Второе рождение. Часть 4

Вернее так я познакомился с Синди. Коттон, это и ее фамилия и ее клаунское имя. Первоначальна сказала она она собиралась выбрать клаунское имя Коттонтейл (американский кролик) потому что ей нравилась как она звучит на на самом деле кроликов она не очень любила.

Оказалась что она услышала обо мне навещая детей в детском отделении и из любопытства зашла на меня посмотреть. Она была так тронута тем что у меня нет посетителей что решила посидеть со мнай. Была слегка обидна узнать что никто не пришел искать мою жалкую задницу даже сестра на это еще больше привязала меня к Синди. У нее большое сердце.

Оказалась была причина по которой не вызвали мою сестру. Никто не знал кто я. Грабители порылись в моем пальто после того как я потерял сознание и забрали 6умажник. Я добрался до больницы без документов без карты отказа от реанимации (что объясняет почему я жив) и ни с кем кто мог бы меня опознать. В лучшем случае они поняли что я местный на что дальше. Я официальна был неизвестным.

Более того пока не смог общаться я оставался загадочным пациентом. Только через неделю после того как я очнулся я смог назвать свое имя.

Когда меня спросили нет ли у меня родственников я ответил что нет. Я бросил свою сестру и не собиралась втягивать ее и ее нынешнюю семью в свою беспорядочную жизнь.

Тем не менее я чувствовал себя не так как раньше. Я не чувствовал себя парнем закрывшимся от всего мира ненавидя всех и вся. Это была похоже на далекий дурнай сон. Но если я больше не тот парень то кто же я.

В конце концов о своей ситуации я узнал больше через Синди и доктора Горовски. В меня стреляли три раза в левую нагу в живот в правое легкое. Теперь у меня, искусственнае колена которое гарантированна прослужит мне восемьдесят лет (Синди дразнила что я смогу вернуть залаг за него). Вторая пуля разорвала диафрагму а затем срикошетила в желудок причем сила попадания также повредила часть печени. Третья пуля прошла справа от сердца пробив легкое и повредив бронхиальную тру6у. Чтобы еще больше услажнить ситуацию при падении я сильна разбил череп об пол; повреждений мозга не была на сотрясение ослажнила работу со мнай.

Кроме того была еще одна небольшое обстоятельство, недоедание. Казалась странным на отсутствие у меня нармальнаго питания и сна в какой то степени оскорбила его. Я задавался вопросом не подозревает ли он о моем менее чем стабильнам психическом состоянии.

В общей слажнасти я перенес девянасто три часа операции и шесть недель находился в коме. Я дважды умер один раз в скорой помощи и еще один, во время операции. Пройдет еще несколько недель прежде чем я смогу уехать так как мне требуется интенсивная физиотерапия.

Не то чтобы мне была куда идти. У меня также не была страховки и я не мог оплатить.