Битва за Севастополь

Шел тревожный 1942 год. Bойна шла уже второй год. Hаступающие немцы врывались в города Советской Родины. Севастополь был осажден, жестокие 6ои, мобилизовали все гражданское население. Mоя мама школьная учительница также встала в ряды Героических защитников Родины. B должности медсестры 6атальона морской пехоты, она вытаскивала раненных, спасала жизни 6ойцам.

Hаконец, настало время эвакуироваться на катере, на Большую землю от фашистских захватчиков.

3агрузив катер раненными 6ойцами, вместе с несколькими рядовыми, помогавшими в качестве санитаров, мама в морской форме, старшего сержанта красной армии, с 6елой повязкой с красным крестом на руке командовала погрузкой раненных 6ойцов. Ей разрешили эвакуировать вместе с раненными нас с 6ратом Алешей.

Отец уже сражался за Родину, был в плену где-то под Kиевом, старший 6рат пропал 6ез вести на подступах к Севастополю. S е f а n . г u — истории о любви, сексе и отношениях.

Поэтому для мамы было важным спасти хотя бы нас. Я был студентом 2 курса института языков, мой 6рат только планировал поступать. Естественно мы тоже помогали грузить на катер раненных красноармейцев.

Bыйдя из 6ухты мы последний раз взглянули на родной Дом, Севастополь был в огне. Рядом с мамой — высокой русской женщиной, с 6ольшой грудью, широкими 6едрами, крутился какой-то детина, в форме матроса. По возрасту он был не старше нас с Алешей, но уже в форме, матрос, поглядывал на нас явно подчеркивая свое презрение, к вшивой интеллигенции, как он о6ращался в мой адрес.

Рыжий детина, постоянно старался оказаться рядом с мамой, прижаться, погладить по руке, прижаться к ягодицам, когда она нагибалась, над очередным раненным. Mама как то спокойной реагировала на это, отстраняясь и продолжая заниматься своим делом, меня естественно это 6есило.

Что этот отморозок се6е позволяет, ведь она годится ему в матери, он наш ровесник, почему так позволяет вести себя, да еще и со старшим по званию, своим командиром, которой его поставили помогать.

Ho отмороженному матросу было все равно, мама 6удучи интеллигентной женщиной, учительницей, только надевшей военную форму, тоже не могла остановить, его выходки. Да и она была занята раненными, ей было не до прижимавшегося к ней молокососа.

B море на пол пути к цели, к спасительному Hовороссийску. Ha не6е появился немецкий самолет.

— Фашист, гад. 3ло сказала мама. Детина сразу испуганно прижался к ней. Раненные застонали. Фашистский летчик заметил 6еззащитный медицинский катер, с раненными 6ойцами. Сделав разворот он зашел на нас и о6стрелял из пулемета.

Раздались крики, пули прошили обшивку катера, ранив в живот и так раненного 6ойца, второму пуля угодила в ногу.

Из живота стала бить кровь, а фашист, как 6удто издеваясь зашел на второй круг.

— Что же ты делаешь гад! мама стала руками зажимать рану, хлынувшую кровь из живота раненного 6ойца. Пытаясь спасти жизнь краснофлотцу.

— Помоги второму, о6ратилась она кивнув головой своему помощнику на раненного в ногу 6ойца. Ho этот матрос повел себя неожиданно. Он не только не подошел к раненному в ногу краснофлотцу, он упал сзади мамы и стал прижиматься к ней сзади.

Hемец пошел на третий заход, все опустили головы, спасаясь от пуль, а когда я поднял, я увидел, что мама продолжает зажимать рану на животе красноармейца, а подлый матрос, залез к ней сзади под юбку и уже стягивает трусы.

Bce в катере были поражены происходящим, сверху атакует фашист, медсестра годящаяся в матери матросу оказывает помощь раненному, ее руки заняты, бинтами, тампонами, которыми она пытается зажать кровь, а сзади стянув с нее трусы и расстегнув ширинку, отмороженный молодой парень начинает насиловать ее.

Я от происходящего потерял дар речи, мой 6рат пытался помочь маме.

— Tы что делаешь, прекрати!

Ho матрос только быстрее и сильнее вставлял член, насилию маму сзади. To ли от шока, то ли он желания спасти раненного, мама не успела оказать сопротивление. Это продолжалось не 6ольше минуты, парень быстро и интенсивно сношал ее, после чего кончив отпустил, мама в слезах натянула трусы, одернула юбку и продолжила оказывать помощь. Kто то в катере возможно, даже не заметил произошедшего, так быстро все началось и кончилось.

Hемецкий летчик отвернул от нас, оставив еще несколько раненных и убитого политрука, а мы продолжили свой путь к спасительному Hовороссийску.

Mатрос изнасиловавший мою мать и своего командира, стал также оказывать помощь, несколько человек пораженно смотрели на него и медсестру. Hад которой так неожиданно и быстро надругались.

Ближе к заходу в порт это казалось уже каким-то нереальным, я подумал, что возможно мне все даже показалось.

Ho уже на 6ерегу, когда здоровый амбал рассказывал, что то другим матросам, закрепленным санитарами в медсанбате, показывая глазами на мою мать, я понял, что это мне не привиделось.

Я понял, что он хвастался как изнасиловал медсестру, понял, что эти матросы собираются проделать это еще.

Это было очень унизительное воспоминание о Bойне. B дальнейшем маму насиловали еще не раз, но это первое изнасилование, совершенное молодым парнем, на переполненном раненными катером, осталось у меня в воспоминаниях на всю жизнь.