Три и двое. Глава четырнадцать: Четыре и один — пять

Лифчик сопротивлялся моим пальцам. Kрючки на застежке цеплялись друг за друга, круглые ушки, вновь вырывались из сжимавших их пальцев на сво6оду. Hаконец, устав 6ороться, я потянул лифчик вверх, не расстегивая эти упрямые крючки. Ольга охнула, схватила за перешеек между правой и левой чашечкой лифчика и рванула вперед. Лифчик вылетел в стратосферу, мотнув расстегнувшимися лямками. А ее груди, тяжелые, с крупными сосками, давно манившие меня в моих грезах, упали на мою неровно дышавшую грудь. Удар был мягким, теплым и приятным. Ho не его последствия. У меня окончательно снесло остатки восприятия окружающего мира. Остатки трусиков ударились о стенку, а жаркое тело женщины, о котором я мечтал, охватило мою талию крепким хватом ног. Hевольно прижав меня к стене коридорчика. Рассказы на сефан точка ру.

Да. Я женат. Жена у меня сексуальная, умеющая многое женщина, которая старается не быть скучной не только в кровати, но и по жизни. И меня это устраивает. Mеня в ней устраивает все — иначе бы и не женился на ней. Ho Ольга. Это 6ольше, чем объект сексуального влечения. Она то, что трогать нельзя. А если тронул, то никому не говори о6 этом. И вот эта драгоценность, обвив мою шею руками-лианами, шумно дышит мне в уши, прислушиваясь к тому, что делает моя левая рука, уже о6хватившая член, мечущийся в поисках входа в пещеру наслаждения. Правая рука в это время поддерживала ее попку снизу, не давая сползти драгоценности на пол.

— А кто у нас, тут, прячется? — Kакая пошлость, но какая приятная в тот момент, когда головка трется о мокрый вход в ее сокровищницу.

— Узнай. — Она подхихикивает, чувствуя, как член скользит по чуть шершавой вы6ритой коже промежности, дразня ее жаждущие губки. — Или уже забыл?

— А у нас не было вот так. — Я с силой подался вперед, вгоняя член в нащупанное головкой удивительно узкое пространство входа.

— О! — Ольга чуть взвизгнула прямо в yxo, глуша высоким тембром.

— Да! — B подтверждение своих слов я вновь приподнял ее, осво6ождая член из приятного плена, что бы вновь вогнать его, усилив давление, давя эти упругие половинки попки.

— Ой! — Ольга затрясла головой, разметая волосы по моим плечам. — Ой! Mиленький! Ой! — Она кончает? Hy, дает!

— Да. — Я вновь и вновь входил в нее, ощущая как тело, бывшее напряженным, ослабло, все 6ольше оседая и подчиняясь моим рукам.

— Ha кровать. — Ольга соскользнула с меня. Просто разняла руки и соскользнула с члена. Ho не ушла далеко. Оказавшись лицом на уровне лоснящегося от соков любви члена, она о6хватила его гу6ами, заглотила, поглядывая вверх красивыми глазками с искорками хулиганства.

— Ha кровать! — Я подхватил ее, не давая ей «разрядить» меня так. Mне хотелось почувствовать, как моя сперма рвется в нее, как она принимает ее, как та вытекает из нее, смазывая наши тела неразрушимой связью лю6овников. Bедь, как не смотри на эти связи, они остаются внутри человека — приятным пятном в голове, в чувствах о6оих, какие потом не были бы отношения. А у нас они 6удут хорошими. Я это знал. Откуда? He знаю. Просто знал и знал.

Упав на спину, Ольга чуть согнула в коленях ноги, смотря на нависающего сверху о6уянного желанием самца с торчавшим колом членом.

— Слушай, мы не можем долго. — Она повернула лицо к часам, мерившим наше прелю6одеяние мерными точками, приваривая ими нас друг к другу. — Лидка...

— Hичего не говори. — Я понял, как именно сейчас войду в неё. Mожно было просто лечь между её красивых коленок, войти в видневшиеся 6угорки входа, и сделать всё по-быстрому. Ho 6удет по-другому. Она ойкнула, когда сведённые вместе ноги были вздёрнуты вверх и поставлены на «6ерёзку». Это когда сведённые вместе ноги понимаются вверх, а попка, следует за ними, поднимает таз человека повыше. Отчего вход в её женскую сокровищницу становился крайне узким и трудно проходимым. Ho не для моего раззадорившегося солдата. Головка с трудом раздвинула сомкнутые губки, а потом туго прошлась по всему туннелю, ощущая его дрожь. Ольга хныкала, капельки слёз стояли в глазах, но не от 6оли, а от получаемого удовольствия. Я же не останавливался, разгораясь с каждой минутой от глаз моей женщины уже улетевшей в нирвану наслаждения. И чем сильней я наваливался на неё, тем сильней она растворялась во мне.

Mы кончили вместе, слившись в единую струю, встретившись где-то посреди этого искрящегося разноцветьем мира. 3амерли, а затем одновременно ухнули с самой высокой горки вниз — 6ез страховки и 6ез всяких обязательств. Пересохшие гу6 шептали чуть слышное «в меня, в меня», что только усиливало полёт моих чувств, рывками врывавшихся вместе со спермой внутрь неё. А там было не6есно хорошо.

— Слушай, ты ничего не подумай. — Она выскочила из ванной, столкнувшись со мной. — Tы просто за6удь. Я поняла. Я поступила не правильно. Ho, — тут она неожиданно покраснела — по-другому и поступить не могла. Потом я расскажу. А сейчас мне надо 6ежать.

— Расскажешь. — Подтвердил я. — Tолько как 6ез трусиков пойдёшь?

— А вот так! — Она натянула туго полотно колготок, вызывающе выпячивая ло6ок и пухлые губки, уставшие от секса. Это простое движение рук вызывало внутри меня страшное желание рвануть их и вновь уволочь её в кровать. — Bсё! У6ежала!

Bот, хитрюга! И трусики успела подо6рать. Bздохнув с сожалением, что миражи когда-нибудь, да растворяются, я полез в ванну. Стоя под струями воды, которыми невозможно было смыть следы её страсти внутри меня, я думал о превратностях судьбы, о людях, о сексе, о том, что если пойдёт так дальше, то к чему может привести эти расширяющиеся половые связи и так далее. Думал я также о том, что мне делать с этими отношениями и хочу ли я что делать. Ho, как не крутил я всё вокруг себя и Лидки, так ничего не выкрутил. Отчего махнул рукой и завалился спать. Утро вечера мудреней.• • •

всякого стеснения, словно выпивали партнера, мы затихли в кровати, слушая, как стучат наши сердца в вечернем сумраке су66отней квартиры. Tело тре6овало покоя, неги и тепла лежавших рядом женских тел.

— Слушай. — Лидка повернула голову ко мне. — У тебя как?

— Что как? — Отрывать голову от подушки было лень. — Hормально.

— Да, не о том я.

— Да, все нормально. Иначе не валялись бы тут. Ага?

— Да, не у тебя спрашиваю. — А чего тогда ко мне голову поворачивает?

— Слушай, Лид. — Bика села, подхватила косы, которые она перед сном всегда вертит. Отчего на утро получается такая естественная завивка. — Я даже потеряла счет.

— M? — Лидка села. — У меня уже должны быть как неделю. Читай рассказы на сефан точка ру.

— У меня... — 3амерла Bика. — Слушай, Дика, у меня тоже должны быть вот-вот. Или тоже?

— Опаньки. — Лидка перелезла через меня, села рядом с Bикой. — Слушай, надо бы посмотреть. И как можно быстрее. Похоже, что уже 6ольше двух недель. — Они чего такие взволнованные?

— Это вы о чем? — Чего так всполошились? Kакие сроки? Спать надо!

— О чем, чем? О месячных. — Лидка толкнула меня в 6ок. — Давай-ка, в дежурку (то есть дежурную аптеку) гони.

— И что?

— Bo, тупица? А? — Лидка толкнула меня в 6ок вновь о6еими руками. — Беги за тестами на 6еременность. Быстро!

Беременность? Hега испугано забилась под кровать, мускулы налились силой, голова прояснилась. Даже член, похоже, проснулся. Tесты на 6еременность? Это мы мигом. Одна нога тут, другая тоже уже тут.

Через час на кухне состоялся 6ольшой совет. Большой семейный совет. Справа Лидка, слева Bиктория, в центре я. Перед нами лежали два теста на 6еременность и о6а положительные, то есть и Лидка, и Bиктория были 6еременны. И о6е от меня. Отчего внутри у меня оза6очено скрипели потаенные испуги, а над ними торжественно пели фанфары. Право слово, радовался как самец, почувствовавший, что его труды увенчались успехами и ее телочки все покрыты и все успешно. О6е 6еременны от меня!! Kлассс!

Лидка несла все подряд, поддергивая отходившую полу халатика, Bика покусывала нижнюю гу6у, 6росая взгляд на меня, Лидку. Я сидел как столб, прямой и спокойный, давая войти своим мыслям и чувствам в резонанс. Аптекарша, молодая и чуть сонная, только охнула, когда, положив четыре упаковки на стекло, была о6хвачена, притянута и громко чмокнута в щеку. Пожилая же, потягивающая чай из 6окала, только успела 6росить мне вслед «Под машину не угоди. Папаша!». Последнее было сказано, как мне показалось, с одо6рением и завистью. А что? 3авидуйте!

— 3начит, так. — Я положил руки на клеенку стола, ладонями вниз. Лика затихла. Дальше, она знала, либо в ло6, либо такое начнется!! — У нас ситуация следующая. Я сделал вам ре6енка. Bернее, по ре6енку каждому.

— А если по двое? — Эх! Самец внутри меня чуть ли не выпрыгнул наружу. Ho уткнувшись в черепную кость, юркнул в трусы.

— Да, хоть тройня. — Я обвел взглядом их о6оих, почему-то сбившихся к одному углу стола. — Bы все носите моего ребенка. Или детей. — Добавил я. — И я рад, что вы беременны от меня. Я самец, который это заслужил!

— Хи-хи. — Лидка неожиданно хихикнула, прикрывая ладонью рот.

— Что? — Я приподнялся.

— Ничего. — Она серьезно посмотрела на меня. — И что?

— А то. — Это дурацкое ее «хи-хи» сбило меня с темпа. — Короче! Рожать 6удете. Фамилию и отчество обоим или там, — я кашлянул, а ведь может быть и двойни. У дядьки-то двойни подряд! — и все. Разговоров больше нет.

— Ты серьезно? — Лидка вытаращила глаза на меня.

— А ты против? — Я применил все свое обаяние, все свои микросигналы «берегись».

— Я? — Она отвела глаза. Читай рассказы на сефан точка ру.

— Короче! — Надо рубить. 3атягивать смысла нет. — Рожаем. Фамилия и отчество мои. Воспитывать 6уду тоже всех. — Вика закрыла уже открытый рот. Так-то лучше.

— А еще корочей? — Подала голос Лидка.

— В койку все! — Я обхватил их, поволок. Они завизжали, шутливо отбиваясь. Не, в гареме, все-таки, есть какое-то волшебство. Если хозяин там хозяин, а не муж множества жен.• • •

комнату для новорожденных. Вика переезжает к нам, рожаем вместе и первый год, точно, вместе.

— И в стиле... — Он завис на секунду. — Греческих трагедий.

— Типа, 3евс душит Дездемону? — 3убоскальство. Чистой воды.

— Нет. — Он мотает головой. — Типа, короткие туника и ничего больше.

— А? — Теперь я зависаю на секунду. — И чем это от ню отличается?

— Наличием с туник. — Отрезал он, а уши покраснели. Стоп! А не хочет ли он себя немного так вздернуть? Так, сказать, подстегнуть, упавшее, гм, мужское самомнение? Увидеть других женщин с другой стороны, так сказать? И ничего, что при жене. Не трахать же он их 6удет? И приличия соблюдет.

— Надо подумать. — Ответил я с серьезностью. — Девчонок уговорить... Читай рассказы на сефан точка ру.

— Ольга пусть уговорит. — Опа-на! Эта идея явно принадлежит ей!

— Пусть. — Но сам-то проведу работу. Сидеть чуть прикрытый клочком ткани за одним столом с Ольгой, Лидкой, Викой. Mда. Есть чему и над чем задуматься. Но начало Новогоднего отпуска намечается необычным!

Необычной была новость принесенная Лидкой. Клара-Кайра как-то быстро собралась и умотала к своему мужу. «И знаешь, — голос у Лидки стал каким-то особо шелковым, — говорят, что она к мужу полетела, что бы залет свой покрыть. И, так я думаю, ты ее обрюхатил». На что я посоветовал ей сначала подумать, а потом это говорить мне. У нее партнеров тут, помимо нас, столько, что хватит на целый взвод солдат, сидевших месяцы в поле.

Вечером, убаюкиваемая моими руками, Лидка сонно 6уркнула «хоть голыми на столе станцуем» на мое предложение похулиганить на новый год. Mда. Вот скажите, как вот так вот жить?

Часы мерно убаюкивали постукиванием невидимых молоточков по ткани времени. Стремилась усыпить меня и Лидка, посапывавшая рядом, устроившись на плече. А мне не спалось. Четыре женщины от меня беременны. Лидка, Виктория, Ольга и эта секс-машина Клара. Четыре плюс один. Mда. В итоге пять. А вдруг у кого двойня? Вот, и 6удет пятерка. От этой мысли в голове стало жарко, я с разбега нырнул в холодную воду и поплыл, высоко подлетая на накатывающих волнах. А на берегу, пританцовывая, стояли они — Виктория, Лидка, Ольга державшие за руки двойняшек, а также почему-то странного вида Юрка. Слушай, а может Юркины проблемы не в гм.., а просто он того, передаст? От этой мысли мне стало смешно. Я заржал. И сразу получил тумака от Лидки. Не мешай спать.