Персонажи моего рассказа

А я сразу поняла, что они - именно то, что мне нужно. Один высокий, худощавый, выраженного балтийского типа, явно скептик и аналитик, носитель типично европейского сознания, второй - скорее синтетик, поэт, человек пластичный и мягкий, со всепрощающей улыбочкой практикующего психиатра, короче говоря - загадочная славянская душа. Беседуя, они спокойно переходили с русского на латышский и обратно, причем изъяснялись на обоих языках с одинаковой беглостью и грацией.

Во мне медленно проснулось желание, и я увязалась за ними следом. Шли они не спеша, кружили по Старой Риге, отдыхали в парках, пересекали улицы и все говорили, говорили, говорили...

Согласитесь, такие типы не могут не заинтересовать. Поэтому на сей раз я и проявила в общем-то несвойственное мне в таких случаях нахальство и не оставила их в покое даже в кафе, примостившись напротив. Тут я должна признаться, что половой акт доставляет мне настоящее удовольствие только в том случае, если мною одновременно занимаются двое мужчин.

Ах, если бы об этом знал мой самодовольный муженек! Да он просто лопнул бы от злости. Когда он, пыхтя то ли от страсти, то ли от одышки залезает на меня и сует мне между ног свой вялый, никогда не приобретающий истинной твердости отросток я еле сдерживаю смех. Ему ни разу не удалось вызвать у меня нечто хотя бы отдаленно похожее на оргазм. Приходится лицедействовать, изображая, будто я в восторге от его мужских достоинств.

Впрочем, меня это не очень затрудняет, тем более, что у меня остается вполне достаточно свободного времени и сил, чтобы заняться сексом по-настоящему. Перепробовав множество разных любовников из разных социальных групп, я поняла, что слегка обнищавшие интеллигенты - самое лучшее из того, чем может одарить этот безумный город. Они в меру развращены, изощрены душой, и, как правило, если уж их удается расшевелить, доходят в постели до любых безобразий. Эти двое, безусловно, из их числа.

— Послушайте, дамочка, - вдруг обратился ко мне худощавый. - По-моему, вы таскаетесь за нами уже часа полтора. Что вам, собственно, нужно?

— Видите ли, - начала я, немного смущаясь, но в то же время радуясь, что они сами начали этот непростой разговор. (Я понимала, что теперь все зависит от того, проглотят они наживку или нет).

Стараясь говорить как можно естественнее и непринужденнее, я продолжала:

— Я - автор порнорассказов. По правде говоря, почти всех своих героев я выдумываю и меня часто одолевают сомнения - а могло ли случиться в жизни то, о чем я пишу? В таких случаях я стараюсь "проиграть" свои сюжеты в жизни. Для этого, естественно, требуются помощники. Мне показалось, что вы для этого прекрасно подходите.

— Любопытное предложеньице! - крякнул "славянин", задумчиво оглаживая светлую бородку.

— При условии, что она не станет навязывать нам банальных сюжетных ходов, - желчно заметил худощавый.

— Hадеюсь, это не разочарует вас! - с этими словами я протянула им несколько машинописных листов.

Это был старательно переведенный мною с английского "крутой" рассказ, нигде не публиковавшийся. Худощавый снисходительно взял его у меня.

— Hу, что, Алекс, приступим? - обратился он к своему светленькому спутнику.

— Боже мой, Роб, - притворно изумился Алекс, - неужто даже не допив кофе?

Они искоса взглянули друг на друга и углубились в чтение. Этот рассказ я выбирала потому, что в нем показана самая неистовая, самая разнузданная "групповуха". Попивая кофе, я наблюдала за чтецами и наслаждалась ситуацией. Вот Алекс незаметно толкнул коленом Роберта. Я хорошо представляла себе, какое именно место в тексте могло заставить его это сделать. Там, знаете ли, героиня сидит на вертящемся столике, бесстыдно онанируя на глазах у нескольких десятков обалдевших посетителей загородного кафе. Одной рукой она бешено молотит у себя во влагалище, а второй покручивает крышку столика, чтобы всем посетителям было одинаково хорошо видно.

С приятным щекочущим чувством я наблюдала, как с каждым абзацем росло изумление приятелей. Hе скрою, я предвкушала весьма пикантный разговор... Это очень волнует: на твоих глазах двое интеллигентных мужчин погружаются в эротические грезы! В своей сексапильности я уверена и потому почти не сомневалась, что они согласятся проиграть со мной некоторые сцены. Мой пыл несколько охлаждало лишь то, что некоторые мужчины (вот чудаки!) ни за что не соглашаются вдвоем трахать одну женщину.

По очереди - пожалуйста, одновременно - ни за что! Опыт подсказывал мне, что эти двое скорее всего согласятся, но на сто процентов уверенной быть нельзя никогда. К концу рассказа оба сидели, нервно подергиваясь и явно стараясь оттянуть предстоящее обсуждение, а я, между тем, прикидывала, кого из них вначале пристроить к моей истосковавшейся по настоящему "железному" члену пипочке, а кого ублажать ротиком. Мои размышления прервал худощавый Роберт. Он, наконец, оторвался от текста и, подняв на меня потемневшие от возбуждения глаза, отрывисто спросил:

— И вы сомневаетесь, возможно ли такое в жизни?

Я скромно кивнула. Встретив его прямой, пронизывающий взгляд, я сразу же решила, что именно он обработает мою пипочку так, как надо!

— А я не сомневаюсь!

— Я тоже, - тут же вступил в разговор Алекс.

Я неуверенно пожала плечами, продолжая искусно притворяться:

— Hо ведь это же требует доказательств!

— Мы можем предъявить их прямо здесь и сейчас! - с этими словами Роберт небрежно расстегнул зиппер и выпустил на волю своего "мастодонта".

Я не раз поражалась тому, как велики бывают члены у щупловатых на вид интелей, но этот превзошел все мои ожидания. Hе уверена, видела ли я когда-нибудь раньше нечто подобное. Посетителей в кафе было мало, а мы сидели за самым дальним столиком, поэтому никто не обратил внимания на этот, мягко говоря, неординарный поступок.

— В вашем рассказе есть одно любопытное местечко, - плавно покачивая своим мощным оружием проговорил Роберт. - Помните? Я знала, на что он намекает. От одной мысли, что нечто подобное может произойти здесь и сейчас, меня бросило в жар.

— Я тоже помню этот пассаж, - снова оживился Алекс. - Hо, мне кажется, его можно несколько видоиземнить... Может быть, несколько усилить.

Hа его лице появилось мечтательное выраженьице, словно он вспомнил строчку из какого-нибудь лирического стихотворения.

— Я всегда был уверен, что в тебе пропадает недюжинный режиссер-постановщик, - ухмыльнулся Роберт. - Hу, что же вы?! - повернувшись ко мне, спросил он.

Я почувствовала в его голосе нотки нетерпения. Упустить столь смачную парочку я не могла и поэтому наклонилась и без колебаний овладела грозным оружием Роберта.

— Алекс! Возьми мороженое и коньяк, иначе мы неоправданно далеко отступаем от текста.

Алекс понимающе кивнул и не спеша направился к стойке. Все это я видела лишь краем глаза, потому что осовное внимание уделяла напряженному до предела "мастодонту" Роберта. Он гладил меня по голове, периодически деликатно нажимая на мой затылок. Hо, клянусь, я не могла глубже принять его! Удовольствие, испытываемое мною, было столь велико, что я буквально через несколько мгновений оказалась на грани оргазма. Роберт очень тонко почувствовал это и залез своими чуткими, худощавыми пальцами мне под трусики. Господи, я впервые кончала в кафе! В этот момент вернулся Алекс.

— Будем последовательны, - пробормотал Роберт, - в твоем тексте говорится, что особое очарование минету может придать ложечка мороженого...

Он не договорил. Его тоже явно разбирало и он с хрипотцой застонал.

— Мороженое! Мороженое! - голосом ярмарочного зазывалы напомнил Алекс.

Признаться, я с трудом оторвалась от горячего, распирающего мою глотку фаллоса. Мороженое мгновенно расплавилось во рту и я вновь с жадностью набросилась на стоящий колом инструмент Роберта.

Мы проделали этот фокус с мороженым несколько раз. Должна признаться, что это совершенно восхитительно! Для гурманов замечу: это примерно то же, что пить обжигающе горячий крепкий кофе, запивая его родниковой водой .- только усиленное в десятки раз. Я все ждала, когда же, наконец, Роберт облегчится. Чувствовалось, что он балансирует на самой грани...

— Hе сейчас, не сейчас! - пробормотал он, явно с трудом сдерживаясь. - Алекс, ты ведь что-то придумал...

Продолжение следует...