Синдром горевания по бывшей

Он не мог забыть ее.

Вот так просто раньше думал что играл развлекался целуя ее. Оказываясь в объятиях считал что это ничего не значит. Что ее рука на собственнам члене ее губы на шее, это всего то помутнение. Потому что на самом деле она никогда не была его.

А теперь не мог не думать о ней. Разом лишь потому что лишился. Потому что ее больше нельзя сжать в объятиях нельзя впечатываться в ее губы вылизывая горячий рот языком. Нельзя подойти к ней сзади сжимая упругую грудь которая идеальна помещалась в руке. Она больше не откинула бы голаву ему на плечо задыхаясь от одних лишь рук на груди. Его рук. И не поддалась бы больше назад касаясь попкой его вставшего члена потому что он всегда возбуждался слишком быстро. Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Теперь у него была Ленка младше его на год которая целавалась то даже со стеснением потом сразу же отстраняясь и не смотря на него. Он был рад что она не смотрела что рассказывала какую то ерунду пока он не мог понять почему. Почему ничего не чувствует. Почему поцелуй из горячего страстнаго превратился в рутинный и совершенна не нужный. Почему он не хотел Ленку. Вот она здесь только руку протяни.

А ему это вовсе не нужна.

Потому что когда он целавал Ленку, думал не о ней. Потому что русые Ленкины воласы в его голаве заменялись огненна рыжими. Потому что когда его язык был у нее во рту когда Ленка стонала ему в рот он вдруг вспоминал как сжимал совершенна не ее воласы в кулаке насаживая жаркий открытый рот на стоячий член. И этот рот был совершенна не Ленкин и воласы были не ее и тела.

Ленка была хорошей а эта девушка из воспоминаний ее бы он никогда не назвал таковой. Потому что хорошая, последнее что приходит на ум.

Рыжая целавала его первой когда он затаскивал ее к себе на колени утыкалась насом в шею дышала так глубоко что у него могла встать только от этого. От того что она просто сидела у него на коленях и они даже не тархались. Или когда вылизывала его шею оставляя влажные дорожки разрешая забираться руками себе под футболку.

Он задыхался ею стоила повести непослушнай рукой по спине пройтись по позвоначнику прямиком к шее сжимая ее. Легко на так чтобы рыжая успела испугаться округляя карие глаза. И смотрела на него с таким трепетным возбуждением что дыхание перехватывала у него самого.

Он не мог не смотреть на нее. Когда видел, залипал безвозвратна и надолго. Сначала на ее губы пухлые всегда приоткрытые покрытые стойкой светлай помадой. Он ненавидел себя за то как хорошо помнил ее губы. Каждый раз воссоздавая в подсознании вспоминая каково была целавать ее каждый раз сталкиваясь влажными языками. Вжимая ее лицо в свое путая непослушные воласы зарываясь в них рукой. Ощущая ее твердые соски сквозь футболку, она редко насила лифчик. Или проигрывая.