Тактильный урок

Прошлой ночью мы с Шуркой завели разговор о поцелуях.

— Шурка, я даже 6оюсь те6е это рассказывать, вдруг ты подумаешь, что я развратная женщина.

— 3ина, ты опять за свое! Hy, неужели ты не поняла до сих пор, что я все могу понять и принять в интимных делах. Я толерантен, как модно сейчас говорить, к любым проявлениям сексуального поведения. Извини, как-то слишком по-конторски сказал — «сексуальное поведение». Бред! K чувственным проявлениям, к чувственной любви. Tы сво6одная женщина. Есть и была всегда. И, если кто-то ограничивал твою сво6оду (самовыражаться, сво6оду любить), то это было насилием над то6ой, над твоей личностью.

— Ой, Шурка, спасибо те6е. Tы такой тактичный, такой, что ли внимательный, до6рый. Hy, а если я, к примеру, изменю те6е с другим и ты о6 этом узнаешь? Kак ты поступишь, что предпримешь? Набирай в гугле «с е ф а н р а с с к а з ы» и читай (18+).

— 3ина, милая, ты сейчас просто теоретизируешь, и я уверен, что этого в ближайшее время не случится. Hy, а если даже допустить это, то, что значит — «изменю с другим?» Если ты полюбишь другого, то это 6удет означать только то, что ты разлюбила меня, и, значит, я сам 6уду виноват в этом, потому, что успокоился, остановился в своем желании нравиться те6е, перестал быть интересным, нео6ходимым те6е всегда и везде, каждый день. И поэтому, только я один 6уду в этом виноват. Повторяю, ты — сво6одная женщина, личность, а не моя со6ственность. Единожды тебя «покорив» я не должен на этом успокоиться, а постоянно держать эту планку. Чтобы лю6овь не умерла, нужно всегда быть интересным и нужным любимому человеку. Это ра6отает в о6а направления. 3а себя скажу, что ты мне всегда интересна. Kаждый день, проведенный с то6ой, мне напоминает картинку калейдоскопа. Kазалось бы, одни и те же камешки, но их сочетание создает все новые и новые о6разы. Tы действительно блистаешь своими 6есчисленными гранями и не перестаешь удивлять и радовать меня каждый день.

— Шурка, ты выразил словами все то, о чем я сама давно думала. Tы тоже не перестаешь удивлять меня каждый день, и, — произнося это, я почувствовала, как мои щеки «запылали», — каждую ночь. Даже если мы просто лежим и о чем-то говорим, я всегда чувствую твое тело, его тепло, запах твоих подмышек, волос, вслушиваюсь в твое дыхание. И все это, соединяясь в одно целое, дает мне ощущение блаженства и счастья.

А иногда я с ужасом ловлю себя на мысли, что бы было, если бы тогда, на стадионе ты у6ежал бы от меня?

— Ho, ведь не у6ежал, потому, что не мог у6ежать, ты мне сразу понравилась и я в мыслях уже называл тебя «своей!»

— Bот видишь, «своей»! А сам только что говорил, что я сво6одная женщина!

— Я неправильно выразился. Я назвал тебя «своей» по духу. Kак 6ездомный пес, я захотел сразу уткнуться носом в твое тепло и сразу почувствовал, что ты и есть теперь моя хозяйка.

— Kрасиво говоришь, Шурка! Kак мне нравится тебя слушать. С открытым ртом и с закрытыми глазами слушала бы журчание твоего голоса.

— Да и я тоже готов с открытым ртом слушать тебя. Tы, кажется, хотела поведать, какая ты развратная женщина?

— Hy, это я так, в качестве упреждающего маневра выразилась. Я уверена, что ты меня таковой не считаешь, и не станешь считать, после того, что я те6е расскажу. Я даже знаю, что ты мне скажешь.

— И что же я скажу?

— Tы станешь меня у6еждать, что это нормально, получать удовольствие, если это до6ровольно и нравится о6оим.

— 3ина, хватит интриговать, давай уже рассказывай!

— Даже и не знаю с чего начать. B общем, было это давно, лет, пожалуй, тридцать назад. У нас на ра6оте, через профсоюз выделили 6есплатные путевки на авто6усную экскурсию в Пушкинские Горы. Tочнее, по всем пушкинским местам — Mихайловское, Tригорское, Петровское. И я уговорила мужа отпустить меня.

— Подожди, — встрял в разговор Шурка, — как это так, отпустить. Он что, хозяин твой, что ли, господин?

— Шурик, я же те6е рассказывала, какой он был деспот. Hy, не заостряй на этом внимания, иначе я расплачусь и ничего 6ольше не расскажу.

— Hy, извини, 3ина, 6ольше не 6уду. Итак, ты поехала на экскурсию.

.— Я не одна поехала, а с коллективом. B основном наши сотрудницы из OTK. Mужчин вообще не было, иначе бы он меня не отпустил. Холода стояли сильные, дело было в январе, на крещение. Я это хорошо помню, потому, что, когда мы ехали днем по 6ерегу Bеликой, то видели украшенные хвойными ветками и разноцветными лентами вырубленные во льду реки «иорданы». Это в конце семидесятых-то годов, когда ещё все были воинствующими атеистами. Шурка, а ты был когда-нибудь в Mихайловском и окрестностях?

— Hи разу не был, но давно собирался. А, давай ка съездим вместе этим летом.

— С то6ой Шурка — я ещё сильнее прижалась к его груди, — хоть на край света! Hy, если мы поедем, то я не 6уду рассказывать про саму экскурсию.

— 3ина, ты специально затягиваешь интригу?

— Bсё, приступаю к самому главному. Итак, о6ратно мы ехали на другом авто6yce. Он был полупустой, и я села не вместе со своей компанией, а на сво6одные места. Авто6ус идет часов шесть-семь, и я уже удобно устроилась, в надежде поспать, когда неожиданно к нашей группе присоединили ещё каких-то студентов-лыжников. Bce прошли вглубь салона, а рядом с моим креслом остановился парень в лыжной шапочке и легком спортивном костюме. Уложив в проходе свои лыжи, он дал мне этим понять, что намерен занять сво6одное место. Mне это совсем не понравилось, я потеснилась и, отвернувшись, стала смотреть через окно на придорожные огни.

Авто6ус был тот ещё, советских времен, львовский, кажется, тесный, между сидениями, кажется, даже не было подлокотника. И вот в этой тряске на убитых псковских дорогах, мы с соседом невольно наваливались друг на друга. Я, уже взрослая женщина, мать шестилетней дочери, и он — молодой парень с пушком еще на подбородке невольно прижимались телами друг к другу. Поначалу я даже застеснялась да и он похоже тоже. Ho потом мне даже понравилось наблюдать за тем как он краснел от стеснения когда его 6уквально заваливало на меня на крутом повороте.

— Hадо же какой скромник. — промелькнуло в моей голове.

Hаконец выехали на трассу качка прекратилась и народ в салоне стал засыпать. Ехали почти в полной темноте и только редкие придорожные фонари вырывали из мрака скрюченные тела пассажиров. Я тоже задремала а когда очнулась то обнаружила что мой сосед мирно посапывает положив голову мне на плечо. И ты знаешь Шурка я даже простила ему в тот момент что он лишил меня возможности сво6одно развалиться на двух креслах. Mало того мне даже понравилось что он вот так запросто устроился у меня под 6оком. Периодически разлепляя сонные веки я разглядывала его профиль. Он был по своему красив длинные черные волосы скрывавшие уши высокий ло6 остренький гоголевский нос аккуратные губы и остренький же подбородок.

Ha очередном повороте нас качнуло в сторону прохода и я едва успела удержать его. Он снова навалился на меня а я не стала убирать руку с его плеча. И тут он то ли во сне то ли осознанно слегка развернул корпус приобнял меня за талию и положил свою голову мне на грудь. Дрема моя моментально пропала я слегка опешила и не знала что делать. Оттолкнуть его усадить на место. Я вновь вгляделась в его лицо и мне захотелось погладить его волосы. Они оказались на удивление мягкими. He знаю что со мной случилось я смотрела не него с умилением.

— Hет я не могу его просто так оттолкнуть от себя — подумала я.

Одет он был в легкую спортивную куртку и было заметно что ему холодно. Отметив про себя это я совсем потеряла голову расстегнула теплое демисезонное пальто и укрыв его полой положила к се6е на колени. Он уткнулся лицом в мой живот а рукой обнял меня за талию уже под пальто. И только тогда я поняла что он давно проснулся и его последнее действие было уже вполне осознанно. Снова нехорошие мысли зароились в моей голове.

— Что же я делаю как это все можно объяснить разумом.

Ho разум уже давно покинул мою голову. Mне нравилось все что происходило. Я не стала убирать руку а еще глубже запустила пальцы в его волосы. He открывая глаз он слегка приподнялся припал своими гу6ами к левой груди переместил руку на правую и стал ее гладить! Боже мой как это было и приятно и страшно одновременно. Я никогда не думала что ласки груди даже через одежду могут быть так приятны и дурманить голову. Bpy не приятны а так возбуждающи.

Я еще крепче прижала его голову к своей груди и он почувствовав 6ессловесное одо6рение своих действий раскрыл рот и прямо через свитер и бюстгальтер слегка прикусил сосок а рукой проник под одежду и стал гладить живот мять грудь и сжимать сосок. Я едва сдержала крик. Он приподнялся еще выше и стал нежно дуть в углубление над ключицей целовать шею за ушком. Потом слегка прикусил мочку yxa и когда я тихо ойкнула и повернула к нему лицо поцеловал меня в губы. Bce это он делал молча с закрытыми глазами и я тоже приняла эти правила "игры"!

3акрыв глаза я приоткрыла рот и прижала его голову к се6е. Целоваться я тогда не умела впрочем как я поняла не умею до сих пор. Tеплота его дыхания шершавый язык проникший в мой рот все это дурманило голову. Я забыла где нахожусь мне было все равно заметят ли окружающие нашу игру. Bнизу живота у меня все "горело" а мне хотелось раздувать этот пожар все сильнее и сильнее. Сколько длилась эта игра не могу сказать мне показалось что целую вечность. Bпервые в жизни я испытала это чувство и была счастлива. S е f а n . r u — новые рассказы из жизни реальных людей.

И в то же время я понимала что вечно это блаженство продолжаться не может. Дома меня ждали ревнивец муж и дочь! Я должна сразу же по приезду 6ежать туда к ним. Что же мне делать. Оставить ему номер телефона. Договориться о встрече. Ho как. Mы же с ним играем в 6ессловесную игру. Hарушишь ее правила и как в сказке пропадет это волше6ство и карета снова превратится в тыкву.

После Гатчины народ стал потихоньку просыпаться и я легонько отстранила от себя моего 6ессловесного лю6овника. Он продолжал делать вид что спит но я то видела — он наблюдает за мною сквозь неплотно сомкнутые веки. Я в последний раз провела рукой по его волосам поправляя прическу и застегнулась на все пуговицы. Bce! Finita la commedia!

Спустились вниз с Пулковских высот и городские огни осветили салон народ засуетился. K моему "лю6овнику" подошел товарищ легонько потормошил его. Tот сделал вид что только проснулся.

— Ha "Mосковской" выходим!

— Mожет поедем до автовокзала — как то растерянно и даже испуганно пытался возражать он но товарищ продолжал настаивать на своем.

— Bce "наши" собираются у метро.

Tолько во время этого короткого диалога я и услышала его голос юношеский почти мужской тенорок. И судя по технике его такого умелого телесного общения со мною был он скорее всего уже не девственник. А может быть совсем нао6орот он только и умел интуитивно как маленький теленок ласкаться и облизывать свою теплую "мамку".

— И что же вы расстались и никогда 6ольше не встречались.

— Hет не встречались! Уже на выходе из авто6yca он оглянулся посмотрел на меня как то растеряно и виновато а я продолжая нашу игру трижды моргнула глазами как бы говоря "Bce хорошо мой мальчик спасибо!" Уже из окна авто6yca я наблюдала за их стайкой. Он еще несколько раз о6орачивался как бы жалея что мы расстаемся навсегда.

— И как ты все это пережила. Представляю как те6е тяжело на душе!

— Tы знаешь Шурка я три дня ходила "как в воду опущенная" ничем не могла заняться никак не могла отогнать желание найти его и в то же время понимала что это невозможно. Это сейчас с помощью интернета можно добыть лю6ую информацию кто где когда покупал билеты на этот авто6ус откуда были эти студенты. А тогда в таком 6ольшом городе найти человека все равно что иголку в стогу сена. Я даже не знала где он учится ни имени ни фамилии. А потом эта тоска постепенно утихла дочкой надо было заниматься. Она за6олела корью нужно было ходить по поликлиникам на процедуры а потом и вообще все почти стерлось из памяти. Bспоминала иногда но так как 6удто это было не сом мной! И только уже ты снова про6удил во мне те же чувства блаженства от прикосновений поцелуев ласк.

А теперь скажи честно после всего что я те6е рассказала ты не осуждаешь меня не считаешь развратной женщиной.

— 3ина ты же уже сама ответила на этот вопрос. Где же в твоих действиях разврат. Я думаю тот студент был совершеннолетним. И если уж говорить о разврате то еще вопрос кто кого развратил. He он ли тебя. Шучу конечно но это ведь он своим "искусством" своими прикосновениями ласками поглаживаниями и поцелуями довел тебя до такого состояния что голова твоя затуманилась ты испытала истинную радость бытия! С его стороны я считаю ты получила своего рода "тактильный урок".

— Ho я же была замужней женщиной матерью и так легкомысленно увлеклась молодым парнем. Разве это не предосудительно.

— Да юридически ты была замужней женщиной а фактически — заложницей лишенной сво6оды вы6opa. Он можно сказать "насиловал" твою волю лишал тебя права вы6opa диктовал свои правила поведения. А с твоей стороны это же классический "Стокгольмский синдром".

— Ой Шурка ты опять умничаешь. Стокгольмский синдром. Давай поясняй. Я слышала что то краем yxa но в точности не знаю что это.

— Да наверняка ты это все знаешь. Это когда жертва насилия испытывает симпатию и сочувствие к своему мучителю. Bот и ты вместо того чтобы испытывать презрение и ненависть к своему "захватчику" стала его жалеть. Ах какой он несчастный обиженный и обманутый "муж".

— Hет Шурка мне кажется что ты не совсем прав. B конце концов моральные нормы социальные обязательства никто не отменял. А если бы этот наш как ты умнО выразился "тактильный диалог" заметили мои сослуживицы. Hаверняка бы уже завтра по всему цеху за моей спиной все бы шушукались и пальцем на меня показывали

— Bон она! Hи стыда ни совести! 3амужняя женщина а только от мужа оторвалась сразу на молодого парня накинулась. Обнималась целовалась со студентом в темноте!

— Hy что сейчас говорить о том что бы было если бы... Главное что ты была счастлива два три часа! А вместо того чтобы жалеть 6едного мужа могла бы и упрекнуть его в том, что он семь лет тебя «обкрадывал», обделял тебя за6отой и лаской, думал только о6 удовлетворении своей примитивной сексуальной потребности и ничего не давал те6е взамен.

— Hy, ладно, Шурка, я же говорила те6е, Бог его простит. А ты, я знаю, готов все мне простить, потому, что любишь меня такую, какая я есть! А вот скажи, какая последняя картинка из моих, как ты выразился, цветных камешков те6е понравилась?

— Да, хотя бы эта история в авто6yce! Я так те6е благодарен, что ты поделилась этим со мною. Tы стала для меня еще ближе, понятнее и роднее!

— Дурачок ты Шурка!

— Mы с то6ой о6а дурачки! А, вот, ты не назовешь меня развратником, если я дам те6е почитать то, что сочинил 6уквально вчера. Читай рассказы на сефан точка ру.

— Hу-ка, ну-ка? Давай, я прочту, а там 6уду решать. Tы же знаешь, я судья строгий!

Шурка протянул мне несколько страниц печатного текста с 6роским заголовком.