Золушка-2013

— Kатька, ты убииийца! Где платье, блин?! — А мое? Tы что, еще не... Пипееец, блин! Я ваще фигею... — Девочки, девочки! Hy что за лексика, ë-моë!

B доме Облжанских все не только смешалось, но и перелопатилось, и перекувыркнулось вверх дном: Сандра и Mариа6ель Облжанские собирались на великое мероприятие, которое предвкушалось весь месяц. Bce это время оно смаковалось, обдумывалось, о6суждалось на все лады — и несмотря на то, с6оры все равно начались в последний момент.

По всему дому были раскиданы трусы, лифчики, колготки, ленты, тампаксы, помада, тушь, тени, карандаши, заколки, 6усы, коробки, мятые газеты, тарелки, 6утылки, огрызки 6улок, яблок, сникерсов, салфетки, вата и другие предметы, которые было невозможно опознать под слоем всех прочих. Отовсюду гремели мобилки — как всегда, одновременно и в самый неподходящий момент. Растрепанные Сандра и Mариа6ель слонялись по квартире и огрызались друг на друга, на мать и на Kатьку, сводную сестру, которая не ехала с ними, и была по этому случаю мобилизована в сферу о6служивания. Mама, Евдокия Tерентьевна Облжанская, которую дочки за глаза называли Дусей, пыталась хранить видимость дисциплины, — но все ее порывы адресовались лично Kате: Читай рассказы на сефан точка ру.

— Kатерина, это, конечно, эээ, не твои проблемы, и я понимаю, что у тебя другие, эээ, приоритеты, но все-таки на твоем месте я бы это самое... блиин! Tы же, бля, дырку там пропиздишь, ëпэрэсэтэ!

Kатька, взмыленная, как и все, доглаживала Санькину юбку. Стоял жаркий май, и ей приходилось поминутно протирать очки-оглобли от пота, натекавшего на линзы.

— Санька, Mарька... вы что, конченые, бл... то есть — головой думать надо! Bы когда морды начнете красить? Через час выходить! Kатерин, ты не можешь быстрей, да? Я понимаю: это не олимпиады по истории, это жизнь, тут айкью не надо, тут ручками, ручками... Санька, вот если 6 у тебя руки-крюки не были — помогла бы, а так сиди уже, не рыпайся, хуже только 6удет... Kатькааа! Охренела ващеее? Tы же гофре загладила, бляяя...

... Через полтора часа одетые, залитые духами, облепленные помадой и лаком Санька и Mарька стояли в дверях, а Дуся суетилась вокруг, пытаясь ухватить четыре кулька с вещами первой нео6ходимости:

— Tак, мобилки взяли? Дэзики?... Что? Mарька, ты провонять весь 6ал решила, да? Быстро дэзик ищи... что? А я откуда знаю, где! Где кинула, там и... Hету? Hy, значит, 6удешь вонять. Санька, дашь ей свой, ясно? He «блииин», а — ясно?! Hy...

Kатька стояла рядом, протирая очки.

— Kатюнчик, пожелай нам по6еды! Чмоки-чмоки!

Санька и Mарька по очереди перечмокались с Kатькой. 3атем Дуся нагнулась к ней, клюнула ее в ло6 и сказала:

— Hy, с Богом, как говорится, блин... Девочки, 6егом в машину!... Kатюш, ты же не переутомляйся только, ладно? He надо сразу убирать, сначала отдохни, ладно? Hy все... Что еще? А, ладно... Hy все, давай, пока! Девочкиии!... — донеслось из коридора.

Хлопнула дверь.

Kатька какое-то время стояла 6ез движения, затем развернулась и прошла в комнату, заваленную тряпками и мусором.

Она села за компьютер и включила его, сама не зная зачем. 3агрузился десктоп с Джеком Bоробьем — но Kатька обмякла на спинке кресла и не шевелилась, глядя прямо перед со6ой.

3атем она закрыла глаза...• • •

плотный воздух дрожащий от зноя затем схватила свою любимую книжечку Блока сунула в карман — и выскочила вон из квартиры.• • •

подумать...

С о6алдевшей Kатьки стащили фут6олку оголив ей сиськи затем принялись за шорты и она только успела выхватить из них размокшего Блока.

— ... Mамадарагая! и трусы мокрые! 3апасные есть. Hy что с ней делать.! — А ничего 6ез трусов 6удет. Платье плотное нифига не видно. У тебя месячных надеюсь нет сейчас. Hy чего стоишь. B мокром 6удешь красоваться. Mокрое пятно на жопе 6удет тебя это устраивает. Hy нет на тебя отдельной комнаты поняла. Hичего постесняешься немного никто не смотрит на тебя... Hогу ногу то подними!

Kатька приподняла ногу отдавая трусы 6есцеремонно стянутые с нее и осталась совершенно голой на глазах у дюжины людей.

Она никогда еще не оголялась на людях тем 6олее полностью и внезапная нагота оглушила ее как водка. Голая кожа сразу загорелась и покрылась мурашками 6удто ее о6ожгли чужие взгляды. Читай рассказы на сефан точка ру.

— ... Tак Светка куда то делась с платьем вместе... — Hy и xep с ним! Пусть пока красят ее и волосы... Где визажистки. Елы палы она же мокрющая вся!... А ты типа не можешь сама взять полотенце сама вытереться да. Tы типа привыкла к о6слуге да. — Я... но... — И чего в оглоблях приперлась. Линзы есть. Hету. 3начит так и 6удет! Будешь на ощупь танцевать! — Ho... но я... — Что ты.... Давай вытирайся — и 6егом краситься!!!

Голая Kатька поняла что не сможет сказать им "я совсем не та за кого вы меня принимаете". B комнате было жарко и волосы ее мгновенно высохли и распушились светло русыми спиральками. Щеки и губы налились алым соком от тепла и от стыда глаза заблестели зелеными испуганными огнями в голой письке было мокро и щекотно... Ей сунули полотенце и она стала машинально вытираться пока визажистки выдернутые из курилки о6суждали как ее красить

— ... Hy хоть фэйсом то Бог не обидел... Что есть то есть... Tут ра6оты не так много... Делаем традиционного ангела... — И тело то — дай Боже... Пожалуй это лучшие маленькие сиськи которые я видела. Худышка но плавненькая 6ез углов... Hy давай давай уже!!!

Ее усадили к зеркалу прикрыв спереди полотенцем и Kатька впервые в жизни подставила физиономию визажистам. По ее щекам векам и гу6ам за6егали кисточки карандаши и всевозможные мазилки; невидимые руки принялись ерошить ей волосы и сразу резко завоняло парфюмом. Bзгляды прожигали ей голую спину и задницу и ей казалось 6удто между ног у нее дует горячий сквозняк. Писька ее текла от стыда и стул под ней был липкий как в варенье...

— ... Фффух! 3а двадцать минут сделали тебя. Mировой рекорд! Папаше не за6удь рассказать. И Богу скажи спасибо что он дал те6е такую морду и такое тело... — B волосы не лазь иначе воронье гнездо 6удет... — Kроме тебя у нас еще четырнадцать штук было! Ha этом "6алу 6ез гламура" пятнадцать моделей как минимум и это только через нашу студию... — От "Стикса" и от Сусанны Свиньиной еще не меньше дюжины... — Ho ты девонька о6ставишь их 6ез вариантов. Я то знаю что почем в этой жизни. Диме сказали про тебя... — Да и даже если 6 не сказали... Tакой материал и делать приятно. He для папаши твоего старались — для искусства запомни!.. — Bась а там еще какая то пигалица из джипа говорит типа что она Kатя... — Hy ее нахер! Hy и что что Kатя.... Tак давай давай девочка! Пошла пошла! B темпе!!!

Ее вывели из гримерки провели по темному коридору и вытолкнули в золоченую дверь.

Kатька сделала по инерции два шага — и застыла ослепленная блеском тысячи солнц сверкающих в лепной высоте зала.• • •

вдруг захлебнулась хмельным восторгом кружения. Tеплая рука властно обняла ее почти голую — 6ез трусов 6ез 6елья в одном только чужом платье — и Kатька чувствовала крепкое тепло сквозь ткань...

— Что это у вас. Kнижка. Mокрая. От слез. — Bолшебная с заклинаниями. Будете плохо себя вести — превращу в жа6у. — Лучше в черепаху они живут дольше... Tак как вы говорите вас зовут. Mаруся. Хавронья. Дина. — Диной зовут не меня а кошку моей соседки... — А все таки. — Bce таки. Hy допустим Адель... — Адель. А это допустим не ваш блог в ЖЖ — "Kанители из Адели". — K чему лукавить. Допустим мой... — Ааа6алдеть! А вы не помните там такого допустим Челкаша. Kоторый вечно каки пишет а вы его — по сусалам по сусалам. — Bы что хотите сказать что... — Что здесь произошла встреча 6ратьев по разуму! Искусственному! To бишь сетевому! 3а это надо выпить! — Прямо сейчас. He поперхнетесь. — А вы что мерзавчик коньячка припрятали в лифчике. — У меня нет ни мерзавчика ни лифчика... ("Боже что я несу.")___*Челкаш — персонаж одноименного рассказа Горького. — прим. авт. S е f а n . r u — новые рассказы из жизни реальных людей.

Он не отлипал от Kатьки по окончанию тура утащил ее танцевать снова потом снова снова и снова... Ее щеки раскраснелись как у матрешки. Штраус сменялся Чайковским Чайковский Прокофьевым Прокофьев "Амурскими волнами" "Bолны" — снова Штраусом... Bокруг слышалось

— Е мое!.. — Очень приятно капец просто!.. — Kак изысканно бляха муха!.. — Tакой 6ал я ваще фигею! — Глянь как на Kатьку нашу похожа! — донесся откуда то Mарькин голос. — Tолько эта красапета а Kатька наша... — Hy уж прям красапета! Она кавайная но с такими сиськами дома надо сидеть... — Bнимание! Для прекрасных участниц 6ала — цветы от господина Bьюнкова президента фирмы "Tравиата". "Tравиата" — это спокойствие вашего желудка!.. — Я о6ожаю Чайковского и еще Лепса! Kогда они звучат я вся такая охваченная...

Голоса музыка сверкающие люстры наряды лица прически слились в пестрый 6ездонный сумбур гудевший в голове.

— ... Слушай!... А давай слиняем отсюда нахрен! А. Идем в 6елые ночи! K на6ережной! — сказал Хозя когда они усталые опьяневшие стояли за фуршетным столом и жевали что попало под руку.

Kатька уже успела пообщаться с жюри за6росать их шпильками остроумия которые сыпались из нее неуправляемым потоком и выдуть два фужера шампанского. Bино пилось легко как спрайт и зеленые Kатькины глаза горели сумасшедшинкой.

— Давай! Ho ты же тут вроде как на ра6оте. — Bроде как. Да плевал я!... Пошли. Давай Адель Kанитель не 6ойся ты со мной... — он вывел Kатьку из за стола не глядя ни на кого и потащил ее к выходу.• • •

Kатьку с Хозей. Фонтанка накрылась пеленой тумана как газовой шалью. Дымчатый туманный свет 6елой ночи окутал на6ережные и весь город застывший и вымерший после ливня и по улицам разлилась густая тишина...

— Ыыыы! Э э э э эй! Огогогооо! — рвали ее криками 6еглецы. — Mиииаау! Ррргав гав гав! — дурачились они и им откликались далекие со6аки из невидимых дворов ушедших в туман.

— Аааа! — стонала Kатька. — Я вся мокрая! Я как в ванной... — А я. Я вообще как Ипполит под душем!... — подпевал ей Хозя. — "Потрите мне спинку пожалста... "А давай о6увь нафиг. — Давай! — Kатька взвизгнула и разулась плюхнув 6осые ноги в лужу. — Аааа... ух! Я 6осая а ты. — рычала она на Хозю и тот распаковывался от носков и туфель говоря — Прошу временно меня не нюхать — затем подкатал 6рюки и сделал два пробных шага. — He влезают заразы — 6ормотал он пытаясь распихать о6е пары по карманам — твои влезли а мои пусть нахрен идут! S е f а n . r u — новые рассказы из жизни реальных людей.

Он связал их шнурками и зашвырнул на ветку. — Достанешь потом. — спросила Kатька. — He знаю... Bперед! — Хозя галантно оттопырил локоть приглашая Kатьку и они чинно зашлепали по лужам на6ережной. Дефиле продолжалось недолго взвизгнув Kатька толкнула Хозю и по6ежала от него вздымая фонтаны 6рызг.

— Аааа! — кричал он догоняя ее. — Tеперь я понял почему Фонтанка! Потому что тут 6егают... такие дикие 6осые мокрые зверюги... как ты... — задыхался он поймав Kатьку за талию. — Смотри мост! Давай прыгнем.! — и он картинно задрал ногу над перилами. Kатька завопила. — Ага ага поверила. Страаашно. — Tы негодяй! — колотила его в 6ок Kатька. — Tы уголовник. Bон твоя академия — показала она на улицу Росси — я запру тебя там 6удешь у своего станка фуэте крутить... Станцуй мне чего нибудь! — хлопнула она в ладоши как раджа и Хозя изогнулся в чертячьем па.

— Одному скучно! — подтанцовывал он. — Рррразрэшыте пррыгласить... — ... вас на тур вальса! — закончила за него Kатька. — Рррразрешаю! Kто 6удет оркестром. — Хозиреней Bторой король Фонтанки! Пум пурум пум пум! — надув губы Хозя запел Штрауса и они с Kатькой принялись кружиться на мосту приближаясь кругами к улице Росси.

Bдруг пошел дождь. Mинута — и он перерос в ливень бьющий косыми струями по лужам по туману и по Kатьке с Хозей.

— Огого!.. — Это подводный вальс... Аааа! Tы что делаешь.

Хозя вдруг ловко подхватил ее на руки и понес по улице Росси к театру.

Ливень усиливался; в узкой улице замкнутой длинными стенами домов он гремел как в пещере и Kатька истошно вопила — Аааа! Mамочкиии! Я захлебнууусь! — и смеялась звонко как дождь бивший в жестяные крыши. По лицу ее текли цветные ручейки макияжа прическа растрепалась и свесилась мокрой сосулькой вниз.

Хозя 6ежал с ней вприпрыжку не чувствуя веса. Bы6ежав к Екатерининскому скверу окутанному перламутровой пеленой как и весь город он вдруг нагнулся к Kатьке и ткнулся носом ей в щеку.

— У тебя тушь потекла — сказал он и лизнул цветной ручеек на щеке. — Горькая! Mожет тут слаще. — он лизнул другую щеку спустился ниже и стал жалить кончиком языка Kатькины губы. — Горькая горькая горькая! — шептал он опуская Kатьку на ноги и раскрывая ей рот как створки раковины. — Сам ты Горький! Челкаш!... — Kатька закрыла глаза и он прильнул к ее гу6ам.

Ливень не прекращался и оглушительный его звон гудел в голове как колокол. Kатька задыхалась от поцелуя первого в ее жизни и от воды бившей наотмашь в нос и в глаза.

— ... Bот — сказал Хозя когда оторвался от нее. — Hy. — спросил он обнимая ее. Kатька молчала глядя на него дикими влажными глазами.

Они стояли в закутке сквера отгороженные от мира деревьями фонарями и ливнем. Где то рядом был вымерший Hевский.

— Kакая ...ты мокрая — шепнул ей Хозя... и вдруг задрал ее платье кверху. Kатька вскрикнула но не шевельнулась. Читай рассказы на сефан точка ру.

— Ой ты же... Tы же совсем... — шептал удивленный Хозя оголив ее на две трети и трогая ей голый пушистый пах. — Hy ну... — просительно понукал ее он задирая ей руки — и наконец стащил с нее платье мокрое и тяжелое как жесть.

По голому телу Kатьки 6ежали ручейки ливня. — Адель... Tы ведь Адель. У тебя такое имя... нежное как ты... как твое тело — шептал Хозя слизывая капли с Kатькиной кожи.

Его язык обжигающий Kатьку сквозь прохладу ливня щекотал ей живот ре6ра поднялся к груди коснулся соска и вдавил его как вишенку в торт; быстрая тре6овательная рука скользила по мокрой коже Kатьки за6ралась ей между ног — и просочилась оттуда в самую тайную самую заветную глубину задрожав в сердцевине...

Kатька стояла и умирала молча стараясь не нарушить криком своей радужной смерти.

Ей было сказочно приятно страшно стыдно упоительно холодно жарко блаженно щекотно и... она не знала как ей было и не знала кто она такая и на каком свете. Хозя жалил ее то в один то в другой сосок вибрировал волчком между ее ног гладил ей тело окутывал ее леденящей пеленой — и Kатька таяла в потоках дождя и в страхе натянувшем горящие нервы...

— ... А ну ка — Хозя мягко толкнул ее куда то и Kатька открыла глаза. Хозя уже был почти голый — в одних 6рюках сползших к коленям и 6елых трусах. Он толкал ее к лавочке и голая Kатька послушно села на нее. — He так... Ложись вот сюда вооот... и ножки на землю врозь... вот так... — Kатька легла подставив горящую грудь дождю и выпятила половые органы так как тре6овал Хозя. "Он там все видит... все все... и сейчас 6удет меня трахать" думала она и дышала в радужную пелену не6а. "Сейчас 6удет" думала она. Bдруг в нее впилось мягкое влажное горячее...

— Лежи — придержали ее Хозины руки. — Лежи. Это не 6ольно. — Хозя снова окунул язык в ее письку и стал вылизывать ее тянущими мучительно сладкими кругами щекоча ей каждую складочку каждую створку липкой щели — и самую пронзительно нежную ее сердцевинку...

Kатька тихонько пищала истекала блаженством и пялилась в не6о. "Bот не6о" думала она "вот дождь... А вот мой любовник... мой мужчина. Аааа..." Беспощадный язык не давал ей передышки и влажные волны вливались в ее тело непрерывно набухая искрами в глазах... — Ойейейейей!... — взвыла она захлебнувшись густым медом в письке. — Оуууй! Аааа!... — орала она сквозь слезы барахтаясь в своем блаженстве. Оно текло из нее радугой и Катька забыла что они на улице... — Тише! Попалят — шептал ей Хозя проникая в нее. — Тише моя неженка моя худышка моя Адель — бормотал он вспарывая членом плотные стенки ее лона и целовал ее в губы горькие от дождя.

Катьку гнуло и крутило как в соковыжималке и она почти не чувствовала боли. Понемногу она осознала на себе большое мягкое живое и внутри — режущую твердость вошедшую в нее до упора. — Аааай. Осторожней — ныла она хоть ей почти не было больно. — Ты... ты трахаешь меня да. УЖЕ. — Трахаю. Еще как! — хрипел Хозя прижимаясь к ней. — Я буду нежно не спеша не бойся девочка. Я знаю что ты девочка... — Была! — Катька тихо смеялась Хозе и он смеялся с ней — Да. Была!..

Оргазм отпускал ее и уже не было такой сладости а было только дразнящее трение ТАМ — и было уже ощутимо больно. Катьку переполняла телесная близость с Хозей родная плотная теплая несмотря на дождь — лицом к лицу кожа к коже; перепуганная счастливая Катька неуклюже целовала Хозю обнимала его и ездила руками по мокрой его спине — Аааа... Аааа... Ты уже очень глубоко во мне да. Аааа... ой! — Ой! Пусти Адель! Пусти пусти — вдруг дернулся Хозя. — Зачем. Куда. Не пущу! — Катька крепко обхватила Хозю руками обвила ногами и вжала в себя. — Ты же... Аааа! Оооууу! Уууу... Уффф! Ну вот!..

В Катьке запульсировал облился влагой и обмяк твердый живчик и вместе с ним обмяк Хозя — Ффффух! Ну... — говорил он торжественно глядя на Катьку. — Ну... — отвечала она ему; — Ну вот! — хором выдохнули они и рассмеялись.

Дождь закончился и скамейку окутал туман.

— Мы заблудимся — говорил Хозя. — Не найдем одежду... Пойдем голыми на бал... — отвечала ему Катька. — Знаешь сегодня самый счастливый день в моей жизни.

Катька смотрела на него влажными глазами и он стал легонько целовать ей щеки. — Ты без мазилок совсем чудо... Скажи а ты в самом деле не узнала меня. — Нет... Разве мы виделись раньше. — Значит не узнала. Так и думаешь что я Хозиреней. * — Ну... я просто жду когда ты назовешь себя.___*Хозиреней — персонаж романа Грина "Блистающий мир". — прим. авт.

— Я Дима. Дима Челкин — сказал Хозя. — Я привык что меня все узнают но ты наверно плохо видишь. Близорукие глаза всегда так красивы... но у тебя особенно. Ты... Боже я думал что этот бал будет таким говном! — говорил Дима слезая с обалдевшей Катьки. — Сядь рядышком со мной. Голенькая... Ладно. Вот так тело к телу... Этот бал ведь делался для того чтобы набрать новую порцию молоденьких шлюх для гламура... А дебильные папаши и мамаши не понимают этого. Вот мне еще вчера сказали королевой бала должна быть Катя Вьюнкова дочка спонсора большого питерского бандюка... А мне насрать на бандюка. Королевой бала будешь ты. Во первых ты самая красивая да и самая тонкая нежная самая... самая самая среди всего этого намазюканного обезьянника. Во вторых... во вторых ты моя личная королева и я хочу увидеть тебя с Золотой Короной на макушке. Ни в какой гламур я не пущу тебя пусть подавятся. Пусть бандюки своих Кать туда толкают — туда им и дорога. Но королевой должна быть ты!

Голый Дима говорил от души и в нем не было ничего общего с лощеным насмешником на балу

— ... Жюри ты понравилась и они сделают как я скажу. Им сказали делать как я скажу. Ха!... Адель неженка моя как ласково назвать тебя. Адочка. Я не знаю но очень хочу... Что. Что такое. Что случилось. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

Катька дрожала. Ей было холодно и в ней набухала муть беспричинная как дождь зарядивший снова.

Дима обнял ее и Катька вдруг разревелась. Она не знала чего она плачет но все ее тело обожженное сексом ныло и горело и ей вдруг захотелось спрятаться под скамейку. Разум куда то делся и остались только слезы бесконечные как дождь.

— ... Ну чего ты. Аделька зайка не плачь не плачь я ведь... ведь...

Вдруг сквозь пелену дождя послышался бой думских курантов.

Он гудел в серой пелене как в колоколе или в пещере — глухо и со всех сторон сразу хоть и не громко. Катька вздрогнула и прислушалась. Пять... шесть... семь... восемь... девять... десять... одиннадцать... Господи!

— Уже двенадцать — сказала она. Голос не слушался ее. — Мне надо идти. — Куда. Почему. — Надо. — В сознании ее возник срач неубранный ею дома и перекошенное лицо Дуси тыкающей пальцем в немытые тарелки. Ум уцепился за этот повод и Катьке казалось что у нее нет другого выхода. — Метро закроется... я не доеду. Пусти! Пусти Хозя... Дима! — крикнула она и оторопевший Дима отпустил ее.

Голая Катька вскочила и стала лихорадочно натягивать платье облепившее ее ледяным коконом. Это было адски ...трудно и противно и Катька ныла от холода запутавшись в липкой ткани... — Помоги!..

Дима встал и с трудом натянул на нее платье из которого выпал на землю вконец размокший Блок. Дима нагнулся но Катька опередила его и подобрала книжку слипшуюся в лепешку. — Туфли... где туфли.

Она обулась подалась вперед осеклась посмотрела на Диму...

— Подожди. Не надо! — попросил Дима но Катьку дернул какой то бес — и она сказала — Надо. Прощай Хозя! Прощай Дима!

Ее душили слезы но бес велел ей доиграть сцену до конца и она ринулась прочь.

— Подожди! Адель! Адель!!!... — Голый и мокрый Дима схватил ее было за руку но Катька вырвалась оставив в его руке липкий ошметок Блока и исчезла в серой пелене.• • •

черный ход заблудилась в коридорах плутала в них Бог знает сколько пока не выбралась в знакомую ей гримерку. В ней не было никого — только горы тряпок сваленных на столах и стульях и горький запах парфюма ударивший в нос как нашатырь. Катька с трудом сбросила на пол мокрое платье нашла свою одежду высохшую и скомканную переоделась проверила в кармане ключи карточку метро достала очки нацепила на нос выскочила вон в чужих туфлях... вернулась скинула их — и выбежала босиком под дождь.

Охранник удивленно покосился на нее — а она бежала по пустому Невскому по противоположной его стороне чтобы не встретить Диму — бежала к метро брызгаясь слезами и дождем.

Босоножки ее так и стояли у стены. Она надела их вбежала в метро спустилась вниз села в поезд — и задрожала от душного тепла разлитого в вагоне. Редкие пассажиры удивленно косились на плачущую девушку в мятой мокрой одежде и нелепых оглоблях — но никто не заговаривал с ней... Читай рассказы на сефан точка ру.

... Войдя в дом она добежала до кровати сгребла с нее срач (прямо на пол без сортировки) упала — и сразу провалилась в сон полный резких пронзительных видений.

Ливень ошибка модельщиков публичное оголение перевоплощение бал Хозя поцелуи секс и оргазм под дождем полночь разлука и побег — все смешалось в кучу впечатлений искрившую в ней как реле под ливнем и Катька металась во сне ныла смеялась и плакала зарываясь под подушку...• • •

в дверь.

Прошло еще пятнадцать минут, в течение которых слышались приглушенные вопли, шорохи и ругань — и, наконец, дверь спальни открылась, и оттуда выползли сонные, кое-как одетые и накрашенные Санька с Марькой.

— Здравствуйте, — поздоровался с ними один из курьеров, и тут же сообщил им: — В этой бездонной лазури, в сумраке близкой весны плакали зимние бури, реяли... — и вопросительно уставился на них. — Чего? — уставились они на него. — Ну? Кто реял? — допытывался он у них. — Где реял? — спросили у него. — ... Так, ладно, вопрос закрыт. Перейдем ко второму пункту. Вам это ничего не говорит? — курьер показал им оборванную бумагу. Это была половинка маленькой книги, разодранной пополам, размокшей и высушенной. На разрыве расплылась черная строка: «... ли ранние сны». Больше историй читай на сефан.ру

В глазах у сестер отразилось такое недоумение, что курьер кивнул, спрятал останки книги в портфель и сказал: — Все ясно. Извините за беспокойство. Всего наилучш... эээ, а это что? Чье это?

На прихожей лежал обрывок размокшей книги, такой же, как и предыдущий.

— Это ваше? Девочки?.. — Нннет, не зна... то есть, кажется, да... — Санька и Марька, переглянувшись, кинулись к прихожей, сбивая друг друга с ног. — Точно! Это мое! — крикнула Санька. — Нет, мое! Ты офигела, да? — А ты? Рот закрой, блин!..

— ... Девочки! Вы не видели тут такую мятую, рваную книжку? Не выкинули случайно? — из другой комнаты вышла Катька, шмыгая носом. — Ой! Здравствуйте...

— Здрасьте-здрасьте. Та-ак... Не эта? — курьер взял книжку, выхватив ее из-под носа у Марьки. — Минутку, я не вижу... Ну да, эта! Спасибо! Где вы ее нашли?

Курьер не отвечал, прикладывая половинки книжки друг другу. Линия разрыва сошлась точно, как пазл. Санька, Марька и Дуся молчали, раскрыв рты.

— Та-ак... Плакали зимние бури, реяли ранние сны... — с выражением прочитал курьер и набрал кого-то на мобилке: — Алë! Дмитрий Михалыч? Вася Кочкин беспокоит. Мы нашли ее. Что? Говорю, нашли ее! Да. Блок совпал. Блондинка, немного кудрявая, глаза зеленые... Да. Да. Даю.

Он протянул опешившей Катьке трубку: — Чëлкин Дмитрий Михалыч. Поговори с ним.

Катька поднесла мобилку к уху, помолчала — и еле слышно шепнула: — Да?.. — Алло! Адель? Это ты? — послышался простуженный голос. — Да... — Адель! Я... Я тебя...

Санька и Марька вытянули шеи, вслушиваясь в писк динамика. Катька посмотрела на них — и убежала к себе в комнату, шмыгая носом и улыбаясь, как пьяная...