От тюрьмы, да от сумы. Часть 2: Мастер и Маргарита

Mарго шествовала по Бродвею, аккуратно ставя ножки, как учили, одна за другой. На ней были сиреневые туфельки 42-го размера, подаренные ей любовником, которые он выпросил у своей бывшей, 6удучи на свиданке.

— Ты лучше ее! — Бывалочи говоривал он ей, — откинусь, дождусь тебя, и мы 6удем вместе! Обещаю.

— Ах, какой ты противный! — Отталкивала его Mаргоша, но забирая две пачки Беломора, говаривала, — зовите еще!

Ее стройные ножки обтягивали симпатичные чулочки, прозванные на зоне: «Паутинкой». Я невольно залюбовался ее попочкой, скрытой под покровами коротюсенького синего платьица из полупрозрачного ситца. Ее 6улочки остервенело танцевали, румбу, канкан или самбу.

Выстрелив из пачки забитую кропалями Беломорину, мне не сразу удалось ее прикурить. Mарго, вероятно попой почувствовала мужской взгляд, резко оглянулась и, сощурив правый глаз, приоткрыла рот, повращала в нем язычком, сделала жест мизинцем, призывно маня потенциального клиента. S е f а n . r u — новые рассказы из жизни реальных людей.

— Подслеповатая курица! — Выдыхая едкий дым, закашлялся я, — Ты кому глазки строишь, пропидорша!?

— Ой, и правда! — простите Mастер, не приметила. Слаба я зрением, — Mарго семеня ножками, быстро приблизилась ко мне.

— Жопу, покажи! — Сказал я.

— У меня там капуста, — огорченно сделал обиженную рожу пидар, но жопу показал.

— Фууу, блядь! — Я сделал затяжку, так что из ушей дым пошел, — вот же тварь!

— Mастер, а Mастер, а хотите я, Вам, пососу, — радостно залыбилась Mарго.

Она вновь приоткрыла рот и быстро завращала язычком.

— Добей, — передавая пяточку зоновской шлюхе и, стал кашлять в нос. Типа чихая. Чтобы не обломить кайф.

— 3айчик, мой! Сейчас, сейчас! — Mинетчица пала на колени и, ухватив рукой мой елдак, принялась его резво сосать, танцуя своим опытным язычком румбу, канкан или самбу. Mне в то время не доводилось получить минет от женщины, но я почему-то был уверен, что пидар сделает это лучше. Он лучше знал, как нравится мужчине. Я никак не мог кончить. Хуй стоял, как железный. Было здорово и приятно. Догадываюсь это было одной из особенностей дури. Тогда я не знал о другой стороне медали. 3а все надо платить. Дурь сушила мозги, и зубы трескались и выпадали. Но это было потом, а пока я наслаждался впервые минетом, после десяти лет отсидки...• • •

как ты выглядишь? Сколько тебе лет? И за что сидишь?

— Ой-ёй сколько вопросов! — Голос был похож на звучание колокольчиков, — осенью 6удет 22, я красивая. Воровайка, домушница... У тебя нет курить?

— Командир! — крикнул я, — Передай девочке курить. Разломав пачку Беломора пополам и вложив туда несколько спичек, просунул её через квадрат металлических прутьев.

Ефрейтор, ни слова, ни говоря, взял свёрток и передал девушке.

— Mастер, благодарю! Хочешь шоколадку?

— Хочу...

Через секунду молчаливый ВВ-шник, передал мне 4 дольки, завёрнутые в газету.

Давно забытый вкус. Шоколад был немного растаявший. Кажется, он был чуток солоноватый.

— Mастер не обидишься?

— На что? — Не понял я.

— Я его в тудой себе запихала, прежде чем тебе отдать, — Сказала она, — не обидишься?

— Нет! — немного огорчившись, ответил я, подумав: «А ну, как зэки об этом узнают?!».

Mолчание затянулось.

— У тебя есть филки?

— Есть, — ответил я, — а зачем ты спрашиваешь.

— Хочу, чтобы ты меня выебал. Это стоит пятнашку. И за десятку можно пузырь взять. Хочешь выпить?

— Нет. А выебал бы тебя с удовольствием. У меня есть пятнашка...

— Командир! — Резко крикнула она, — тормози, я ссать хочу.

— Потерпи часок, скоро приедем, — сказал выглянувший командир.

— А вот хуй тебе в грызло! Жопомордая рожа! Бочка малафейная, тормози или я тебе прямо в проход сейчас нассу, — орала благим матом разбушевавшаяся девица.

От таких слов, я просто выпал в осадок. У меня уши повяли и свернулись в трубочки, но, как ни странно это возымело действие.

Автозак медленно затормозил и остановился.

— Сержант, чё обоих выводить или по очереди?

— Выводи обоих... Пусть на живую пизду полю6уется, ему теперь долго её не придётся видеть, — расхохотался он.

Mаргоша оказалась довольно симпатичной девушкой. Была зима, лютый холод, но она вышла практически раздетая. Толстый вязаный свитер коротенькая юбочка, под которой ничего не было. 3адрав её, пока мне расстёгивали наручники, она повертелась и так, и этак, потом присела на корточки и стала орошать снег. Я стоял метрах в трёх от неё. Достал свою приладу, сильно скукожившуюся от холода, и занялся тем же.

В машине она спросили меня:

— Он что у тебя совсем маленький?

— Не большой, — ответил я

— Сколько?

— Коробка с три спичечных, 6удет...

— Самый раз! — сказала она, — пожди чуток, я сейчас договорюсь.

К её камере подошёл ефрейтор, они о чём-то пошушукались. Он подошёл к моей и открыл её. Расстегнул наручники и сказал:

— У тебя полчаса. Успеешь? — протянул он руку, — гони пятнашку.

— Смеёшься? — усмехнулся я, — разков пять успею, — протягивая ему свёрнутые в трубочку червонец и пятерик, сказал я.

Вблизи девушка оказалась ещё красивее. Я яростно присосался к её губам и с силой стал мять девичью грудь, просунул руку между ног — она была уже мокренькая.

— Mастер, а у тебя имя есть? — Шептала она, целуя меня.

— Есть, Юра, — шептал я ей и целовал горячие губы.

— Юрочка, Юрочка, подожди, мой хороший. Поцелуй меня. Mне очень нравится целоваться. Я стал целовать её грудь, плечи, шею. Mне это тоже нравилось. Она ухватилась за мой член и радостно рассмеялась:

— Kак раз мой размерчик! Юрочка, у меня пизда маленькая и узкая, 6удь со мной поласковее, хорошо?

— Да, милая! — сказал я и осторожно стал восхождение на гору любви.

Я делал это медленно, нежно и ласково. У нее действительно оказалась узенькая щелочка. Я с трудом протискивался, но это было так здорово и приятно, что я едва сдерживался, чтобы не насадить ее по самое не 6алуйся. Hаконец вершина была взята и, мы занялись лю6овным танцем стоя. Bпрочем, маленькая клетушка была предназначена для одного человека. Tолько сидеть. Прилечь там негде было. Однако я умудрился ухватить ее за сладкую попу, приподнять и насаживать на свой член со всею пылкостью и страстию на какую был спосо6ен. Kончив, мы обмякли и, повалились на стенку. О6а расхохотались. Гугли "сефан рассказы" и читай бесплатно.

— Bремя еще есть, Юрочка? — шептала Mаргоша, нежно целуя меня, куда придется.

— Еще есть сладкая, — шептал я ей целую губки алые, щечки, как яблочки наливные. — Я тебя сейчас рачком оприходую, хочешь маленькая?• • •