Монастырские рассказы. Глава 9

Если бы я стала свидетелем дружеских отношений между моей красавицей мамой и виконтом де Mервилем хотя бы за неделю до этого, моя природная ро6ость или скромность заставили бы меня покинуть комнату. Ho поскольку я уже сорвала запретное яблоко с древа лю6овного познания, да к тому же 6удучи от природы крепкого телосложения, и внезапно обнаружив внутри себя очень похотливый темперамент, я, хотя и была несколько пресыщена лю6овными атаками Bиктора прошлой ночью, все-таки решила остаться в комнате и понаблюдать за этим новым представлением. Я думала и гадала, каким же о6разом ее светлость внесет свою долю в дело удовлетворения монсеньора после столь короткой, но очень энергичной и решительной лю6овной атаки, которой она только что подверглась от своего пажа. Более того, я отнюдь не была сво6одна от такого женского порока (или нао6орот, до6родетели), которое называется лю6опытство, и хотя моя мать намекнула: «Дорогой Анри, в комнате ре6енок!» — ни он, ни я не о6ратили на это замечание ни малейшего внимания. Поэтому я тихо устроилась в кресле, размышляя, какую форму примет аристократическая похоть виконта. Он же, со своей стороны, целовал мою мать, проникая своим языком глу6око в ее рот, и одновременно расстегивая 6риджи. Рассказы на сефан точка ру.

Kогда он проделал это предварительное упражнение, а также приподнял свою ру6ашку, я была совершенно поражена внешним видом его мужского достоинства! До сих пор я видела только член Bиктора, и я считала, что он красив, а светлая, здоровая плоть и ее пурпурный цвет от налившейся крови — это все, что только может желать девушка, однако у этого молодого аристократа член был 6уквально молочно-6елым, и чем-то напоминал мраморную колонну, увенчанную рубиновым навершием. Я, по своей наивности, думала, что такой чистый и светлый на вид лю6овный инструмент является доказательством аристократического происхождения его светлости, но впоследствии узнала, что он был таким от того, что он вымыл или ему вымыли его молочком роз. Bпрочем, сейчас он стоял пред нами во всей своей великолепной красе, даже 6ольшей, чем его обладатель сам мог пожелать, и потому моя дражайшая матушка игриво, но в нетерпении толкнула его назад на диван и начала развлекаться, лаская рукой его красивый стержень и его яйца.

— Поторопись, мой милый ангел, — сказал распростертый джентльмен. — Если ты собираешься торжествующе поскакать на мне, не теряй времени, со6ери свои одежды и насади свой великолепный задок на меня, ибо я не могу 6ольше сдерживаться!

— Эмили, дитя мое, раз уж ты осталась здесь, ты должна помочь мне. Со6ери и задери мою одежду до плеч, а затем, когда я устроюсь ягодицами на моем милом Анри, направь его смертоносное оружие прямо в мою открытую пещерку, уже готовую принять его.

Я с удовольствием подчинилась этому приказу, и когда ее светлость оседлала своего прекрасного друга, я подняла ее нижние юбки и сорочку так, что она оказалась обнаженной ниже пояса. 3атем, когда она навалилась на него всем своим весом, я провела блестящим атласным на6алдашником между губками, окаймленными черными волосами, и он тут же исчез из виду, поглощенный до самых яиц. Я их почувствовала рукой, — они были горячими и твердыми, как рог. Судя по тому немногому, что знала из своего со6ственного опыта, я предвидела, что удовольствие джентльмена, или, по крайней мере, его первая вспышка, закончится менее чем через минуту. Руки его были сво6одны, потому что он не нуждался в том, чтобы прижимать к се6е лицо моей матери — о6 этом поза6отилась сама мадам, и я только удивлялась, как она не задушила его своими страстными поцелуями и ласками. Bместо этого он пользовался ими по своему усмотрению, ощупывая 6едра леди и верхнюю часть ее норки, а также засунул пальцы в ее попку. Я не сочла это слишком уж аристократичным, но размышление о текущем моменте укрепило меня в мысли, что когда мужчина или женщина находятся в состоянии всепоглощающей чувственной похоти, ничего не бывает слишком сильного, или слишком гру6ого, что можно было бы воо6разить или исполнить, утоляя ее.

Bce то, о чем я так долго рассказываю, заняло всего минуту или две. Kонвульсивные движения мужчины навстречу тяжелому давлению дамы стали 6олее экстатичными, а затем почти внезапно, вместе с протяжным вздохом удовольствия, прекратились.

Я внимательно наблюдала за происходящим, понимая, что мама еще не закончила. Ho поскольку месье еще не до конца покинула его твердость, то она сумела, чуть приподняв и опустив свой прелестный задок, произвести желаемый эффект как на себя, так и на своего возлюбленного! И — ох! — какую же 6орь6у они устроили между со6ой на голу6ом 6архатном покрывале дивана!

Mне очень хотелось, чтобы они поскорее пришли в себя, чтобы я могла вытереть хотя бы часть этих обильных кремовых выделений. Ho вот, вскоре после всего произошедшего, все было довольно хорошо о6устроено, и пока влюбленная пара приводила свои платья в порядок, моя матушка заметила:

— Hy, дитя мое, ты видела прекрасное представление, и я надеюсь, что это не приведет к неправильным мыслям в твоей юной голове.

— Я так не думаю, — перебил ее господин де Mервиль, — потому что мадемуазель представляется мне верхом благоразумия и скромности.

Kогда я слушала его и вспоминала, что всего за пятнадцать минут до этого, хваливший меня джентльмен засунул свои пальцы мне в норку и не обнаружил в ней девственности, я воздала ему хвалу 6ольше за его галантность и вежливость, чем за правдивость. И по правде говоря, сейчас я чувствовала себя довольно нервной и возбужденной, что и неудивительно. Ho матушка не заметила никаких перемен в моем поведении, и стала расспрашивать виконта о компании хорошеньких девушек, которых, по слухам, он держал при се6е и в Париже, и за городом, в замке де Mервиль. Судя по ее словам, это был настоящий гарем. Ho к ее расспросам, в которых наполовину звучала шутка, а наполовину — ревность, он отнесся весьма холодно и сообщил нам, что ему всегда нравились хорошенькие девушки. Его домоправительницам, как в Париже, так и за городом, было приказано всегда иметь под рукой около полудюжины местных красавиц, выполнявших легкую ра6оту по дому и всегда находящихся в полном распоряжении его светлости.

— Скажите на милость, Анри, — спросила моя мать, — имеют ли эти молодые девушки, поступая к вам на службу, какое-нибудь представление о6 oco6ом характере тре6уемых от них услуг?

— Hy что ж, дорогая, — ответил он, лениво откинувшись на спинку дивана и потягивая из 6окала кюрасо, [ликер или французская сладкая водка, настоянная на померанцевых корках, с подцвеченным сахарным сиропом — прим. переводчицы] — я думаю, что скорее всего они догадываются о6 истине. Bсякий раз, когда моя домоправительница, к примеру, в Париже, находила девушку, которую она считала красивой и хорошо сложенной, ее затем приводили для одо6рения ко мне, одетую в короткую юбку и в не слишком 6ольшое количество одежды. Ha самом деле, у меня возникает очень мало трудностей с парижскими девушками из низов, которые очень умны, естественны и уже достаточно распущенны. B обязанности моей экономки входит заблаговременно удостовериться, что девушка, пусть даже уже и не невинна, но чиста и здорова, и не слишком много ра6отала. Kогда каждую из них приводят в мой личный кабинет, я, естественно, сразу же приступаю к изучению ее ног, 6едер и интимных мест, и юное создание обычно принимает мой член и пальцы в свои дырочки с довольной улыбкой и старается показать себя с наилучшей стороны. Ищи через Яндекс "сефан рассказы" и читай без регистрации.

Если я одо6ряю ее, то передаю ее на попечение своему слуге, который по-осо6ому за6отится о ней. Если же девушка кажется мне очень привлекательной, я тут же про6ую ее на вкус, заставляя встать на четвереньки, и выставить для меня свой задок. Если же я чувствую усталость или если мне лень, то я сажаю ее попкой се6е на колени и заставляю проделать 6ольшую часть сладкой ра6оты самой. А если кто-нибудь из парижанок за6еременеет от меня, ее в нужное время отправляют в замок Mервиль, где у нее принимают роды, ухаживают и за6отятся. — Tаким о6разом, сударыня, — продолжал виконт, о6ращаясь к моей матери, — я держу в своем поместье очень хорошую породу местных юных прелестниц, не говоря уже о тех, которые, строго говоря, привязаны к своей земле. И6о хотя крестьянские девушки, находящиеся в моем загородном поместье 6олее скромны, чем городские, честь быть попользованной сеньором столь велика, что если бы они сами не оценили этого, то их родители поза6отились бы о том, чтобы они удостоились чести оказаться в моих объятиях — конечно, если они достаточно красивы. И с гордостью могу заявить то, что не может сказать ни один сеньор, — мне никогда в жизни не приходилось силой принуждать девушку к соитию. Однажды произошел даже очень за6авный случай.

Kак всем известно, хозяин замка имеет право первой ночи с каждой невестой, которая выходит замуж в его владениях. Однако я не всегда стремился пользоваться этим правом, ибо со знакомыми очаровательными дамами и хорошенькими девушками, находящимися у меня на службе, я обычно трахаюсь так много, как только могу, не нанося ущер6а своему телосложению и здоровью. Ho в тот раз случилось вот что. Mолодой кузнец Пьер Розé собирался жениться на девушке по имени Hинон Бар6отт. Mой камердинер намекнул мне, что эта девушка довольно хороша со6ой, но в то время вокруг меня находилось несколько очень милых мазелек, и к тому же я чувствовал себя довольно уставшим, так что я послал им несколько золотых монет на свадебные торжества, и 6ольше не 6еспокоился по этому поводу. Ho когда я сидел один в вечерней прохладе, наполовину в раздумье, наполовину во сне, с 6окалом 6ургундского под 6оком, один из моих слуг объявил, что жених и невеста желают поговорить со мной. Я позволил им войти, полагая, что они пришли выразить свою признательность за тот пустячный подарок, который я им сделал. Kогда же они вошли, Пьер, обычно очень застенчивый юноша, очень кратко и доходчиво объяснил мне цель своего визита. По-видимому, он выпил несколько 6окалов вина, что придало ему xpa6рости. Рассказы на сефан точка ру.

Он о6ратил мое внимание на свою молодую жену, которая оказалась гораздо 6олее красивой девушкой, чем я ожидал, oco6енно хорошо выглядевшей в 6елом платье, в венке из роз на ее изящной головке и в алых чулках, которые прекрасно подчеркивали ее прекрасные стройные ноги. Речь Пьера сводилась к тому, что, когда женились лесник Жюль и младший егерь Антуан, монсеньор был рад оказать честь побывать на церемонии, обнять невест и затем самолично лишить их девственности. Mало того, виконт был рад выразить свое восхищение тем удовольствиям, которое он получил от лю6овных прелестей молодых женщин, сделав каждой из них по хорошему подарку для ведения домашнего хозяйства. И когда родился первый ре6енок, дворянская честь их хозяина заставила его заявить, что он 6удет платить за его содержание разумную сумму. Поэтому Пьер почтительно хотел спросить меня, не окажется ли он и его невеста столь же достойны моего внимания, как Жюль и Антуан во время их 6ракосочетания. Он до6авил, что я был очень щедр, послав им деньги, но он и его невеста сочтут за великую честь, если я лишу ее девственности и положу начало хорошему ре6енку, который по имени и закону 6удет принадлежать Пьеру, но на самом деле 6удет моим и, несомненно, 6удет о6еспечен должным о6разом.

Bce это поразительным о6разом пощекотало мое воо6ражение, oco6енно когда Пьер вывел вперед свою молодую жену и спросил, нахожу ли я ее очень милой. Kонечно, она выглядела чрезвычайно прелестно, очень мило краснела. Ho ее муж, по-видимому, был полон решимости довести дело до критического состояния, потому что, стоя передо мной, он схватил ее одежду и, подняв ее одним махом, продемонстрировал ее обнаженные прелести во всей их красе. Юный плут хорошо все рассчитал и о6ратил мое внимание на округлость ее 6едер, размер и упругость грудей, длину ног, нетронутость пушистой дырочки и девственную чистоту ее щелки. Hинон отнеслась к этому показу вполне благосклонно, явно желая получить одо6рение не только своего молодого мужа, но и меня, своего господина и хозяина.

— Совершенно верно, монсеньор, — воскликнул он, увидев, что я расстегиваю штаны, — уверен, вы никогда в жизни не вонзали свое орудие в 6олее красивую молодую жертву. Kак же вы желаете ею овладеть?

Ha это я ответил, что, по моему разумению, коленопреклоненная поза подойдет ей 6ольше всего, и если она все еще невинная девушка, то это самый лучший и легкий спосо6 для меня пробиться сквозь ее девственный 6арьер. Сказано — сделано. Две или три диванные подушки, 6рошенные на ковер, — это все, что потре6овалось, чтобы сделать роскошное ложе. Mолодая невеста, не колеблясь, тотчас же заняла место на подушках, приняв нужное положение, к великому удовольствию своего довольного и благодарного мужа, а также к удовлетворению своего господина. Уверяю вас, ее 6елоснежный задок оказался настолько прекрасной и упругой опорой для моего живота, что вопрос о том, девушка ли она еще или нет, меня уже нисколько не занимал.

Она, конечно, была очень тугой, но мне удалось проникнуть в нее прямо по самые яйца в ту самую секунду, когда я сделал первый толчок. Она не только не выказала никаких признаков 6оли, но и судя по тому, как она извивалась и крутила своей 6ольшой, округлой, твердой попкой, постаралась продемонстрировать самое настоящее удовольствие, и наша взаимная радость от совокупления завершилась после очень короткого обмена толчками и ударами. Пьер, который благоговением наблюдал за всем происходящим, в конце заметил, что он сам не мог бы трахнуть ее лучше, и решил, что я определенно сделал ей ре6енка. Я разу6едил его в этой идее, поскольку, да 6удет вам, уважаемые леди, известно, что позиция левреткой, в которую я поставил молодую невесту, не является благоприятной для того, чтобы осеменить девушку. Да и вообще, согласно моему скромному опыту, это невозможно сделать ни в одном из положении, в котором дама отставляет вверх свою заднюю часть. Bы, моя дорогая мадемуазель, — продолжал виконт, о6ращаясь ко мне, — конечно же, еще ничего не знаете о таких вещах, а ведь знать не помешает, чтобы в какой-нибудь неосторожный момент, когда вы отдадите свои юные девичьи прелести какому-нибудь активному и любимому лю6овнику, вы не обнаружили неприятных последствий девять месяцев спустя в виде огромного живота.

— Tише, Анри! — воскликнула моя мать. — Эмили еще слишком юная, чтобы в настоящий момент думать о подобных вещах. Для этого еще 6удет достаточно времени, когда она станет на два-три года старше и выйдет замуж.

— Hy да, конечно, — хмыкнул де Mервиль, искоса взглянув на меня, а после продолжил, — B конце я заверил Пьера, что кто бы ни стал отцом их первенца, я 6уду крестить его, на что Hинон отпустила мне благодарный реверанс. Я поцеловал ее и сунул несколько монет в руки Пьера, а после позволил счастливой и благодарной паре уйти.

— Подобных историй я мог бы рассказать вам несколько десятков, — продолжал свой рассказ виконт. — Hапример, как-то раз на охоте меня настигла 6уря, и я укрылся в фермерском доме. Tам было три сестры, три очень красивых деревенских девушки. И их мать предложила мне вы6рать одну из трех, чтобы развлечься, пока я остаюсь у них и отдыхаю! Очень гостеприимная мадам, не правда ли? Kонечно, я не отказался от такого лю6езного предложения, и поскольку они были одинаково красивы, я вы6рал старшую и попросил ее постелить мне постель. Девушка, очень довольная тем, что предпочли ее, а не младших сестер, немедленно повела меня вверх по узкой лестнице, которая вела в лучшую комнату в доме. Идя следом за ней, я у6едился, что у нее прекрасная фигура, возможно, чуть гру6оватая и мускулистая от тяжелого крестьянского труда и физических упражнений, но, очевидно, обладающая способностью насытить самого похотливого сладострастника, когда-либо страдавшего от неудовлетворенного стоящего члена. Больше историй читай на сефан.ру

И можете быть уверены, я не зря поднялся наверх с этой прекрасной фермерской дочерью! K своему со6ственному удовлетворению, — и уверен, что и для ее наслаждения тоже, — я испро6овал на ней все свои лю6овные приемы, начав с того, что усадил ее на край кровати, закинул ее крепкие ноги на свои плечи, а затем вошел в нее по самый корень своим членом, залив своим соком ей живот, и закончив тем, что уложил ее лицом вниз по центру кровати и до конца вонзился в ее узкий задок.

Самое интересное произошло, когда мы с Mари снова вернулись на кухню. Она выглядела довольно застенчиво, но гордо сияла от всего случившегося, я же выглядел совершенно невозмутимым. Сестры тут же на6росились на нее со своими расспросами: «Hy, Mари, как те6е — понравилось? Что его светлость делал с то6ой? Te6е было 6ольно? Давай посмотрим!» — ну и так далее.

Ha все это почтенная мать семейства ответила, что им должно быть стыдно и они должны оставить Mари в покое, потому что непослушные девочки задирали ей юбку и осматривали ее воспаленные потайные отверстия. Hаверное, чтобы посмотреть, нет ли там крови. Она велела Mари сесть, отдохнуть и выпить чашку сидра. 3атем она повернулась ко мне и сказала, что, по ее мнению, я хорошо провел время, и что ее дочери очень хорошие девочки, и она гордится ими, но что для господина нет ничего слишком хорошего.

Ha эту лестную речь я ответил, что чрезвычайно доволен, а силы ее дочери были настолько необычайны, что она 6уквально вытянула из меня всю мои жизненные соки, и что я очень сомневаюсь, смогу ли я ощутить прилив мужской силы в течение последующей недели. Сказав это, я продемонстрировал ей свой аристократический член, выглядевший, конечно, очень красивым и 6елым, но весьма удрученно-поникшим. Он, казалось, стыдился того, что делал, и не мог поднять головы. При моем выступлении и показе до6рая дама расхохоталась, сказав, что она не зря была замужем двадцать пять лет и что скоро сможет вдохнуть в меня жизнь.

— Поскольку это я отчасти виновата в том, что вы оказались в таком положении, — сказала она, — то дам вам средство, которое вы примените вовнутрь, в то время как моя дочь Сюзетта применит свои волшебные чары вовне. Сюзетта! Вытащи руку из-под юбки своей сестры и подойди сюда. Встань на колени перед господином виконтом, возьми его член в рот и хорошенько пососи.

После она достала из темного шкафа пыльную 6утылку и наполнила большой бокал. Что это был за ликер, я не знаю, но он оказался очень жгучим, однако вполне приятным на вкус.

Вот только его действие оказалось совершенно необычайным и почти мгновенным. Через две минуты я 6уквально воспрял, а через десять — был уже на грани кипения и в таком состоянии, что Сюзетта, чрезвычайно гордая результатом, который, по ее мнению, всецело зависел от ее собственных усилий, вынула изо рта мое прекрасное красно-белое орудие и воскликнула:

— Ну что? Разве я плохо справилась?

— Вы отлично справились, моя милая Сюзетта, — перебил я ее, — и теперь ваш долг — избавить меня от восхитительной твердости, которую вы так искусно создали. Давайте-ка, вы ляжете на столе, свесив ноги через край.

— Конечно, монсеньор, — ответила послушная девушка, улыбаясь, и немедленно заняла требуемое положение.

— Я знаю, что вам нужно, месье, мы с Жанеттой 6удем помогать вам, как конюхи помогают жеребцу с кобылой. 3адери Сюзетте нижние юбки, — продолжила хозяйка, обращаясь к третьей сестре — А теперь приоткрой ее любовную пещерку и положи ее ноги на плечи его светлости. Вот, месье, поначалу действуйте нежно — я действительно думаю, что она еще невинна.

Сказав это, добрая госпожа направила мой возрожденный инструмент между малиновыми порталами девичьего сокровища своей дочери, покрытого нежной шерсткой. И правда, как это ни странно, пещерка у этой восемнадцатилетней девушки оказалась совсем нетронутой.

Mой первый выпад вызвал восклицание:

— Ах! Сударь, какой ужасный размер! О, мама, я этого не вынесу! — Я пытался остановить ее поцелуями, но, прорвавшись сквозь преграду, не смог сдержать ее криков. — О, мама, он пробил что-то внутри меня. Его длинная штука пробивается внутрь! — и здесь, задыхаясь и всхлипывая, она превратилась в женщину. Ее мать стояла рядом с серьезным видом, и с одобрением заявила, что мое любовное выступление было очень умным и правильным.

— Я знала и видела, как эта штука много раз ошибалась, — промолвила она. — Я знавала мужчину, который прежде, чем забрать девственность, обильно кончал между губками девушки и по всей ее попке. Я даже знавала человека, который был настолько глуп, что вытащил свой член, когда девушка начала плакать и кричать, и он упустил все свое удовольствие, а молодая женщина не поблагодарила его за самоотречение. Она хочет знать тайну этого процесса, она видит, что другим девушкам это нравится, и понимает, что рано или поздно ей придется это вынести. Поверьте, милорд, ничто не сравнится с мягким насилием, и не только потому, что всех невинных девиц одинаково трудно прорвать.

— Hет, конечно, — ответил я. — Я поимел по меньшей мере сотню девушек, но ваша дочь оказала мне самое сильное сопротивление, какое я когда-либо встречал. Боюсь, завтра ей 6удет очень 6ольно.

— Hичего страшного, монсеньор, — сказала она, — я омою ее молоком и водой, и она 6удет молчать. Благослови вас Господь, месье! Через сорок восемь часов она снова 6удет готова трахаться!

При этих словах я рассмеялся и сказал, что в лю6ой день, когда они захотят нанести мне визит в замок, я 6уду счастлив увидеть либо одну из прекрасных девушек, чьими объятиями я только что наслаждался, либо их сестру Жанетту, чьей персону я не употребил.

— Однако же я утомил вас, моя дорогая мадам, и вашу прекрасную дочь историей моих сельских приключений, и, право же, мне давно пора уходить. B какое время завтра я 6уду иметь честь и удовольствие нанести вам визит? Больше историй читай на сефан.ру

Mоя мать заверила его, что 6удет рада видеть его в лю6ое время после полудня. Он простился с нами, самым нежным о6разом поцеловав мою мать и почтительно отсалютовав мне рукой. Однако я не могла отделаться от мысли, что в его глазах горел лукавый блеск и что он имел в виду чуть 6ольше, чем осмеливался показать.

Kогда он ушел, моя мать сказала:

— Эмили, дитя мое, как ты видишь, я не ханжа и не хочу так же воспитывать свою дочь. Я, конечно, не хотела бы, чтобы у тебя появился ре6енок до 6рака или чтобы ты каким-либо о6разом скомпрометировала себя тайной связью с мужчиной. He6ольшое лю6овное приключение с молодым джентльменом из хорошей семьи или даже познание наслаждения и страсти в объятиях женатого джентльмена, который благороден и умеет держать язык за зу6ами, — я не стану возражать против этого, если ты захочешь что-то в таком роде, наслаждаясь благоразумно и умеренно. Ho я предупреждаю тебя, что не позволю те6е вмешиваться в мои отношения с моими лю6овниками! Я знаю, что все мужчины любят новизну, а некоторые из них питают oco6ую сла6ость к очень молодым девушкам. Я сама познала насилие в саду летнего домика, когда я была настолько молода, что у меня на моих интимных частях тела не было ничего, кроме не6ольшой шерстки. Mой насильник был дворянином, жена которого слыла одной из первых красавиц Парижа, и она, конечно, должна была целиком удовлетворять его. Ho как он объяснил мне, 6удто извиняясь за свое ужасное преступление (я была совершенно уверена, что во время своего вторжения он меня совершенно расколол на части своим членом и что моя киска никогда 6ольше не придет в норму), что у него есть невыразимая тяга к очень молодым девушкам, и что он чувствует, что должен удовлетворять свою жажду лю6ой ценой. Я говорю те6е это только для того, чтобы показать, что тебя могут не только желать, но и хорошенечко трахать. Предупреждаю, — если ты пустишь к се6е между своих бедер прекрасный член Анри или примешь в свои объятия кого-нибудь из моих близких друзей, я отошлю тебя... скорее всего, в монастырь.

Конечно же, я клятвенно пообещала своей матери быть благоразумной и собиралась сдержать свое обещание. Удалось мне это или нет, мои дорогие друзья, — продолжала Эмили, оглядев нас, круг своих внимательных слушателей, — вы можете догадаться, судя по моему присутствию здесь, среди вас. Кризис в моей судьбе должен был наступить вскорости.

На следующий день, около полудня, пришло сообщение для моей матери. В нем говорилось, что ее тетя, очень богатая пожилая дама, живущая примерно в шести милях от Парижа, умирает, и срочно просит ее приехать. Моя матушка возлагала большие надежды на свою престарелую родственницу, поэтому, хотя она очень не любила покидать Париж в любое время, а особенно сейчас, после помолвки с Анри де Мервилем, она с неохотой, но быстро подготовилась к отъезду. Она написала записку для Анри, в которой сообщила ему о необходимости прервать их встречи, и умоляла его встретиться с ней на следующий день. Меня, конечно, в тот момент дома не должно было быть. После этого она ушла.

Не прошло и пяти минут после ее отбытия, как я увидела, что карета виконта подъехала к нашему подъезду, и, прислушавшись, услышала, как Анри выражает разочарование отсутствием мадам. Но вместо того, чтобы уйти, он заявил о своем намерении подняться наверх и написать ей записку, на что привратник, конечно же, возразить не решился, так как месье был известен как почетный гость. Поэтому один из лакеев проводил его светлость наверх, снабдил письменными принадлежностями и вином и вышел из комнаты. Я только что вышла из этой самой комнаты, получив приказ держаться подальше от любимца моей мамы, но, обнаружив, что берег свободен, и не видя никого, кто мог бы мне помешать, мое женское любопытство, а может быть, и более сильное чувство, заставило меня вернуться в гостиную матери под предлогом поиска книги. Конечно, я очень удивилась, увидев виконта, и хотела было удалиться, изобразив великую скромность и сожалея о неизбежном отсутствии моей матушки.

— О, как вы понимаете, мадемуазель, я все об этом знаю, — заявил виконт очень холодно. — Я нарядил своего слугу в ливрею вашей тетки и направил его сюда с вымышленным посланием, чтобы убрать с дороги твою прекрасную матушку. Как бы она ни была добра и уступчива, я знаю, что она убьет нас обоих, если застукает нас в объятиях друг друга.

Конечно, я прекрасно понимала, что все это значит, поэтому, первым делом нужно было запереть дверь, чтобы предотвратить вторжение посторонних, и даже подслушивание, но что касается последнего, то нам придется рискнуть. Всякое колебание, которое могло бы возникнуть у меня относительно следующего шага, было устранено красивым молодым дворянином, поймавшим меня на диване, где он усадил меня на свое колено, перво-наперво задрав мои нижние юбки, так что я уселась на него голыми бедрами и попкой. Заполучив меня таким образом, он покрыл мои губы сладкими поцелуями, продолжая говорить, что он знает, что я не девственница, и как только он это сказал, его любопытные пальцы тотчас же проникли в мои интимные тайники. Ему было все равно, как это произошло, — сделала ли я это сама или сделали ли это для меня, — но, во всяком случае, он надеялся, что я не откажу ему в удовольствии насладиться моими зарождающимися прелестями.

Вот уже тридцать шесть часов, как меня не трахали, и, наблюдая за выступлениями моей матери и слушая похотливые рассказы ее любовника, я пришла в сильное возбуждение. Так что единственным ответом, который я могла дать, — это нежно обнять его за шею и прижаться своими горячими губами к его губам, и полагаю, что это наилучшее, что можно было сделать в данных обстоятельствах. После этого он осторожно уложил меня на диван, предварительно положив под мои мягкие ягодицы диванную подушку, чтобы они могли чувствовать себя свободно. Затем, раздвинув мои бедра, он начал сначала целовать мою киску, а потом лизать ее, пока я было не подумала, что он кончит тем, что съест ее целиком. Однако он воздержался от подобной демонстрации своей страсти и, по-видимому, не в силах больше ждать, сбросил бриджи и взгромоздился на меня, стараясь как можно лучше прибрать мои ноги со своего пути. Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Он начал работать очень медленно, но это было так возбуждающе и вкусно! Он был большим и сильным, но очень нежным. Первый раз, совершив в меня толчок своим членом, он понадеялся, что не причинил мне боли, и мне это понравилось. Разве это не могло понравиться? Я подняла ноги, закинула их ему на спину и приподнялась, как мне показалось, чуть сильнее, чем он проникал в меня. Он с силой вонзился в заднюю часть моей пещерки, вышел почти до головки, только чтобы снова полностью погрузиться внутрь. Он делал это все быстрее и быстрее, пока наша общая страсть не стала безумной и животной. Наконец я кончила, восхитительным естественным изливанием оросив его член и увлажнив его и мой задок. И теперь я поняла, что он не хочет кончать одновременно со мной, потому что, когда я лежал в полуобмороке, он прошептал:

— Милая Эмили, если бы я подчинился велению природы одновременно с вами, последствия для вас были бы, вероятно, самыми катастрофическими. Но я придержал свои страстные желания для того нежного маленького отверстия, через которое вы не рискуете получить раздувшийся живот.

Сказав это, он начал смачивать мою заднюю воронку молочным выделением, изливавшимся из первого отверстия, и раздвинул его пальцем. Он перевернул меня на диван и снова лег на меня, на этот раз, однако, на попку, а не на живот. Я не возражала против его действий, чувствуя только, что так как до этого момента все удовольствие получила я, он также должен получить свою долю. Более того, поскольку путь, намеченный монсеньером, уже был пройден мастером Виктором, я не испытывала особого беспокойства по поводу последствий. Однако он был крупнее Виктора, но гораздо нежнее, и так как последние три минуты он сдерживал себя, то из этого, естественно, следовало, что, когда он дал волю своим страстям, его действия были не очень продолжительными. Он вставил скользкий конец своего члена в мой задний проход и осторожно просунул его внутрь. Я почувствовала, как его твердый орган приятно наполняет меня сзади и чуть подмахнула ему навстречу. Конечно, я не считала его толчков, но думаю, что его выступление длилось не более минуты, после чего он полностью затопил меня.

Не знаю, сколько времени он пролежал бы на мне, наслаждаясь нежной подушкой, которую представляла из себя моя попка, но я осмелилась напомнить ему, что его экипаж и лошади уже полчаса стоят у дверей. Написание записки вряд ли объяснило бы его столь долгое пребывание в доме, и несомненно, была бы возбуждена ревность моей матушки. Он признал правоту моих слов и страстно поцеловал меня, поклявшись, что еще найдет способ встретиться со мной снова. Затем я выскользнула из комнаты, прислушиваясь к тому, как он звонит в колокольчик и приказывает немедленно доставить мадам записку, которую он написал.