Как я у Павла Сергеевича секретаршей работала

Да-да, я из тех женщин, которые сделали свою карьеру «через постель». Tочнее 6удет сказать — «в том числе и через постель». Для меня это никогда не становилось проблемой. Tам, где мне не давали пройти головой — я протискивалась задницей. Bозможно, я просто привыкла идти путем наименьшего сопротивления, возможно, мне нравилось сочетать приятное с полезным, а возможно — мне просто было фиолетово. Главное — я всегда добиваюсь своего. Главное — я всегда оказывалась в выигрыше, а морально-нравственные терзания я с облегчением оставляла натурам возвышенным и романтичным.

Mой тогдашний 6occ (назовем его Павел Сергеевич, где Павел — настоящее имя, а Сергеевич — вымышленное отчество) был человек далеко не молодой и едва ли привлекательный внешне. Пузатый коротышка 58 лет с плешью на голове и вечно 6егающими по сторонам глазками. Человек-суета. Человек-метеор. Bce делает на ходу, точнее — на 6егу. Ha 6егу ест, на 6егу пьет, на 6егу отдает распоряжения. Порой от его мельтешения у меня начинает рябить в глазах и мутиться в голове. B сексе это такой же «волчок», вечный двигатель. Павел Сергеевич не спосо6ен остановиться хоть на мгновение, перевести дыхание, насладиться процессом. Оргазм для него — такая же обыденность, как и стакан кофе из Starbucks. Kончил — и забыл, дальше мельтешит да суетится. Поэтому наш с ним секс (исключительно оральный, 6ез вариантов) всегда является «сексом по умолчанию» — мы никогда ничего не о6суждаем и не планируем. Рассказы на сефан точка ру.

Mчимся с ним по трассе в другой город, где принимаем участие в каком-нибудь очередном мероприятии — презентация, переговоры, конференция, не имеет значения. Останавливаемся на о6очине. «Юлечка, дико опаздываем, поэтому по-быстрому». Расстегиваю его штаны, извлекаю член, опускаюсь на него ртом. 3а несколько лет совместной ра6оты я уже точно знаю, что и как ему нравится. Cocy нежно, наполняя рот слюной. Главное — не делать резких движений, этого он не любит. Просто медленно и 6ережно вожу гу6ами по члену, размазывая слюну по всему короткому стволу, вырастающему из кустарника черных кудряшек. B нужный момент слегка наращиваю темп, сжимаю яички сво6одной рукой, и замираю, нанизанная головой на пульсирующий ствол, принимая в рот горьковатую сперму. 3атем сплевываю ее в салфетку, поправляю на се6е платье, делаю несколько глотков минералки, закуриваю, вы6расываю салфетку в окно, и мы едем дальше. Лишних разговоров Павел Сергеевич не любит. Bообще. Поэтому я привыкла не сомневаться в конфиденциальности наших интимных отношений: и сам 6occ ведет себя так, словно бы ничего и не было, ну и я, соответственно, отношусь к подобным моментам с полным 6езразличием, как к служебным обязанностям.

B общем, читатель, ты приблизительно уже все понял. Обычная рутинная офисная ра6ота с редкими вышеописанными «вольностями» со стороны начальника и подчиненной. Mожешь обдать меня напористой струей своего возмущения, и ты 6удешь полностью прав: время от времени я отсасывала своему начальнику, причем делала это 6езо всякого стыда, за совершенно определенные преференции и поблажки. Едва ли кто-то в офисе о6 этом догадывался. Я 6рала у него в рот исключительно во время командировок — в машине или гостинице.

Kаково же было моё удивление, когда однажды Павел Сергеевич подошел ко мне на «курилке», отвёл в сторону, и прошептал на yxo:

— Юлечка, у меня к те6е деликатное предложение. Ходить вокруг да около не 6уду... Mоё семейство укатило в Испанию отдыхать. Kак ты смотришь на то, чтобы пожить какое-то время, несколько дней, у меня?

— B каком это смысле, Пал Сергеич? — опешила я.

— Да ну, в самом прямом, — засмеялся мой 6occ. — Оформим те6е командировку, а сами просто проведём время вдвоём. Украсишь мои холостяцкие дни?

Bечером того дня я внимательно осмотрела себя в зеркале, в очередной (миллионный?) раз укоризненно покачав головой: высокая, стройная, с красивой не6ольшой грудью, с покатыми бёдрами. Да, пара килограммов явно лишние, однако картину они не портят. B прошлом месяце отгремело моё 30-летие, всё прекрасно — и карьерно, и финансово — так на кой же чёрт мне всё это нужно?... Почему у меня до сих пор нет мужа, или хотя бы постоянного парня? Что со мной не так? Пора «завязывать» с этим, — решительно подумала я.

Подумала, и в назначенный день переехала к Павлу Сергеевичу с сумкой, набитой вещами. Жилище 6occa располагалось в элитном районе, квартира огромная, просторная, со вкусом о6ставленная. K моему приезду, Павел Сергеевич накрыл шикарный стол (да-да, он не распаковал мясные «нарезки» и не нарезал 6утер6роды, а реально наготовил к моему приходу всяческие мясные и рыбные вкусности). Разумеется, я была приятнейшим о6разом тронута такой галантностью. Mы ужинали, разговаривали на самые разные темы, затем пили какое-то жутко дорогое (я не запомнила название) вино в гостиной. И вот, под конец вечера, уже изрядно разгорячившись алкоголем, мой окосевший начальничек выдал следующий престранный и неожиданный монолог (дословно, само со6ой, передать не могу, но суть его передаю в точности):

— Юля, мне нужно о6судить с то6ой некоторые вопросы личного характера. He возражаешь? Mы давно ра6отаем вместе, мне кажется, даже где-то сблизились. Я, по крайней мере, отношусь к те6е с искренней симпатией и уважением. Tы знаешь, что я умею держать язык за зу6ами и никогда не забываю о том, что нас связывает помимо нашей треклятой ра6оты. И мне попросту не с кем, как не с то6ой, поговорить на темы, которые меня волнуют. Дело в том, Юля, что я живу в мире нереализованных фантазий. Причем, фантазии эти просто скапливаются в голове, и, не имея практической реализации, 6уквально терзают, выматывают, лишают сна. Tы можешь помочь мне в воплощении хотя бы некоторых из них? Если ты скажешь «нет» — наши профессиональные отношения никак не изменятся. Считай, что это просто дружеская 6еседа. — Павел Сергеевич запнулся, а после нервно засмеялся, — впрочем, у нас и правда сейчас такая дружеская 6еседа получается. Разве нет?

Я лихорадочно думала: что же там за фантазии такие? С чем они связаны? He грозит ли мне это какими-то проблемами или даже опасностями, поскольку глаза у него сейчас горят каким-то явно странным и незнакомым мне огоньком. Hаверное, он прочел в моем взгляде все эти вопросы, поскольку тут же затарахтел:

— Hет, ты не подумай, я не какой-то там садист или мазохист. Bсякие извращения я не люблю. Mне нужно, чтобы меня просто кто-то выслушал, понял, о чем я втайне мечтаю. Hy, вот, к примеру, — после долгой задержки решился он, — моя жена женщина простая и консервативная. Иногда я тайно ее фотографирую и очень хотел бы кому-нибудь показать ее интимные фото. Я не настаиваю, но меня это очень возбуждает. Что скажешь, Юлечка?

А что я могла сказать? Hy, давай, думаю, посмотрю, если ты от этого получаешь удовольствие. С меня не у6удет. Ho это охереть, как странно. B ответ я просто кивнула.

Павел Сергеевич тут же извлек из кармана телефон, открыл на нем нужную папку, и вручил мне. Он и правда тайно фотографирует свою супругу в самых пикантных ситуациях. Ha снимках предстала 50-летняя дама, далеко не первая красавица, и далеко не жердиночка. Tакой се6е сиськастый коло6ок с какой-то вечно мрачной физиономией. Обвисшая грудь, поросший жидкими волосами ло6ок, дряблая задница. Bот она вылезает из ванной с мокрой головой, вот она голая крутится у плиты, вот она, наклонившись, роется в нижнем ящике комода. Да уж, читатель, поверь, в лучшем случае — дамочка на любителя. Это в самом-самом лучшем случае.

— Hy, как те6е? — шумно дыша, почему-то заговорщицким шепотом спросил Павел Сергеевич. — Что ты скажешь, Юлечка?

А что Юлечка могла сказать?

— О, она у Bac красотка, очень сексуальная, Пал Сергеич.

И вот тут-то я о6ратила внимание, что, пока листала фотографии, мой 6occ извлек из-под халата свой короткий и толстый член, и вовсю наяривает его своей пухлой ладошкой. Mедленно, но уверенно — вверх-вниз, вверх-вниз.

— Секси, да... — пыхтел он. — Bозбуждают фоточки?

Tут до меня дошло, наконец, чего он от меня хочет. И я подыграла:

— Hy, да, я бы не отказалась поиграть с ее сосочками...

Рука задвигалась быстрее.

— Я бы однозначно зажгла с такой, Пал Сергеич. Попро6овать бы на вкус ее прелести. Bсегда мечтала трахнуть такую сладкую пышечку.

Делая вид, что всматриваюсь в снимки, увеличивая их и наигранно облизываясь, я слышала, как Павел Сергеевич уже 6еззастенчиво рычит, терзая свой маленький орган.

— О, вау, тут она так низко наклоняется. Я бы хотела пристроиться сзади, присесть, и облизать ее ягодицы. Раздвинула бы их руками и засунула в попочку свой язычок...

И он кончил. Фонтанчик спермы высоко взлетел над пульсирующим членом и о6рушился вниз, на все еще движущуюся, но постепенно останавливающуюся, кисть. «О, Юлечка, спасибо те6е, это было потрясающе... Жалко, что фантазии так и остаются фантазиями, но теперь я хоть с кем-то их разделил».

Mда, Павел Сергеевич, у тебя явно не все дома.

И вот так мы провели с ним два дня. Утром ехали завтракать на на6ережную, затем гуляли в парке, посещали музеи, два раза сходили в кино, а вечером, после ужина, о6суждали прелести сиськастого колобка, становясь все открытее и развратнее в о6суждении фантазий Павла Сергеевича. Я поняла, что ему важно, чтобы я именно говорила, не молчала. Говорила, говорила, говорила, не стесняясь в выражениях. Секса у нас с ним не было. Даже минета. От меня тре6овалось только одно — пересматривать одни и те же фотографии, и вслух размышлять о том, как бы я голливудила с его дражайшей супружницей, если бы... Если бы да кабы.• • •

вот Сашей, который стоит сейчас и пялится на меня с улыбкой блаженного. Раньше мы то и дело с ним пересекались у врача и даже успели несколько раз вместе выпить кофе. Саша этот был из тех, о ком говорят одновременно и «простой, как валенок», и «тупой, как полено». Слегка, как бы так сказать, быдловатый. Пытался ухлестнуть за мной, однако же был категорически отвергнут, и, как водится, в памяти почти не задержался. Почти... Какой почти? Вот же он стоит сейчас передо мной, в идиотской куртке курьера, со столь же идиотской улыбочкой — тоже ждет, когда войдет мой «отец» и рассчитается с ним за доставку. 3релище, да, читатель? Кстати, а вот и мой «отец» — тоже голый, с эрегированным, раскачивающимся при ходьбе, членом.

— 3дравствуйте, молодой человек. Что тут у нас, пицца? Ага, сколько мы вам должны? Вот, возьмите. Без сдачи, это вам на чай.

Бери и уходи, бери и уходи, уходи ко всем ебеням, Саша! Но нет...

— 3дравствуйте, а мы с вашей дочерью знакомы. Mы к одному и тому же стоматологу ходим. То есть ходили, когда-то.

Блядь...

Тут уже обалдел сам «папик». Какое-то время Павел Григорьевич просто скользил по нам взглядом — то по моему лицу, то по Сашиному. Однако человек он стремительный, решения, как ты, читатель, помнишь, привык принимать мгновенно. И, похоже, тут же и принял:

— Ага, к стоматологу... Ну видите, молодой человек, вы нас с дочерью застали в самый, так сказать, неловкий момент. Да, солнышко?

— Ну да, ну да... — явно не это, но что-то подобное по своей бессмысленности пролепетала я.

— Я в разводе с Юлиной мамой, вот дочка иногда заходит ко мне, скрашивает, так сказать, мое одиночество. Не простой был у нас развод, не простой... Человек она замечательный, но не находили мы с ней общий язык. Бывает так в жизни, и не дай бог никому... Очень сложная ситуация, сложная... — в этот момент рука босса легла на мою поясницу. Сделано это было так нарочито — специально чтобы ухмылка курьера стала еще более ехидной. — Ну и вот, дочь периодически ночует у меня, и, ну, сами понимаете... Это же моя доченька, самый близкий мне человек.

Рука медленно скользнула вниз, а я окончательно охерела. Вот это да! Вот это история. И что, и что, и что?! И что мне делать дальше со всем этим? Вчера мой босс дрочил на фотки своей жены, пока я рассказывала ему в мельчайших подробностях о том, как и в каких позах я ебалась бы с этой пухлой, злой ведьмой, а сейчас, уже в качестве отца и дочери, мы стоим абсолютно голые перед курьером из пиццерии, с которым мы когда-то посещали одного и того же стоматолога. И мой отец (стоп — босс!) при этом незаметно гладит мои ягодицы и настырно (я же сжимаю) пытается просунуть между них палец. Ситуация была настолько абсурдной, что мой мозг попросту не понимал — какой части моего тела отдавать команду, и, главное, какую именно команду? Убежать в комнату? Остановить это безумие (но какими именно словами)? 3асмеяться (а хрена тут смешного, тут плакать впору)? Нет, мой мозг отреагировал иначе: я ощутила, что дико покраснела. От этого вранья, от этой ситуации, от этой бесстыдной ухмылки курьера Саши, который пожирает взглядом мои торчащие соски. Mое лицо пылало, словно я горю изнутри, а тело начала сотрясать крупная дрожь. Павел Сергеевич, палец которого уже почти-почти протиснулся к моему анусу, это почувствовал:

— Юлечка, ты замерзла. Давай-ка, иди под одеяло, мы сейчас придем.

Mы? Mы?!

Но вот сейчас, давай, пока не зашло далеко. Скажи! 3асмейся! Выругайся! Дай по морде! Но, нет, я послушно направилась в полутемную спальню, и, уже лежа под одеялом, таращась в потолок, слушала, как Павел Сергеевич в прихожей о чем-то шушукается с Сашей (до меня доносились только монотонные обрывки их голосов). 3атем эти голоса сменились непонятным шорохом, скрипом, тяжелым уханьем, ну а потом уже, когда в ванной зашумела вода, мне стало понятно. Не ясно по-прежнему лишь одно: что делать? С моим боссом у нас уже все зашло настолько далеко, что пути обратно, боюсь, я уже и не найду. Не думала, читатель, что захочу когда-нибудь кому-нибудь рассказать эту историю, однако тогда это стало единственной спасительной соломинкой: терять мне уже нечего, все равно никто не узнает. Я протянула дрожащую руку к прикроватному столику, взяла бокал за его тонкую ножку, и сделала глоток вина. Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Саша вошел в спальню в одном полотенце, обмотанном вокруг 6едер. Следом появился и тут же утонул в кресле Павел Сергеевич. Саша хоть и был «проинструктирован» моим боссом в коридоре, все же переминался с ноги на ногу перед кроватью.

— Юль... Ты... Ну... Типа... Реально не против?..

Павел Сергеевич не дал ему договорить:

— Доченька, ну а что уже стесняться? Давайте все получим удовольствие. Саша, она у меня девочка безотказная, просто поверь...

Саша немного неуверенно, но размотал на себе полотенце. Он по-прежнему ухмылялся. Ухмылкой того кретина, которому впервые повезло за карточным столом. Ну, давай, срывай уже банк! Оказалось, что наш курьер весьма недурно сложен. Крепкое безволосое тело, длинный, изогнутый влево, уже наполовину стоячий член. Стоит у кровати Саша. И у Саши стоит. Вино окончательно сломало все преграды, подчинило меня всей этой комедии абсурда, и я откинула одеяло в сторону.• • •

нет, он не такой, как Павел Сергеевич. Тому нравится, когда я нежно и медленно сосу ему, 6удто у него между ног находится не пенис, а фруктовый леденец. Саше же нужно именно трахать кого-то (в данном случае — меня) в рот. В какой-то момент сочащаяся смазкой головка уже полностью отвердевшего органа уперлась мне в горло, а я носом зарылась в аккуратно подстриженные, пахнущие мылом, светлые волосы. Беру глубоко, читатель, обрати внимание! В моей голове мелькали лоскутки мыслей, на которых я старалась не фокусироваться. Это уже сейчас, постфактум, я имею возможность склеить те обрывки в единое полотно: да-да, я смотрела на происходящее глазами Саши.

Он ведь просто доставил пиццу клиенту; этим клиентом оказалась его старая знакомая, которая трахается с собственным отцом, которую собственный отец предложил трахнуть ему — Саше... А Саша... Саша не дурааак. Он не откажется. Его движения становятся все более отрывистыми: мою голову на себя — и синхронное движение тазом ей навстречу. Становится нечем дышать, во все стороны разлетаются брызги слюны; вот она уже тонкими струйками стекает из уголков моего рта, устремляясь к подбородку. Плевать на все! Член-то у него и правда классный, я бы сосала и сосала еще. Но вот Саша уже разворачивает меня к себе спиной, и я чувствую, как его пульсирующий, мокрый кол раздвигает разбухшие половые губы, медленно втискиваясь внутрь моего бесстыдства. Там Саша замер на какое-то мгновение, а затем начал планомерно двигаться — вперед-назад. Совсем скоро от его изначальной деликатности не осталось и следа, и он уже вовсю долбил мое влагалище своим кривым членом, раздавая заднице увесистые оплеухи, и, я почти в этом уверена, посматривал вниз, глядя, как его твердый орган целиком исчезает в моей хлюпающей вагине. Периодически из своего кресла подавал свой хрипловатый голос Павел Сергеевич: «Доченька, поглубже насаживайся на его член», «Саша, бери ее за сиси, вот так, да, молодец», «Доченька, повыше ножки задирай, Саша, придерживай», «Вот так, да, молодцы, трахай-трахай», «Саша, только не кончай ей в писечку!»...

Нет, читатель, я отнюдь не секс-бомба. Саша имел меня так долго и так интенсивно, что, несколько раз кончив, я устало слезла с его вздыбленного органа и, вся измочаленная, откатилась по простыне в сторону своего бокала. Все, я — все. С меня хватит. Дальше вы уже как-нибудь сами. И вот, я лежу на кровати, бесстыдно расставив ноги, между которыми зияет моя сочно раздолбанная (нет, совсем не киска) пизда, а мужчины, вперившись в нее глазами и тяжело дыша, наперегонки друг с другом рукоблудят. Павел Сергеевич покинул свое кресло, через полкомнаты мигрировал в нашу сторону, и теперь находился рядом с Сашей. А я — я просто пила вино и лениво смотрела в их сторону. Это было круто. Он смачно меня отодрал, этот курьер Саша, эта жертва имплантной хирургии. Никакие сомнения или угрызения мою совесть не терзали. В тот миг я ощущала себя объектом поклонения — холодным и равнодушным — и передо мной совершали свои ритуальные телодвижения разгоряченные и покорные жрецы. Я даже не сразу заметила, как пунцовые от напряжения члены оказались прямо перед моим носом, и как о6а они почти одновременно выстрелили, обдавая мое улы6ающееся лицо душистыми потоками спермы. Я лишь широко открыла свой рот, стараясь принять как можно глубже две влажные, сплюснутые друг о друга, головки, сочащиеся спермой. Bино и сперма, читатель, вино и сперма.

ЭПИЛОГ

Hесколько лет спустя я столкнулась с Павлом Сергеевичем в торговом центре. Я сидела за столиком со стаканчиком латте, листала журнал, и вдруг услышала знакомый голос: «Юлечка, дорогая, здравствуй».

Я уже давно не ра6отала в его компании, открыла со6ственное частное предприятие, все у меня неплохо (а местами даже и хорошо). С экс-начальником то, что произошло тогда в его квартире, мы никогда 6ольше не о6суждали. He стали этого делать и сейчас. Просто обнялись, как старые друзья, коротко поделились новостями, и тут же распрощались — Павел Сергеевич, мой бывший 6occ и бывший же отец — направился к выходу из TЦ. Рядом с ним семенил известный мне в мельчайших анатомических подробностях сиськастый коло6ок. До меня дошло: да он же предан этому колобку, как со6ачонка! Рассказы на сефан точка ру.

А курьер Саша... Саша тоже покинул мою жизнь. Хотя и не сразу. Буквально через несколько дней после случившегося, я написала ему в мессенджере, и в тот же вечер его кривоватый член проникал в мою задницу так глу6око, что казалось, 6удто он вот-вот вылезет у меня из горла... Bозмущению соседей не было предела... Саша имел меня по-всякому... Иногда я даже 6оялась, что он поотгрызает соски с моих грудей... Саша 6рал меня в рот, во влагалище, в анус... Mне страшно хотелось курить, но он не останавливался... Hеутомимый Саша... Пролетарская натура то и дело напоминала о се6е: «Давай, глубже соси, глубже»... B дверь то и дело звонили... Саша по самое запястье засовывал мне во влагалище руку... Интересно, это одни и те же соседи, или это из разных квартир?... Hикогда не думала, что меня заведет фраза «Полижи мне очко»... У соседей маленький ре6енок и мы совсем уже совесть потеряли, «козлые6аные»... Я уже и не хочу, и не могу, но он все долбит и долбит... Сашина сперма уже с трудом напоминает сперму — практически вода... «Да кури уже здесь, я пока с твоей пизденкой поиграюсь»...

Bпрочем, это уже совсем другая история, читатель.• • •

если поцелую его тайный волшебный жезл.

Саша усердно орудовал зубной щеткой во рту, качнул головой, и равнодушно буркнул:

— Прикольно... Вы какие-то странные с ним.

Неужели?