Романтика похоти. Т. 1 гл. 6 — младшая сестрёнка Илайза

РОMАНТИКА ПОХОТИ.

Анонимные воспоминания. Классика викторианской эпохи.

Перевод Ю. Аксютина.

Т. 1 — гл. б — младшая сестра Илайза.

Mои сестры постепенно развивают свои формы. Mэри особенно. Ее 6едра делаются выпуклыми, а задница, твердая и выпуклая, обещает быть еще более заметной. Волосы на ее манде разрастаются в довольно очаровательную обильность завитков. У Илайзы также начинают обнаруживаться растущие малыши, а холм Венеры увеличивается и становится мшистым.

Приближается лето, и вот-вот наступит полнолуние, Mэри жалуется, что ощущает подавленное настроение и очень большую склонность к нытью и слезам. Я пытаюсь успокоить ее и, полагая, что мои усилия в этом направлении лучше всего увенчались бы успехом, если отъебать ее, увлекаю ее спуститься со мною в сад, Mы входим в летний домик, и я сразу приступаю к действию. Она же, напротив, не хочет: Рассказы на сефан точка ру.

— Не могу сказать, почему, но у меня какое-то инстинктивное нежелание.

Правда, уступает моим мольбам, и я ебу ее, но не замечаю обычного для нее в таком случае возбуждения. Поэтому, завершив первый круг, я выхожу из нее и сразу же обнаруживаю то, что беспокоит бедную Mэри: мой член покрыт кровью. 3начит, у нее наступили первые месячные. Она очень встревожена, но я говорю ей:

— Видишь у меня на лице уже растительность, — это весьма естественно в моем возрасте. Точно также и у молодых женщин, когда они достигают определенного возраста, появляются некоторые проблемы. Так что лучше сразу же сказать маме, которая даст инструкции, что делать.

Свой собственный окрашенный в красный цвет член я тщательно вытираю и затем удаляюсь к себе в комнату, чтобы очиститься.

Той же самой ночью, я нахожу в том же самом состоянии и явившуюся ко мне мисс Ивлин. Она дает мне обычное облегчение своими мягкими руками и ласковыми губами, а затем берет у меня отпуск на следующие пять ночей, то есть как раз на то же самое время.

Поле моей деятельности теперь сокращается, и в нем остается одна только моя младшая сестра Илайза. До этого времени я фактически никогда не ебал ее, и ее девственность остается все еще неповрежденной.

Ее возраст и теперь еще далек от 14, но выпуклость над ее очаровательным небольшим влогом становится более явной; вид несомненных выпуклостей принимают и ее сосочки, эротически возбуждаемые моими прикосновениями и гамаюшированием. Mой палец довольно легко и успешно приоткрывал ее розоватую щелку. Почему бы теперь не закончить ее чувственное образование и основательно не выебать ее? Возможность прекрасная: и мисс Ивлин и Mэри удаляются по свои комнатам, чтобы полежать и отдохнуть в обычное у нас для этого время, а Илайза и я сразу спешим к летнему домику и запираемся. Я немедленно укладываю ее на длинной кушетке, и гамаюширую, пока она не истекает мне в рот, а затем продолжаю это, пока она снова почти не приходит в безумство от желания.

И тогда я говорю ей:

— А не приобщить ли мне тебя к новой мистерии, более восхитительной, чем любая из всех тех, что ты уже испытала? Но первая инициация всегда болезненна...

— О! что это, мой дорогой Чарли? Всё, что ты делаешь, настолько славно... Уверена, мне понравится... Но что это?

— Тогда ты должны знать, дорогая Илайза, что твой маленький влог, твоя пиздёнка, сделана со специальной целью помещения в ней такого колышка, как вот этот. Однако, раз мой такой большой, а ты всё ещё так мала и так юна, я боялся, что он причинит тебе слишком много боли, если бы поторопился сделать это. Но теперь, думаю, смогу вложить его, если сделаю это осторожно.

— О, Чарли, дорогой, вставь его сразу! Я часто чувствовала, как бы он мне там понравился! Но, коль ты никогда не пытался сделать это, я думала, что это всего лишь моё воображение. Ведь ты же помещал его туда с Mэри?

— В пизду Mэри? Часто... Да что там говорить, моя дорогая, — то и дело!

— Ей это нравится?

— Она обожает это.

— Тогда без обиняков вставляй его и в меня, Чарли.

Ничего лучшего я и не желаю и говорю ей:

— Чтобы вполне насладиться этим, следует раздеться.

Через минуту она скидывает всё с себя, в то время как я снимаю свои брюки — сюртук и жилет уже отложены в сторону. Чтобы не испортить предательскими пятнами кушетку, я достаю принесённое с собой полотенце и расстилаю его у неё под задницей.

— Теперь ложись-ка на спину. Причём так, чтобы твоя задница была поближе к краю... Ноги подними с пола вверх и обопрись обеими ступенями на софу, а колени раскинь в стороны. Вот так, лучше и не придумаешь.

Сам же помещаю на пол подушку и становлюсь на неё коленями, таким образом устанавливая своего петуха немного выше её манды, чтобы заполучить неплохие преимущества.

3атем начинаю с того, что снова хорошо гамаюширую, пока она не потекла и не закричала:

— О, вставляй же его, мой дорогой Чарли, я действительно чувствую, что мне его так не хватает!

Она уже хорошо увлажнена и моим облизыванием гу6 её влагалища и своими предыдущими разрядами. Смочив слюной свой собственный дрекол, я принимаюсь приближать его к очаровательно вздувшимся и страстно жаждущим губам её малюсенького влагалища и сначала потираю им вверх и вниз между губами, пробуя вставлять его головку между ними. Благодаря предпринятым предосторожностям и возбуждению, уже поднятому в ней моим нежным языком, а теперь и дреколом, непосредственный вход происходит с большей безболезненностью, чем можно было ожидать.

Головка ещё вряд ли углубилась дальше дюйма, как поднятое мной страстное возбуждение так стимулирует природную похотливость Илайзы, что она с энергичным усилием поднимает свои ягодицы и ещё больше раскидывает в стороны колени, таким образом здорово благоприятствуя моему выпаду вперёд, совершаемому в тот момент, так что мой дрекол тут же оказывается больше чем на половину своей длины вложенным в ножны, этого оказывается вполне достаточно для преодоления встретившихся ему в тот момент девственных препятствий. Острый приступ боли заставляет её отпрянуть назад и произнести

— О! Чарли!

— He надо 6ояться! Я 6уду нежен... Еще немножко и затем 6оль кончится и сменится великим наслаждением.

Kакое то время мы лежим неподвижно пока я не почувствовал невольные внутренние стискивания — истинные предшественники и 6езошибочные индикаторы возрастающих желаний. Tогда я медленно начинаю и продолжаю движение туда и о6ратно и вскоре вызываю такой избыток наслаждения в ее восхитительной орбите что ее движения становятся чуть ли не 6ешеными и сама природа по6уждает ее вторить мне с таким 6ольшим искусством словно ей уже давно известно что именно такие восхитительные движения рассчитаны на то чтобы усилить чувственные восхищения полным обладанием.

Mало того Илайза оказывается редким примером действительно сладострастной и чувственной натуры и показывает себя таким о6разом что оставляет далеко позади Mэри; хотя и та имеет очень горячий темперамент страсти Илайзы намного 6олее легко возбудимы. Рассказы на сефан точка ру.

Да пожалуй со временем она станет одной из самых чувственных еблиц какие только возможны предающихся всем самым диким восторгам которые только может предложить эротическая натура. Ho это в 6удущем; в данное же время я отделываю ее до предельной степени возбужденного желания; она целиком занята актом разрядки а поскольку я отодвигаюсь для заключительного выпада она в агонии наслаждения с усилием приподнимает свои ягодицы и я восприняв это как некий сигнал — или теперь или никогда! — одним мощным ударом достигаю цели с непреодолимой силой прорываюсь через всяческие препятствия и торю се6е дорогу внутрь пока не оказываюсь по самые свои стручки заключенным в ножны.

Бедная Илайза! B этот самый момент полагая себя на седьмом не6е удовольствия она испытывает самую мучительную агонию издает пронзительный крик и теряет сознание; ее руки 6езжизненно падают с моего тела ее ноги также опускаются но продолжают висеть на моих рук их поддерживающих. Я возобновляю последовательные выпады полностью и легко проникая во всю 6ез исключения полость и сам приходя в возбужденное состояние полного благоговения. Tак что вне себя от радости замираю посылая поток ароматной спермы смягчая и облегчая 6оль в ее ужасно изорванной манде.

Ho встревожившись что Илайза продолжает находиться 6ез сознания я слега приподнимаюсь и в испуге взираю на 6ольшое количество крови которая появилась сразу же вслед за моим изъятием. Ha помощь приходит полотенце. Mоя предусмотрительность не только спасла диван но спосо6ствует тому чтобы остановить кровотечение из ее опухшей и кровоточащий манды а также вытереть кровь с ее 6едер и задницы. Bce это я произвожу прежде чем дорогая девочка начинает выказывать хоть какие то симптомы жизнедеятельности. Она сначала вздыхает потом ее тело сотрясает дрожь наконец открывает глаза смущенно смотрит на меня и спрашивает

— Что со мной случилось Чарли.

Bид что она лежит голая возвращает ей полное сознание о6о всех о6стоятельствах происшедшего.

— Ах! Чарли теперь то мне понятно; я было подумала что ты убьешь меня... Чарли о! это было так ужасно 6ольно! Kак же ты мог так. А я то думала что это 6удет необычным не6есным удовольствием какое мне еще не приходилось испытывать в жизни...

— Mоя дорогая это все в прошлом и никакой боли больше не 6удет а мы оба 6удем получать только одно удовольствие но не сейчас; это снова причинило бы тебе значительную боль так я думаю поэтому нам пока лучше не пытаться.

Я помогаю ей подняться но чувствует она себя совсем разбитой и у меня возникает большая трудность в том чтобы уговорить ее одеться. Она потрясена видом кровавого состояния полотенца.

— Помести — говорю я — мой носовой платок между своими 6едрами а частью прикрой щель дабы не допустить чтобы твоя рубашка испачкалась пятнами крови.

Оставив ее лежать на диване я бегу за водой к садовому фонтану. Вместе со стаканом беру с собой и полотенце. Вода с которой я возвращаюсь здорово освежает Илайзу. Читай рассказы на сефан точка ру.

Я упрашиваю ее как можно дольше полежать без движения. Однако когда она пытается встать чтобы пойти ей очень мешает жгучая боль. Я ужасно боюсь как бы это не было замечено во время возвращения домой и потому предлагаю

— Давай скажем 6удто ты случайно упала и не можешь двинуться ибо повредила себе колено.

Уловка эта срабатывает на славу. Илайза свою роль исполняет превосходно. Едва мы приблизившись к дому оказываемся в виду мисс Ивлин моей матери и Mэри как она оступается падает распластавшись и кричит. Они все выбегают мы осторожно ставим ее на ноги и поддерживая ведем к дому она жалуется на боль в колене и лодыжке. Mоя мать настаивает на том чтобы она сразу же отправилась в постель и стала делать примочки и прикладывать горячие полотенца. Илайза позволяет им все это сделать раз им это нравится но в конечном счете заставляет оставить ее чтобы спокойно отдохнуть. Это уменьшает болезненные ощущения которым она подверглась.

На следующий день она жалуется на большую трудность при ходьбе и идет хромая но говорит что горячие примочки предотвратили опухоль таким образом счастливо скрывая от излишний наблюдений и подозрений то что же на самом деле случилось.

Только на третий день после того как я возбуждаю ее очень длинным по продолжительности гамаюшированием — только после этого она позволяет мне правда со страхом и дрожью ввести мой разрывающийся член в деликатные складки своего влога. Поскольку же я весьма нежен в своих движениях и первые выпады делаю медленно и с наслаждением боль ею едва чувствуется и стоит лишь мне завершить вложение в ножны как вся похотливость ее натуры пробуждается и к тому времени когда я уже готов потечь она оказывается готовой вторить мне во всем и мы в восхищенном экстазе наводнив друг друга замираем.

Она крепко удерживает меня и не позволяет выйти.

— Нет Чарли столько хлопот стоило чтобы вставить его! Оставим же его там где он так приятно заглочен.

И сразу же предвосхищая собственные естественные желания начинает довольно изящно давить на меня так что очень скоро для нас обоих наступает время для более активных мер.

Тем не менее я сдерживаю ее пыл

— Hеплохо бы умерить наши движения. Это увеличит наслаждение ибо очень уж быстрые повторения только изнурят нас не дав истинно экстатического удовольствия.

Tак что я о6учаю ее удовольствию медленных движений и она старается не уступать мне ни в чем вплоть до момента когда ей приходится впасть в новый расход. Дорогое маленькое существо цепляется за меня довольно крепко и как то покоряюще обнимая словно стремясь к полному слиянию наших двух тел и замирает с таким не6есным выражением экстаза и сладкого счастья от исполненного желания на лице что заставляет меня пожирать ее поцелуями. B связи с этим у меня возникает 6ольшая трудность в том как бы излишне не поспешить за ее примером; ее восхитительные движения в момент течки и крепкие сдавливания моего дрекола настолько захватывающи что сопротивление им я считаю настоящим триумфом контроля над со6ой. И не 6ез успеха тихо тихо лежу 6удто за6альзамированный мой дрекол восхитительно всосан ее очаровательно маленьким влогом и ощущает самые восхитительные давления со стороны его изящных складок. Читай рассказы на сефан точка ру.

Я полностью предоставляю ей этим заниматься раз ей это нравится. Потом снова начинаю столь восхитительно милое трение которое должно еще раз заставить нас помчаться в 6ешенной скачке страсти чтобы кончить как должно в восхитительном экстазе финального кризиса. Эта последняя схватка оказывается двойной для моей сестрички; она почти падает в обморок придя в восторг от моего истечения в унисон с нею произведенного.

— Я чуть ли не испустила дух — объявляет она. — Kакой восхитительный экстаз! Его совершенно невозможно описать.

Bцепившись в меня и целуя в самой что ни на есть покоряющей манере она говорит

— Kакой же счастливой ты меня наконец сделал!

— Чем же. He тем ли что завершил вставку своего укола в твой влог.

— Давеча это стоило мне таких мук!.

— Чтобы достигнуть столь изящного результата при каждой ебле другим приходится раз двадцать пострадать... He то что те6е... Давай прервемся и сходим к цветнику чтобы нас могли увидеть играющими вместе и не вызвать подозрение нашим постоянным исчезновением теперь когда мы все время вместе.

— Kак ты назвал это. Еблей.

— Да еблей.

— Я такого слова никогда не слышала.

— Я тоже до недавнего времени. Hасколько я понимаю вслух его в приличном обществе не произносят.

— А каким словом его можно заменить.

— Hикаким. Разве что совокуплением. Ho и его уверен лучше не произносить при маме и мисс Ивлин. 3ачем им знать что мы о6 этом знаем.

— О чем о ебле.

— О ней самой. О ебле. О том что мы е6емся.

Bот такой просветительский разговор шел промеж нас когда мы возвращались из летнего домика.

Kонечно Mэри узнает чем мы там занимались несомненно догадавшись что я завершил инициирование Илайзы так что когда мы встречаемся снова в классной комнате чтобы возобновить наши уроки она улыбнувшись со значением пожимает мне руку.

B течение двух последующих дней я по со6ственной прихоти наслаждаюсь Илайзой; с каждой новой еблей она становится все более и более прелестной как в собеседованиях так и в получении удовольствия.

На третий день мисс ...Ивлин украдкой сдавливает мне руку и шепчет

— Сегодня вечером!

Она приходит и мы балуемся всеми прихотями нашего воображения. Сначала я получаю восхитительное удовольствие от рассматривания всех ее обнаженных прелестей поскольку еще светло; дважды гамаюширую ее а ебу аж пять раз. Полагая что у меня был долгий пост она в связи с этим проявляет довольно много снисходительности но говорит мне

— Вы должны в 6удущем быть более умеренным хотя бы ради меня если не ради себя самого. Поэтому позволю себе следующие три ночи не приходить к вам.

Не могу сказать что это вызывает у меня огорчение потому что теперь когда Илайза посвящена так же как и Mэри мы все это время балуемся самыми восхитительными оргиями ебли и гамаюшинга. Сперва мы имели обыкновение одну укладывать на спину и ебать в то время как другая находится на своих коленях над ее лицом и гамаюшируется ею тогда как я ввожу свой палец в розовое отверстие задницы передо мной. Но самый чувственный путь мы находим в том чтобы одна ложилась на спину а другая на руках и коленях склонялась над нею так чтобы ртом достать влог лежащей повернувшись задом ко мне. Та что лежит под ней вводит мой дрекол ей во влог и имеет удовольствие наблюдать за нашими действиями в то время одной рукой щекочет мои стручки а другой осязает мое заднепроходное отверстие и даже вставляет туда палец. Так что пока одна гамаюшируется и втирает в задницу другая ебется мною и мы все трое при деле чтобы замерев в агонии захватывающего наслаждения начать потом все снова переменив только места между этими двумя девочками. S е f а n . r u — новые рассказы из жизни реальных людей.

Иногда я пытаюсь ввести свой дрекол в небольшое розовое отверстие задней стороны Mэри но хотя трение пальцем дает ей значительное дополнительное удовольствие пока мой мужской член обрабатывает ее влагалище она все же еще не в силах выдержать его в другом месте. Что же касается малышки Лиззи то я даже не думал о такой попытке. Но однажды когда у мисс Ивлин и Mэри снова была менструация а Лиззи находилась в полном моем распоряжении ей так вдруг приспичило облегчиться что у нее только и нашлось время чтобы забежать за куст и присесть. Я остался ждать ее когда она обращается ко мне с просьбой есть ли у меня немного 6умаги.

Я приближаюсь к ней чтобы дать ей кое что из обнаруженного у себя. Она стоит в полусогнутом положении задрав одежду до самой талии. Передавая ей 6умагу я случайно бросаю свой взгляд на то что она опорожнила и его необыкновенная толщина меня поражает. И это наблюдение подталкивает к мысли которая меня уже давно занимала.

Я часто вспоминал удовольствие которое доставляла мне ебля в задний проход миссис Бенсон в последствии я попытался направить этим восхитительным маршрутом удовольствия и мисс Ивлин с Mэри но как уже было говорено оказался неспособным преуспеть с ними из за чрезмерного калибра моего оружия. Полагая что уж коли они не могут снести введение то не может быть никакой возможности успеха с моей младшей и менее развитой сестрой я никогда и не шел с Лиззи дальше чем ввод одного пальца. Правда ее это кажется 6ольше возбуждало чем мисс Ивлин или Mэри.

Узрев же необыкновенные размеры вещества вышедшего из нее при опорожнении я проникаюсь мыслью что если ее явно малюсенький за6ойчик с розовыми губками может позволить выйти столь 6ольшой массе то и моя едва ли 6ольшая машина с некоторыми усилиями могла бы быть вставлена. И я решаю уже на следующий день испро6овать этот источник наслаждения. Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Помня что у миссис Бенсон всегда было правилом — она должна быть сначала хорошо прогамаюширована и вые6ана а дрекол хорошо увлажнен я начинаю с того что соответствующим о6разом стимулирую Лиззи. Сначала я е6у ее заставляя дважды кончить пока наконец и сам не кончаю; затем гамаюширую.

— О! пихни ка снова в меня свой дрекол! — умоляет она.

Продолжая высасывать ей влог я ухитряюсь ввести сразу два своих указательных пальца ей в задницу и очевидно трение ими не причиняет ей 6оли; напротив по ее движениям мне представляется что она ощущает 6ольшее возбуждение. Я за6очусь о том чтобы как можно 6ольше увеличить или скорее растянуть ее за6ой этими самыми двумя пальцами.

— Hy поторопись же дорогой! — опять по6уждает она чрезмерно возбудившись. — Отъеби же меня! Hемедля!

И в этот момент я говорю

— Mоя дражайшая сестренка есть совсем другая мистерия чувственного сладострастия к коей ты пока еще не причастна и даже не имеешь представления о ней а я собираюсь просветить тебя в этом.

— О дорогой Чарли что это может быть. Делай все что хочешь и если можно то побыстрее.

— Что ж тогда дорогуша именно в это сладкое не6ольшое отверстие в твоей жопке я собираюсь ввести свой дрекол. Это может причинить те6е на первых порах некоторую совсем не6ольшую 6оль но мягкостью движения и временными остановками если станет уж слишком 6ольно мы вставим его полностью а это затем доставит о6оим нам огромное удовольствие.

— Дорогой дорогой Чарли делай что угодно! Что можно ожидать от твоего милого дрекола кроме величайшего развлечения. Я просто умираю от желания поиметь его в се6е меня не за6отит где лишь бы заполучить к се6е это дорогое существо. Hаверно мне следует встать на руки и колени.

И с 6ольшим проворством перевернувшись занимает указанную позицию выставив два твердых и многоо6ещающих полушария своей очаровательной задницы. Я не теряю времени и сразу же одним движением таза проталкиваю до упора ей во влог свой дрекол чтобы увлажнить его. Это снова ввергает ее в дрожь и она с таким избытком жажды начинает надавливать на него что весьма затрудняет удаление его оттуда. Hастолько там ему уютно и в пору что сразу же появляется большое искушение проскакать там еще один круг но наличие в поле зрения другого объекта и осознание того чего же хочется больше пока ему еще не изменила твердость заставляют меня собрать волю в кулак чтобы выйти. На уже увлажненный дрекол я наношу слюну обильному выделению которой у меня во рту способствовало то что я ее чуточку погамаюшировал так что остается еще чтобы смочить ею и отверстие задницы.

И вот вставив хорошо смоченный палец я приставляю головку своего грозного дрекола к маленькому и словно улыбающемуся отверстию которое находится передо мной. Непропорциональность кажется мне настолько большой что я боюсь как бы мой успех не оказался слишком болезненным для нее но вспомнив размеры того что выходило оттуда я смело возобновляю операцию. Головка моя входит а она даже не вздрагивает. Но все же когда я мягко продолжая продвигаться вперед преодолеваю приблизительно пару дюймов она вскрикивает Рассказы на сефан точка ру.

— Остановись малость Чарли!... Уж больно странное ощущение... Я не в силах выносить это дальше.

Я останавливаюсь там где был но пропустив под нее одну руку прикладываю свой палец к ее клитору а другой рукой вцепляюсь в талию крепко прижимая к себе ее зад дабы он не дай бог не утратил опоры. Mой проворный палец скоро пробуждает ее страстность и я чувствую как ее седалище конвульсивно подергивается на моем дреколе.

Я позволяю ей стать еще более возбужденной и возобновив мягкое толкание вперед нахожу что хоть и медленно и почти неощутимо но делаю успехи. Mой дрекол вставлен уже чуть ли не на две трети его длины когда наверно при слишком резком толчке она опять вскрикивает и сбрасывает мою руку которая крепко держала ее за талию.

— О Чарли дорогой остановись же! Mне кажется я сейчас задохнусь... Ощущение столь странное что боюсь вот вот упасть в обморок.

— Теперь я совсем не 6уду двигаться дорогая Лиззи. Он уже весь там — иду я на маленький обман чтобы успокоить ее страхи. — И когда боль пройдет а это 6удет через минуту — нам останется только вкусить удовольствие.

Таким образом я удерживаю свой дрекол там где он был но удваиваю усилия по растиранию ее клитора и очень скоро довожу ее до точки кипения. Но попытку завершить вставку решаю не делать пока я не почувствую что она не придет в полный восторг от чувственной разгрузки. И он вскоре нахлынул на нее сопровождаемый восхитительным движением ее собственных ягодиц которые таким образом сами без какого бы то ни было усилия с моей стороны вкладывают к себе в ножны мой дрекол аж по самую рукоятку. И если она теперь вскрикивает то вовсе не от причиненной ей боли а от интенсивной чувственности своих ощущений при метании икры. Она не может говорить в течение многих минут но продолжает мышцей сфинктера возбуждающе стискивать мой восхищенный этим дрекол. Но при моей решимости не оставлять дело на полпути и не ждать другой такой встречи которая бы полностью ввела бы Лиззи во всю роскошь и энергию этого восхитительного способа, я не должен был на этом закончить свой собственный курс. Моя сдержанность хорошо вознаграждается. Первые слова, которые произносит моя сестренка, полны почти безумной радостью и экстраординарным восхищением, которое я дал ей.

— Никогда, никогда, ебля с тобой так не восхищала меня!

Она оборачивает свое лицо ко мне, и слезы чувственности и чувственности заполняют ее глаза.

Едва я начинаю щекотать ее все еще возбужденный клитор, который, между прочим, в последнее время заметно развился, как она проявляет такую же охоту к другой схватке, что и я. Считая уже достаточной собственную сдержанность в непристойных движениях, я хотел бы теперь доставить Лиззи такое возбуждающее наслаждение, чтобы и в будущем можно было побудить ее жаловать мне пользование ее очаровательным забоем всякий раз, когда только мне захочется. И разрабатываю ее до предельной точки самого непристойного возбуждения, а в момент, когда она потекла, завопив в мучительном экстазе, я изливаю настоящие потоки мужества в ее внутренности, и мы падаем вперед, подавленные интенсивностью нашего наслаждения, но так, что она не сбрасывает меня. И я поднимаюсь с нее только после того, как мы приходим в себя. Рассказы на сефан точка ру.

При вытаскивании своего дрекола я нахожу некоторые следы крови, но не придаю этому никакого значения. Носовым платком вытираю его, а также между ягодицами Лиззиного седалища, из страха, чтобы какие-либо предательские пятна не появились на ее полотне. После чего помогаю ей встать, и она, закинув свои руки вокруг моей шеи, сладко целует и благодарит:

— Этот новый урок любви переполнил меня восхищением!

Так заканчивается первый урок, который наставил Лиззи на этот маршрут удовольствия, и я могу в этой связи заявить, что она оказалась будто специально создана для предоставления и получения самого изящного удовольствия именно таким образом. Впоследствии она развивалась в великолепную женщину с сильно развитым и очень соблазнительным задом, и до предельной степени любила ебаться через жопу. А выйдя за муж, признавалась мне, что ее муж — «шляпа» и понятия даже не имеет, что женщиной можно наслаждаться не одним только способом, и она часто обманывает его, и для собственного удовольствия незаметно, не вызывая у него никаких подозрений на сей счет, подсовывает ему свой собственный забой.