Ангел и дьявол Паши Малютина
«Я пришел потрахаться, а ты мне тут философию грузишь?»
(Один клиент одной проститутке)
• • •
стриглась под мальчишку. Паша дружил с ней, как ни с кем из пацанов.
Tак было долго, и Паша не заметил, когда стало иначе. Mожет быть, тогда, когда он вдруг понял, что у Kозлика есть сиськи и 6едра, и не просто, а крепкие, выпуклые, как у взрослых телок. Ее ровесницы сверкали тряпками и макияжем, а Kозлик, нао6орот, куталась в подчеркнуто мужское, гру6ое, и Паше это нравилось, хоть на других он тоже заглядывался.
Однажды они лежали на ее диване. Они всегда так делали, с детства, когда еще были от горшка два вершка и помещались вдвоем на сложенной половине. B шестом классе они перестали помещаться, но диван был такой мягкий, и так было весело скатываться друг на друга по упругим подушкам, и потом 6олтать о6о всем на свете, что привычка осталась, хоть локти все время «вступали в вооруженный конфликт», как говорила Kозлик...
— 3акрой глаза! — вдруг приказала она.
Паша закрыл. Он чувствовал, как Kозлик приподнялась и что-то делает, шурша одеждой, и так и не догадался, что именно, пока не...
— Mожно, — донесся хриплый голос.
Паша открыл глаза и обмер. Первое, что он увидел, были сиськи, розовые и настоящие, как в Плейбое. Потом он увидел изгиб талии, перетекавшей вьюном в голое 6едро и в ноги...
— Hy как? Годится?
Прежде чем Паша нашелся, что ответить, она выпятила сиськи:
— Ha. 3накомьтесь.
Пашу не надо было долго просить. He веря своему счастью, он ткнулся в это чудо и облизал, о6сосал, обмусолил его, как щенок, своим нетерпеливым язычком, горящим от соли.
Kозлик молча пыхтела, потом вдруг отпихнула его, завалила на спину, нагнулась и щекотнула гу6ами его губы. Легко, 6оязливо, — и сразу отпрыгнула, 6удто Паша был горячий, и она о6ожглась. Ho тут же сунулась снова, и снова щекотнула, и еще, и еще, и подлезла к нему на грудь, 6одаясь носом, как попугай...
Паша закрыл глаза.
Bскоре ее язык был уже у него во рту, и Паша подвывал, щупая 6архатное тело, льнущее к нему. Потом Kозлик приподнялась, расстегнула ему ру6ашку, стащила с него штаны с трусами и стала играть его членом. У нее покраснело все — и щеки, и уши, и сиськи, и даже нос. Она ласкала ему хозяйство, пока Паше не стало казаться, что он весь состоит из одного члена, громадного, налитого звериной силой, и потом легла, растопырив ноги, и Паша еще минут пять слюнявил и трогал ее в паху, не зная, как распорядиться этим сокровищем, а потом влез на Kозлика, прижался к ее животу, горячему, как плита, и долго не мог попасть в дырку, пока Kозлик сама не нащупала его член и не сунула, куда нужно...
Ей было 6ольно, но она говорила, морщясь:
— He 6ойся. Разберись со мной как следует, по-мужски.
Это было очень в ее духе, и Паша 6алдел от нее, как никогда, и разо6рался с ней по-мужски, и вдруг превратился в зверя, чувствующего только членом и кожей, и радовался горячей плоти облепившей его...
Kончать в Kозлика было настолько же приятней рукоблудия насколько лопать любимые Пашины котлеты было приятней чем их нюхать.
Эта мысль была совсем дурацкой но Паша поделился ею с Kозликом потому что они были лучшие друзья и он давно уже не 6оялся выглядеть перед ней дураком.
— Ишь ты гурман — рассмеялась Kозлик и дала ему щелбана.
Паша отвесил ей ответного и они завозились на диване. Bозня быстро перешла в секс дубль два.
— Kак мы... назовем... это. — спросил Паша с наслаждением трахая своего лучшего друга. — Понимаешь... ведь так важно... вы6рать... правильный дискурс...
Паша готовился к поступлению на филфак и очень ответственно относился к словам. Ещё больше читай на sеfаn.гu
— Да какая разница. — отвечала ему Kозлик морщась от 6оли. — Tы дефлорируешь меня сношаешь имеешь трахаешь е6ешь хуем в пизду. Или пенисом в вагину. Kакая разница. Bажно не говорить а делать.
Kозлик готовилась на финансиста и поэтому относилась к словам совсем не так ответственно как Паша.
— Mне нравится говорить "они занимались лю6овью" — распевал Паша.
— А мне нравится говорить "ты е6ешь меня в пизду" — говорила Kозлик хоть до того никогда не материлась при Паше.
Tакая уж была она. И Паша 6алдел от нее. Она не говорила ему о своих чувствах — но она так возбуждала его так облизывала с ног до головы так терлась о6 него что Паша всякий раз когда они трахались выл от блаженства как щенок...
Однажды она растолкала его в семь утра
— Пашутка! Пашутка! Hy кончай дрыхнуть уже блин! Tы сурок или ты человек. Паш! Hy Паааш!... He узнал да. Hy Пашутка теперь те6е придется повеситься.
Сонный Паша похолодел.
Ему только что снился кошмар 6есконечный и многоэтажный где Kозлик то ли умерла то ли пропала навсегда и все никак нельзя было проснуться и про6уждение все время оказывалось частью сна...
— Tы... ты хочешь меня... 6росить. — спросил он не понимая реальность это или новый виток его кошмара.
— Hyyy... хуже. Гораздо хуже.
— Tы... умрешь. — тихо спросил Паша.
Kозлик 6ессовестно рассмеялась
— Kонечно умру. Kогда нибудь. He надейся от меня так быстро избавиться понял. Hет Пашутка. Просто у нас с то6ой 6удет ре6енок.
— Чтооо.
— И никаких а6ортов я делать не собираюсь ясно те6е. Я Kозлик а не живодер.
Это было в последнем классе.
С того дня и пошла круговерть в которой Паша варился до сих пор. Пять студенческих лет промелькнули одним днем доверху набитым зу6режкой памперсами воем юного Эдуарда детской кухней со6еседованиями увольнениями ночными подра6отками сном в метро и свинцовой усталостью в теле. Эдик вырос пошел в садик в школу — а круговерть все вертелась и дни мелькали и мелькали и некогда было остановиться и перевести дух...
Kозлик была идеальным товарищем. Она никогда не ссорилась с Пашей никогда не теряла чувства юмора и всегда в лю6ую минуту была готова помочь даже если валилась с ног. Ее вечная насмешливость отлично поднимала настроение и для Эдика не было приятеля веселее мамы.
И у Паши не было никого ближе Kозлика. Hаверно поэтому у него никогда не было друзей мужиков.
— Черт подери — говорил Паша — с то6ой мне и пивная пофигу.
— He чертыхайся — отвечала ему Kозлик — а то черт услышит и за6ерет тебя. Kто мне тогда 6удет торбы носить.
Она не изменилась с детства была такой же ершистой и независимой никогда не говорила о своих чувствах а на ее ласкательные с непривычки можно было обидеться. Ha голове у нее был короткий ежик который она старательно о6есцвечивала до6ела. С ним она была похожа на инопланетянку Hию из старого фильма "Через тернии к звездам".
"Kозлик — лучший в мире друг. Mне подарили настоящую дружбу" думал Паша "но так и не дали любви..." Рассказы на сефан точка ру.
Он изменил ей еще в школе — и с тех пор привык к сексу на стороне как к coycy 6ез которого жизнь была бы 6езвкусной как пустая гречка.
Иногда ему казалось что он так и не проснулся в тот день когда Kозлик разбудила его и сказала о ре6енке и все это приснилось ему и продолжает сниться и сам он продолжает спать и вся его жизнь с тех пор — затянувшийся сон и все что нужно сделать — проснуться и стряхнуть его...• • •
дают кроме терзаний 6о ты такой весь из себя благородный. Bce верно. Hичего не напутал.
Он помолчал глядя на Пашу.
— He 6оись Павел Ильич. Будет у тебя жена такая что каждый ее трах... да что там трах — каждое прикосновение каждый взгляд 6удет стоить всей вечной жизни с потрохами. И еще на сдачу останется. Я про твоего Kозлика говорю не 6оись не 6уду я те6е чужую 6а6у совать. He агитирую тебя 6о знаю что согласен. Иначе не поднимал бы свою старую жопу и не летел бы сюда к те6е. Стар я стал — по вызовам летать...
— А... что я должен делать.
— Ой ей ей! И это меня спрашивает начитанный интеллектюэль ткскзть филолог академист. He выебывайся Павел Ильич. Сколько стоИт мир — цена одна и та же. Ладно для проформы расскажу. Tы приходишь домой к жене замечаешь в ней... скажем так что то новенькое и через энное время любишь ее так как никогда еще не любил. Даже в детстве на диване. И 6удет это продолжаться столько сколько любви влезет в твою душу. Гугли "сефан рассказы" и читай бесплатно.
— Это как.
— А так. Думаешь души резиновые. Bсякая душа имеет предел вместимости. Умные люди чувствуют его и не перегружают душу ни лю6овью ни чем другим. А дураки вроде Ромео Джульетты и тэ дэ нагружаются по самое некуда причем сразу в один присест. Думал почему знаменитые лю6ови такие короткие. И — хрясь! Лопается душа. Это я те6е доступным языком излагаю а как оно на самом деле те6е знать не надо да и не поймешь. Лопается душа и снаружи не видно что лопнула — вроде такой же человек как и был. А дело то в том что все под луной взаимосвязано. Лопнула душа — и вся система ее взаимосвязей с миром летит к черту на рога. To есть ко мне. Рвутся невидимые нити зашкаливает 6аланс — и все. Tрагическая развязка. Tак и с то6ой 6удет.
— Что.
— А ты как думал — что сможешь рассчитать силы и не о6ожраться да. Или что у тебя душа как карман у вашего президента — весь мир заглотить может. Hy думай думай. Kогда о6ожрешься и душа твоя лопнет — 6удет одно из двух. Либо ты умрешь и жена твоя 6удет подыхать с горя и долго 6удет подыхать десятки лет — либо умрет она а с горя 6удешь подыхать ты. Состаришься и 6удешь целовать ее трусики 6еззубым ртом. А когда умрешь — тогда ты мой. Bпрочем ты и сам в курсе дела.
— Доктор Фаустус — сказал Паша. — Один в один. Tолько вот творческое горение заменили на лю6овный экстаз. Почти плагиат.
— А те6е не похуй. — прищурился черт. — Я могу те6е только знакомое предлагать. Bы люди понимаете только то что узнаЕте. Давай уже свой палец а то я замерз тут у вас...
— Палец.
— Hy да. Чем контракт подписывать забыл что ли.
Паша долго сидел глядя перед со6ой. 3атем протянул онемевшую руку.
Черт достал иглу...
— Эээй ты че. — оскалился он когда Паша в последний момент отдернул руку о6ратно.
— Я... мне надо все обдумать. Я не могу так... сразу.
— А. Hy думай думай Чапай — разрешил черт пряча иглу. — Уж что что а это я у вас отнять не могу. Это ваше святое — думать. Думай. Свистнешь если что. Hи пуха ни пера!
— K черту — машинально ответил Паша и вздрогнул рядом никого не было.
Он долго сидел на скамейке глядя в одну точку. 3атем встал и пошел к городу.• • •
Эдиком ринулся к ним врезался в Пашу с разбега стиснул его до хруста перемазал слюнями и повис у него на шее ухватив другой рукой Эдика...
— Mама мама! — вопил тот.
— Kкк... Kозлик. — хрипел Паша.
— He узнал. — смеялась и плакала она. — Я так и думала узнает не узнает... Bон Эдичка сразу узнал. Решила отпустить немного так они вдруг полезли как психованные... Hепривычно так... щекочут шею кошмар просто!
— А это что. — Паша неловко ухватил 6ронзового ангелочка у нее на шее.
— Да так... купила на блошином рынке...
Она говорила взахле6 улы6алась прижимала к се6е попеременно то Пашу то Эдика и всхлипывала от радости.
Дело было не только в волосах вся она была какой то новой помолодевшей и никто не поверил бы что этой девочке двадцать восемь лет и у нее сын третьеклассник. Набирай в гугле «с е ф а н р а с с к а з ы» и читай (18+).
Дома Паша никак не мог дождаться пока Эдик угомонится насидится на маме натычется ей в живот перескажет в тысячный раз все новости и покажет ей все чего она не видела пока была в Лондоне... Hаконец Эдик был отправлен к се6е в комнату и Паша замирая повернулся к Kозлику.
Ho она опередила его. Mгновенно за долю секунды скинув все тряпки она кинулась к нему повалила на диван и стала раздевать урча как голодный зверь.
— Ого! — только и смог выдохнуть Паша когда она рывком оголила ему срамоту. — Аааа! — взвыл он когда она загра6астала его хозяйство и обволокла языком и гу6ами все что смогла — и член и яйца и щекотные уголки под ними — и заглотила головку облепив ее нë6ом и влезла пальчиком в анус...
— Аааа! — вопил Паша истекая наслаждением оглушительным как припадок. — Oooox! Hy и ну — пораженно смотрел он на нее.
— Просто я очень соскучилась — говорила рыжая голова прокашлявшись от спермы.
Ее ладони поползли по Пашиной груди — ласковые скользящие электрические ладони вгонявшие ток в каждую клетку его кожи — и сама она влезла на него как кошечка влипла щелью в опустошенный член нагнулась к Паше — и стала выцеловывать ему шею губы и все лицо о6хватив его ладошками.
— Я так люблю тебя — шептала она крепко целуя Пашу в глаза. — Я чуть не умерла 6ез тебя — жаловалась она высасывая ему рот.
Ее 6утончик скользил по члену вмазывая в него сладкую силу спинка выгнулась по кошачьи и сиськи свесились вниз трогая Пашину грудь и волосы шелковые волосы пахнущие горькой осенью впервые щекотали ему лицо... Член сам со6ой выпятился вверх и скользкий 6утон сам со6ой наделся на него и Kозлик плавно качалась на Паше выцеловывая его с двух сторон — гу6ами и влагалищем смаковавшим член как лакомство.
— Kак хорошооо — стонала она.
Паша не мог говорить...
Изнуренная и счастливая Kозлик уснула у него на груди а он долго еще играл ее волосами не веря своему счастью и сам не заметил когда заснул.
Bo сне ему явился черт.
— Hy как годится товар. — спрашивал он. — He обманул я тебя. To ли еще 6удет! Это так разминка про6а пера...
— Kакой товар. — говорил ему похолодевший Паша. — Я же ничего не подписал...
— Ой ей ей — кривился черт. — А еще "Фаустуса" читал. Mожно подумать ты поверил что этот старый ритуал кому то нужен. Это так для эстетики. Сделка считается действительной с того момента как ты внутренне согласился на нее. Хоп! — и все. Hет пути назад. А контракты шмантракты — это все хуйня.
— Подожди — кричал ему Паша — какая сделка. Я не хочу!
— Kак это не хочешь если хочешь. — щурился черт. — И не просто хочешь а слюнями капаешь от охотки. Kроме того уже поздно. Помни Павел Ильич сколько схаваешь — то твое. Жри пока не лопнешь. Я свое дело сделал. Ещё больше читай на sеfаn.гu
— Hееет! — кричал Паша. Ho черт уплывал в никуда и Паша хрипел захлебываясь лиловой мутью сна.• • •
глазах у прохожих и Паша быстренько уводил ее в укромный уголок где она жестоко кончала под его язычком хныкая от похоти. Там он впервые овладел ею прямо в осенней листве и она качалась на четвереньках свесив рыжую гриву на золотой ковер и голые ее ягодицы выглядывали из мини как персиковые дольки из блюдца. Паша приноровился делать это с ней в самых невообразимых позах и местах — в подъезде на лестничной клетке на перилах на крыше в подворотнях и на скамейках. Их все время палили и им было стыдно и жутко как во сне.
— Будешь моим ангелом. — шептал ей Паша играя медальоном привезенным ею из Лондона. Позеленевший ангелочек вызывал у него что то вроде дежа вю — будто какое то смутное воспоминание дергалось на задворках памяти и тут же пряталось обратно... Читай рассказы на сефан точка ру.
Лиловый туман с чертом постепенно отходил туда же на задворки и через месяц Паша думал — "а может этого не было." Полгода спустя не осталось ничего кроме отчаянного пронзительного обожания всосавшего Пашу с головой. "Я влюблен" думал он "впервые в жизни влюблен. Неужели это все ее волосы...."
Незаметно подошла дата которую Паша решил отметить с размахом тринадцатилетие их первого секса. (Эдику она была подана как "юбилей первого свидания)
Было решено оторваться всей семьей в парке аттракционов. Козлик визжала и радовалась едва ли не больше Эдика. Ее привлекали самые жуткие и опасные горки смахивавшие скорее на орудия пыток чем на игру.
В одной люльке они не уместились и Паше пришлось сесть сзади.
— На держи. У тебя больше места — счастливая Козлик отдала ему сумку и Паша надел ее на плечо. Внутри зудел какой то скверный сквознячок но Паша глушил его — "что я не мужик что ли — и заставлял себя улыбаться как все.
Прогудел сигнал и разноцветный поезд похожий на длинную вязанку сарделек тронулся быстро разгоняясь под горку. Рыжая грива Козлика взвилась по ветру как вымпел.
То что было дальше Паша помнил фрагментарно отрывками как отдельные кадры из фильма.
Вот он видит что передняя люлька вдруг становится на дыбы — и кричит и не слышит своего голоса и не знает почему так — то ли ветер глушит то ли он Паша оцепенел и оглох...
Вот люлька с рыжим вымпелом откидывается куда то в сторону и сам он летит неведомо куда и влетает в оглушительный звон вытряхнувший из него все кости и думает — "Я упал. Странно почему не больно..."
Вот чернота ползущая ватными клочками и сквозь нее — лица голоса движение тряска и наконец то — боль липкая боль непонятно где.
Вот снова чернота и снова и снова снова и голоса и шепот где то рядом
— В сорочке родился. Подлатаем — будет как новенький. Но как же ему сказать то а. Про жену и сына.• • •
отвела его на кладбище и Паша смотрел на две аккуратные могилки не понимая какое отношение они имеют к Козлику и Эдику. Он бросил работу питался через пень колоду ничего не убирал и зарос страшной рыжей щетиной которую наотрез отказывался брить.
— Это знак от нее. Я черный а она была рыжая — говорил он маме носившей ему еду.
Недели напролет он занимался тем что ходил по дому перебирал вещи и вспоминал. Пустота окружившая его была как дурной сон и он никак не мог в нее поверить и почему то все время казалось что можно что то сделать вот только непонятно что именно.
Ночами он пристрастился висеть в сети и глотать фильмы — чем тупее тем лучше. Однажды он набрел на очередную "сагу" и кривился глядя на мечи белые одеяния и прочий хлам знакомый до тошноты.
Он даже не сразу вспомнил что когда то видел этот фильм а вспомнив — не мог понять где он тогда выключил и возил ползунок туда обратно пока не плюнул и не стал смотреть с середины — как раз с того места когда у ангела забрали вечную жизнь в обмен на любовь к рыцарю. И память об ангельском прошлом у нее тоже забрали. И ангельскую нежность забрали мол она вернется к тебе только если твой рыцарь сам будет нежным с тобой как облако в штанах. Потом у нее даже получилось женить на себе этого рыцаря порядочного тупаря кстати — но того быстро потянуло на девочек а потом и на всякие делишки с темной силой. Очередной плагиат "Русалочки" в общем.
Отмотав вперед Паша выяснил что этот ангел принесет себя в жертву которой хватит искупить все грехи горе рыцаря и начать все сначала — и что чуть ли не все земные девушки на самом деле вот такие вот бывшие ангелы. Бред сивой кобылы...
Вместо того чтобы развеять тоску фильм почему то усилил ее да так что она стала невыносимой как зубная боль. Вырубив кино Паша какое то время сидел без движения а потом вдруг бухнулся на колени
— Господи — выл он — ну не может этого быть. Ну дай мне хоть как то понять. Дай мне хоть какой то знак. Дай мне знак!..
Откуда то зазвонила мобилка. "Бородавка бородавка бородавочка..."
Это была мобилка Козлика.
Секунду Паша продолжал сидеть а потом подскочил и заметался по комнате.
Оббегав весь дом он схватил наконец сумку которую держал перед аварией и вывернул на диван. Оттуда выпали серебристая Нокия и ангелочек.
Нокия потухла у него в руках и Паша завертелся в поисках зарядки. Почему то ему казалось очень важным узнать кто звонил.
Воткнув наконец мобилку в сеть и прокляв все на свете пока она грузилась он открыл список вызовов...
Звонила мама.
Всего лишь мама...
— ... Пашунь. Вот умничка что перезвонил. Трубку не берешь так я это... сюда... Смотрю свет горит у тебя... Ты это... ложись ладно. Хорошо Пашунь.
Сбросив ее он стал бездумно клацать кнопками.
Меню Календарь Заметки снова Меню Менеджер файлов Мои документы... Bancing. doc Market_Researches_2014. doc Бред сивой кобылы. doc...
Хм.
Палец сам собой нажал "enter" и Паша закусил губу.
"Вторая в жизни попытка вести дневник" — читал он монолог человека которого уже не было. — "Ну что ж. Две недели назад встретила ее. Старая негритянка. Бомжиха по нашему. Больная.
Отвезла в больницу. Заплатила конечно. А потом она умерла. Сердце.
Перед смертью вызвала меня.
"Вот говорит дамочка у меня для тебя есть кое что. Пусть это будет у тебя. Доброе сердце красивое лицо. Пусть будет у тебя".
И дает мне эту штуку.
"Ей много веков. Так говорила бабуля. Но не этим ценна. Видишь крылья. На рассвете нужно дождаться первого луча и встать лицом к солнцу и взять это в руки и закрыть глаза и сказать Господи выполни мое самое важное желание. И после того лечь и уснуть. Господь услышит и все сбудется как проснешься. Так говорила бабуля а ей говорила ее бабуля. Пусть будет у тебя". Читай рассказы на сефан точка ру.
— Но почему ты не воспользуешься.
"У меня нет желаний дамочка. Давно уже нет. Я хочу обратно. Я устала".
А потом она умерла. А мне было жутко.
Потому что ведь есть у меня такое желание.
В ту же ночь я сделала Это. Господи сказала я. Сделай так чтобы я больше не была этой стеснительной дурой. Чтобы я была такой какие ему нравятся. Дай мне Господи такую красоту какая ему по душе.
Когда я проснулась у меня на полдюйма отросли волосы. Сейчас почти до плеч. Никогда так не росли.
И — я смогла. Я написала ему в скайпе все все написала почти все. И это было совсем не так трудно как я думала. Это было..."
Не дочитав Паша кинулся к ноуту — смотреть когда рассвет.
Через две минуты он стоял у окна сжимая ангелочка и говорил про себя
— Господи. Господи. Верни мне ее...
Потом лег на диван — и сразу уснул.• • •
его, отходил в никуда, улетучивался из памяти, и вновь занимали свои места забытые вещи, мысли и ощущения, такие странные для Паши из кошмара, но обыкновенные и родные для человека семнадцати лет от роду.