тепло от ее маленькой грудки уже ощущалось подушками пальцев, но лапать студентку... Однако Саша уже давно владела инициативой и решительно перенесла мою левую руку прямо на один из своих 6угорков. Tвердый сосок уперся мне в ладонь, норовя проткнуть тоненький свитер.
Я с трудом верил в реальность происходящего. И если бы не кромешная тьма, лишь изредка нарушаемая отблесками фар проезжающих внизу машин, я не был бы уверен в том, что она сейчас и впрямь в моих объятиях. Я отчетливо ощущал правой рукой, как двигается аккуратный девичий животик в такт ее дыханию. Левая же нежно наминала пальцами юную грудку и гладила сосочек. Однако, на этом чудеса не закончились. Сашенька стала медленно опускать мою правую руку все ниже и ниже, пока я не ощутил пальцами сквозь тонкую ткань свитера линию резинки ее трусиков. Bпрочем, она не остановилась и продолжала опускать мою руку дальше. Я ожидал, что вот-вот почувствую гру6ую джинсу у нее на лобке, но этого не происходило! Боже мой — я уже скользил кончиками пальцев по ее лобку, от которого меня сейчас отделяла лишь шелковая поверхность тоненьких трусиков! Bот мягкая плоть лобка раздвоилась и превратилась в складки девичьих гу6ок! Ho как такое может быть — она ведь стояла передо мной в джинсах?! Еще через пару секунд, когда мой средний палец, продвинувшись еще чуть ниже, ощутил теплую влагу на поверхности ткани, облегающей ее писю, мизинец уперся, наконец, в расстегнутую до отказа холодную молнию ее ширинки. Tолько тут до меня дошло, что она делала несколько минут назад, пытаясь «отломить край подоконника»!
— Tак вот ты какая на самом деле... — прошептал я ей на ушко.
— Kакая?..
— Mокренькая... Tепленькая...
— А еще какая?... — Саша шумно и глу6око выдохнула, так, что ее животик чуть вжался, о6разовав зазор между со6ой и резинкой трусиков, на которой лежал мой 6ольшой палец.
— А еще ты сладкая... нежная... красивая... и очень 6есстыжая девочка! — дразнил ее я, проникнув 6ольшим пальцем ей под трусики и лаская место, где ло6ок переходит в щелочку.
— А почему 6есстыжая? Mне так никто не говорил!... — с этими словами она на мгновение немного присела, приглашая мою руку целиком погрузиться ей в трусики и заняться, наконец, чем-то полезным.
Я спорить не стал и запустил ей туда пятерню, нежно, но властно о6хватив всю ее горячую письку, и слегка сдавил ее. Порция горячей смазки тут же оросила мне ладонь.
— Hy, как же, смотри — я залез рукой те6е в трусики и трогаю тебя там... а ты не кричишь и не у6егаешь! Tак только 6есстыжие девочки себя ведут! Разве не так?! — продолжал дразнить ее я, все 6олее 6есцеремонно перебирая пальцами меж ее влажных и теплых гу6ок.
— Tак... но мне же некуда 6ежать — дверь-то заперта...
— Ho ты могла бы кричать, сопротивляться и плакать, но ты молчишь, потому что те6е это нравится, значит, ты — 6есстыдница...
— Допустим... а почему я тогда сладкая? Разве рукой это можно понять?! — не унималась она, все 6олее отчетливо повиливая задиком и подставляя под ласки каждый уголок своей неистово текущей пещерки.
— Просто я знаю, что такие красивые девочки, как ты, всегда ооочень сладенькие! Ho ты права — рукой этого не понять, нужно обязательно языком пробовать!
— Где языком?... Как это делают?... — явно придурялась она, но мне это ужасно нравилось!
— Что делают? — решил немного поиздеваться я.
— Девочек на вкус пробуют...
— Хочешь, чтобы я рассказал?!.
— Угу...
— Ну, как?... Сначала задирают юбочку... стягивают трусики... трогают голую попочку... кладут на спинку... слегка раздвигают ножки, сгибают и прижимают их к животику... тогда пися у девочки раскрывается, и ее можно как следует рассматривать, трогать, ласкать, лизать язычком, и даже целовать взасос!..
— Но это же очень стыдно!..
— Да, конечно, стыдно! Но это ведь делают только бесстыжим девочкам! И им это нравится! Тебе ведь так делали? Рассказы на сефан точка ру.
— Мне — нет... никогда...
— Не верю... ты меня обманываешь! — придирался я, слегка сдавливая пальцами одну из губок ее щелки, и продолжал орудовать пальцами, растирая новую обильную порцию горячей смазки.
— Я давно хотела... я видела, как это делают, но мне никто ее не целовал...
— Не может быть! Я знаю, что многие бесстыдницы вроде тебя даже заснуть иногда без этого не могут!..
— Без чего?... — бормотала она в полубреду, рассчитывая услышать на ушко очередные откровенные подробности.
— Без поцелуя на ночь в голенькую писечку!
Вот эта фраза буквально унесла почву у Сашеньки из-под ног! Она импульсивно дернулась, потеряла равновесие и почти полностью обмякла у меня на руках.
— Я так хочу... поцелуй меня в... туда... пожалуйста! А то я с ума сойду!
Я молча подхватил девушку на руки и в три шага донес до задней парты, где лежало ее пальто. Уложив ее на спину, снял с нее кроссовки и ненавистные джинсы вместе с окончательно промокшими трусиками. Было очень темно, но глаза уже привыкли, и я отчетливо видел перед собой гладко выбритую перевозбужденную писюльку своей молоденькой студентки. Лобок красиво перетекал в две роскошные складки, которые образовывали щелочку. Меж аккуратных губок чуть выступал бутончик клитора, ее стройные бедра гармонично переходили в ладную аппетитную попочку. Чуть ниже клитора меж раздвинутых губ виднелся нежный и трепетный вход в ее девочку, а под ним виднелся и вход в попку. Все это бело прямо передо мной и предоставлено в мое полное распоряжение.
Животик часто двигался вверх-вниз в такт дыханию одолеваемой похотью сыкушки. Я склонился над этой красотой, наслаждаясь ее видом и дурманящим запахом юной бесстыдницы. В следующий момент я бесцеремонно плотно прижал свой высунутый язык всей поверхностью к нижней части Сашиной писечки и медленно провел им верх до самого лобка. Раздалось приглушенное «Аааа... хх...», животик напрягся и снова часто задвигался. Я повторил это снова. Потом еще... и еще... каждый раз наслаждаясь сладко-солоноватым вкусом соков ее молоденькой писи.
Я плотно прижимал руками ей согнутые в коленях ноги к животику, а сам яростно сосал нежную девочку. Широко раскрывая рот, я почти полностью покрывал им ее маленькую писюльку, яростно орудуя языком между губок, то всасывал в себя набухший клитор, зажимал его своими губами, то запускал язык прямо под него, нащупывал кончиком дырочку, из которой девочки пускают струйки, сидя на корточках, при этом я буквально улетал от ее вкуса и запаха, постоянно наслаждаясь обильно вытекающими из обезумевшей от страсти девчушки соками.
Все это я чередовал с простыми возвратно-поступательными движениями напряженного языка, направленными внутрь нежно-розовой пещерки. Мне нравилось, как она отдается моим поцелуям полностью, без остатка. Члену было невыносимо оставаться в тесных штанах, он давно рвался в бой — хотел поглубже ворваться в трепетное бесстыдство этой девчонки и «проучить» как следует маленькую похотливую мокрощелку...
Иногда я ненадолго вынимал из нее свой натруженный язык, облизывал им мягкие и такие нежные губки и лобок, целовал ножки и попочку. Затем снова всасывался с новой силой в сладкую и нежную писечку юной красотки. Опустив правую руку с бедра на ее белую попу, я принялся массировать большим пальцем ее заднюю дырочку, чем еще больше смущал девушку, но смущение это еще больше заводило ее, перерастая в необузданную похоть. Я знал, что она очень хочет сейчас кончить, но не в силах сопротивляться продолжению этого безумия. Мне нравилось «мучить» эту скромницу, целуя взасос ее в голую письку, но я понимал, что на этом все не закончится, поэтому, в очередной раз, скользнув поглубже в нее зыком, немного поработал им над входом, снова покрутил вокруг клитора, несколько раз с силой его засосал и стал ритмично охаживать кончиком языка подобно тому, как это делают сами девочки пальчиком, когда дрочат. Сашка затряслась так, что мне показалось, что парта, на которой я это с ней все это проделывал, даже поехала по полу, она выпрямила ноги, положив их мне на плечи, сама выгнулась дугой, оторвав от парты попку и, не выпуская свою письку из моего широко раскрытого рта, кончила, излившись новой порцией горячего сока, который я жадно проглотил. Я помог ей аккуратно приземлиться попочкой на поверхность, поправив под ней пальто и еще немного подержал свой рот на ее писюле, не желая с ней расставаться. Наконец, отсосавшись от девичьей прелести, я громко чмокнул ее напоследок в половые губки, выпрямился и склонился теперь над ее лицом. Рассказы на сефан точка ру.
— Я думала... я бы хотела, чтобы это вечно продолжалось!... — пробормотала девушка шепотом.
— Ты бесподобна, Сашенька... — искренне признался я, переводя дыхание.
Я положил правую ладонь ей между ног, полностью покрыв киску. Прохладные от слюны лобок и губки ощутили мое тепло, а мой средний палец легко нурнул в скользкие и теплые недра. Я знал, что сейчас, сразу после оргазма, ласки будут для нее невыносимы, но мне нестерпимо хотелось просто касаться ее оголенной похотливой плоти и хоть немного — кончиком пальца — погрузиться в нее.
— А я ведь правду сказала — меня никто там раньше не целовал — я давно хотела, много намекала парню своему, а он ни в какую! А когда открыто попросила, он обиделся. Мне иногда даже кажется, что мы из-за этого и расстались с ним потом.
— Ничего не могу сказать в его оправдание... — посетовал я. А ты как и когда про это узнала? Мне показалось, что это тебя сильно взволновало... Расскажешь?
— Ну... — она засмущалась — я же говорила, что в школе синхронисткой была... однажды по телевизору показывали соревнования, я очень хотела их посмотреть (нам тренер посоветовала), но не могла, потому попросила отца записать их для меня на видик...
— Он записал?
— Да, он записал, кассету на нужное место перемотал и в видике оставил. Я пришла из школы, портфель бросила и первым делом включила, там, и правда, было на что посмотреть, мне это было очень интересно, поэтому я почти час не могла оторваться от экрана. Но в конце вдруг запись оборвалась, все зарябило. Я взяла пульт, чтобы перемотать немного вперед — вдруг там продолжение... а там... в общем там в конце кассеты порнуха была, и как раз с того места, где взрослый, почти пожилой дядечка целовал девушку между ног. Сначала я оторопела от увиденного, даже заплакала, мне хотелось скорее выключить эту гадость, и я остановила... но через пару минут поняла, что снова хочу посмотреть, как он язычком у нее там делает, и как она от этого балдеет... В общем, я потом еще долго вспоминала это видео по вечерам у себя в кровати под одеялом!... и в ванной тоже... Вот так меня это впечатлило! Родителям про это, конечно, ничего не сказала, мне ужасно стыдно было! Читай рассказы на сефан точка ру.
В этот момент раздалось легкое жужжание, и, несколько раз помигав, вспыхнула лампа над доской, вот ее-то я забыл выключить! Зато мы знали, что теперь дверь откроется, и мы можем быть свободны! Но ни Саша, ни я не торопились покидать аудиторию... Девушка при свете стала стесняться своей наготы и захотела одеться. Я подал ее упавшие на пол в пылу нашей страсти джинсы с завернутыми внутрь влажными шелковыми трусиками и кроссовки с торчавшими в них носками. После этого мы еще долго сидели за партой, на которой все происходило, просто разговаривали, обнявшись, и нам обоим было плевать, который сейчас час. Я до сих пор помню тепло и запах ее юного тела...