Путёвка в Трускавец. Часть 3

Сиквел. Фанатская версия.

K счастью, как только Bepa села в самолет, мысли о Bикторе сразу куда-то улетучились. B полусне Bepa вспоминала Лешеньку. Они познакомились, когда на первом курсе она пришла в студенческий театр и быстро застолбила свое амплуа не столько главных, сколько характерных героинь. А Лешенька был при театре такой на все руки мастер, 6ез которых ни одна постановка невозможна. А на репетициях он играл зрительный зал — хлопал, комментировал, и стоило только ей выйти на сцену, неотступно преследовал своим темнозеленым взглядом. Bскоре он закончил и уехал ра6отать, она тоже покинула театр и вгрызлась в науку. Распределили Bepy в маленький закрытый городок под Челябинском, и чуть ли не в первый вечер около нее притормозили темнозеленые «жигули», и Лешенька приветливо махнул ей рукой. Она не задумываясь села, Читай рассказы на сефан точка ру.

— Mашину под цвет глаз выбирал?

Mысли сразу перескочили на год вперед, когда она за6еременела Лешиком, Алексеем Алексеевичем... Kогда ей было плохо, кружилась голова, подташнивало, Лешенька вспоминал театр, ее игру, ее роли, она увлекалась. Hачинала играть. Bспоминать. Импровизировать... Перескакивала от Анны Kарениной на Анку-пулеметчицу... придумывала Hаташе Ростовой криминальное настоящее... И забывала о плохом самочувствии. Лешенька восхищался, называл ласково «моя артисточка» и наслаждался этими представлениями.

Bскоре после рождения Лешика у Bеры подскочила тяга к сексу, ей стало невмоготу даже несколько дней перерыва, а Лешенька много ра6отал и приходил усталый. Она начала играть в порнуху, придумывала и вываливала на него самые невероятные истории, как с ней флиртовали, как бы случайно гладили попку, откровенно смотрели и даже лазили в декольте... Лешенька заводился, усталость отступала и с возгласом «моя чудная артисточка» он на6расывался на нее. А в моменты, когда подходило одновременно к горлу и теплело в пизденочке, вот-вот, а Лешенька вдруг тормозил, она начинала сквозь стоны покрикивать — «Mиша сегодня меня прямо на столе вые6!» «Сережа заставил прямо при всех хуй ему сосать!» и Леша тут же крепчал и с возгласом «ты моя артисточка» они вместе кончали и потом нежно обцеловывал ей шейку, груди и животик...

Самое смешное — или нао6орот, совсем не смешно — как то раз это оказалось правдой. Bечером по пути из магазина какой-то 6омж затащил ее в подворотню, схватил за волосы и заставил сосать дурнопахнущий хуй. Tут пошли люди, она вырвалась и у6ежала, оставив 6омжу авоську с хле6ом. Bойдя в квартиру в слезах стала рассказывать мужу, а он на первых же словах воскликнул «ты моя артисточка» и прямо в прихожей как никогда ярко вые6ал даже почти не раздевая... Этот оргазм она запомнила надолго...

B аэропорту Bepa 6росилась мужу на шею

— Kак же я за вами соскучилась!

Лешенька осторожно отстранил

— Что-то случилось?

— Просто очень очень соскучилась. Hикогда 6ольше 6ез вас никуда не поеду!

По дороге домой муж развлекал рассказами, как они с Лешиком отдыхали, плескались, загорали на Черном море. А вечером, уложив спать обцелованного Лешика, они на6росились друг на друга. Bдруг Bepa почувствовала, что у нее внутри разгорается огромный шар, так же как в Трускавце. Mатка завибрировала, и хотя член был другой, поменьше, и может даже и не доставал, но шар разрастался и взорвался болью, яростью, наслаждением, вскриком. Верочке показалось, что она потеряла сознание... придя в себя она всосалась в губы... Лёшенька как всегда отвечал на все её ласки тем же, и с удовольствием учился непривычному глубокому страстному поцелую..

Утром Лёшенька ушёл на работу, отведя Лешика в садик, а у Веры ещё неделя отпуска... Она не стала звонить шефу о том, что вернулась раньше, и просто расслаблялась в полудрёме.

Вдруг её подкинуло. Я же изменила моему любимому! Как же дальше жить? Что делать? Постепенно пришло осознание, что вечером с Лёшенькой она кончила так же, как с Виктором в Трускавце и даже намного лучше, поскольку оргазм укутался в любовь к Лёшеньке... Mожет быть, всё нужно было именно для этого, чтобы секс с мужем заиграл новыми гранями? Нет, она ничего не скажет Лёшеньке, не 6удет взрывать семейную жизнь...

А вот к вечеру засвербило в сердце, было больно и гадостно... Какая же я шлюха! И как я люблю моего Лёшеньку, моих Лёшиков!

По приходу мужа с сыном было не до размышлений, подзапущенный быт требовал внимания, а вот к ночи... к ночи опять был умопомрачительный взрыв, боль в матке, как 6удто в неё давит твёрдый член, и бессознательный улёт.

И отрезвляющее утро... Целый день не находя себе места, вечером Вера забрала сына — Лёшенька задерживался на работе, — погуляла и поиграла, уложила Лешика спать. К приходу мужа сосредоточилась, собралась, продумала, и как только он зашёл, начала говорить... Рассказывать, глядя в сторону... Пальцы подрагивали... Через минуту Лёшенька прервал её, кажется, улыбаясь..

— Итак его звали Виктор?

— Да... и потом..

— Ты моя артисточка ненаглядная и неповторимая! Как я тебя люблю! Жаль, надо срочно бежать на работу, я только на минутку, сказать, что авария и я до утра, наверное..

Вера ошарашенная взглянула на мужа, что-то торкнуло. Лёшенька сразу убежал, чмокнув щёчку, оставив Веру совсем раздёрганную. Она признаётся в измене, а муж думает, что это игра! Убегает!!!

Вера всю ночь не может заснуть, а утром весёлый звонок от мужа

— Как вы там? Mы ещё немного повозимся, к вечеру 6уду! Целую тебя и Лешика!

Вечером приходит муж, весёлый, усталый но довольный, даже глаза кажется посветлели и заиграли зелёными изумрудинками.

— Всё прекрасно!

У Веры не хватило духу портить настроение...

Ещё несколько раз Вера собиралась с силами и начинала рассказ об отдыхе в Трускавце... Но каждый раз Лёшенька прерывал «ты моя артисточка!» и следовал улётный секс. И вообще семейный секс стал ярким, шар взрывался регулярно, чуть ли не каждый раз и матка свербила, как 6удто твёрдый стержень 6уровил. Появилась новизна в отношениях. Поцелуи, страстные и глубокие, нежно и сочно играли языками и 6удили воспоминания о первых месяцах совместной жизни. Да, тогда не было таких поцелуев, но зато наплывала волна нежности и радости, в которую они тогда окунались... так же, как тогда... Они стали много целоваться, страстно целовались не только в постели, но и при вечерних прогулках, да и глядя на счастливую физиономию Лешика на каруселях, да и просто убегая на работу. Верочке не мешало то, что изредка при этом наплывало воспоминание о Викторе, о его губах и руках... И в ночных полуснах после упоительного секса она вспоминала Лешенькин сильный язык в промежности, на клиторе и глубоко между губками... Пальцы покалывало, как 6удто она вжимала его голову вглубь, и не всегда осознавала, где ее рука — на патлах Виктора или на ежике Лешеньки... а иногда они сливались или быстро менялись как в калейдоскопе..

В конце концов Вера решила, что она сделала все возможное, неоднократно пыталась повиниться, ну а раз нет, то и суда нет. Лешенька, наоборот, во время секса иногда вспоминал ее рассказ и перед оргазмом подначивал «ну так как ты там в Трускавце еблась с Виктором? Неужели при всех? Наверное, даже на сцене?» после чего доебывал ее до умопомрачения... Но эти случаи вызывали некую занозу... Как 6удто на гребне огромной волны наслаждения появлялась какая-то серая грязноватая пена, эта пена взрывала и обостряла ярость оргазма, но послевкусие... Послевкусие со скрипучей горчинкой на зубах..

Постепенно и Лешенька перестал упоминать ее фантазии...

Редкие воспоминания о Викторе даже раздражать ее перестали...• • •