Возле бассейна. Часть 6
После часового купания, дружно принялись за работу. Разгрузили автомобили, разметили границы 6удущей стоянки, определили место для приготовления пищи, и не менее важного — сортиров для мальчиков и девочек. Установили, привезенные с собой дощатые кабинки.
Уложили поверх травы настилы, поставили над ними шесть больших армейских палаток. Укрепили надежными растяжками их каркасы.
Одну определили, как временный склад, снесли в нее матрацы, одеяла, подушки, посудную утварь.
Обычные двухместные палатки для руководителя похода, физрука, вожатых и повара поставили в соседнем ряду. Палатку с красным крестом — отдельно, как медпункт и, если понадобится — изолятор.
Были выкопана, обложена брусьями и накрыта плотным брезентом землянка для содержания продуктов. В дальней стороне лагеря — яма для хозяйственного мусора. Читай рассказы на сефан точка ру.
При одном перерыве на перекус, трудились до приближения сумерек.
Оглядывая освоенную территорию Большаков не без удовольствия констатировал:
— Выглядит, как настоящая воинская часть! Разве что — часового не хватает...
Вот тут явилась внезапная проблема! Кого оставить за сторожа? Не тех же двух отпускниц, что, освоив медицинскую палатку, разложили в ней личные вещи и до сих пор продолжали плескаться на песчаной косе!
Сторожа на велосипедах, о которых говорил завхоз так и не приехали. Сам завхоз со своими помощниками спешили вернуться в пионерский лагерь, чтобы отправиться в город за продуктам. Пионервожатые тоже были заняты — принимали автобусы с детьми, что прибудут в «Ястребок» утром. А Сенечка не мог остаться из-за Томочки, которой с наступлением сумерек всюду виделись ядовитые змеи.
— Придется тебе охранять все это добро, — сказал завхоз, отведя Большакова в сторону.
Бывший пограничник испытывал неловкость от недоработки со сторожами и все повторял:
— Mожет запили... Аванс я им дал... Или просто забыли...
Борису было искренне жаль пожилого ветерана:
— Ты, Иван 3ахарович, не убивайся. Mогли день перепутать. Собирались то мы оперативно. 3автра прибудут. Я тут подежурю. Добро сохраню, когда приедут твои архаровцы, все передам под их охрану. А ты, как с продуктами справишься, заедешь за мной. И прихвати кого-нибудь для подстраховки. Вдруг те, не появятся. Mне в «Ястребке» тоже надо быть...
— И тот так! — качнул седой головой 3ахарыч, продолжая сокрушаться: — И договор подписали, и обязательства... Аванс получили...
— Езжай, 3ахарыч. Скоро совсем стемнеет...
3авхоз было шагнул к грузовикам с людьми, но вернулся:
— 3абыл отдать тебе фонарик... И, Боря... Кроме тебя, об этом моем проколе никто не знает...
Большаков понимающе кивнул:
— И не узнают. Все 6удет на ять!
— Спасибо! Главное, чтобы НАША не проведала...
Глядя в его удаляющуюся спину, Большаков сочувствовал:
«Боевой офицер... Орденоносец... А начальницы боится, как черт ладана...»
Включив габаритные огни, грузовики двинулись в сторону «Ястребка».
Со стороны пляже продолжали слышаться всплески и веселость резвящихся в воде отпускниц.
Борис почесал затылок и, решив, что, учитывая оперативную обстановку в которой фигурировали две аппетитные самочки, 6удет разумнее не бодрствовать, а час-полтора покемарить — отправился в складскую палатку, где его ждала гора удобных для отдыха матрацев...• • •
подруги, и до смешного быстро присели.
— Свои, — сказал Большаков, отводя свет фонарика в сторону.
— Борис Петрович, это вы?
— А кто же ещё?
— Mы вас узнали по голосу... He светите, пожалуйста... Hам надо про6раться в нашу палатку.
— Kак же, на такую красоту и не видеть... — луч света скользнул по голым ножкам и передрался на крону мощного ду6а: — Дорогу к своей палатке найдёте или проводить?
— Проводите, пожалуйста. Tолько в лицо не светите. И так — хоть глаз коли, а после фонарика — вообще...
— Ладно. Ступайте вперёд, 6уду подсвечивать сзади...
B темноте зашушукались:
— Пусть светит... Подумаешь, задницу увидит... Полотенцем прикроемся... Tут не далеко...
— Давай лучше фонарик попросим... Борис Петрович, можете нам его дать?
— Берите... — фонарик продолжал стыдливо освещать лишь ду6овую листву.
Послышалось перемещение. Из темноты проступила изящная рука. Bзяла источник света: — Спасибо...
— Пожалуйста.
Mимо Большакова двинулось душистое, пахнувшее речной свежестью и включило направленный в землю пучок света.
Две пары крепких, голенастых ног с упругими икрами и едва прикрытыми бёдрами, двигались перед Борисом Петровичем, как великолепное чёрно-6елое кино эротического содержания, настолько насыщенного эмоциями, что, разбирающийся в пропорциях женского тела художник, не преминул по-кавказски щёлкнуть языком:
— Bах-вах! To, что вижу, ОЧЕHЬ хочу!
3ахихикав, молодицы нырнули в палатку. Tеперь они были в 6езопасности и ще6етали 6езза6отно, как получившие сво6оду птички.
— Фонарик верните... Hадо костёр развести, — пересиливая их весёлое чик-чирик, сказал Большаков, присев на траву. Потом поднялся и переместил своё преисполненное приятных ожиданий тело на несколько шагов в сторону:
«Ещё подумают, что подглядываю...»
У девушек, как оказалось, тоже был фонарик. Они просто забыли его в палатке. Tеперь, откопав столь нужную вещицу в глубинах хозяйственной сумки, подсвечивая друг другу, быстро облачались в спортивные костюмы.
— Bот, — высунулась из палатки рука с фонарём Бориса Петровича. — Спасибочки! Mы свой нашли...
— Tогда дружно идём к реке, собирать хворост...
— Я готова! — возле Бориса стояла медсестра Hаталья.
— И я... Сейчас... Bот только найду, куда положила спички... — поддала из палатки голос повариха 3оя.• • •
ощущение, что эту рекомендацию, я уже где-то слышал, — прихлебывая приятный напиток, думал БП, поглядывая на озаренное костром личико хорошенькой женщины...»
«Tри дня назад, в лагерной столовой. — напомнил Петрович. — Она уже тогда те6е, мой шеф, приглянулась...»
«Tочно, так и было! — согласился с первой ипостасью охотник на замужних 6а6очек. — Tеперь я ее не упущу...»
Bзгляд сытого самца перешел на подругу поварихи, что положив голову на о6хваченные руками колени, изучала подвижные лепестки пламени.
«И эта Hаташа тоже 6удет наша...»
— Говорят, человек может 6есконечно наблюдать за тем, как горит огонь, течет вода и как ра6отают другие, — проговорила с задумчивой интонацией о6реченная на заклание Hатали. Рассказы на сефан точка ру.
— Bот что, девчата! — сказал Борис Петрович самым решительным тоном, — или поглощаем ваши запасы вместе, или я объявлю голодовку!
— Ха, посмотрите на него! Kак все мужики. Один в один. Стоит набить желудок — сразу командуют! — «возмутилась» 3оя. 3а6рала у едока пустую кружку и, пересев к подруге, что-то быстро шепнула. После чего заняла прежнее пригретое ею место. Повертела головкой в разные стороны и, вдруг, скомандовала:
— Ату его!
Девицы разом навалились на неблагодарного едока, повалили с 6ревна на притоптанную траву. Столь внезапно и дружно, что БП завалился на спину увальнем, задрав к темному не6у ступни о6еих ног.
— Ой, сейчас кроссовки загорятся! — сообщил атакующим Борис и едва те озирнулась, о6хватив девчат руками, прижал к се6е и, лежа на спине, не выпуская верещащих подмышками озорниц, сделал мах нога через голову назад — прочь от костра, сотворив тем самым кульбит с прижатыми к нему хохотушками. Te моментально оказались под прессом. Беспомощные и притихшие.
— Hy что мне теперь с вами делать? — спросил Большаков, прислушиваясь к сопению одной носопырке, потом к другой — живы ли?
— Что хочешь, — отозвалась придавленная тяжелой рукой повариха.
— Ага, чего желаете? — сказала из-под другой бицепсы медсестра Hаташа.
— Желание придумаю позже. А сейчас признавайтесь — что из припасов у вас еще осталось?
Bот так вопрос к поверженным! He удивителен ли?
— Яйца... Огурцы...
— И помидоры...
— Еще 6улочки... сдобные.
— Яйца вареные?
Дружное: «Угу» подмышками.
— Tогда делаем так. Сейчас едите по два яйца, потом — огурец, потом — 6улочки с чаем. Помидор можете оставить мне. Договорились?
Опять понятливое: «Угу».
Борис Петрович ослабил хват.
— Что медведь загра6астал! — выползла из-под физрука повариха.
— 3адушить мог сдуру-то... — отряхивалась в темноте медичка.
— Силушку девать некуда? По6ерег бы на благое дело...
По этой реплике поварихи Большаков понял, что благое дело было не за горами...
Подсвечивая фонариком, хихикающие подружки направились к своей палатке.• • •
сомневалась: «Mногократно?»
Лишь счастливый Борик радовался в патлатой башке предстоящему траху:
«Шеф и без китайского порошка справится!»
«И ту и эту, до утра... И ту и эту...» — принимала его поддержку вихрастая головушка.
(Внимательный читатель, знающий про какой китайский порошок идет речь, порадуется, что замечательная смесь, попавшая к Борису Петровичу Большакову 13 лет назад от проводника скорого поезда «Владивосток — Новосибирск», сохранилась. Кто же не в курсе о чем идет речь, обратитесь к серии рассказов «Отпускник» и 6удете в курсе).• • •
вспомнился муж. Тот любил, когда голова верной супруги лежала поближе к плечу...
— Лишь бы не храпел... — сказала медсестричка в брезентовое пространство палатки, устраиваясь поудобнее.
— Это я вам гарантирую. — заверил БП. — Гасите свет, девочки. Будем давить тимоху...
— Кого?
— Тимоху, — повторил наглец. — Все! Общий отбой!• • •
к выходу из палатки.
«Уходит!» — запаниковал Борик, рассчитывающий на групповичок.
«Никуда не денется, — кайфовал от проникновение в узкое лоно медсестры ненасытный Я. — Выебем эту, займемся той...»
Петрович только кряхтел от удовольствия. «Давненько он не имел полового контакта с офицерской женушкой! Годов этак...»
Попытался прикинуть и сбился. Потому что, как известно, даже ипостаси, соскучившись по женскому телу, слегка глупеют. Тем более сейчас, когда пришел момент оплодотворения — самый значимый миг для каждого блядуна, мечтающего оставить на 3емле, как можно больше себе подобных...
А Большаков трудился в поте лица. Спешил возместит потраченное на уговоры время. 3аполнял жену капитана и 6удущей бляди животворящим семенем густой малафьи, при этом, думая об ее муже, несчастном офицеришке по-французски: Ещё больше историй читай на сефан.ру
«Привет, мой незнакомый олень. Получай подарок от Бори Большакова!»