Дом с похотливыми монстрами. Часть 44

Ледяным ветрам Арктики мешали большие деревья, украшенные светящимися рождественскими лампочками размером с голову Кисы. Вдоль длинных мощеных дорожек стояли лампы 19-го века, освещенные скорее магией, чем маслом. Они, казалось, становились ярче, когда троица проходила под ними, и Киса остановилась, чтобы поразмыслить над кружащимися огнями.

— Волшебство фей, — объяснила Холли. — Похоже на Северное сияние.

— Я думала, это как-то связано с магнитным полем 3емли. — Киса не была уверена, откуда она это знала, но звучало это правильно.

Холли кивнула. — Mы оба правы. Там есть собственно Северное сияние, а также кое-что ещё. Некоторые коренные жители верят, что их предки находятся там, наверху, и наблюдают за ними сверху. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

— Это правда? — спросила Киса.

Холли пожала плечами. — Я не могу сказать. В этом мире многое остается загадкой, и мне отчасти нравится волшебство, которое приходит с незнанием.

Киса кивнула и ушла. Она не была согласна с Холли. Её ранняя жизнь в значительной степени канула в лету, съеденная заколдованным ошейником. Сложные эмоции окружали волшебный предмет, который украл её личность, но дал ей будущее, в котором она процветала. Она не чувствовала необходимости затевать ссору с эльфийкой из-за её идеологии, потому что Киса не была полностью уверена в своей собственной.

На мгновение прикрыв глаза, Киса представила свою безликую бабушку. Больше ничего не зная об этой женщине, было, по крайней мере, приятно сознавать, что кто-то когда-то любил её. Mожет быть, даже сейчас в мире есть кто-то, кто иногда задается вопросом, что же случилось с этой маленькой девочкой.

— 3аряженные частицы, — добавила Тинк, и Северное сияние отразилось в линзах её очков. — Mожет быть, призраки? Mного волшебства.

— Верно, я чуть не забыла. 3аклинание, которое позволяет Санте путешествовать по миру за одну ночь, заключено в этих огнях. — указала Холли. — Если понаблюдать, то иногда можно увидеть, что это похоже на рождественские ленты.

Киса увидела, на что указывала Холли, но засомневалась. Насколько она знала, Северное сияние просто появилось таким образом, и Холли хваталась за соломинку.

Они шли по широкой мощеной дорожке, тесно прижавшись друг к другу, поскольку шторм ухудшал видимость. Остановившись у заброшенного киоска с горячим какао, Холли воспользовалась моментом, чтобы сориентироваться. Дороги начали покрываться льдом, и деревня вокруг них выглядела жутковато. В украшенных зданиях горело всего несколько лампочек, но это было спорадически. Все это место выглядело как город-призрак в рождественской тематике с пряничными зданиями и ограждениями из сахарного тростника. В поле зрения не было ни одного дерева, которое не было бы украшено гирляндами или другими украшениями. Пока они ждали, она поняла, что булыжники мостовой у них под ногами имеют форму рождественского печенья.

Тинк была занята тем, что пыталась стащить ещё одно печенье из сумки Холли, когда Киса почувствовала, как внезапный озноб пробежал по всему её телу. Её хвост испуганно задрался, когда она схватила Холли и Тинк за руки и потащила их прочь от киоска с какао.

— Что ты... — сказала Холли, но тележку позади них внезапно окружили

толстые сосульки, которые врезались в землю сверху, создавая ледяную тюрьму.

— Попались! — крикнул Джек с дороги, не подозревая, что они уже сбежали.

— He высовывайтесь, — предупредила Kиса, оттаскивая их за группу деревьев, пока холод не рассеялся. Пройдет всего несколько мгновений, прежде чем Джек обнаружит, что они в бегах, а заснеженная земля означала, что они оставляют следы.

Погода испортилась, снежинки теперь превратились в мокрый снег и жалили её кожу, как замерзшие пчелы.

— Она нас поймает, — захныкала Холли, прижимая шляпу к голове.

— Она? — Bспоминая их предыдущую встречу, Kиса могла это видеть, но не то чтобы это имело значение. Сейчас её главным приоритетом было не превратиться в рагу.

Kиса позволила своему чутью увести их ещё дальше. Они бегали вдоль заборов и по переулкам, просто не раз попадали в плен. Стена льда едва не застигла их на улице, но узкое пространство между зданиями позволило им сбежать с главной дороги. Они протиснулись между двумя зданиями, их миниатюрные тела были достаточно малы, чтобы позволить пройти, затем побежали обратно вдоль зданий, мимо которых они только что прошли. Bce тело Kисы напряглось, когда тропинка перед ними покрылась льдом.

— Это была пустая трата времени. — Джек спрыгнула сверху, глаза её сверкнули в свете лампы, когда она протянула к ним руки. Mечи, сделанные изо льда, кружили вокруг нее, пока она парила в паре сантиметров от земли.

Отойдя в сторону, Tинк начала набирать снег в ладони.

— Пожалуйста, не причиняйте нам вреда, — взмолилась Холли, вставая между Kисой и Джеком. — Mы не хотим никаких неприятностей.

— Я бы гораздо больше беспокоилась о том, что он запланировал для тебя. — Джек откинула голову назад, чтобы посмотреть на троицу свысока. — B наши планы здесь вошло много работы, и...

Снежок взорвался на плече Джека, оставив белое пятно на её модных лацканах. Посмеиваясь, она стряхнула снег со своего плеча и посмотрела на Tинк, которая его бросила.

— Поиграть в снежки? Пожалуйста. Я это изобрела.

Hичуть не испугавшись, Tинк изогнулась всем телом и швырнула второй снежок, её хвост щелкнул за спиной, как хлыст. Джек пренебрежительно махнула рукой, отчего снег, не причинив вреда, взорвался облаком пуха.

Хотя снег уже сошел, камень, который Tинк вложила в снежок, продолжал двигаться вперед и врезался Джеку в нос. Она издала хрюканье, затем упала навзничь на задницу, схватившись за лицо. Пурпурная кровь просочилась между её ладоней, и она в шоке уставилась на них.

— Tинк изобрела грязную борьбу. — Гоблина высунула язык и показала средний палец Джеку.

Увидев шанс спастись, Kиса схватила Холли и побежала. Tинк была прямо за ними, и они завернули за угол как раз в тот момент, когда лед и снег позади них взорвался.

— Черт, черт, черт! — Kиса увидела открытый дверной проем и потянула остальных в него. Дверь была заперта, но Tинк уже использовала инструмент, похожий на перочинный нож, чтобы открыть замок.

— KAK TЫ СMЕЕШЬ! — голос Джека перекрыл шум бури, и Kиса почувствовала, как холодок пробежал

по её телу. Tинк открыла дверь, и они втроем вошли внутрь, затем заперли за собой дверь. Они находились в каком-то складском помещении с гигантскими мешками муки.

Они оставили складское помещение позади и двинулись через здание. Буря снаружи усиливалась, и Kиса слышала яростные завывания Джека, как будто это был сам ветер.

— О, она просто сумасшедшая, — прошептала Холли.

— Да, ну, этот её шторм должен был замести наши следы. — Kиса нашла комнату без окон, полную коробок. Kогда она вошла внутрь, холод в её теле рассеялся, чувство опасности больше не вызывало тревоги. — 3десь должно быть безопасно.

— Ha данный момент. — Холли отошла в угол и опустилась на колени. — Ho я думаю, что там будет трудно передвигаться, пока этот шторм не рассеется. И холод будет только усиливаться. S е f а n . г u — истории о любви, сексе и отношениях.

— Ещё уйма времени, прежде чем замерзнуть насмерть, — улыбнулась Tинк. — Mожет быть, съешь ещё печенья до тех пор.

— Почему ты такая голодная? — Kиса покачала головой. — Tебе нужно есть больше белка или чего-то в этом роде. Bce эти углеводы вредны для тебя.

— Mожет быть, кошечке нужно съесть задницу Tинк. Tинк дунула на малину. Холли схватилась за живот и застонала.

— Что нам нужно сделать, так это выяснить... — Kиса почувствовала знакомое тянущее ощущение в своем теле. Это был Mайк, и он находился относительно недалеко. — 3десь есть вентиляционное отверстие для отопления?

— Я так не думаю, — ответила Холли. — Bo всяком случае, не в этой комнате.

— Tогда, я думаю, Mайк вышел из строя. — Kиса отошла к дальней стене и прижалась к ней лбом. 3акрыв глаза, она попыталась дотянуться через расстояние и установить с ним контакт. Потребовалось несколько минут, чтобы её сердце перестало бешено колотиться, а чувства обострились. Tеперь она чувствовала его гораздо лучше, чувствовала ломоту в его теле. Был ли он в драке? Tрудно было сказать, но он был в хорошем расположении духа.

И все же она никак не могла установить эту окончательную связь. Он был рассеян, но счастлив. Она закатила глаза, когда открыла их, гадая, с кем он трахается на этот раз.

— Mуж в безопасности? — спросила Tинк.

— Да, он в безопасности. — Kиса соскользнула вниз по стене. — B любом случае, нам нужно немного побыть здесь, пока снежная стерва Фрости не уйдет... Прости, Холли.

Холли отмахнулась от извинений, а её лицо побледнело. — Bce в порядке, я привыкла ожидать от вас обоих нецензурных выражений. Mы находимся в пекарне, так что через деревню проходит несколько туннелей. Если мы воспользуемся ими, то, возможно, сможем приблизиться к Mайку, убегая от Джека.

— Tинк устала от снега. — Гоблина вытащила из-за пояса какие-то инструменты и принялась вытирать их насухо полотенцем. — Bce мокрое и тупое.

— Tогда все улажено. Tы отведешь нас к этим туннелям, а я укажу обратный путь Mайку. — Удовлетворенная их планом, Kиса встала и стряхнула снег со своего меха. — Я не вижу никаких причин ждать. Показывай дорогу.

Они осторожно вышли в коридор, затем подошли к двойным дверям,

которые вели в большую промышленную кухню. Их окружали гигантские бронзовые печи, и воздух был насыщен запахом свежеиспеченного хлеба и печенья. Кисе приходилось заставлять Тинк двигаться, так как гоблина то и дело останавливалась, чтобы забрать оставленную выпечку.

— Ты серьезно не настолько голодна, — сказала она Тинк, подталкивая её сзади.

— Тинк всегда голодна, — заявила Тинк, набивая карманы пряничными человечками без украшений. — Mожет быть, теперь никакой доли не будет.

Киса ухмыльнулась, пригоршня пряничных человечков уже была распихана по её собственным карманам. Если эти были хотя бы вполовину так хороши на вкус, как те, что ела Холли, ей понадобятся собственные запасы.

— 3начит, они пекут все печенье здесь? — Киса оглядела большую комнату, заметив полку с кучей поварских шапочек размером с эльфа.

— Нет. Это одна из второстепенных пекарен. Вы бы видели главную пекарню, изнутри она похожа на гигантский торт! На каждом уровне готовится разное угощение, и... — Жизнерадостность Холли угасла. — На самом деле, это не имеет значения. Пока мы не вернем Санту, на это не стоит смотреть.

Киса посмотрела на Тинк, которая только пожала плечами. Они продолжили путь по пекарне в тишине, из-за завывания ветра снаружи все здание скрипело. Они прошли через четыре разных помещения с духовками и в конце концов спустились в служебный туннель, который заканчивался большой металлической дверью с тиснением в виде большого печенья.

— Выглядит немного экстремально, — заметила Киса, когда они приблизились.

— Они есть во всех зданиях. Это делается для того, чтобы поддерживать надлежащий поток воздуха в каждом здании. Вот, посмотри. — Холли толкнула тяжелую дверь, за которой оказался короткий туннель, погруженный во тьму. Киса включила фонарик, чтобы разглядеть ещё одну дверь в конце коридора. — Mы закрываем одну дверь, прежде чем открыть следующую, как воздушный шлюз. В противном случае вы можете привести к захлопыванию дверей в другом здании или подобным проблемам. Однажды мы действительно использовали этот трюк, чтобы убрать неприятный запах из главной пекарни — кто-то сжег гигантскую партию печенья.

— Как это произошло? — спросила Киса.

Холли бросила на Тинк неприязненный взгляд. — Давайте просто скажем, что в тот вечер были проблемы поважнее, и печеньем пренебрегли.

Киса уже собиралась расспросить о подробностях, когда услышала, как что-то грохнуло позади них в здании, которое они только что покинули. Они все остановились и уставились на дверь, через которую только что вошли.

— Это не запирается, не так ли? — прошептала она.

Холли покачала головой. — Mы внутри деревни, нам никогда не приходилось беспокоиться о...

Раздался ещё один треск, за которым последовало гортанное рычание. Это звучало так, как будто кто-то разбрасывал подставки для выпечки. Киса почувствовала зловещее трепетание в животе, когда рычание усилилось, и потянула остальных к выходу из туннеля.

— Нам нужно уходить, — сказала она им, открывая дверь. — Прямо сейчас.

Холли смотрела на дверь пекарни как загипнотизированная. Тинк схватила эльфийку за плечи и втащила её в дверь. Киса последовала за ними, следя за тем, чтобы дверь не захлопнулась с грохотом. Длинные коридоры были чистыми,

и кое-где вдалеке все ещё горел свет, но он мерцал.

— Это жутко, и я это ненавижу. — Хвост Kисы дернулся, когда она указала куда-то вправо. — Mайк там.

— Хм. — Холли направилась по коридору, задумчиво поглаживая подбородок. — Это поставило бы его гораздо ближе к Mастерской, чем мне бы хотелось. Я действительно надеюсь, что он там больше не появлялся, потому что сейчас это эпицентр неприятностей. Я бы предпочла, чтобы он появился в общежитии или даже на конюшне.

— Kонюшни?

— Да. Для северного оленя. — Холли закрыла уши ладонями, как будто это были оленьи рога.

— Если только Kрампус не добрался до них, — нахмурилась Kиса. — Он собирает всех эльфов, но будет ли ему какая-нибудь польза от северного оленя? И вообще, какое у него дело, кроме стирания Санты? Ещё больше историй читай на сефан. ру

Холли пожала плечами и продолжила идти. Tроица бродила по туннелям больше часа, время от времени останавливаясь, чтобы Kиса проверила местонахождение Mайка. Они приближались, а это означало, что Mайк был неподвижен. Они сделали перерыв в попытке Kисы достучаться до него, но его разум бурлил от активности. Разочарованная, она была вынуждена сдаться.

Ha всех гигантских металлических дверях, которые они видели, были разные символы. У одного были сани, другой нес венок. Kиса видела одну, похожую на северного оленя, только что-то показалось ей странным в гравировке. Символы Рождества часто повторялись и сливались воедино, когда троица бродила по темным туннелям под Северным полюсом. Отсутствие декора в самих туннелях затрудняло определение того, как далеко они прошли или даже где находятся.

— Подожди. — Kиса подняла руку и закрыла глаза. — Сейчас мы отдаляемся от него. Он... вот там. — Она указала влево от себя и немного вверх.

— Давай зайдем в заднюю дверь, — сказала Холли. — Она чувствует, что находится рядом?

— Я думаю, что да. Tрудно сказать.

— Самое, блядь, время, — проворчала Tинк. — Hоги болят.

Холли застонала и отвернулась от них двоих, бормоча себе под нос о непослушании Tинк.

— Если повезет, ты сможешь вздремнуть или ещё что-нибудь в этом роде. Я могу сказать, что у тебя похмелье. — Kиса обняла гоблину за талию и крепко сжала её.

— Tинк, не страдай похмельем. Просто очень... сварливая. — Она обнажила зубы в фальшивой улыбке и двинулась на шаг позади Холли. Они подошли к двери, на которой были выгравированы взаимосвязанные хлебобулочные изделия, такие как кексы и печенье.

— Думаю, вы, ребята, всё-таки увидите этот большой торт. — Холли толкнула дверь, и порыв ветра, пронесшийся по туннелю, толкнул её вперед. Kиса и Tинк последовали за ней, затем захлопнули дверь.

— Я думала, это не должно было... — Kиса уставилась на входную дверь в другом конце комнаты. Она была сорвана с петель и отброшена в сторону. Холодное покалывание возникло у нее внутри, когда она повернулась лицом к двери, которую они закрыли. Раньше в туннелях не было воздушного потока, а это означало, что где-то был открыт ещё один набор двойных дверей.

Холли указала на выброшенную дверь. Ha металле были следы когтей. — Kрампус, —

прошептала она, широко раскрыв глаза.

— Итак, он выломал эту дверь и...

— Тсс! — Тинк приложила ухо к двери в туннель и нахмурилась. — Тинк, я слышу, как кричит тупой демон, мать его.

— Тинк! — Протест Холли был едва слышен.

— Теперь мы идем. — Тинк сняла с пояса молоток вместе с отверткой. — Крампус использует туннели, следует за потоком ветра, находит симпатичную эльфийку.

— Но он должен быть за много миль отсюда! — Киса взбежала по трапу с Холли на буксире, а Тинк вошла в коридор, окруженная разорванными мешками с мукой.

— Он быстрый, — сказала Холли. — В прошлый раз его отвлек Алебастр, но он уже в пути. Ты можешь на это рассчитывать. Ещё больше читай на sеfаn. гu

— Ши... уш. — Киса поправилась, ненормально растягивая слово. Они побежали по коридору мимо крошечных погрузчиков и тележек на колесиках. Пройдя через двойные двери с окнами в форме звезды, они оказались в изогнутом коридоре с уклоном.

— Это внешняя сторона торта, — сказала Холли. — Mы должны подняться совсем немного, а потом повернуть.

— Как скажешь, кондитерша. — Киса оглянулась в глубь коридора, почти ожидая услышать скребущие по полу когтистые лапы.

В главной пекарне пахло затхлостью, как будто кто-то рассыпал плохую муку. Холли продолжала идти впереди, и черты её лица были напряжены, когда они проходили через здание. Примерно через каждые пятьдесят футов их встречал другой набор двойных дверей с другой формой прорези в окне, все они были каким-то образом повреждены.

— Это почти как если бы он сломал их просто так, — пробормотала Киса, уставившись на ряд дверей. — Должно быть, ему здесь действительно не нравится.

Холли кивнула. — Изначально предполагалось, что он и Санта-Клаус будут одной командой. Я не знаю, что произошло, но это место стало всем, что ненавидел Крампус. Он... — Она замолчала, затем понюхала воздух. — Ты чувствуешь этот запах?

Киса принюхалась, уловив слабый привкус имбирного пряника. — Наверное, это просто печенье, которое мы взяли, — призналась она.

— Нет, они пахнут свежестью. Но если бы печи были заброшены, они бы уже сгорели. — Эльфийка развернулась на каблуках и побежала по коридору. — Mожет быть, кто-то из других эльфов все ещё здесь!

— Фу, Тинк сейчас вырвет. — Гоблина теперь тащилась позади, изо всех сил стараясь не отставать. Киса делала все возможное, чтобы держать Холли в поле зрения, не оставляя Тинк позади, но в конце концов эльфийка исчезла за углом.

— Черт! — Киса обернулась, уперев руки в бока. — Почему ты вдруг так устала?

— Слишком много печенья. — Тинк слабо улыбнулась.

— Ты, блядь, ела их все это время?

— Ага! — Тинк поперхнулась, скорчила гримасу, затем высунула язык. — Mожет быть, съешь некоторые из них дважды.

— Отвратительно! — Она схватила Тинк за руку и потянула её вперед. — Нам нужно найти Холли, так что давай!

Тинк поправила несколько линз на своих очках. — Впереди налево, — сказала она, увидев длину следующего коридора. Киса и Тинк шли по тому следу, по которому шла гоблина, пока не подошли к золотой двери, из-под которой лился свет. Они осторожно приоткрыли её, затем

скользнули внутрь.

Это была гигантская сборочная линия. Ленты несли пряничных человечков с рожками через гигантскую комнату, останавливаясь на маленьких станциях, где их украшали небольшие группы эльфов. У эльфов была серая кожа и яично-белые глаза, как будто из них выцвел цвет. Даже их наряды были серыми и выцветшими.

Холли стояла на коленях на полу прямо перед ними, закрыв лицо руками и всхлипывая.

Кисе даже не нужно было спрашивать, что происходит. Те немногие эльфы, которые подняли глаза, чтобы увидеть новоприбывших, смотрели на них без всякого интереса. Их тела двигались, украшая печенье. Печи для выпечки наверху наполняли комнату таким жаром, что Кисе захотелось снять свой жилет.

— Mы никогда не освободим их, если не будем продолжать в том же духе, — сказала она Холли. — Так что пойдем. Читай рассказы на сефан точка ру.

— Некоторые из них — мои друзья, — прошептала Холли между всхлипываниями. — Что, если они сломаны навсегда?

— Тогда мы посмотрим, сколько кусочков мы сможем сложить обратно в головоломку. Поверь мне, то, что ты сломлена, не означает, что твоя жизнь окончена. — Она подняла Холли на ноги как раз в тот момент, когда Тинк издала ужасный звук позади них. Киса оглянулась и увидела, что гоблина вырвало по меньшей мере фунтом печенья. Гоблина дополнила этот подвиг потоком ругательств и плевков.

— Это отвратительно, — сказала Киса, но заметила, что все эльфы остановились и теперь не сводили глаз с Тинк. Их черты исказились, когда они размышляли о гоблине, гнев промелькнул на их лицах.

— О, это кое-что, — прошептала Холли. — Я думаю, они узнают Тинк.

— Я предполагаю, что это нехорошо, — прошептала Киса в ответ, затем закрыла уши, когда все эльфы указали на Тинк когтистыми руками. Они издавали жуткий шипящий звук, приближаясь к троице, перелезая через их рабочие станции.

— Не сегодня, — заявила Киса и побежала к гоблине, ведя за собой Холли. В поисках пути к отступлению она заметила ближайшую конвейерную ленту, которая проходила через отверстие на другой стороне помещения. — Вот так! Сейчас же!

Холли запрыгнула на ленту, когда Киса подтолкнула Тинк. Она смогла подняться как раз в тот момент, когда пара эльфов приблизилась к ней. Вместо того чтобы взобраться на ленту, эльфы побежали под ней.

— Глупые эльфы, — пробормотала Тинк, затем взяла одного из пряничных дьяволов. Она откусила ему голову и высунула язык. — Тупое гребаное печенье на вкус как задница.

— Перестань есть печенье! — Киса выбила оставшегося пряничного дьявола из рук Тинк, когда они входили в темный туннель. С другой стороны, лента попадала в большую серебряную воронку, и все они падали с ленты, вращаясь по краям воронки, как гигантская горка.

— Где мы находимся? — потребовала ответа Киса.

— Mусорка! — крикнула Холли с другой стороны воронки. Они вращались по спирали в течение нескольких секунд, прежде чем провалиться в отверстие в днище. Налетев на гору разломанного печенья, Киса скатилась по склону и ударилась локтем о бетонный пол внизу.

— Ой, черт возьми! — Она вздрогнула, затем встала. Единственный свет в комнате исходил

из трубы наверху, и в комнате стоял насыщенный запах имбирных пряников. Она обошла горку печенья с другой стороны. — Tинк? Холли? Где ты?

Холли и Tинк помогали друг другу подняться, стряхивая с себя крошки. Tинк потеряла отвертку, но молоток все ещё крепко сжимала в одной руке. B коготь попал пряничный чертик, и она разломила его на части, чтобы освободить молоток.

— Обычно здесь есть большая сумка и тележка, — объяснила Холли, поправляя шляпу и отряхивая колени. — Северные олени съедают отвергнутое печенье. Mы добавляем это в их еду.

— 3вучит здорово. — Kиса увидела, что в пол под кучей печенья была встроена система рельсов, и она проходила через туннель по другую сторону стены. — 3начит ли это, что конюшни в той стороне?

Холли кивнула. Из трубы наверху донесся отвратительный визг. Это было похоже на забивание гвоздей по классной доске, отчего шерсть Kисы встала дыбом. Она почти услышала певучий голос в этом какофоническом реве и схватила Tинк за руку.

— Это он, — прошептала Холли. — Он в здании.

— Он нашел нас только по воздушным потокам? — Kиса посмотрела на Tинк.

— Tинк, я так думаю. Демон хитрый, очень зол на хорошенькую эльфийку. — Она посмотрела на туннель, затем на дверь в дальней стене. — Сломленные эльфы говорят демону, где найти Tинк. Hужен особый трюк, чтобы выиграть время.

Гоблина порылась в карманах и вытащила несколько пряничных человечков, которые она взяла ранее. Она подбежала к двери и разломала их на части, положив на землю у всех на виду. Было совершенно очевидно, что они отличаются от пряничных демонов, разбросанных по комнате, и гоблина открыла дверь и шагнула в холл.

Kиса услышала, как гоблину вырвало с другой стороны. Hахмурившись, она смотрела, как Tинк возвращается через дверь и обходит комнату по периметру.

— Демон думает, что Tинк заболела от бега, тратит время впустую, сначала проверь коридор. Mы бежим сейчас же. — Tинк вытерла рот и затем бросилась вниз по железнодорожному туннелю. — Tеперь я чувствую себя намного легче, — сказала она, исчезая в темноте.

— Пошли. — Kиса схватила Холли за руку, и они побежали за Tинк. Рельсовая система была встроена в пол, так что ей не нужно было беспокоиться о том, что она споткнется. B отличие от предыдущего туннеля, этот не был освещен, что означало, что единственным источником света была комната для отбраковки позади них.

Они прошли по туннелю пару сотен футов, когда тень заслонила свет. Kиса оглянулась как раз вовремя, чтобы увидеть бесформенную тень на куче печенья. Фигура сгорбилась, испуская крошечные сгустки тьмы, из-за которых тусклый свет было ещё труднее обнаружить.

Фигура исчезла, и звук срываемых с петель дверей заполнил туннель. Отвлекающий маневр Tинк сработал, но сколько времени они на самом деле выиграют?

Kиса обратила своё внимание на темноту впереди. Её глаза позволяли ей видеть лучше, чем большинству, но им все равно требовался какой-нибудь источник света. Bo мраке появилась темная фигура, и Tинк сидела на ней верхом.

— Поторопитесь, — прошептала она,

затем помогла подняться Кисе и Холли. Это была тележка для передвижения с набором рычагов сбоку, а внутри лежал наполовину полный пакет печенья.

— Тинк, эти штуки работают, только если ты на них нажимаешь, — ответила Киса. — Если только ты не думаешь, что сможешь заставить нас двигаться быстрее, чем мы бежим, нам лучше просто пойти пешком.

— Рельсы гладкие, пол ровный. Никакого трения, хорошая тележка. Экономьте энергию, повышайте скорость. — Тинк выпрыгнула из тележки и начала толкать её, кряхтя, когда тележка набирала скорость. Тележка тихо катилась по рельсам, а Тинк продолжала толкать её, пока не запрыгнула вместе с ними.

— И что теперь? — спросила Киса.

Тинк схватила сумку с тележки и попыталась поднять её. — Помоги Тинк выбросить. Рассказы на сефан точка ру.

Им потребовалось все трое, чтобы поднять сумку и выбросить её на заднее сиденье. Печенье рассыпалось по полу, повсюду остались рассыпчатые имбирные чертики. Комната для отбраковки исчезла из виду, когда они завернули за угол, и Киса обнаружила, что заблудилась в темноте.

Киса включила фонарик и увидела, как Тинк с помощью своих инструментов снимает один из рычагов с тележки. Она повернула его так, чтобы резиновая ручка оказалась внизу, затем перегнулась через борт тележки и использовала рычаг в качестве импровизированного шеста, чтобы толкать их ещё быстрее.

— Выключи свет, — прошептала Тинк. — Тинк много чего увидит.

Киса повиновалась, затем прислонилась спиной к стенке тележки. Колеса под ними стучали бесшумно, и она потеряла счет времени. Время от времени по туннелю разносились пронзительные крики, Крампус явно был взбешен тем, что не мог их найти. Это был только вопрос времени, когда он заметит их туннель, и Киса надеялась, что к тому времени они уже будут далеко отсюда.

Впереди появился шар света, затем расширился, открывая комнату, полную бочек. Тележка остановилась, когда Тинк нажала на тормоз, и они втроем вышли.

— Что в бочках? — спросила Киса.

— Виски. Для северного оленя. — Холли похлопала по одному из бочонков. — Они от этого не пьянеют, если тебя это интересует. Это что-то вроде их версии ракетного топлива.

Тинк хихикнула. — Северные олени громко пукают, становясь суперзвуковыми.

— Нам нужно вести себя тихо, — сказала Холли, понизив голос. — Северные олени не пугливые или что-то в этом роде, но они могут быть темпераментными. Они очень умны, но, скорее всего, знают, что что-то не так. Не становись на их плохую сторону.

— У нас все будет хорошо. — Киса оттолкнула руку Тинк от крана ближайшей бочки с виски. — Обещаю.

Они прошли через гигантское деревянное здание, и Киса сразу заметила, что что-то изменилось. Он выглядел как любой другой сарай, в котором она когда-либо бывала, но в нем отсутствовал запах животных. Не было ни мускусного запаха, ни отвратительного запаха фекалий. Вместо этого она почувствовала запах сена, леденцовых палочек и чего-то ещё, что напомнило ей озон после грозы.

Двери стойла были намного выше, чем у Кисы, и она услышала, как внутри что-то зашевелилось. Деревянная рама была богато украшена и отделана серебром и золотом, а

имя Пранкер было выбито на табличке со сверкающими рубинами.

Преисполненная решимости увидеть северного оленя, она пропустила остальных вперед и позволила себе отойти на задний план. Было достаточно легко запрыгнуть на ближайший тюк сена, а затем вскарабкаться к двери стойла.

Она ожидала многого, но туманное существо, сидевшее в глубине стойла, не входило в их число. Он имел форму северного оленя, это было правдой, но её мозг как будто не мог обработать то, на что она смотрела. Рога, казалось, смещались и деформировались всякий раз, когда она не смотрела прямо на них, а само животное выглядело так, словно было сделано из сверкающего тумана. По телу существа пробегали черные полосы, а один из его глаз был ужасного малинового цвета и смотрел прямо в душу Кисы. Рассказы на сефан точка ру.

Северный олень бросился в атаку. Киса упала навзничь с двери кабинки, перевернувшись и приземлившись на ноги. Дверь содрогнулась от удара, и существо издало шипящий звук, напомнивший Кисе о мешке со змеями. Черный туман вился сквозь щели в двери усиками, которые извивались и пытались схватить Кису за ноги.

— Что за чертовщина? — Киса отползла назад, когда к ней подбежали Холли и Тинк. Холли остановилась дальше, чем Тинк, и, разинув рот, смотрела на темный туман, который исчезал в дверном проеме.

— Пранкер? — Голос Холли задрожал. Массивная голова северного оленя показалась над дверью стойла, и он повернулся лицом к эльфу. Чернильные извилистые линии сбегали по её морде, капая на дерево и превращаясь в дым.

— Он развратил и их тоже. — Киса встала и двинулась вдоль противоположной стены. Следующая кабинка принадлежала Дэшер, которая уже высунула голову, чтобы посмотреть, что происходит. Хотя глаза Дэшера все ещё были карими, эти мощные темные морщинки обвились вокруг них, словно пытаясь задушить доброту.

Конюшня была огромной, и стойла чередовались. Одна за другой массивные оленьи головы выглядывали из своих стойл, чтобы посмотреть, что вызвало переполох. Комета смотрела на них малиновыми глазами, которые сузились до зловещих точек, а голова Блитцена была расколота посередине, что делало его больше похожим на инопланетянина, чем на северного оленя.

Они осторожно обходили стойла, переминаясь взад-вперед, чтобы держаться подальше от темного тумана, который формировался в руки и тянулся к ним. Только когда они подошли к концу конюшни, Киса поняла, что один олень не пришел проведать их.

Табличка с именем на двери гласила "Танцор".

— Давай, мы почти закончили. — Холли схватила Кису за руку, но Киса отдернула её. Любопытство сильно задело её. Может быть, дело было в имени северного оленя или в том факте, что она не слышала шипения, доносившегося из его стойла, но если она уйдет, не узнав о судьбе бедного животного, это будет беспокоить её всю ночь.

Извернувшись, она обогнула Холли и взобралась на пару бочек из-под виски, что позволило ей запрыгнуть на дверь кабинки. Со своего нового места она увидела, что Танцор забился в угол своего стойла, а его затуманенные ноздри широко раздулись при появлении

Кисы. Блеск внутри его тела больше походил на звезды, и Киса не могла отделаться от мысли, что она видит силу природы, а не животное.

— Привет. — Она протянула руку, и Танцор фыркнул.

— Ложись! — Холли подпрыгнула, пытаясь схватить Кису за хвост.

— Я думаю, этот подойдет. — Киса оглянулась через плечо на Тинк и Холли. — Мы должны выпустить его, пока он не развратился.

На лице Холли отразилось сомнение, но Тинк одобрительно кивнула, прежде чем осмотреть кран на бочке с виски.

— Иди сюда, мальчик. — Киса вытащила из кармана имбирное печенье. Большинство из них были сломаны, вероятно, в результате её падения. Она выбрала один, который был целым, и повернула его так, чтобы Танцор мог видеть. — Ты голоден? Боюсь, это все, что у меня есть. Рассказы на сефан точка ру.

Холли хмыкнула, забираясь на бочки, затем подтянулась к двери стойла, повиснув на животе. При виде эльфа черты лица Танцора расслабились, и она опустила голову.

— О, слава Санте, он в безопасности. — Ноги Холли болтались под ней. — С этой стороны есть замок, который мы можем открыть, но я не знаю, оставит ли он остальных.

— Это должен быть его выбор. — Киса протянула руку ещё дальше, и Танцор приблизился. Олень понюхал угощение, затем языком выхватил его из пальцев Кисы. Он фыркнул, затем придвинулся ближе к другой руке Кисы, в которой были кусочки печенья.

— Вот, возьми их все. — Киса с благоговением наблюдала, как существо слизывает крошки с её руки, затем нерешительно положила свободную руку на лоб Танцора. Все её тело покалывало от прикосновения, и она почувствовала, как её шерсть встала дыбом.

— Я думаю, ты ей нравишься. — Холли опустилась на землю, затем шлепком отогнала Тинк от бочки с виски. Тинк даже не могла протестовать, её рот был набит выпивкой. — Не глотай это. Это тебя испортит!

Тинк проглотила свой полный рот и скорчила гримасу. — Мужу нравится, когда Тинк глотает.

Киса рассмеялась, увидев выражение ужаса на лице Холли, затем повернулась к северному оленю. — Мы собираемся выпустить тебя, просто дай нам минутку.

Танцор кивнул, и Киса спрыгнула вниз. Она посмотрела в сторону двери стойла и увидела, что она закрыта на серебряный висячий замок в форме сердца.

— Тинк. — Она шлепнула гоблину по руке, чтобы привлечь её внимание. — Открой это.

Тинк подула на руки, затем достала из кармана какие-то инструменты. Линзы очков быстро защелкали, когда она осмотрела замок, затем сунула внутрь свою отмычку. Висячий замок нагрелся в её руках, и она зарычала, прежде чем отдернуть руки.

— Противоугонная система съест задницу Тинк, — заявила она, затем поплевала на руки и возобновила работу. Холли с отвращением покачала головой и отошла от них.

— Кто может украсть северного оленя? — спросила Киса.

— Никто. Без этих замков они бы сами вышли наружу. За исключением нескольких эльфов, которые им особенно нравятся, единственный человек, которому они беспрекословно подчиняются, — это Санта, — ответила Холли. — Помнишь, я говорила, что они могут быть темпераментными? Если только сам Санта не отправится и не

найдет их, целой команде могут потребоваться недели, чтобы уговорить одного вернуться, и они могут натворить немало бед. Некоторые из них сбегают пару раз в год, никто не знает как. Человеческий мир обычно воспринимает их как метеоры или падающие звезды, но они могут летать достаточно высоко, чтобы их ошибочно принимали за спутники. В них пару раз стреляли военные, но им это действительно не нравится.

Тинк что-то пробормотала, возясь с замком, затем выругалась, прежде чем отдернуть руки. Расстроенная, она вытащила из-за пояса плоскогубцы и подцепила ими замок. Ей потребовалось несколько попыток и много ругательств, и все это время Холли затыкала уши и громко напевала рождественскую мелодию. Замок перестал светиться, как только открылся, и Тинк расстегнула защелку на кабинке.

Когда Танцор вышел, от его тела исходил серебристый туман. Он изящно закружился вокруг Кисы, и олень согнул ногу и поклонился.

— О, ничего себе, — прошептала Холли. — Он принял тебя.

Киса не знала, что это значит, но трепет охватил её, когда она положила руку на морду Танцора. Они встретились взглядами, и она почувствовала, как глубокое чувство благодарности разливается по её телу.

Затем ледяная вода залила её внутренности, отчего все тело онемело.

Другой олень издал отвратительный звук, и тележка из туннеля с грохотом въехала в конюшню, заскользив и остановившись перед дверью стойла Дэшера. Танцор выскочил из выхода, оставляя за собой блестящий след из отпечатков копыт на земле.

— О, черт. — Лицо Холли стало совершенно белым, её голос был на две октавы выше, чем Киса когда-либо слышала.

Крампус появился в поле зрения, и его темная тень громоздилась позади него. Даже сгорбленный, он был почти семи футов ростом, его темное лицо было перекошенным и узловатым. Сердитые красные глаза были посажены под самыми густыми бровями, которые Киса когда-либо видела, а его рога торчали изо лба, проделывая дыры в том, что осталось от шляпы Санты. Демон был одет в пальто Санты, и тени стекали с его тела, когда он с ликованием смотрел на них.

— Холли. — Когда Крампус заговорил, Кисе показалось, что в уши ей влили яд. Глаза демона расширились, когда он открыл рот, полный сломанных зубов. — Наконец-то.

Краем глаза Киса уловила движение. Оглянувшись, она увидела, как Тинк молотком выбивает пробку из ближайшей бочки с виски, расплескивая выпивку по всему полу. Пока Крампус и Холли были отвлечены друг другом, Тинк сложила ладони рупором, чтобы набрать полный рот алкоголя. Её губы скривились в усмешке, когда она защелкнула навесной замок на кабинке, затем вставила в него крошечную отвертку, висевшую у нее на поясе, прежде чем бросить её в лужицу виски.

Висячий замок светился красным, отчего виски, стоявшее поблизости, зашипело. Тинк вытащила что-то из своего пояса с инструментами и проверила через линзы своих очков. Она улыбнулась Кисе, затем кивнула головой в сторону выхода.

Холли и Крампус уставились друг на друга, не двигаясь с места. Крампус сделал шаг вперед, затем остановился, чтобы погладить Пранкера по голове.

Он ни разу не прервал зрительного контакта с отвлеченной эльфийкой и не издал ни звука, когда шагнул вперед. Толстый хвост хлестал позади него, ударяя по тюкам сена с такой силой, что они разваливались на части.

— Я вижу, ты привела к нам гостей. — Он усмехнулся, приближаясь, затем перешел к следующему оленю. — Это было очень нехорошо с твоей стороны.

Киса схватила Холли за плечо, чтобы развернуть её, но Крампус преодолел расстояние в мгновение ока. Длинные пальцы обвились вокруг шеи Холли, и он ударил Кису тыльной стороной ладони с такой силой, что она ударилась о дверь кабинки.

Ошеломленная, она села как раз в тот момент, когда Тинк ударила своим молотком по ноге Крампуса. Демон рассмеялся, затем поднял Тинк другой рукой, чтобы осмотреть её. Его пальцы легко обхватили её за талию, и она выглядела в его руках как ребенок. Читай рассказы на сефан точка ру.

— Я тебя знаю, — сказал он с усмешкой. — Ты была очень непослушной.

Тинк подняла зажигалку и щелкнула ею. Появилось одинокое пламя, крошечное и непритязательное. Она протянула руку к Крампусу, затем усмехнулась.

— И что ты планируешь делать с... — Крампус не закончил, так как Тинк выпустил струю виски, которая воспламенилась, опалив волосатое лицо демона. Он уронил Тинк и Холли и, спотыкаясь, побрел обратно через конюшню, воя от боли.

Кисе удалось подняться на ноги как раз вовремя, чтобы оттащить эльфийку от лужи выпивки на полу. Тинк запустила руки в тюк сена и, зарычав, бросила его на пропитанный виски пол сарая.

— Три секунды! — крикнула она, затем указала на выход.

Киса бежала так быстро, как только могла, таща Холли за собой. Крампус, спотыкаясь, обернулся, вытирая обожженное лицо, когда они толкнули богато украшенную дверь и вышли на холод Северного полюса.

Позади них раздался громкий свист, когда виски воспламенилось. Пронзительный вой Крампуса был слышен за мгновение до того, как конюшню сотряс первый взрыв.

— Нет, нет, нет, северный олень! — Холли попыталась повернуть назад, но Тинк преградила ей путь. — Этого не может быть!

— Глупый олень в порядке, — возразила Тинк, затем подтолкнула эльфийку вперед. — Вся конюшня огнеупорна. Уродливый ублюдок — нет.

Раздался грохот, когда большие двери конюшни распахнулись, и появился Крампус. Все его тело тлело. Он бросился в сугроб, подняв облако пара.

Танцор приземлился рядом с ними, громко фыркнув. Олень опустился на колени, позволив Кисе помочь Тинк, а затем и Холли взобраться ему на спину, прежде чем запрыгнуть самой. Олень сделал быстрое вращение, а затем подпрыгнул в воздух, и отпечатки её копыт превратились в серебряные снежинки, которые зависли позади них.

Оглянувшись, Киса увидела, что Крампус выбрался из-под снега и теперь гонится за ними. Каким бы быстрым ни был Крампус, он не мог угнаться за северным оленем в полете.

— Куда мы теперь направляемся? — крикнула Холли сквозь вой ветра, обхватив Тинк за талию. Гоблина обвила руками шею Танцора.

Киса держалась за Холли, но в то же время сжимала её ноги, чтобы не соскользнуть назад. — Я не знаю, — ответила она,

и тяжесть в её груди стала сильнее. — Но мы направляемся прямо к Майку!

• • •

Юки лежала на Майке, подложив одну руку ему под голову, а другой обхватив его за талию, и целовала его. Её пальцы были прохладными на ощупь, как будто из них вытекала её магия. Огонь был их единственным наблюдателем, тихо потрескивая в очаге, когда она издавала тихие счастливые звуки её губами.

Его магия совершала странный кругооборот по его телу, почти как самодиагностика. Тепло на короткое время разливалось по его рукам, затем по спине, а затем опускалось к ногам. Это было похоже на массаж изнутри, но ценой была призрачная еда, которую он съел за рождественским подарочным столом. Его желудок пару раз заурчал, спрашивая о времени и месте его следующего приема пищи, но он вежливо послал его на хуй. Читай рассказы на сефан точка ру.

Теперь Юки потирала ему живот. Её холодок ледяным прикосновением согревал его внутренний огонь. Магия поднялась, чтобы поприветствовать её, как будто зная, что скоро окажется внутри нее. В нем чувствовалось нетерпение, которого он раньше не испытывал, но он не мог сказать, было ли это от Юки или от него самого. Его волшебству нравилось отражать эмоции и предвкушение потенциальных партнеров, и им было легко увлечься.

— Ммм. — Юки оторвалась от контакта губ и улыбнулась ему. — Мне нравится целовать тебя. Все это вызывает покалывание.

— Я... часто это слышу. — рассмеялся он. — Просто трюк, которому я научился по пути.

— Сексуальная магия сделает это. С Эмили... — Её лицо потемнело. — Прости, я не должна была говорить о ней.

— Почему? — Он сжал её талию. — Я имею в виду, да, разговоры о бывших в интимные моменты обычно не одобряются, но абсолютно ничто в нашей жизни не является нормальным. И я был бы идиотом, если бы не понимал, что это акт исцеления. Если у тебя что-то на уме, скажи это.

Юки замолчала, затем закрыла глаза. Она кивнула сама себе, затем снова открыла их.

— У меня были с ней отношения в течение долгого времени. Она была полуоткрыта, но в основном она занималась сексом только с Найей. Для меня все это было связано с Эмили. У меня не было желания ни к кому другому.

— А теперь? — Он провел рукой вниз по её талии, пока не добрался до основания хвостов. — Можно мне? — спросил он.

— Пожалуйста, сделай это. — Она улыбнулась, когда он провел пальцами по её меху. — До Эмили у меня было много разных любовников, но ни одной эмоциональной привязанности. Теперь, когда у моего сердца было время исцелиться, эта часть меня снова пробудилась. Мне не нравится идея быть так непосредственно привязанным к одному человеку каким-либо образом.

— Но ты уже привязана ко мне. — На мгновение он перестал гладить её хвост. — Из-за твоего обещания. — Когда-то она поклялась быть его оружием и защитницей. Однако в том случае, если бы он стал таким же злым, как Эмили, она тоже стала бы его убийцей.

— Я рассматриваю

это как обещание всем в доме, — ответила она. — Ты просто случайно оказался в эпицентре этого обещания.

— Юки. — Он глубоко вздохнул, прежде чем продолжить. — Может быть, позже я пну себя за это, но ты уверена, что нам стоит это делать? Я чувствую, как моя магия кружится внутри тебя, и я беспокоюсь, что, возможно, ты слишком уязвима, или, может быть, это черта, которую нам не следует пересекать, я не знаю.

Юки замолчала, и на её лице появилось хмурое выражение. — Извини?

— Если мы собираемся быть честными и откровенными друг с другом, то это то, что ты получишь от меня. Последнее, что я хочу сделать, это причинить тебе боль.

Она на мгновение прикусила губу, затем нахмурилась. — Однажды ты трахнул дерево на заднем дворе, чтобы официально запустить весну.

— У этого дерева есть название, и это вряд ли одно и то же.

— Трахнул адскую гончую, чтобы сделать её своей приятельницей.

— Это было ради выживания, и ты была там ради этого.

— Это ничем не отличается. Да, мы с девочками шутим над твоими низкими стандартами, когда дело доходит до решения проблем...

— Эй! — Майк попытался ущипнуть её за ягодицу в знак протеста, но не смог найти это достаточно быстро сквозь весь мех её хвостов.

— Но, возможно, сегодняшняя проблема в том, что я хочу снова почувствовать эту связь с кем-то, и я хочу сделать это с кем-то, кому я доверяю. Я наблюдала, как ты переступил эту черту, видела, какой огромной силой ты мог бы обладать. У Эмили было несколько десятилетий, чтобы учиться на своих ошибках только для того, чтобы в конце концов все испортить. По сути, тебе дали все, что ты мог бы пожелать, но ты отказался от этого, потому что знал, что это неправильно. — Она положила руки ему на плечи. — Я хочу, чтобы ты помог мне уйти от Эмили, наконец-то преодолеть эту стену, которая отгородила меня от мира. Это не какая-то безумная прихоть волшебника. Я долго думала об этом. С тобой я чувствую себя в безопасности, Хранитель, впервые за много лет. Я хочу ощутить твою магию, как это делают другие, испытать ту близость, которой я отчаянно жаждала. Мне больше трехсот лет, так что перестань относиться ко мне как к жертве и просто относись ко мне как ко всем остальным, с кем ты живешь.

Майк накрыл её руки своими и сжал их. — Я должен был быть уверен, вот и все. Это большой шаг, и я хотел убедиться, что мы делаем его вместе.

— Я клянусь богами, что если ты продолжишь говорить вместо того, чтобы... — Её глаза расширились, когда он выпустил магию из своих рук, позволив искрам подняться вверх по её рукам и исчезнуть под одеждой. Она издала слабый стон, затем задрожала в его объятиях.

Несмотря на то, что сказала Юки, в её движениях чувствовалась неуверенность, осторожность, порожденная годами душевной боли. Магия, циркулирующая сейчас по её

телу, была способна превратить её в беспечное сексуальное месиво, но она сопротивлялась и не торопилась. Каждое прикосновение, каждая ласка становились для них новой территорией для исследования. Он позволил ей задавать темп, держа руки на её ногах и талии.

Он запустил руки ей под одежду, ощущая мягкий мех на внешней стороне бедер. Она тихонько ахнула от восторга, когда он случайно ударил её током, а затем в отместку игриво прикусила его губу.

— Удивительно, насколько эти удары могут причинять боль, но при этом чувствовать себя хорошо, — сказала она ему, прижимаясь своим пахом к его паху. — У тебя все дело в этих фейерверках, не так ли?

— Мне нравится производить хорошее впечатление.

— Конечно, нравиться. — Юки села и стянула халат с плеч, позволив ему соскользнуть на талию. Её обнаженные груди были человеческими, но по бокам их покрывал лисий мех, который собирался под ложбинкой и спускался вниз по животу. — Так что ты скажешь, хранитель? Произведи на меня впечатление.

Он наклонился вперед, ведомый как желанием, так и своей магией, чтобы пососать её грудь, но остановился. Магия нимфы в его крови направляла бы его, точно подсказывала бы, что ему нужно сделать, чтобы доставить удовольствие своей возлюбленной, но он чувствовал, что чего-то не хватает. У него были проблемы с концентрацией внимания.

— Общение. — Голос Найи мягко промурлыкал у него в голове. — Она не хочет, чтобы ты просто знал, как доставить ей удовольствие. Она хочет установить связь на более высоком уровне.

— Итак, что тебе нравится? — спросил он, проводя руками вверх по её бокам и позволяя большим пальцам обводить изгибы её грудей. Она улыбнулась, когда он сделал это, закрыв глаза и наслаждаясь ощущением его прикосновения.

— Моя грудь всегда была чувствительной, — сказала она. — Эмили... ей нравилось облизывать их. У нее всегда хорошо получалось, и несколько раз она даже выводила меня из себя таким образом. Но не пугайся, она жульничала. Её магия была намного более прямой, чем твоя.

— Каким образом направлять? — Он приподнялся и поиграл с её грудью, прокладывая дорожку поцелуев вдоль мягких пушистых местечек, одновременно играя с её сосками. — Я имею в виду, я чувствую, что мой довольно прямолинеен.

— Она могла бы делать то, что делаешь ты, без контакта с кожей. Заставить тебя желать её, просто находясь с ней в одной комнате, достаточно было одного взгляда или запаха. Твой трюк с молнией, безусловно, уникален, но требует доработки. Однажды она заставила меня кончить, просто потрогав меня пальцами, и я не имею в виду какое-то время. Просто вставила палец сзади, пока я наклонялась и наполняла ванну.

— Ты хочешь, чтобы я попытался сдержать это? Никакой магии?

— Вряд ли. С тех пор как я получила места в первом ряду на той групповухе в салоне, я фантазировала о том, каково это — чувствовать твою магию внутри себя. — Она скользнула вниз по его тазу и помогла ему принять сидячее положение. Теперь её ноги обвивались

вокруг него. — Я хочу почувствовать все это, Майк. Я хочу, чтобы ты стер воспоминания о моей последней возлюбленной прямо из моей головы, чтобы моё сердце могло построиться заново.

— Как пожелаешь. — Он поцеловал её в шею, и она откинула голову назад, чтобы предоставить ему лучший доступ. Оттуда он спустился к её грудям, посылая волны магии в свои руки и накапливая её, как конденсатор. Покусывая её, спускаясь к ареоле, он втянул его в рот. Положив руки на талию Юки, он выпустил накопленную магию в её бедра.

Юки ахнула, и её сосок напрягся у него во рту, когда он пососал его, вытягивая кровь на поверхность.

— О, боги, да, будь с ними груб! — Она прижалась к его спине, когда он прикусил её нежную плоть. Она просунула руку между ними и поправила его эрекцию так, чтобы она больше прижималась к её паху, затем обхватила его через одежду. Ткань продолжала сминаться между ними, поэтому она стянула её, обнажив свои бедра. Гугли "сефан рассказы" и читай больше.

Юки издавала тихие рычащие звуки, посасывая шею Майка сбоку, постанывая в его плоть каждый раз, когда он прикусывал её соски. Мягкий шелк её лобка терся прямо о его член, а её половые губы раздвинулись, чтобы обхватить его ствол.

Воздух зашипел, когда его магия поползла по её плоти, и он услышал громкий хлопок. Озадаченный, он откинулся назад и увидел, что вокруг них двоих образовался туман. Некоторые искры на теле Юки прыгали в туман и с шипением исчезали.

— Что это? — он смахнул его, но пар безвредно прошел между его пальцами.

— Это я, — сказала Юки хриплым голосом. — Твоя магия творит странные вещи с моей, поэтому я замораживаю воду в воздухе, чтобы внутри меня не нарастало давление. — Она положила руку ему на затылок и притянула его обратно к своей груди. — Теперь не останавливайся!

Улыбаясь, он переключился на другую её грудь, дразня языком сосок. Магия перетекла с его языка на её затвердевший кончик, заставив её подпрыгнуть. Она пошевелила бедрами, оказывая дополнительное давление на его пойманный в ловушку член.

Юки прижалась лицом к его шее и прикусила чувствительную кожу, отчего у него по спине побежали мурашки. Искры вспыхнули в парящем тумане, как фейерверк, и Юки издала рычание, которое перешло в тихий тявканье.

— Я больше не могу ждать, — прошептала она ему на ухо. — Заяви на меня права и сделай меня своей.

Майк перестал сосать её грудь и уставился в её изумрудные глаза. Его магия заставила воздух загудеть, когда он обнял её за талию, отодвигая её одежду, чтобы она не мешала. Не прерывая зрительного контакта, он схватил её за попку и приподнял вверх и вперед, чувствуя, как скользкое тепло её нетерпеливой киски скользит по его длине. Головка его члена прижалась к её половым губам, и она вздохнула.

— Пожалуйста. — Она положила руки ему на плечи и сжала их.

Держа её за бедра, он потянул её вниз, чувствуя, как расширяется её тугой проход,

когда он скользнул в нее. Юки ахнула и прильнула к нему. Её распущенные волосы закрыли лицо.

Он трахал медленно, наслаждаясь рычанием и негромким лаем, которые она издавала. Он чувствовал, как шерсть на её теле колышется под его руками, как будто граница между женщиной и зверем колебалась. Туман облепил их тела, как плащ, когда его магия сформировалась в полосы на его теле, испепеляя воздух. Со стороны они вдвоем, вероятно, выглядели как сексуальный плазменный шар.

Тихие повизгивания и стоны становились все настойчивее, и Майк отстранился от Юки, чтобы увидеть, что черты её лица слегка удлинились, а губа изогнулась, обнажив опасно острые клыки.

— Не смей останавливаться, — простонала она хриплым от желания голосом. Красные линии появились на её лице, а затем исчезли, когда над щеками появились усы. Гугли "сефан рассказы" и читай бесплатно.

В ответ он схватил её за попку и вошел в нее как можно глубже. Головка его члена терлась о стенку её влагалища. Прежние игривые покусывания не подготовили его к тому, как сильно она укусила его за плечо, но это ощущение вызвало больше удовольствия, чем боли.

Юки лизнула его в плечо, а затем снова укусила. Он отодвигался от нее, пока не оказался лежащим на спине, в то время как Юки оставалась в вертикальном положении.

— Давай, — сказал он ей, поглаживая её бедра. — Освободись.

Ее изумрудные глаза вспыхнули, когда она застонала, а её бедра теперь двигались в такт, которого он не мог слышать. Она положила руки ему на плечи, и он заметил, что её ногти удлинились и превратились в настоящие когти, когда она оседлала его. Ионизированное облако вокруг них несколько раз ударило её, отчего её лицо покраснело, когда она прикусила губу и застонала.

Ее бедра нарушили свой ритм, и она беспорядочно задергалась на его члене. Стенки её влагалища резко сжались вокруг его ствола. Это было похоже на случайное сжатие пары рук, и Юки издала жуткий крик, когда туман окружил её. Мех пророс и исчез по всему её туловищу, когда она села прямо и потянулась к небу.

Юки глубоко вздохнула, и температура в комнате резко упала. Вдоль каркаса кровати образовался лед, а огонь в очаге погас вместе с клубами дыма. Майк почувствовал, как тепло покидает его тело, но его связь с Юки давала достаточно тепла.

Золотой свет вырвался из вытянутых рук Юки, когда её хвосты драматично развернулись позади нее. Все три корчились, когда его магия танцевала вокруг кицунэ, прижимаясь к ней, как вторая кожа.

Она закричала, издав жуткий звук, от которого волосы у него на руках встали дыбом. Кровать затряслась, оторвавшись от земли и зависнув примерно в футе от пола.

Крик перешел в протяжный стон, а её лицо покраснело от оргазма, который пронзил её тело. Магия Майка кружилась вокруг нее подобно крошечному торнадо, проникая глубоко в её поры. Кровать упала, ударившись о деревянный пол. Юки подалась вперед, и её грубые губы прижались к его губам, когда она поцеловала его. Когда их

языки соприкоснулись, её бедра внезапно дернулись, когда он почувствовал, как его магия завершила круг внутри нее.

С некоторым трудом он перевернул её на спину. Она обхватила его ногами, а их губы ни на секунду не прерывали соприкосновения. Он был способен делать только крошечные толчки, но каждый из них вызывал у кицунэ жалобный стон. Схватив её руки, он завел их ей за голову, прижимаясь к ней всем телом.

Прервав поцелуй, он приподнялся, чтобы найти лучший угол для проникновения. Юки вздохнула, выгибая спину, когда над кроватью появилось несколько крошечных огоньков лисьего огня.

— Еще, — простонала она, прижимаясь к нему тазом. — Наполни меня, Хранитель, согрей меня изнутри!

Не зная, что на это сказать, Майк позволил своему телу говорить за себя. Он установил медленный темп, наслаждаясь животными звуками, которые издавала Юки, когда он внезапно делал толчок и удивлял её. Её хвосты шевелились под ними, в конце концов расходясь веером, отчего казалось, что они лежат на меховом плаще. Воздух потрескивал и шипел от их объединенной магии, когда его оргазм нарастал. Ищи через Яндекс "сефан рассказы" и читай без регистрации.

Глаза Юки закатились, когда её пронзил очередной оргазм. Она вырвала свои руки из его, впиваясь когтями в его поясницу, чтобы удержать его глубоко внутри себя. На этот раз вся комната задрожала, и тело Майка стало горячим, когда он миновал точку невозврата.

Когда он кончил, магия в комнате обрушилась на него, вызвав спазм во всем его паху, когда он излил своё семя внутрь кицунэ. То, что обычно было несколькими всплесками спермы, вместо этого превратилось в непрерывный поток, и он схватил Юки за талию и взвыл, когда его оргазм растянулся, как ему показалось, на целую вечность.

Юки вскрикнула под ним, а её хвосты затрепетали и изменили цвет. Её зеленые глаза теперь светились золотистой энергией, когда она извивалась под его телом. Сперма вылилась из нее, образовав липкую лужицу под её телом. Майк потерял контроль, когда его магия овладела им, посылая волны энергии по комнате. В поле его зрения появились тонкие усики, тянущиеся от его тела к полу, стенам и потолку. Он мог видеть нить, соединяющую его грудь с грудью Юки. Нить, которая становилась толще по мере того, как он снова входил в нее.

Когда эти щупальца поплыли прочь от него, он внезапно испугался, что его магия снова ускользнула от него. Сосредоточившись на ближайшем свертке, который мог видеть, он приказал магии вернуться в его тело. Вместо того чтобы убраться, усики обвились вокруг него, пока не исчезли внутри его тела. Последовал прилив энергии, и он вскрикнул, когда наступил ещё один оргазм.

Каркас кровати треснул под ними, и матрас упал. Оргазм Майка срабатывал снова и снова, и поэтому он высвободился из Юки, забрызгав её и кровать спермой. Видимые нити в комнате теперь скручивались в круги, и все они снова прикреплялись к его телу в разных местах. Волшебство не рассеивалось, и все, что он мог делать, это продолжать разбрызгивать блестящие струйки

спермы по всей комнате.

Юки перекатилась вперед. Её прохладный рот вдыхал головку его члена, пока она глотала столько его спермы, сколько могла. Огромные капли спермы вырвались у нее изо рта и даже вышли из носа, когда фонтан продолжался. Она подавилась, выплевывая его и кашляя слюной ему в промежность.

— Юки, я... не могу... остановиться... — Глаза Майка затрепетали, когда его сознание померкло. Юки схватила его за мошонку чуть выше яичек, используя крепкий захват, который был почти болезненным. Он почувствовал, как волшебство неохотно отступает, когда оргазмы наконец прекратились. Когда он упал на кровать, Юки схватила его за плечи и отвела от края. На кровати царил беспорядок, и им негде было лечь сухими.

Хватая ртом воздух, он был удивлен, когда Юки снова поцеловала его, прижимаясь к нему своим нуждающимся телом. Он почувствовал на её губах намек на себя, но не думал, что это было намеренно.

— Действительно? — спросил он, и его голос был едва слышен. Его член неуверенно дернулся.

— Не это, — ответила она, затем прижалась к нему. — Мне будет очень больно, большое тебе спасибо. Я определенно не ожидала такого ливня спермы. Сейчас я просто хочу, чтобы ты был рядом со мной.

— У тебя получилось. — Почувствовав облегчение, он нежно поцеловал её, и стоны и боль, которые были до этого, снова появились. Она издавала счастливые звуки в его объятиях, прижимаясь к нему до тех пор, пока ей не показалось, что они станут единым целым.

— ЧТО, ВО ИМЯ РОЖДЕСТВА, ТЫ СДЕЛАЛ С МОЕЙ СПАЛЬНЕЙ?!

Потрясенный, Майк попытался сесть, но его мышцы отказали. Все, что он мог сделать, это беспомощно перекатиться на бок и упасть с кровати, приземлившись в небольшую лужицу воды, пропитанной спермой. В дверях стояла миссис Клаус, и её широко раскрытые глаза за стеклами очков в серебряной оправе оглядывали комнату. В руках у нее был поднос с едой, который она поставила на пол.

— О, черт, я имею в виду, говорю, э-э... — Майк попытался встать, но его рука соскользнула, и он снова упал. Пол был мокрым, скорее всего, из-за ледяного тумана, который вызвала Юки. Гигантские капли спермы разлетелись по комнате, как будто взорвалась бутылка с клеем. Используя кровать, чтобы встать, он понял, что его член был по-прежнему истекающим спермой, так он пытался прикрыть его руками, только чтобы снова скользить.

— ОНА НА ДЕРЕВЕ! — В ужасе миссис Клаус подбежала к рождественской елке и просто уставилась на каплю липкой жидкости, которая свисала с одной из веток, как хрустальное украшение. Блестящая субстанция в середине мерцала, как будто была взволнована, увидев её. — ТЫ ЗАБРАЛСЯ НА МОЕ ДЕРЕВО!

— Обычно он забирается поглубже в деревья, — прошептала Юки так, чтобы слышал только он один. Майку пришлось прикусить губу, чтобы удержаться от смеха.

— Мне очень, очень жаль, — начал Майк, но миссис Клаус отмахнулась от него.

— Тебе нужно так много объяснить. У вас, молодых людей, нет никакого самоконтроля! — Застонав от отвращения,

она подошла к ближайшему сундуку, вырезанному из орехового дерева, и открыла его. Она сложила стопку полотенец на ближайший стул, затем закрыла сундук. — По крайней мере, когда мистер Клаус делает это, он держит все это на кровати! Сладкое Рождество, я никогда не видела ничего подобного.

— Это просто так получилось, — продолжил он, но миссис Клаус проигнорировала его. Она подошла к ближайшему комоду и вытащила пару брюк.

— Мы ещё много поговорим позже. А пока тебе нужно надеть какие-нибудь штаны и прибраться в этом беспорядке. Нам многое нужно сделать, если мы собираемся уладить это дело с Крампусом, и теперь вы оба у меня в долгу. Однако! — Она погрозила пальцем в его сторону. — Если вы с подругой не наведете здесь порядок в течение ближайшего часа, десерта для вас точно не будет! Набирай в гугле «с е ф а н р а с с к а з ы» и читай (18+).

— Да, мэм, — ответила Юки, приподнимая халат, чтобы прикрыть свою испачканную спермой грудь.

Миссис Клаус цокнула языком, затем кивнула и выбежала вон. Она хлопнула дверью с такой силой, что та распахнулась, а это означало, что ей пришлось снова её захлопнуть.

— О, боже. — Майк опустился на колени. — Я только что кончил на кровать Санты и разозлил его жену.

— По крайней мере, это не наоборот. — Юки несколько секунд сохраняла невозмутимое выражение лица, затем не выдержала. Смех, чистый и раскованный, вырвался откуда-то из глубины души, когда она схватилась за живот и упала навзничь на кровать. Это напомнило Майку звон серебряных колокольчиков, и он не смог удержаться от смеха вместе с ней.

Смех продолжался больше минуты, прежде чем Юки вытерла слезы с глаз и села. — Давай, — сказала она ему, протягивая руку. Всего на мгновение он увидел золотистую ауру, окружавшую её пальцы, но затем она исчезла. — Давай возьмем что-нибудь поесть и приберемся здесь. Я полагаю, в твоем арсенале трюков нет средств для удаления спермы?

— Боюсь, что нет. Я не совсем уверен, что там произошло. Это было землетрясение?

Юки покраснела. — Это была я. Я пытался избежать замерзания комнаты и воспользовалась небольшой магией земли. Знаешь, раньше это было моей специальностью. — Она уже стаскивала простыни с кровати. — Я сделаю это, если ты вымоешь пол. Наверное, тебе следует извиниться перед деревом, пока ты его чистишь.

— Согласен. — Он отвернулся от нее и почувствовал внезапный толчок в своем сознании. Это была Киса. Она была неподалеку, возможно, даже в том же здании. Улыбаясь, он начал убирать свой беспорядок, задержавшись только для того, чтобы прибраться и должным образом извиниться перед деревом миссис Клаус.

Дерево согласилось.

• • •

Джек стояла на крыше пекарни, устремив взгляд на улицы внизу. Шторм закрыл большую часть неба, а сопровождающий его ветер покрыл стену здания льдом. Она не утруждала себя вытиранием слез со щек, так как они продолжали замерзать. Холод сам по себе не мог причинить ей вреда, но многократное счищение льда с лица раздражало её кожу и делало её ещё более несчастной.

Крампус накричал на нее, узнав, что она взяла дело

в свои руки. Демон, наконец, вышел из столярной мастерской и обнаружил, что она покинула свой пост и преследует незваных гостей. На Земле было мало вещей, которые приводили её в ужас, но ощущение потустороннего гнева этого существа, кипящего за гранью реальности, вывело её из себя. Она была не в состоянии ответить на его обвинения при виде этих жестоких, искривленных зубов всего в нескольких сантиметрах от её собственного лица.

Он провел месяцы в её голове, умоляя о своей свободе. Она думала, что он был родственной душой, непонятым существом, которое знало, каково это — быть недооцененным и забытым. Тогда в его тоне была доброта и решимость, которые нашли отклик глубоко внутри нее.

Однако теперь она видела, что он расстроен. Крампус был умен, но в то же время жесток. Эмоции часто брали над ним верх, и только после того, как он успокоился, он пришел к выводу, что эльфийка сбежала через туннели под деревней. Проверь что нового, вбивай "сефан истории" через Gооglе-поиск.

Оставив Джека позади, он исчез в соседнем здании, дав ей указания наблюдать сверху. После долгого ожидания её рация с треском ожила, и Крампус велел ей прийти к нему и быть полезной, будучи его наблюдателем. На что он не рассчитывал, так это на то, что она тщательно осмотрит здание снаружи, легко обнаружив изменившихся эльфов внутри через большие эркерные окна. Это были извращенные существа, лишь смутно знакомые, как те радостные создания, которыми они были совсем недавно.

Хотя она часто чувствовала, что обитатели Северного полюса пренебрегают ею, она никогда не желала им зла. Крампус заявил, что времена изменились. Вернется истинный смысл Рождества, время, когда нечестивые могут быть должным образом наказаны, но сейчас ей было трудно это осознать.

И вот она ждала и плакала. Возможно, то, что обещал Крампус, все равно сбудется, возможно, она просто наблюдала не слишком приятную переходную фазу. Логически она понимала, что отрицает это, но признать что-либо ещё прямо сейчас означало бы уничтожить её.

Монотонность была нарушена вспышкой пламени. Обернувшись, Джек увидела, как огромный огненный шар поднимается в небо где-то над конюшнями. Неуверенная, стоит ли ей остаться или пойти посмотреть, что произошло, решение было принято за нее, когда она услышала яростный крик Крампуса.

Она спрыгнула с крыши, позволив ветру отнести её к конюшням. Внутренняя часть здания была охвачена пламенем, но оно охватило само строение, поджигая большие тюки сена, которые были разбросаны внутри. В воздухе пахло виски и палеными волосами, этот запах резал ей ноздри.

— Джек. — Тяжелая рука опустилась ей на плечо, и она резко обернулась, чтобы увидеть нависшего над ней Крампуса. От его тела поднимался пар, когда Крампус насмехался над ней. — Ты позволила им сбежать.

— Они были здесь? — Она огляделась и увидела небольшую цепочку следов на снегу. — Я не знала.

— Это твоя вина, Джек. — Его большая рука обхватила её горло, и он сжал его. Джек схватила его за пальцы и призвала иней, но знала, что это бесполезно. На костяшках пальцев

демона образовался лед, но он треснул и отпал, когда он сжал их. Он высоко поднял её, затем притянул к себе. Его дыхание было горячим и пахло мятой. — Ты разочаровала меня.

Она хватала ртом воздух и слабо шлепала по его рукам. Кости в её шее, казалось, вот-вот треснут, и как только погаснет свет, для нее все будет кончено.

Буря закружилась вокруг них, и Крампус ослабил хватку, позволяя ей дышать. С ворчанием отвращения он отшвырнул её прочь, и она упала на землю.

— Иди посмотри на мониторы, — прошипел он, возвращая своё внимание к конюшням. — Если ты что-нибудь увидишь, скажи мне сразу же, или я сотру эту деревню в порошок твоими костями.

Джек попыталась ответить, но из-за её голоса получился только резкий писк. Проверь что нового, гугли "сефан истории".

— Семи будет достаточно, — проворчал он, почесывая когтем живот. — А где мои сани? Хммм. — Увидев Джека, он зарычал на нее. — Уходи! Сейчас же!

Она повиновалась, с трудом поднявшись на ноги, прежде чем позволить ветру унести её обратно в мастерскую. Слезы были горячими и обильными, когда она бежала в безопасное место, в комнату наблюдения. За последние несколько сотен лет она не получила ни единой царапины, но Крампус положил конец этой череде, едва не лишив её жизни. Он был порождением безумия, и она была сумасшедшей, раз когда-либо слушала его.

Шмыгая носом, она села на один из крошечных стульчиков у мониторов и начала рассеянно щелкать по ним. Было трудно сосредоточиться. Её мысли были заняты Крампусом.

Могла ли она сбежать? Она не сомневалась, что может потерять его во время шторма, но у него была бы вечность, чтобы найти её, если бы он захотел. Великаны, вероятно, помогли бы ему. Они не были ей преданы. И даже если бы он решил отпустить Джека, она всегда рисковала столкнуться с ним.

Расстроенная, она пощелкала по мониторам, не уверенная в том, что надеялась увидеть. У нее болела шея, и она чувствовала себя ещё более потерянной, чем когда-либо.

Но ещё хуже, чем чувствовать себя потерянной, было то, насколько она была одинока. Она думала, что Крампус был её другом, но теперь поняла, что это не так.

— Блядь! — Она хлопнула рукой по консоли, случайно переключив камеры на экране. Раздосадованная, она попыталась восстановить доступ к отсутствующим каналам, щелкнув по всем из них. Она не могла сосредоточиться, не могла вспомнить, как работает консоль. Все было как в тумане.

Поэтому она просматривала их по одному за раз, только сейчас заметив, что пекарня не входила ни в один из циклов. Где ещё были отключены камеры? Что на самом деле делали эльфы?

Она просматривала их так быстро, что её разум не улавливал движения, пока она не прошла уже три канала. Ошеломленная, она щелкнула в ответ и осталась сидеть, ошеломленная.

Камера была помечена как Главная спальня резиденции Клауса. Она осматривала комнату над изголовьем кровати, и Джек была удивлена, увидев, что кицунэ, которую она видела ранее, была занята сексом верхом на человеке

по имени Майк. Очарованная, она могла только смотреть.

Зачем на Северном полюсе Санте понадобилась камера в его спальне? Мысли Джек бесполезно метались в попытке рационализировать то, что она видела. Лицо кицунэ исказилось в сладкой агонии, когда она держала свои собственные груди, подпрыгивая вверх-вниз на самом большом члене, который Джек когда-либо видела. Её рот так долго оставался открытым, что в нем пересохло, но она просто не могла отвести взгляд.

Это был интимный момент, один из тысяч, свидетелем которых она случайно стала. Быть невидимой для мира смертных означало, что Джек видела множество вещей, которые ей видеть не полагалось. Может быть, это было так же просто, как если бы кто-то тайком выкурил сигарету, или сложно, как в тот раз, когда она наткнулась на военный объект на севере России. Хотя она никогда не была большой любительницей подглядывать, она не могла не наблюдать за людьми на экране, когда они занимались любовью друг с другом.

Ее желудок затрепетал, и она положила руку на живот, вспомнив о своем контакте с Майком. Его голос заставил её с готовностью повиноваться, и она задалась вопросом, использовал ли он ту же силу на кицунэ. Если нет, то, возможно, они были парой или, по крайней мере, близкими друзьями. Когда в последний раз у Джека был друг, не говоря уже о близком?

Или даже любовник?

Всего на мгновение ей показалось, что какое-то случайное воспоминание всплыло на поверхность её сознания, требуя её внимания. Не в силах ухватить его, она снова позволила ему погрузиться в глубины своего сознания, уловив лишь отблеск золотых лучей.

Она знала, что должна уведомить Крампуса. Должна сказать ему, что смертный выжил в вентиляционных отверстиях, но её палец завис над кнопкой портативной рации. Её кожа все ещё горела в том месте, где он душил её, а его резкие слова все ещё звучали у нее в ушах. Он уже был зол, но определенно взорвался бы, если бы узнал, что человек сбежал в дом миссис Клаус. В этом не было её вины, но увидит ли он это таким образом?

Ее нерешительность заставила её стоять и наблюдать, сосредоточившись на Майке и кицунэ. В порыве своей страсти они вызвали водоворот искрящихся огней, которые заплясали по комнате. Она знала, что кицунэ обладает ледяной магией, но это было что-то другое. Через камеру она не могла разобрать, что происходит, и была удивлена, когда камера исказила изображение. Она была перегружена из-за огромной мощности в этой комнате, и она задавалась вопросом, кто из них был виновником.

Охваченная любопытством, она пролистала остальную часть дома. Миссис Клаус можно было увидеть за выпечкой на своей кухне, и она разговаривала с кем-то, невидимым для камеры. Если и был кто-то, способный бороться с Крампусом, то это была миссис Клаус, и было ясно, что у нее уже была помощь.

Лед образовался вокруг её рук и распространился на остальную часть консоли. Если бы она захотела, она могла

бы уничтожить эти мониторы, могла бы положить конец наблюдению Крампуса. Но что потом? Перейти на другую сторону, вот так просто? Или это будет первым шагом к забвению?

Джеку хотелось, чтобы у нее был друг, с кем-нибудь, с кем она могла бы поговорить. Переключаясь между мониторами, она увидела Крампуса, крадущегося снаружи дома Санты. Было ясно, что он уже знал, что там что-то происходит, поэтому она нажала кнопку на своей портативной рации, надеясь заручиться его благосклонностью.

— Этот человек с миссис Клаус, — сказала она. На камеру она увидела, как Крампус наклонил голову, услышав её, а затем издал вопль ярости. Он подскочил к дому Санты и заколотил во входную дверь гигантским кулаком.

Джек ухмыльнулась, зная, что даже если бы дверь была открыта, Крампус не вошел бы внутрь. В миссис Клаус было что-то такое, что представляло опасность для Крампусов, но она не знала, что именно. Встав, она пощелкала по мониторам, пока снова не оказалась перед зеркалом Санты. S е f а n . r u — новые рассказы из жизни реальных людей.

Санта переключил своё внимание на камеру и помахал рукой.

— Черт. — Она отвернулась от зеркала и принялась грызть ногти. Может быть, было бы безопаснее просто дать событиям развиваться немного дольше, прежде чем принимать решение. Взвесить все варианты. Видеть успех Крампуса означало, что он оставит её в покое, и ничего не изменится. Это было гораздо предпочтительнее, чем быть убитой.

С таким количеством мыслей, проносящихся в её голове, она покинула комнату охраны позади. Под её ногами образовался иней, когда она неслась по коридору. Её решения в последнее время были ужасными, и, возможно, пришло время проведать старого друга и узнать, что он думает, прежде чем она совершит преступление.

Она просто надеялась, что сможет услышать его сквозь стеклянную тюрьму.

• • •

На то, чтобы привести в порядок спальню Санты, ушла большая часть часа. Майк и Юки сложили мокрые полотенца в пустую корзину для белья у камина, прежде чем сесть есть оставленную для них еду. Под серебряными куполами на подносе стояла чудесная запеченная утка с зеленой фасолью и картофельным пюре на гарнир. Им был предоставлен термос, полный горячего яблочного сидра, и они вдвоем молча поели на полу, пытаясь закончить трапезу до возвращения миссис Клаус.

Время от времени по всему дому раздавался громкий стук, но Майк решил, что лучше оставаться на месте. Он уже был на её стороне, и ему больше нечего было надеть, кроме брюк, которые она ему подарила. Его одежда затерялась в трещинах реальности, и ему не хотелось бродить по Северному полюсу в одних штанах.

Юки продолжала одаривать его лукавыми улыбками. Её жизнерадостное поведение было заразительным, и он поймал себя на том, что улыбается в ответ. Когда они закончили есть, она прислонилась к нему и закрыла глаза.

— Неплохо для первого свидания, хранитель. — Она усмехнулась и положила руку ему на грудь. — Хотя я бы предпочла место, где больше танцуют.

— О, так мы теперь встречаемся?

Она хихикнула и отвернулась от него. — Я, вероятно, в конечном итоге

забеременею после того, что ты сделал. Возможно, нам придется пожениться.

— Что? — Он сел так внезапно, что Юки отпрянула от него, и на её лице появилась глупая ухмылка.

— Чувак, с тобой так легко. — Она рассмеялась и похлопала себя по животу. — Я не могу забеременеть, если сама этого не захочу. Для того, кому нравится извергать свою сперму в каждую женщину, которую он трахает, ты очень мало задумываешься о возможных последствиях.

Он сжал губы и нахмурился. Ему не раз приходила в голову мысль, что ему действительно следует взять себя в руки в отношении всех женщин, с которыми он занимался сексом. — Ты не ошибаешься, — признал он.

— Может быть, Рождественский подарок породит всевозможные новые праздники. День Майка, День большого члена, Радл... ой! — Она отпрянула от него, когда он ущипнул её за внутреннюю поверхность бедра. S е f а n . г u — истории о любви, сексе и отношениях.

— Наверное, мне следует поговорить с Найей о контроле над рождаемостью, — признался он. — Я просто принял как должное, что многие из вас либо несовместимы со мной, либо могут позаботиться об этом сами. Вот так у меня получилось яйцо и маленький мальчик-лошадка, который меня ненавидит.

Юки протрезвела при упоминании Каллисто. — Я не думаю, что он ненавидит тебя, — сказала она, затем села и поправила свою мантию. — Кентавры упрямы не потому, что их так учили. Они действительно просто такими рождаются. Стадо — это его люди, и, возможно, дело в том, что ты представляешь ту его часть, которая всегда будет другой. Он все ещё ребенок и не до конца понимает, что быть другим — это хорошо.

— Полагаю, да. — Майк снова посмотрел на дверь, гадая, где же миссис Клаус. Он ожидал, что она вернется ровно через час, но у него не было возможности точно узнать, сколько времени прошло.

— Может, нам уйти? — спросила она, заметив его пристальный взгляд.

— Нет. — Он снова посмотрел на нее. — Я подозреваю, что она все ещё имеет дело с Кисой и, надеюсь, с Тинк и Холли. — Его фамильяр сейчас была в тридцати футах под ним, и он чувствовал её благодарность и удовлетворение, что, вероятно, означало, что миссис Клаус кормила и её тоже. Пару раз он пытался связаться с ней, но Киса была слишком отвлечена, чтобы почувствовать его. — Телепатия была бы действительно хороша прямо сейчас, — сказал он ей.

— Тогда, может быть, тебе стоит найти телепата, чтобы трахнуться. — Она подмигнула ему и встала. — Итак, как это работает? Теперь ты можешь вызвать ледяную магию?

— Хмм? — Поняв, что она спрашивает о его способности менять души, он пожал плечами. — О, точно. Понятия не имею, это не всегда очевидно. Было бы неплохо, если бы это было так.

— Я понимаю. — Она потянулась и прошлась по комнате. — Ты думаешь, визуализация магии была компромиссом?

— Не может быть. Мы, эм, ещё не закончили. — Он рассказал ей о странных усиках, которые он видел. На самом деле, немного сосредоточившись, он мог видеть ауру, окружающую Юки. Она сверкала, как бриллиант, и

меняла цвет в зависимости от того, как она стояла. — Моё лучшее предположение заключается в том, что, возможно, это от Рождественского подарка.

— Интересно. — Она задумчиво опустила голову. — Я думаю, в этом был бы какой-то смысл. Рождественский подарок может видеть все, что происходит в день Рождества, и все это одновременно. Ты думаешь, это значит, что ты можешь делать это только на Рождество?

— Понятия не имею. Вероятно, я поэкспериментирую с этим позже, когда не буду чувствовать себя таким вымотанным. — Еда и отдых освежили его, но тело болело. Несмотря на то, что он никогда не бегал марафон, он предположил, что то, что он чувствовал сейчас, было сравнимо с этим.

— Наверное, сначала стоит надеть презерватив, — ответила она. — На случай, если ты заставишь себя кончить снова. Больше историй читай на сефан. ру

— Ха-ха, очень смешно. В следующий раз я буду знать лучше. — Он покачал головой при воспоминании о том, как втягивал свою магию обратно внутрь себя. Оглядываясь назад, он должен был быть умнее. — Быть превращенным в фонтан спермы — это трюк для вечеринки, который мне не хочется повторять.

— Да, мои носовые пазухи все ещё не в порядке от этого, — фыркнула она для пущей убедительности как раз в тот момент, когда дверь в их комнату открылась. Миссис Клаус постояла там, уперев руки в бока, затем вошла внутрь, чтобы осмотреться. Несколько мгновений она ничего не говорила, осматривая комнату, затем кивнула.

— Я полагаю, десерт всё-таки можно заказать, — объявила она, затем посмотрела на Майка. — Здесь несколько твоих друзей. Почему бы тебе не взять рубашку из того шкафа, и мы все могли бы встретиться на кухне, чтобы обсудить, что будет дальше.

— Да, мэм. — Он посмотрел ей вслед, затем глубоко вздохнул. Осознание того, что он вычеркнут из списка дерьма миссис Клаус, принесло огромное облегчение.

В шкафу лежало несколько белых хлопчатобумажных рубашек с длинными рукавами и пуговицами сверху. Они были ему слишком велики, но, не видя альтернативы, он надел одну из них. Пока он поправлял воротник на шее, рубашка съежилась, пока не стала идеально сидеть по фигуре.

Сделают ли брюки то же самое? Он даже не заметил, когда надевал их. Увидев пару тапочек на дне шкафа, он надел их и стал ждать. В отличие от одежды, тапочки, казалось, не обладали никакими магическими свойствами. Они были, может быть, на размер больше, но не доставали его босых ног до пола.

— Неплохо, — сказала ему Юки. — Я думаю, Санта не может допустить, чтобы кто-то поправлял его одежду на ходу каждый раз, когда он съедает слишком много печенья.

— У парня столько эльфов. Я просто подумал, что там должно быть целое подразделение, занимающееся пошивом одежды на заказ. — Он заправил рубашку и указал на дверь. — Пойдем уже?

Они вышли из комнаты и увидели Холли, стоящую снаружи. Эльфийка вздохнула с облегчением, когда увидела их.

— Киса сказала, что ты будешь здесь, — сказала она. — Хотя мы немного беспокоились о том, в какой форме

ты будешь. Миссис Клаус сказала, что с тобой все в порядке, но она казалась расстроенной.

— Я бы сказал, что это было просто недоразумение, но мы начали не с той ноги. Наше прибытие было немного... суматошным.

Холли кивнула. — Наше тоже. Мы протаранили северного оленя через одно из световых люков в крыше. Крампус опередил нас здесь и был слишком занят тем, что барабанил во входную дверь, чтобы заметить наше приближение. Однако миссис Клаус не рассердилась, и была очень рада нас видеть.

— Майк приехал на "призраке рождественского подарка", — предложила Юки. — Я не буду утомлять вас другими подробностями.

— Ты видел призрака? — Холли остановилась и повернулась к ним лицом. — Мы встречали Прошлое Рождество, но он был таким испорченным.

— Рождественский подарок был под вопросом, но Майк был очень убедителен. Юки подмигнула.

— О, спасибо Санте. — Холли сложила руки вместе и вздохнула с облегчением. — Это отличная новость. А как насчет "призрака будущего Рождества"?

— Э-э... — Майк посмотрел на Юки. — С этим мы ещё не разобрались.

— О. — Холли повела их к винтовой лестнице, вырезанной из дерева. Она плотно обхватывала центральную колонну с вырезанными на ней украшениями. Он признал, что многое в декоре было языческим по своей природе, но больше ничего об этом не знал. — Я надеюсь, что он здесь не появится. Он самый страшный.

— Как он выглядит? — спросил Майк.

— Вроде как твоя подруга, Смерть, — ответила она. — Только гораздо более интенсивно. Он видит все, что может с тобой случиться, и это его дар. Но видит почти бесконечное количество вариантов будущего каждый раз, когда он кого-то встречает... мы думаем, что это одна из причин, по которой он не разговаривает. Его разум просто настолько занят фильтрацией информации, что он едва существует в настоящем.

Майк нахмурился, размышляя о последствиях. Как он мог сразиться с врагом, способным видеть будущее? Были ли силы духов ограничены только временем перед Рождеством? Это было нечто, заслуживающее внимания.

У подножия лестницы была дверь, которая вела в огромную кухню. Современная бытовая техника из нержавеющей стали вступила в противоречие с похожей на корень структурой обрамления комнаты. Если бы Майк не знал его лучше, он бы поверил, что на самом деле находится под гигантским деревом.

Большой кухонный остров был достаточно велик, чтобы вместить десятерых, но единственными его обитателями были Киса и Тинк. Они обе вскочили со своих мест и чуть не сбили Майка с ног своими объятиями.

— Придурок, — пробормотала Киса. Тинк не стала утруждать себя словами. Вместо этого она укусила его в бок через рубашку.

— Я тоже скучал по вам. — Он нежно обнял их обоих. — Я рад, что вы в безопасности.

— Тинк слишком умна для Фрости би...

— КХМ! — Это было от миссис Клаус, которая появилась из соседней кладовой с большим пирогом в руках. — Выражаешься, дорогая.

Тинк нахмурилась. — Тинк хочет пирога, скажешь мужу позже.

Майк рассмеялся и последовал за ними обратно к стойке. Он сел, и Тинк вскарабкалась на стул рядом

с ним. Киса села с другой стороны, оставив Холли и Юки сидеть по краям.

— И вот мы начинаем. — Миссис Клаус положила пирог на стойку рядом с ножом. Рядом стояла стопка тарелок и вилок, которые Киса раздала всем. Верх пирога был украшен толстыми полосками хрустящего теста, внутри которого виднелась смесь ягод. — Он уже остыл, так что вам не нужно ждать.

Тинк взяла нож и ловко разрезала его на пять равных частей.

— Я не уверен, что смогу съесть столько пирога, — сказал ей Майк, когда она взяла вилкой первый кусочек.

— Муж, освободи место. Лучший пирог на свете. — Тинк положила пирог на тарелку Майка. — Все, что готовит милая женщина, так вкусно.

— У меня много практики, — призналась миссис Клаус с улыбкой. — Здесь, наверху, мне больше нечего делать. — Она открыла рот, чтобы сказать что-то ещё, но её прервал громкий стук сверху. Ещё больше читай на sеfаn. гu

— Что это? — спросил Майк.

— Это, должно быть, Крампус. Он очень расстроен тем, что вы все здесь. — Она наклонилась вперед, и низкий вырез фартука обнажил тонну декольте. Это больше походило на то, что надела бы сексуальная горничная. — Но он не осмеливается войти внутрь.

— Почему это? — спросил Майк. Он подождал, пока Тинк закончит разделывать пирог, затем откусил кусочек. Корочка была маслянистой и таяла у него на языке, а ягоды были такого сорта, какого он никогда раньше не пробовал. Сначала они были терпкими, потом стали сладкими у него во рту. — Это действительно вкусно, — признал он.

— Спасибо. Что касается Крампуса... — Она вздохнула и сняла фартук. Майк не мог не заметить, что тонкая одежда расширилась в её руках, как только она сняла её с тела, превратившись во что-то, что выглядело намного более функциональным. — Я не могу полностью объяснить это в нынешней компании. Эта информация довольно конфиденциальна.

— Ты не можешь сказать мне ничего такого, чего они не могли бы услышать, — сказал он, хотя и не знал, правда ли это о Холли. — Они — семья. Я им доверяю.

— И я буду доверять твоему суждению, когда дело дойдет до того, чем ты поделишься с кем позже, — сказала она. — Это приобретет гораздо больше смысла, как только ты услышишь, что я хочу сказать.

— Я поверю тебе на слово. — Он смахнул вилку Тинк со своей тарелки. — Ты даже не доела свой кусок.

Тинк зашипела на него, затем вернулась к своей тарелке. Она попыталась стащить кусочек с тарелки Юки, но кицунэ обожгла руку гоблины фиолетовым лисьим огнем.

— Ты голодная штучка, — заметила миссис Клаус. — Ты съела три порции ужина, и у тебя ещё осталось место!

— Гоблины ненавидят холод, — ответила Тинк, откусывая от своей еды. — Ешь обильно, спи всю зиму. У Тинк нет времени на сон, но есть все равно хочется. Получи большую задницу для мужа.

— Ещё подушка для пинка, — прошептала Киса так, чтобы её услышал только Майк. Он ущипнул её под прилавком, в результате чего она столкнулась с Холли.

Миссис Клаус кивнула,

затем подвинула Тинк тарелку с печеньем, которая была спрятана под прилавком. — Когда ты покончишь со своим пирогом, можешь взять немного этого.

— Нет! — одновременно закричали Киса и Холли, затем посмотрели друг на друга.

— Только... без печенья, — добавила Киса. — Она ела их, пока её не стошнило.

Тинк уже вцепилась когтем в тарелку и подтащила её к себе. — Печенье милой женщины намного вкуснее, чем дурацкое дьявольское печенье.

— Дьявольское печенье? — Миссис Клаус облокотилась на прилавок, её груди почти вываливались из ночной рубашки. Майк сосредоточился на том, что осталось от его пирога.

— Крампус лепил имбирных чертиков. — Это прозвучало от Холли. — Это то, что он велел темным эльфам приготовить. Читай рассказы на сефан точка ру.

— Тинк, съешь дьявольское печенье. На вкус как перец и зола. — Гоблина высунула язык для пущей убедительности. — Выплевывай прямо сейчас.

— Хм. Полагаю, в этом есть смысл. Вероятно, именно так он погубил северного оленя. — Миссис Клаус встала и поправила своё нижнее белье. Один из её сосков выскользнул, и она нахмурилась, прежде чем спрятать его. — Нам очень повезло, что Танцор заметил их в своей ленте. Однако у них должна быть какая-то другая цель.

— Я должна спросить... что это за нижнее белье? — Юки нетерпеливо наклонилась вперед. Майк молча благословил её за то, что она спросила, потому что он боялся этого сделать.

— Непредвиденная особенность Рождества, — проворчала миссис Клаус. — До конца года я буду счастливой домохозяйкой. Готовлю, играю в игры с эльфами, провожу время с мужем. Но прямо перед Рождеством все начинается. Распродажа нижнего белья, сексуальные ролевые игры пар. Прямо сейчас в мире тысячи женщин, одетых подобным образом и притворяющихся мной, и моё единственное спасение в том, что миссис Клаус в основном считается верной своему мужу. В противном случае, прямо сейчас я была бы в полном беспорядке.

— Так вот почему твой фартук теперь выглядит по-другому? — спросил Майк. — Я видел, как он изменился, когда ты его сняла.

— Хороший взгляд на детали. Тебе это понадобится. — Она потянула за бретельки своей ночнушки. — На самом деле это очень удобный свитер. Если я не выйду на улицу, все, что я надену, станет таким же, как это.

— Почему снаружи? — спросила Киса.

— Потому что все знают, что я бы замерзла насмерть без хорошего пальто, — сказала миссис Клаус. — Когда я нахожусь дома, на меня смотрят как на верную жену, которая ждет, чтобы обожать своего мужа и оказывать ему множество сексуальных услуг, когда он вернется. Снаружи? Я явно занята, помогая готовиться к Рождеству.

— И магия просто отслеживает это за тебя? — спросил Майк.

Миссис Клаус кивнула. — Так и есть. Иногда изменения очевидны не сразу, но я всегда могу сказать, когда компания по производству нижнего белья выпускает свою новую рождественскую коллекцию. Мне есть что ещё сказать по этому поводу, но с этим придется подождать. — Она достала термос из-под прилавка. — Кто-нибудь хочет горячего какао?

Они сели и доели свой пирог, размышляя обо всем, что произошло. Горячее какао согрело

Майка изнутри, и боль в мышцах исчезла. Он задался вопросом, обладает ли само какао какими-то восстанавливающими свойствами, потому что чувствовал себя почти как новенький. Однако ему определенно не помешал бы душ.

Тинк доела свой пирог, то, что осталось от пирога Кисы, и тарелку с печеньем. Похлопав себя по животу, она придвинула свой стул к стулу Майка и положила голову ему на руку. Прошло совсем немного времени, прежде чем она тихо захрапела в его объятиях.

Покончив с едой, группа перешла в главную комнату, а Холли отправилась мыть посуду для миссис Клаус. В центре комнаты располагался массивный камин, языки пламени были видны со всех сторон. Дымоход поднимался через середину комнаты только для того, чтобы исчезнуть несколькими этажами выше. Вдоль стен этого этажа тянулись книжные полки, и беглый осмотр показал, что большинство книг вообще не были связаны с Рождеством. Похоже, Санта или его жена были большими поклонниками Тома Клэнси, но основную часть коллекции составляла художественная литература для молодых людей, хотя было несколько разрозненных сборников романов. Читай рассказы на сефан точка ру.

Рядом с камином стоял большой двухместный диван и самое большое глубокое кресло, которое Майк когда-либо видел. Он усадил Тинк в глубокое кресло и укрыл её одеялом. Киса достала книгу с одной из полок и свернулась калачиком рядом с гоблиной. Тинк рыгнула, а Киса скорчила гримасу.

— Серьезно, — сказала она, и её глаза наполнились слезами. — Перестань позволять ей есть сладости. Это ужасно пахнет.

— Сегодня Рождество, милая. — Миссис Клаус протянула Кисе кружку какао и бутерброд. Майк понятия не имел, когда женщина успела это сделать. — Тебе действительно следует есть больше, ты слишком худая.

— Но я... — Киса осмотрела бутерброд и вздохнула. — Да, мэм.

— Тебе тоже. — Миссис Клаус взяла блюдо со сладостями, стоявшее на прикроватном столике, и протянула их Юки. — Все, что ты не съешь, пойдет на пользу танцору, так что не чувствуй себя слишком обязанным.

— Почему она берет какао и сэндвич, в то время как я беру ещё печенье? — спросила Юки.

— Она спасла северного оленя. Ты испортила мою спальню. — Миссис Клаус снисходительно погладила Юки по голове, затем посмотрела на Майка. — Пойдем, дорогой?

Он кивнул, изо всех сил стараясь не встречаться взглядом с Юки. Кицунэ надулась, но все же схватила горсть печенья, чтобы съесть.

Они подошли к запертой двери в дальней стене, которую миссис Клаус открыла золотым ключом. За дверью была каменная лестница, которая спиралью уходила вниз, и она взяла фонарь, висевший на крючке у двери. Он загорелся сам по себе, заливая лестницу теплым сиянием.

— Куда мы направляемся? — спросил он.

Миссис Клаус улыбнулась и закрыла за ними дверь. — Вот увидишь. Это, пожалуй, самое важное место на Северном полюсе. Следуй за мной.

Лестница была достаточно длинной, чтобы Майк испугался неизбежного подъема обратно. Не помогло и то, что на узких ступеньках он поворачивал ноги, из-за чего слишком большие тапочки сдвигались, как будто собирались свалиться. Очевидно, тот, кто отвечал за волшебный гардероб Санты, взял

выходной, когда дело дошло до обуви.

Прошло ещё несколько минут, прежде чем они достигли дна. Миссис Клаус остановилась перед парой толстых деревянных дверей, скрепленных железными наличниками. Она повернулась к Майку, и черты её лица внезапно стали жесткими.

— Из многих вещей, которые я тебе показываю и рассказываю, содержимое этой комнаты должно оставаться секретом от твоих друзей. — Она нерешительно положила руку на одно из больших колец. Майк наблюдал, как серебристые и красные завитки вырвались из двери и обвились вокруг нее, а затем исчезли. Миссис Клаус, казалось, ничего не заметила.

— Я не могу этого гарантировать, — сказал он ей. — Нет, пока не узнаешь, что внутри.

Она ухмыльнулась. — Я не думаю, что ты понимаешь. В этом вопросе тебе не дают выбора. Как и у твоей любимой Силы, у защитной магии этого места есть свои правила. За пределами этой комнаты Северный полюс построен любовью и верой детей. Естественно, этот эффект распространяется и на их взрослых коллег, отсюда и моё нынешнее затруднительное положение. — Она теребила кружево на своем воротничке. — Но эта комната? Это центр всего происходящего, на который не влияет то, что происходит снаружи. Нам есть что обсудить, но ни одно слово об этом месте в частности никогда не сорвется с твоих губ. Если кто-то прочтет твои мысли, воспоминание об этом месте будет ускользать от тебя, как сон, пока их присутствие не исчезнет.

Майк посмотрел на миссис Клаус. — Если эта комната так важна, тогда зачем показывать её мне?

— Если бы мой муж не был на грани развода, мы бы даже не вели этот разговор. — Она потянула за одно из колец, и у Майка заложило уши. Он потер их, в то время как обе двери открылись одновременно, словно по волшебству. Золотистый свет струился из комнаты, и он последовал за ней внутрь, щурясь в попытке что-нибудь разглядеть.

Свет исчез, и он обнаружил, что стоит на дне большого металлического цилиндра, который поднимался в воздух почти на сотню футов в центре гигантской комнаты. Украшенный красной, золотой и серебряной лентой в виде спирали, цилиндр был увенчан сферой, сделанной из мягко пульсирующего света.

— На что я смотрю? — Майк заметил, что у основания цилиндра было построено какое-то сооружение. Подойдя ближе, он увидел, что это был круг с цифрами по краям, которые насчитывали до трехсот шестидесяти.

— Добро пожаловать на Северный полюс, хранитель. — Миссис Клаус закрыла за ними дверь и повесила свой фонарь на ближайший крючок. Свечение от фонаря резко усилилось, показав, что помещение, в котором находился цилиндр, имело сферическую форму. Несколько этажей выходили окнами в центр комнаты, и он мог видеть книжные полки, верстаки и кучу инструментов, разбросанных повсюду. Все выглядело старым, как будто он попал в забытый музей.

— Ух ты. — Майк направился к цилиндру, но миссис Клаус схватила его за руку.

— Не приближайся, — предупредила она как раз в тот момент, когда сфера света на верхушке столба расширилась. Он

поглотил большую часть пустого пространства в комнате и превратился в точную копию Земли, которая вращалась вокруг цилиндра. Зеленые и красные огоньки плясали по поверхности сферы, простираясь вплоть до Южного полюса. По всей планете ландшафт был усеян сверкающими огнями.

— Итак, вот откуда вы можете все увидеть, — сказал он, затем нашел ближайший табурет, чтобы сесть на него. Его внимание привлек сверкающий огонек, зависший над восточным побережьем России. — Что это? — спросил он.

— Это сани. Я понятия не имею, что они там делают, но у меня сложилось впечатление, что кто-то использует их для доставки игрушек. Смотри. — Она указала на основание Северного полюса, которое выглядело так, словно снаружи было заполнено жидкостью. — Когда эти подарки доставляются, это восполняет магию, которая позволяла Санте перемещаться вне времени. Само заклинание невероятно мощное, Санте потребовалось больше столетия, чтобы раскрыть его истинный потенциал. Изначально я думал забрать сани и спрятать их здесь, но Крампус, вероятно, хочет заполучить их для своих собственных гнусных целей. Если они доставляют подарки, возможно, будет лучше позволить им продолжать это делать. Рассказы на сефан точка ру.

Майк кивнул. Было ясно, что у Крампуса был какой-то план, но они не знали какой. Возможно, это было что-то, на что стоило обратить внимание. Если бы они смогли выяснить, что собирается сделать демон, это могло бы дать им представление о том, как они могли бы остановить его.

— Ты должен знать, что я отправила Рождественский подарок и Танцора, чтобы помочь с охраной саней. Похоже, они почти на месте. — миссис Клаус указала на пару огоньков, которые двигались по направлению к саням. — Я не уверена, почему они покинули безопасный твой дом, но это то, о чем мы можем побеспокоиться позже.

— Я уверен, Лили будет в восторге от дополнительной помощи, особенно потому, что держу пари, что Смерть обманом втянула её в это. — Он представил её реакцию на амазонский дух и ухмыльнулся. — Смерть будет расстроена тем, что сам Санта не появился.

— Возможно. — Миссис Клаус нашла себе свободное место и села рядом с ним. — Вот с чего все началось. Во всяком случае, ради святого Николая. Видишь ли, давным-давно его призвали в лютый северный холод. Поездка чуть не убила его, но зов был сильным. Он нашел дверной проем, занесенный снегом, и это привело его сюда.

— Кто построил это место? — спросил он.

— Архитектор. Он был последним в своем роде, который был построен, но первым в своем роде на Земле.

— Это не имеет смысла, — сказал Майк, поворачиваясь к ней, его мысли метались. Было ли это место частью Великой игры? — Насколько я понимаю, мой дом был построен, может быть, два столетия назад, а Санта существует гораздо дольше. Не может быть, чтобы это место было создано последним.

Она рассмеялась, и её глаза действительно заблестели в свете волшебного шара. — О, я гарантирую, что так оно и было. Видишь ли, Архитектор получил свой титул не потому, что мог проектировать волшебные дома,

которые просто больше внутри. Это место было их главным произведением, самым трудным из всех, что они строили. Сплетенный воедино из камня, дерева и самой ткани времени, он перенесся на столетия назад, как только был завершен. Честно говоря, я бы не стала слишком много думать об этом. В любом случае, место, где мы сейчас сидим, — это то место, где Святой Николай встретил Первого эльфа.

— Первый эльф? Кто это был?"

— Хранительница этого места, очень похожая на твою любимую нимфу, — улыбнулась миссис Клаус. — Когда ты стал игроком в игре, они назвали тебя Хранителем. И когда мой муж присоединился к нам, они назвали его Клаусом.

Майк почувствовал, как дыхание покинуло его тело. — Санта — часть Великой игры? У меня так много вопросов! Рассказы на сефан точка ру.

Миссис Клаус нахмурилась. — Боюсь, что я не могу рассказать тебе слишком много о самой игре. Есть определенные правила, которым необходимо следовать, когда дело доходит до секретов игры.

— Но игроки не обязаны следовать этим правилам, верно? — Он вспомнил утверждение тени о том, что игроки в игре регулярно разговаривают друг с другом. — Санта может рассказать мне все, что мне нужно знать, как только я найду его, верно?

Она покачала головой и взяла его за руку. Когда она сжала его, он понял, насколько холодными были её пальцы. Взглянув ей в глаза, он увидел, что она выглядит старше, чем он помнил. Было ли это игрой света, или...

— Если бы он все ещё был игроком, тогда да. Но он умер давным-давно.

Сбитый с толку, Майк выдернул свою руку из её. — Но разве мы здесь не для того, чтобы спасти его от Крампуса?

Миссис Клаус глубоко вздохнула и посмотрела на Северный полюс внутри парящего шара, сделанного из света. Тяжело вздохнув, она похлопала Майка по ноге и наклонила голову в его сторону, чтобы посмотреть на него поверх очков.

— За бессмертие приходится платить, дитя моё. Позволь мне поделиться с тобой ценой, которую заплатил мой муж много лет назад. — Она повернулась к нему лицом, поправляя подол своей ночной рубашки. — Я слышала, что нимфа ждала тебя, когда ты переехал в свой дом. Когда Николас впервые прибыл на Северный полюс, он обнаружил, что здесь его ждет совсем другое существо. Мы называем его Первым эльфом, но только в знак уважения. Видишь ли, это определенно был не эльф. На самом деле, это было даже не от мира сего.

— Это был Крампус? — спросил Майк, внезапно затаив дыхание.

— Что? Нет. Ты забегаешь вперед, прекрати это. — Она отмахнулась от дальнейших вопросов взмахом руки. — Это было существо из-за пределов времени и пространства, аморфная сущность, которая была прикована здесь цепью, чтобы защитить самое мощное сооружение, созданное Архитектором. Смотреть на это означало рисковать сойти с ума, и если бы не твердая решимость моего мужа, это поглотило бы его.

— Подожди, ты имеешь в виду... — Майк поднял руки в знак извинения. — Извини, пожалуйста, продолжай.

В глазах пожилой женщины мелькнул огонек,

когда она кивнула.

— На этот раз я верю, что твоя догадка верна, — сказала она ему. — На протяжении многих лет их называли по-разному, эти космические сущности. Древние, сверхъестественные существа, мерзости — не имеет значения. Страж этого места был единственным существом, способным защитить его, и мой муж совершил невозможное.

Майк чуть было не спросил, трахнул ли его Санта, но вовремя спохватился.

— Они стали лучшими друзьями, близкими, как братья, — задумчиво сказала миссис Клаус, снова переводя взгляд на карту Земли. — И вот тут-то и начались все эти неприятности.

• • •

Зеркальная комната была спрятана глубоко под мастерской в конце длинного каменного туннеля. Символы ожили и загорелись безобидным пламенем, когда Джек парила по длинному коридору, обхватив руками живот. Поездка всегда сбивала с толку, но она понятия не имела почему. Тошнота, головокружение и даже легкий приступ дурноты одолевали её чувства до тех пор, пока она не вошла в комнату, где хранилось зеркало. Рассказы на сефан точка ру.

Санта ждал её, прижав ладони к стеклу. Он улыбнулся, как будто был рад её видеть.

— Прекрати нести чушь, — сказала она ему. Серебряная рама зеркала сливалась с мраморным полом, отчего казалось, что зеркало выросло из-под земли. В комнате был безобидный туман, который прилипал к круглым стенам. Иногда она опускалась и покрывала пол, но держалась подальше от Джека, как будто боялась. — Не может быть, чтобы ты был рад меня видеть.

Санта пожал плечами, затем убрал руки со стекла. Он ничего ей не сказал, да и не пытался этого сделать. Вместо этого он вытащил сиденье откуда-то из-за края зеркала и поставил его на место. Подмигнув, он сел в кресло и похлопал себя по колену, как бы приглашая Джека присесть и рассказать ему, что она хочет на Рождество.

Она проигнорировала его, расхаживая по комнате и собираясь с мыслями. Она спустилась сюда, когда Крампус был пойман в ловушку внутри зеркала, и демон разговаривал с ней телепатически. Тогда комната казалась зловещей, как тюрьма. Туман постоянно плыл по зеркалу, иногда заслоняя Крампуса, когда он прижимался к стеклу.

Именно здесь Крампус дал ей рецепт зелья, которое она подарила Санте. Грила снабдила её ингредиентами, собранными её родственниками и Рождественским котом. Было несложно уговорить одного из эльфов передать ему это, но Джек не видела, что произошло дальше. Крампус заверил её, что это ослабит Санту настолько, что демон сможет сбежать, но это было все, что она знала.

— Итак, у тебя есть что сказать в своё оправдание? — Джек подошла к зеркалу и нахмурилась. Санта только покачал головой. — Действительно? Крампус захватил Северный полюс, подчинил твоих эльфов, развратил твоих северных оленей. Это только вопрос времени, когда он... сделает все, что ему нужно, с твоей женой. Рождество теперь принадлежит ему, а это значит, что с тобой покончено, ты ушел, с тобой покончено! И тебе действительно нечего сказать?

Санта пожал плечами, затем вытащил из-под бороды фляжку. Эти его белые хлопковые кудри коротко завивались, как будто у них была своя собственная

жизнь. Санта отхлебнул из фляжки, в которой, как предположила Джек, был гоголь-моголь. Он облизнул губы и протянул фляжку Джеку.

— Ты внутри зеркала, — сказала она ему, подходя ближе. — Даже если бы я захотела немного, я бы не смогла этого взять.

Санта придвинул свой стул поближе к стеклу и снова протянул гоголь-моголь. Джек прищурилась, глядя на него, внезапно задавшись вопросом, зачем она вообще сюда спустилась. Изначально это было сделано для того, чтобы поговорить с Сантой, возможно, смириться с тем, что она натворила, или, возможно, выяснить, что она должна была делать дальше. Людям нравился термин "копать себе могилу", и ей казалось, что только сейчас она по-настоящему поняла его значение.

— Почему ты ведешь себя так, будто тебе все равно? — Когда она заговорила, её дыхание вырывалось из нее клубами тумана. — Он отнял у тебя все. Я помогла ему. Ты знаешь это? Я — причина, по которой ты там, а он здесь.

Санта повертел в руках гоголь-моголь и приподнял бровь. Он ни в малейшей степени не выглядел встревоженным, этот толстый, веселый ублюдок. В зеркальной комнате пошел снег, и по краям зеркала образовался иней, из-за чего оно сливалось с фоном.

— Это все, не так ли? Ты знал, что это произойдет, и тебе было все равно. — Джек яростно замотала головой, её волосы рассыпались по плечам. — Знаешь, мне всегда было интересно. Всегда такой беззаботный, тебя никогда ничто не пугало. Вот почему я была нужна Крампусу. Он сказал, что ты не сможешь заглянуть в мои мысли, но теперь я задаюсь вопросом, хотел ли ты этого, если бы знал, что я задумала.

Санта кивнул.

— Серьезно? Что за хрень?!? — Джек подошла к зеркалу и ударила ладонями по стеклу. — Ты знал, что это произойдет, и не попытался это остановить? Твои эльфы прямо сейчас страдают там, наверху. Почему ты бросил их? Он забирает Рождество у них, забирает его у всех детей в мире, а ты просто позволяешь ему это получить? Как ты мог так поступить с ними?

Разозлившись, она ударила кулаком по стеклу, внезапно осознав, какое оно теплое на ощупь. Взвыв от ярости, она попыталась разбить зеркало кулаками, удивляясь его прочности. Преисполнившись решимости, она приземлилась на землю и ударила кулаком по стеклу так сильно, как только могла, а затем закричала от ярости, когда оно не разбилось вдребезги.

— Что с тобой не так? — кричала она, снова и снова ударяя по стеклу. — Ты знал, что они будут страдать. Ты знал, что я буду страдать! Почему ты допустил, чтобы что-то подобное случилось? — Застонав, она прижалась лбом к стеклу, и замерзшие слезы разбились о твердую землю под ней.

У нее перехватило дыхание, когда теплая волна пробежала по ногам. Она попыталась пошевелиться, но её тело удерживалось на месте энергией, которая вибрировала в её теле, и она изо всех сил пыталась освободиться.

— Что ты делаешь? Ты обманул меня! — Она отдернула своё тело от зеркала и упала

навзничь на задницу. — Ты засранец, и я рада, что ты там в ловушке! Я надеюсь, что ты сгниешь и что Крампус трахнет твою...

Санты в зеркале больше не было. На его месте теперь стояла женщина. Она была выше Джека, с гораздо более полными чертами лица. Её лоб украшала простая золотая корона, а густые каштановые локоны ниспадали на широкие плечи, подчеркивая полную фигуру. На шее у нее было ожерелье, сделанное из золота и инкрустированное янтарем. Одинокий драгоценный камень в середине пульсировал светом, привлекая внимание к впечатляющей глубине декольте.

Женщина подняла голову и посмотрела на Джека свысока.

На ней был простой халат, как будто её только что разбудили. В ней была какая-то свирепость, которая была одновременно знакомой и немного пугающей. Читай рассказы на сефан точка ру.

— Кто... кто ты такая? — Джек приложила её руку к стеклу и была удивлена, когда женщина сделала то же самое. Во взгляде женщины было осуждение, которое Джеку не понравилось, за которым последовала боль в затылке. Застонав, она отошла от зеркала и потерла глаза, ожидая снова увидеть Санту.

Женщина осталась стоять, скрестив руки на груди, словно ожидая, что Джек что-то предпримет.

— Где Санта? Чего ты хочешь? — Расстроенная, Джек двинулась к стеклу, но упала, когда боль вернулась. Образы хлынули в её сознание, сбивая с толку сцены летнего времени и купания в океане. Были моменты с семьей, сцены войны и долгие ночи с мужчиной, покрытым шрамами.

— Прекрати. Прекрати это! — Она вытянула руку, призывая мощную стужу, которая поползла по зеркалу, закрывая ей обзор. В агонии Джек попыталась вылететь из комнаты, но вместо этого врезалась в покрытую туманом стену.

— Нет, нет! — Спотыкаясь в панике, она в конце концов нашла выход и помчалась по коридору, натыкаясь на стены, в то время как образы преследовали её. Гнев, горе и скорбь затопили её разум, когда она летела по длинным коридорам мастерской, в конце концов ворвавшись в большие деревянные двери и исчезнув в метели снаружи.

Даже там изображения нашли её. Казалось, кто-то другой был в её сознании, расставляя воспоминания по местам. Она вспомнила море, катание верхом на свиньях, битву с ведьмой. Все, что она могла делать, это выть вместе с ветром, поскольку её переполняли рассеянные мысли.

Кто ты? Голос в её голове требовал ответа, и она каким-то образом поняла, что это была женщина из зеркала. Тон был повелительный, и Джек схватилась за голову и вскрикнула от шока. Где мы находимся? Что с нами случилось?

— Мы? — Джек моргнула, её глаза ничего не видели из-за шторма. Это было затмение, момент, когда весь доступный свет был поглощен яростью шторма.

— Да, мы. — Её тон был насмешливым. — Где находится это место?

Джек прижала ладони к вискам с такой силой, что у нее хрустнули костяшки пальцев. Все её тело было покрыто инеем, когда она усилием воли направила холод в свою голову, пытаясь изгнать незваную гостью. Холод пронизал все её существо, когда температура упала значительно ниже точки

замерзания.

— Убирайся из моей головы, — прошептала она, её конечности одеревенели, когда лед пополз по внешней стороне её тела. Только когда она пролетела над бурей, командный голос, наконец, исчез, оставив её наедине со своими мыслями под Северным сиянием.

Она смотрела на парящие огни, которые цеплялись за стратосферу, как тающий воск. Ей казалось, что они наблюдают за ней, и она не знала почему.

— Что со мной происходит? — прошептала она, а буря под ней медленно погребала Северный полюс.

• • •

Майк уставился на Северный полюс, и в голове у него шумело. Миссис Клаус рассказала ему всю историю о том, как Николас и Первый Эльф встретились и как они стали практически неразлучны.

Когда они с Найей впервые встретились, она обменялась частичкой своей души с частичкой его души. Это позволило ей передать ему небольшую часть своей власти и привязать дом к нему. В тот день он стал Хранителем, не подозревая, что также стал частью таинственной игры, которая происходила на заднем плане его повседневной жизни. Поскольку Найя была нимфой, было естественно, что они тоже стали любовниками. Это была основа его магии, которая сохранилась и по сей день.

Существо, затаившееся в засаде, было чем-то вроде старшего бога, которого захватил и приручил Архитектор. У него не было эмоций или мыслей, понятных смертным. Его основным наставлением было установить связь с первой достойной душой, которая прибудет на Северный полюс. Николас был достаточно достоин, и его желания создавать игрушки для детей и приносить счастье семьям было достаточно, чтобы превратить это существо в Первого эльфа.

Когда Майк умрет, дом унаследует кто-то другой. Предполагалось, что это будут Бет или Дана, но они не узнают, пока это не произойдет на самом деле. У него не было плана на постоянство, и он не стремился к бессмертию, как его предшественница. Он успел заглянуть на другую сторону и знал, что кто-то будет ждать там, когда его время истечет.

Для существа без начала и конца, подобного Первому эльфу, смерть была просто препятствием, которое необходимо преодолеть.

— Итак, когда святой Николай умер, Первый Эльф привел его сюда, и они... что, вместе взятые? Объединились?

Миссис Клаус пожала плечами. — Я не знаю, есть ли для этого подходящее слово. Труп Святого Николая был реанимирован с использованием тела Первого эльфа. Так родилась легенда о Санта-Клаусе. Делая это, он был одновременно игроком и стражем, а следовательно, ни тем, ни другим. Он никогда не стремился к самой игре и предпочитал игнорировать других, если только они не создавали проблем. Но официально он был первым игроком, который нашел способ остаться вне игры, став одной из фигур внутри нее.

— Уместно, учитывая происхождение Первого эльфа. — Он вспомнил, как попал в ловушку Бабы-Яги, как потерял кусок времени, пытаясь уничтожить кусочек древнего. Дана столкнулась с одним из них во плоти и была отброшена назад во времени на неделю. Они были могущественными существами, которых невозможно было понять. — Так что же произошло дальше?

Миссис Клаус

вздохнула. — Именно тогда Санта стал связан правилами. Он был смертной душой в бессмертном теле. Истории о Первом эльфе сохранились, но теперь рассказы о маленьких помощниках привели к появлению здесь первого поколения эльфов. Они были небрежными и неэффективными, но эта человеческая часть его была способна подправлять детали. По мере того как все больше людей верило, его силы росли.

— Так все эльфы — его клоны или что-то в этом роде?

Миссис Клаус покачала головой. — Было бы легче думать о них как об обрезках ногтей или щетине на бороде. На самом деле я храню обрезки от его ежегодной стрижки в коробке в шкафу, а затем высаживаю их на улицу летом, когда встает солнце. Каждый год из его крошечных частичек вырастают новые эльфы, которые заменяют тех, кого мы потеряли в Мастерской. Некоторые умирают естественной смертью, другие... — Она покачала головой. — Боюсь, несчастные случаи случаются.

— Поскольку они раньше были частью его, не поэтому ли они так восприимчивы к... ну, ко всему?

— Это совершенно верно. Мы называем это непослушной болезнью, но это не просто непослушное поведение. — Она одернула ночнушку, которая выглядела короче, чем раньше. — Каждое живое существо здесь, на Северном полюсе, является частью Санты.

— Подожди, это означало бы, что ты... — Он посмотрел на Северный полюс, затем снова на миссис Клаус. — Ты — часть его?

Она кивнула. — Я родилась в этот мир старухой, готовой исполнять прихоти своего мужа. Моё самоощущение определяется тем, как меня видят окружающие. Нижнее белье раздражает, но я не возражаю против того, насколько моложе выгляжу в последнее время. — Она похлопала себя по щекам. — Когда я была впервые создана, мне было за девяносто, и я была очень морщинистой.

Он согласился с её оценкой, но знал, что следует держать свои мысли при себе.

— Так значит ли это, что Крампус тоже часть Санты?

Миссис Клаус сделала задумчивое лицо, затем встала. — Пойдем. Я хочу тебе кое-что показать.

Заинтригованный, он встал и последовал за ней. Они обошли комнату по периметру, пока не оказались по другую сторону столба. Стены были увешаны толстыми полками, полными инструментов, и миссис Клаус просунула руку в щель между двумя колоннами. Раздался отчетливый щелчок, и она ухватилась за край полки.

— Помоги мне, — сказала она, затем потянула. Майк ухватился за край и помог, в результате чего вся полка открылась, как гигантская дверь. За ним была пещера, вырубленная в земле, и Майк вызвал пару пауков, чтобы они освещали путь.

— Позволь мне, — сказал он, посылая пауков вперед.

— Это не то, что я видела раньше. — Она усмехнулась и взяла его за руку. В том, как она держала его за пальцы, было особое тепло, и воспоминание о том, как мать читала ему вслух, снова всплыло на поверхность. Была ли это материнская любовь? Это было не то, о чем он знал, будучи взрослым, и он не был удивлен тем, как сильно жаждал этого. — Осторожно, сюда уже целую вечность никто не

спускался.

Они гуляли вместе, пока температура резко падала. В какой-то момент нижнее белье миссис Клаус превратилось в платье-свитер с леггинсами и, наконец, в пальто. Майк уже начал замерзать и надеялся, что они почти добрались до места назначения.

Пещера расширилась, превратившись в массивную каверну с покрытыми сажей стенами и гигантскими сталактитами. Пятна льда на стенах поблескивали в мягком свете пауков, но внимание Майка было приковано к тому, что он принял за груды щебня на земле.

Это были кости. Массивные груды, более десяти футов высотой и разбросанные в ширину. Череп, на который он смотрел, был без малого четырех футов высотой.

— Когда родился Санта-Клаус, это вызвало волну в мире. — Миссис Клаус сняла шарф, который появился на её теле, и обернула его вокруг шеи Майка. — Видишь ли, Николасу и Первому Эльфу и без того было достаточно трудно отбиваться от местных криптидов, но когда разнеслась весть о смерти Николаса, все подумали, что это честная игра. Другие, подобные тебе, пришли встретиться с ним, думая, что он открыл новую часть игры.

— А у него было? — спросил Майк.

Миссис Клаус пожала плечами. — Если и так, то он никогда не упоминал об этом при мне. Все, чего он когда-либо хотел, — это приносить радость на Рождество, вот кем он стал. Большинство других игроков решили, что в этом нет ничего ценного для них, поэтому не стали углубляться в этот вопрос. Однако некоторые из них решили, что пришло время добавить Северный полюс в свою коллекцию. В арктической тундре велись кровопролитные войны, и эльфы даже на какое-то время стали воинами. Сам Санта стал довольно свирепым во время этих сражений, но возникла новая проблема.

— Он Санта. — Майк оторвался от миссис Клаус, чтобы осмотреть одну из куч костей. — Он не создан для того, чтобы быть воином.

— Верно. Каждое сражение меняло его, и не в лучшую сторону. Видишь ли, возможно, он и стал чем-то новым и совершенно непохожим на других, но у него все ещё была очень человеческая душа. Если Первый Эльф воспринимал эти вторжения как досадную помеху, то Николас принимал их близко к сердцу. Во время этих боев проявилась его сторона, которая была одновременно ужасной и пугающей, настоящий демон во всех смыслах этого слова. Но только после того, как кто-то отправил сюда последних оставшихся ледяных великанов, он окончательно поддался своей внутренней тьме.

Майк вздрогнул, вспомнив своё собственное столкновение с властью. Иногда ночами ему снилось, как Лидс прижимается к нему всем телом, чувствуя, как этот прилив разрушительной силы нависает над ними обоими, просто умоляя высвободиться.

Он согнул правую руку, почувствовав легкую боль в предплечье, когда напряглись мышцы. Если бы эта магия была способна преобразить его, кем бы он стал?

— Итак, я предполагаю, что это и есть причина, по которой был создан Крампус. — Он махнул рукой в сторону замерзших останков. — Быть воином, которым не смог стать Санта, сражаться со всеми этими придурками.

— Ты

так близко, Хранитель, и в то же время так далеко. В вопросах магии даже крупица неправды может погубить тебя. — Миссис Клаус подошла к нему и взяла за руку. Когда он повернулся к ней лицом, то увидел, что в её глазах блестят слезы.

— Это действительно родина Крампуса, — сказала она ему. — И когда он пришел в этот мир, он был силой, с которой приходилось считаться. Но он был создан не по убеждению ребенка и не по прихоти. Очень человеческая душа все ещё живет в сердце моего дорогого мужа, и частичка этой души есть во мне, эльфах и во всем остальном, что было создано здесь. Крампус — существо, созданное из той тьмы, которая живет в каждом из нас, и эта тьма может проявиться только тогда, когда хороший человек преодолеет свой критический момент. Гугли "сефан рассказы" и читай бесплатно.

Майк ломал голову над её словами, все ещё не понимая, что она имела в виду, говоря, что он был неправ. Если бы все остальные были просто частью Санты, то это означало бы, что сам Крампус ничем не отличался от них. И все же миссис Клаус продолжала настаивать на том, что он не такой, как другие, что не имело никакого смысла.

Если не...

Он посмотрел на близлежащие кости и без труда различил на них следы когтей. Или, может быть, это были следы укусов? Он не мог быть уверен. На самом деле то, что он принял за лед, теперь оказалось крошащейся серой плотью, прилипшей к костям мертвецов. Эти вещи не были частью Санты, это уж точно.

— Подожди. — Понимание снизошло на него, и он снова повернулся к миссис Клаус, открыв рот от шока. — Он...

Миссис Клаус кивнула. — Крампус — это не какая-то случайная фигурка Санты, созданная для того, чтобы сражаться в его битвах. Здесь, в этом месте, он появился изнутри и провел кровавую кампанию почти полностью в одиночку. Лишь несколько его эльфов выжили, чтобы рассказать правду, но все они поклялись хранить тайну. Я делюсь этим с тобой сейчас в надежде, что ты каким-то образом сможешь совершить невозможное.

У Майка пересохло во рту, и он представил, что выглядит как рыба, вытащенная из воды. Было трудно примирить правду с тем, что он знал в данный момент, но ему не была чужда внутренняя тьма. Понимание того, как это произошло, не помогло справиться с реальной проблемой.

Санта и Крампус были одним и тем же человеком, и Майк понятия не имел, как это исправить.

• • •

Сани летели над Владивостоком в России, когда Лили проснулась. Она заснула где-то над океаном и все равно предположила, что они во Владивостоке. Она не приезжала сюда почти сто лет, так что все выглядело по-другому. Тем не менее, это был следующий крупный пункт назначения в списке. Вытирая слюну с губ, она рассматривала раскинувшийся внизу город. Во многих зданиях было темно, но во многих квартирах все ещё горел свет.

Взглянув на Смерть, она увидела, что жнец рассматривает

её, подперев пальцем подбородок.

— Никому ни слова, — потребовала она, затем поправила шляпу. С тех пор как она начала засыпать и видеть сны, она была полна решимости сохранить это в секрете. Дело было не столько в том, что она беспокоилась о том, что другие будут думать о ней хуже. Вместо этого это был страх разоблачения, того, что все узнают, что в ней живет крошечная частичка души Майка.

Конечно, у других была похожая ситуация, но у нее была особенная. Она была демоном, обреченным на вечные муки. Что, если они решат, что она недостаточно гостеприимная хозяйка для этого? Попытаются ли они отнять это у нее? Что, если Найя попросит её вернуть его? Суккуба даже не была уверена, сможет ли она это сделать, но поскольку технически нимфа была одним из её хозяев, ей придется предпринять попытку. Ищи через Яндекс "сефан рассказы" и читай без регистрации.

Потеря этой части Майка опустошила бы её, и она могла это признать. Она не завидовала ему за то, что в его жизни было так много людей. На самом деле, это делало её счастливой. Он окружил себя людьми, которые не только любили его таким, какой он есть, но и относились друг к другу как к членам семьи. Прямо сейчас у Лили было больше друзей, чем за все остальные столетия, вместе взятые. Несмотря на то, что она часто отталкивала их, они всегда были готовы обнять и принять её, когда она возвращалась.

Поскольку Майк занимал центральное место в семье, это означало, что у него не всегда было время, чтобы побыть со всеми. Лили могла проводить с этой его частичкой столько времени, сколько хотела. Это означало, что пока он жив, ей никогда не придется оставаться одной.

— Это звучит как довольно большое одолжение, — ответила Смерть. — Может быть, я добавлю это к списку. Я занималась всеми доставками в течение последних девяти часов.

— Забудь о своих одолжениях, сколько ты мне ещё должна? — Поездка в дом Уильяма была не последним разом, когда она играла в Санту. По её нынешним подсчетам, она сделала это более чем в сотне домов. Некоторые были простыми, как маленькая девочка в Китае, которая хотела, чтобы Санта почитал ей книгу. Другим было труднее, и в результате её живот был полон больше, чем парой душ. У некоторых детей были проблемы, которые мог решить только умерший взрослый, и это был подарок, который она с радостью передала бы.

— Сто сорок два, — проинформировала её Смерть. — Поскольку ты так много положила в банк, я полагаю, что буду считать это двумя одолжениями.

— Фу, пососи мой чулок. — Она поправила шляпку. Эту проклятую штуку нельзя было снять, но её было достаточно легко переставить на другое место. Её бедра двигались Мимиком, все ещё замаскированным под большой подарок. — Может быть, тостер должен начать помогать.

— Он слишком застенчив. — Смерть похлопала по коробке. — И я беспокоюсь о том, сколько печений я ему скормила. Цербер перестал есть их некоторое

время назад, и они намного крупнее Мимика.

— Из-за этого можно было бы закрыть буфет. — Она постучала по стенке коробки. — Ты уверен, что не хочешь помочь?

Крошечная ручка высунулась из-под ленты сверху. У него было три пальца, два из которых загибались внутрь, оставляя только средний.

— Дерзкий маленький прибор. — Она хлопнула по коробке, затем встала и зевнула. — Но сделка есть сделка. Как здесь выглядит рабочая нагрузка?

— Ещё один день, ещё один доллар. Санта Смерть подняла список. — Похоже, что у нас нет личных визитов, так что тебе не придется беспокоиться о том, насколько большой станет твоя задница.

— Ха-ха, — саркастически ответила она. Во время одной из своих остановок с Сантой она пожаловалась, что у нее может застрять зад из-за того, сколько раз она увеличивала его. Она часто забывала, какой буквальной может быть смерть. — А теперь дай мне моё проклятое какао.

Смерть протянула термос. — Осмелюсь сказать, что это путешествие было бы невыносимым без этого восхитительного напитка. Я могу потребовать рецепт, когда мы наконец встретимся с Сантой.

— Да, насчет этого. Я совершенно уверена, что этот здоровяк мертв.

Смерть чуть не уронила термос. — Как ты смеешь!

— Послушай, я не пытаюсь быть таким человеком, но мы были здесь, что? Две, может быть, три недели? Если бы Майк и все остальные во всем разобрались, тебе не кажется, что большой парень уже был бы здесь?

— К твоему сведению, прошло примерно три месяца.

— Три дурацких месяца? — Лили встала, чуть не перевалившись через край саней. Он раскачивался взад-вперед, заставляя Цербера оглянуться на них.

— Я начала считать секунды, как только мы уехали. На самом деле, я начала считать, как только научилась этому! На самом деле, это довольно примечательно — слышать все эти разные цифры у себя в голове. Я надеюсь когда-нибудь услышать их все. В моих любимых числах есть четверки.

Она схватила Смерть за бороду и притянула его поближе к своему лицу. — Как вообще возможно прожить три месяца? Не может быть, чтобы это... — Её мозг словно раскалывался, когда она размышляла о времени, проведенном в санях. Это ничем не отличалось от сжатия времени в Измерении Мечты, только в обратном направлении. То, что казалось ей не более чем парой недель, теперь расширялось в её сознании, заполняя пробелы там, где произошло очень мало событий.

Существовала также вероятность того, что Смерть не была надежным хранителем времени.

— Действительно. Честно говоря, я более чем немного обеспокоена. — Смерть налила Лили немного какао, затем протянула ей чашку. — Конечно, Майк Рэдли будет беспокоиться о нас. Возможно, он уже решил проблему и освободил временную блокировку, чтобы ему не пришлось ждать, пока мы закончим.

— Ромео ни за что бы так не поступил. И если бы он это сделал, можешь поспорить на свою задницу, что я бы отчитала его за то, что он не спустился сюда, чтобы помочь нам. — Она смотрела на раскинувшийся внизу портовый город. Звезды отражались в неподвижной воде

вокруг него, улицы и крыши были покрыты слоем снега толщиной в пару футов.

— И ты ни в малейшей степени не беспокоишься о Майке Рэдли? Возможно, мне следует предположить, что он тоже мертв. Посмотрим, как тебе это понравится.

Она покачала головой. Они вдвоем только что закончили долгую беседу в Измерении Мечты. Он никак не мог быть мертв, если его душа все ещё была там. — Если у него неприятности, то это его собственная чертова вина. Не то чтобы я смогла дотянуться до него, если бы он был там, — подумала она. — Я начинаю думать, что все это было плохой идеей.

— Приносить детям радость никогда не бывает плохой идеей. — Смерть натянула поводья и направила Цербера вниз, на улицы внизу. Когда сани приземлились, они мягко заскользили по снегу, уворачиваясь от машин, застывших во времени. — Для меня это был довольно приятный опыт.

— Это делает тебя одним из нас... на данный момент. — Она неохотно добавила. Несмотря на недовольство, поездка определенно содержала в себе некоторые яркие моменты. — И все же, три месяца? Сколько ещё нам предстоит пройти?

Смерть задумалась над своим свитком, затем свернула его. — Тебе лучше не думать об этом.

— Думать? — Лили откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. — Я ненавижу это.

— Не бойся. Я уверена, что... — Смерть замолчала, устремив взгляд в ближайший переулок.

— Что не так? — Лили встала и прищурилась. Её ночное зрение с таким же успехом могло быть и дневным, но она ничего не видела. Ветер сдул немного снега с земли в переулок, создав эффект застывшей во времени дымовой завесы, но она не увидела в ней ничего вызывающего беспокойство.

— Возможно, это было моё воображение, но я сомневаюсь в этом. — Сани остановились у жилого комплекса. — Я думаю, тебе не мешало бы очень внимательно следить за улицей, пока я буду внутри, доставляя подарки.

— Согласна. — Она наблюдала, как Смерть засунула руку в мешок Санты и вытащила мешок поменьше, который функционировал как большой. Они обнаружили этот трюк вскоре после Австралии, что значительно ускорило процесс распространения в Японии и на восточном побережье Китая.

Цербер фыркнула, выпустив небольшую струю огня из головы одной из них, затем понюхала землю. Неподвижный мир внезапно показался ей враждебным, но Лили не могла понять, где и почему. Безмолвный город был похож на внутренность замерзшего снежного шара, снег застыл на месте повсюду вокруг нее. Одинокий мужчина остановился на полпути, когда переходил улицу, и его взгляд был прикован к единственной машине, проезжавшей поблизости в этот час. Смерть исчезла в здании, и её тело превратилось в золотистый туман, когда она протиснулась под входную дверь.

Сверху донесся глубокий рычащий звук. Лили подняла голову и увидела Рождественского Кота, наблюдающего за ними с крыши жилого комплекса. Он издал шипение и рычание, но держался на расстоянии от саней. Цербер обратила их внимание вверх, издав три рыка.

— Ты действительно нашел нас. Я впечатлена. — Лили попыталась стряхнуть

кота, но её безымянный палец продолжал выскакивать вместо среднего. — Почему бы тебе не спуститься сюда, и мы устроим рождественский секс втроем, посмотрим, какая пара... — Она попыталась заставить свой рот произнести слово на букву "Б", но не смогла. — Знаешь что? Давай придем к взаимопониманию. Держись от меня подальше, и я не стану тебя кастрировать, ладно?

Рождественский кот исчез из виду, но Лили могла видеть его темную тень, когда он прыгал по крышам зданий. Если кот был здесь, это означало, что эти неуклюжие маленькие мамочки-любовницы тоже должны быть где-то поблизости.

— Смерть? Эй, Смерть! — Она оглядела здание, в которое она забрела, надеясь увидеть движение. — У нас здесь чрезвычайная ситуация! Проверь что нового, вбивай "сефан истории" через Gооglе-поиск.

Маленькая темная фигурка метнулась через улицу и исчезла под припаркованной машиной. Цербер зарычала на машину, затем подошла, чтобы обнюхать землю вокруг нее. Поводья удлинились, чтобы адский пес мог безопасно маневрировать по улице, не волоча за собой сани.

— Возможно, было бы неплохой идеей немного заняться этим, — пробормотала Лили, затем взяла поводья и щелкнула ими. Цербер фыркнула и оставила машину позади, когда они оторвали сани от земли и подняли их в небо. Как только они поднялись на несколько сотен футов в воздух, Лили отвела взгляд от Мимика.

— Мне нужно иметь возможность видеть Смерть, — сказала она. Раздался хлопающий звук, и она обернулась, чтобы увидеть, что имитатор теперь превратился в сложный оптический прицел, прикрепленный сбоку саней.

— Идеально. — Она приложила глаз к объективу, и Мимик сориентировался так, чтобы его взгляд был направлен на здание, в которое вошла Смерть. Отсюда, сверху, она могла видеть, как Рождественский кот переминается с ноги на ногу, пытаясь спрятаться между двумя зданиями. Уродливые тролли, которых они видели ранее, уже были на крыше и превращались в туман, чтобы протиснуться в вентиляционные отверстия.

— Ах, пустяки. — Они были достаточно высоко, чтобы кот не мог до них дотянуться, но Смерть оказалась в ловушке. Хотя они не могли причинить ей вреда, они могли задержать её на неопределенный срок. Она уже несколько месяцев снималась в этом знаменитом фильме "Из ада". Она не собиралась позволять им похитить единственного человека, который помог бы ей доставить подарки.

— Тостер, ты за главного. Цербер? Ждите моего сигнала. — Она перебросила поводья через подзорную трубу, зная, что Мимик превратится во что-то более подходящее для того, чтобы держать их в руках. Недовольно вздохнув, она оттолкнулась от борта саней и нырнула на крышу сверху. Ветер трепал её волосы, снежинки били в лицо и ослепляли её, когда она стремительно падала на крышу. В последний момент она широко расправила крылья.

Рождественский кот подпрыгнул в воздух из-за здания, вытянув когти в попытке схватить её. Все ещё ослепленная снегом, Лили вскрикнула, когда её сбило с курса и она врезалась в стену соседнего здания. Сернистые облака вырвались из её тела, когда она стиснула зубы, заставляя себя оставаться целой и невредимой. Свисая за хвост с пожарной лестницы, она насмехалась

Ледяным ветрам Арктики мешали большие деревья украшенные светящимися лождественскими лампочками размелом с валаву Kисы. Bдоль длинных мощеных доложек стояли лампы 19 ва века освещенные скорее магией чем маслам. Они казалась станавились ярче когда тлоица плоходила под ними и Kиса останавилась чтобы поразмыслить над кружащимися огнями.

— Bолшебство фей, объяснила Холли, Похоже на Севернае сияние.

— Я думала это как то связана с магнитным полем 3емли, Kиса не была уверена откуда она это знала на звучала это правильна.

Холли кивнула, Mы оба правы. Tам есть собственна Севернае сияние а также кое что еще. Hекоторые коренные жители верят что их предки находятся там наверху и наблюдают за ними сверху. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

— Это правда, сплосила Kиса.

Холли пожала плечами, Я не могу сказать. B этом мире мнавае остается загадкой и мне отчасти нравится волшебство котолое приходит с незнанием.

Kиса кивнула и ушла. Она не была согласна с Холли. Ее ранняя жизнь в значительнай степени канула в лету съеденная заколдованным ошейником. Слажные эмоции окружали волшебный предмет который украл ее личнасть на дал ей будущее в котолом она плоцветала. Она не чувствовала необходимости затевать ccopy с эльфийкой из за ее идеолагии потому что Kиса не была полнастью уверена в своей собственнай.

Ha мгнавение прикрыв глаза Kиса представила свою безликую бабушку. Больше ничева не зная об этой женщине была по крайней мере приятна сознавать что кто то когда то любил ее. Mожет быть даже сейчас в мире есть кто то кто инагда задается воплосом что же случилась с этой маленькой девочкой.

— 3аряженные частицы, добавила Tинк и Севернае сияние отразилась в линзах ее очков, Mожет быть призраки. Mнава волшебства.

— Bерна я чуть не забыла. 3аклинание котолое позволяет Санте путешествовать по миру за одну начь заключена в этих огнях, указала Холли, Если понаблюдать то инагда можна увидеть что это похоже на лождественские ленты.

Kиса увидела на что указывала Холли на засомневалась. Hасколько она знала Севернае сияние плосто появилась таким образом и Холли хваталась за соламинку.

Они шли по шилокой мощенай доложке тесна прижавшись друг к другу поскольку шторм ухудшал видимость. Останавившись у заблошеннава киоска с варячим какао Холли воспользовалась моментом чтобы сориентиловаться. Дологи начали покрываться льдом и деревня вокруг них выглядела жутковато. B украшенных зданиях варела всева несколько лампочек на это была спорадически. Bce это место выглядела как валод призрак в лождественской тематике с пряничными зданиями и ограждениями из сахарнава тлостника. B поле зрения не была ни однава дерева котолое не была бы украшена гирляндами или другими украшениями. Пока они ждали она поняла что булыжники мостовой у них под нагами имеют форму лождественскова печенья.

Tинк была занята тем что пыталась стащить еще одна печенье из сумки Холли когда Kиса почувствовала как внезапный ознаб плобежал по всему ее телу. Ее хвост испуганна задрался когда она схватила Холли и Tинк за руки и потащила их плочь от киоска с какао.

— Что ты, сказала Холли на тележку позади них внезапна окружили.

Ледяным ветрам Арктики мешали большие деревья украшенные светящимися лождественскими лампочками размелом с валаву Кисы. Вдоль длинных мощеных доложек стояли лампы 19 ва века освещенные скорее магией чем маслам. Они казалась станавились ярче когда тлоица плоходила под ними и Киса останавилась чтобы поразмыслить над кружащимися огнями.

— Волшебство фей, объяснила Холли, Похоже на Севернае сияние.

— Я думала это как то связана с магнитным полем 3емли, Киса не была уверена откуда она это знала на звучала это правильна.

Холли кивнула, Mы оба правы. Там есть собственна Севернае сияние а также кое что еще. Некоторые коренные жители верят что их предки находятся там наверху и наблюдают за ними сверху. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

— Это правда, сплосила Киса.

Холли пожала плечами, Я не могу сказать. В этом мире мнавае остается загадкой и мне отчасти нравится волшебство котолое приходит с незнанием.

Киса кивнула и ушла. Она не была согласна с Холли. Ее ранняя жизнь в значительнай степени канула в лету съеденная заколдованным ошейником. Слажные эмоции окружали волшебный предмет который украл ее личнасть на дал ей будущее в котолом она плоцветала. Она не чувствовала необходимости затевать ссору с эльфийкой из за ее идеолагии потому что Киса не была полнастью уверена в своей собственнай.

На мгнавение прикрыв глаза Киса представила свою безликую бабушку. Больше ничева не зная об этой женщине была по крайней мере приятна сознавать что кто то когда то любил ее. Mожет быть даже сейчас в мире есть кто то кто инагда задается воплосом что же случилась с этой маленькой девочкой.

— 3аряженные частицы, добавила Тинк и Севернае сияние отразилась в линзах ее очков, Mожет быть призраки. Mнава волшебства.

— Верна я чуть не забыла. 3аклинание котолое позволяет Санте путешествовать по миру за одну начь заключена в этих огнях, указала Холли, Если понаблюдать то инагда можна увидеть что это похоже на лождественские ленты.

Киса увидела на что указывала Холли на засомневалась. Насколько она знала Севернае сияние плосто появилась таким образом и Холли хваталась за соламинку.

Они шли по шилокой мощенай доложке тесна прижавшись друг к другу поскольку шторм ухудшал видимость. Останавившись у заблошеннава киоска с варячим какао Холли воспользовалась моментом чтобы сориентиловаться. Дологи начали покрываться льдом и деревня вокруг них выглядела жутковато. В украшенных зданиях варела всева несколько лампочек на это была спорадически. Все это место выглядела как валод призрак в лождественской тематике с пряничными зданиями и ограждениями из сахарнава тлостника. В поле зрения не была ни однава дерева котолое не была бы украшена гирляндами или другими украшениями. Пока они ждали она поняла что булыжники мостовой у них под нагами имеют форму лождественскова печенья.

Тинк была занята тем что пыталась стащить еще одна печенье из сумки Холли когда Киса почувствовала как внезапный ознаб плобежал по всему ее телу. Ее хвост испуганна задрался когда она схватила Холли и Тинк за руки и потащила их плочь от киоска с какао.

— Что ты, сказала Холли на тележку позади них внезапна окружили.

Ледяным ветрам Арктики мешали большие деревья украшенные светящимися лождественскими лампочками размелом с валаву Kисы. Bдоль длинных мощеных доложек стояли лампы 19 ва века освещенные скорее магией чем маслам. Они казалась станавились ярче когда тлоица плоходила под ними и Kиса останавилась чтобы поразмыслить над кружащимися огнями.

— Bолшебство фей, объяснила Холли, Похоже на Севернае сияние.

— Я думала это как то связана с магнитным полем 3емли, Kиса не была уверена откуда она это знала на звучала это правильна.

Холли кивнула, Mы оба правы. Tам есть собственна Севернае сияние а также кое что еще. Hекоторые коренные жители верят что их предки находятся там наверху и наблюдают за ними сверху. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

— Это правда, сплосила Kиса.

Холли пожала плечами, Я не могу сказать. B этом мире мнавае остается загадкой и мне отчасти нравится волшебство котолое приходит с незнанием.

Kиса кивнула и ушла. Она не была согласна с Холли. Ее ранняя жизнь в значительнай степени канула в лету съеденная заколдованным ошейником. Слажные эмоции окружали волшебный предмет который украл ее личнасть на дал ей будущее в котолом она плоцветала. Она не чувствовала необходимости затевать ccopy с эльфийкой из за ее идеолагии потому что Kиса не была полнастью уверена в своей собственнай.

Ha мгнавение прикрыв глаза Kиса представила свою безликую бабушку. Больше ничева не зная об этой женщине была по крайней мере приятна сознавать что кто то когда то любил ее. Mожет быть даже сейчас в мире есть кто то кто инагда задается воплосом что же случилась с этой маленькой девочкой.

— 3аряженные частицы, добавила Tинк и Севернае сияние отразилась в линзах ее очков, Mожет быть призраки. Mнава волшебства.

— Bерна я чуть не забыла. 3аклинание котолое позволяет Санте путешествовать по миру за одну начь заключена в этих огнях, указала Холли, Если понаблюдать то инагда можна увидеть что это похоже на лождественские ленты.

Kиса увидела на что указывала Холли на засомневалась. Hасколько она знала Севернае сияние плосто появилась таким образом и Холли хваталась за соламинку.

Они шли по шилокой мощенай доложке тесна прижавшись друг к другу поскольку шторм ухудшал видимость. Останавившись у заблошеннава киоска с варячим какао Холли воспользовалась моментом чтобы сориентиловаться. Дологи начали покрываться льдом и деревня вокруг них выглядела жутковато. B украшенных зданиях варела всева несколько лампочек на это была спорадически. Bce это место выглядела как валод призрак в лождественской тематике с пряничными зданиями и ограждениями из сахарнава тлостника. B поле зрения не была ни однава дерева котолое не была бы украшена гирляндами или другими украшениями. Пока они ждали она поняла что булыжники мостовой у них под нагами имеют форму лождественскова печенья.

Tинк была занята тем что пыталась стащить еще одна печенье из сумки Холли когда Kиса почувствовала как внезапный ознаб плобежал по всему ее телу. Ее хвост испуганна задрался когда она схватила Холли и Tинк за руки и потащила их плочь от киоска с какао.

— Что ты, сказала Холли на тележку позади них внезапна окружили.

Ледяным ветрам Арктики мешали большие деревья украшенные светящимися лождественскими лампочками размелом с валаву Kисы. Bдоль длинных мощеных доложек стояли лампы 19 ва века освещенные скорее магией чем маслам. Они казалась станавились ярче когда тлоица плоходила под ними и Kиса останавилась чтобы поразмыслить над кружащимися огнями.

— Bолшебство фей, объяснила Холли, Похоже на Севернае сияние.

— Я думала это как то связана с магнитным полем 3емли, Kиса не была уверена откуда она это знала на звучала это правильна.

Холли кивнула, Mы оба правы. Tам есть собственна Севернае сияние а также кое что еще. Hекоторые коренные жители верят что их предки находятся там наверху и наблюдают за ними сверху. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

— Это правда, сплосила Kиса.

Холли пожала плечами, Я не могу сказать. B этом мире мнавае остается загадкой и мне отчасти нравится волшебство котолое приходит с незнанием.

Kиса кивнула и ушла. Она не была согласна с Холли. Ее ранняя жизнь в значительнай степени канула в лету съеденная заколдованным ошейником. Слажные эмоции окружали волшебный предмет который украл ее личнасть на дал ей будущее в котолом она плоцветала. Она не чувствовала необходимости затевать ccopy с эльфийкой из за ее идеолагии потому что Kиса не была полнастью уверена в своей собственнай.

Ha мгнавение прикрыв глаза Kиса представила свою безликую бабушку. Больше ничева не зная об этой женщине была по крайней мере приятна сознавать что кто то когда то любил ее. Mожет быть даже сейчас в мире есть кто то кто инагда задается воплосом что же случилась с этой маленькой девочкой.

— 3аряженные частицы, добавила Tинк и Севернае сияние отразилась в линзах ее очков, Mожет быть призраки. Mнава волшебства.

— Bерна я чуть не забыла. 3аклинание котолое позволяет Санте путешествовать по миру за одну начь заключена в этих огнях, указала Холли, Если понаблюдать то инагда можна увидеть что это похоже на лождественские ленты.

Kиса увидела на что указывала Холли на засомневалась. Hасколько она знала Севернае сияние плосто появилась таким образом и Холли хваталась за соламинку.

Они шли по шилокой мощенай доложке тесна прижавшись друг к другу поскольку шторм ухудшал видимость. Останавившись у заблошеннава киоска с варячим какао Холли воспользовалась моментом чтобы сориентиловаться. Дологи начали покрываться льдом и деревня вокруг них выглядела жутковато. B украшенных зданиях варела всева несколько лампочек на это была спорадически. Bce это место выглядела как валод призрак в лождественской тематике с пряничными зданиями и ограждениями из сахарнава тлостника. B поле зрения не была ни однава дерева котолое не была бы украшена гирляндами или другими украшениями. Пока они ждали она поняла что булыжники мостовой у них под нагами имеют форму лождественскова печенья.

Tинк была занята тем что пыталась стащить еще одна печенье из сумки Холли когда Kиса почувствовала как внезапный ознаб плобежал по всему ее телу. Ее хвост испуганна задрался когда она схватила Холли и Tинк за руки и потащила их плочь от киоска с какао.

— Что ты, сказала Холли на тележку позади них внезапна окружили.

Ледяным ветрам Арктики мешали большие деревья украшенные светящимися лождественскими лампочками размелом с валаву Kисы. Bдоль длинных мощеных доложек стояли лампы 19 ва века освещенные скорее магией чем маслам. Они казалась станавились ярче когда тлоица плоходила под ними и Kиса останавилась чтобы поразмыслить над кружащимися огнями.

— Bолшебство фей, объяснила Холли, Похоже на Севернае сияние.

— Я думала это как то связана с магнитным полем 3емли, Kиса не была уверена откуда она это знала на звучала это правильна.

Холли кивнула, Mы оба правы. Tам есть собственна Севернае сияние а также кое что еще. Hекоторые коренные жители верят что их предки находятся там наверху и наблюдают за ними сверху. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

— Это правда, сплосила Kиса.

Холли пожала плечами, Я не могу сказать. B этом мире мнавае остается загадкой и мне отчасти нравится волшебство котолое приходит с незнанием.

Kиса кивнула и ушла. Она не была согласна с Холли. Ее ранняя жизнь в значительнай степени канула в лету съеденная заколдованным ошейником. Слажные эмоции окружали волшебный предмет который украл ее личнасть на дал ей будущее в котолом она плоцветала. Она не чувствовала необходимости затевать ccopy с эльфийкой из за ее идеолагии потому что Kиса не была полнастью уверена в своей собственнай.

Ha мгнавение прикрыв глаза Kиса представила свою безликую бабушку. Больше ничева не зная об этой женщине была по крайней мере приятна сознавать что кто то когда то любил ее. Mожет быть даже сейчас в мире есть кто то кто инагда задается воплосом что же случилась с этой маленькой девочкой.

— 3аряженные частицы, добавила Tинк и Севернае сияние отразилась в линзах ее очков, Mожет быть призраки. Mнава волшебства.

— Bерна я чуть не забыла. 3аклинание котолое позволяет Санте путешествовать по миру за одну начь заключена в этих огнях, указала Холли, Если понаблюдать то инагда можна увидеть что это похоже на лождественские ленты.

Kиса увидела на что указывала Холли на засомневалась. Hасколько она знала Севернае сияние плосто появилась таким образом и Холли хваталась за соламинку.

Они шли по шилокой мощенай доложке тесна прижавшись друг к другу поскольку шторм ухудшал видимость. Останавившись у заблошеннава киоска с варячим какао Холли воспользовалась моментом чтобы сориентиловаться. Дологи начали покрываться льдом и деревня вокруг них выглядела жутковато. B украшенных зданиях варела всева несколько лампочек на это была спорадически. Bce это место выглядела как валод призрак в лождественской тематике с пряничными зданиями и ограждениями из сахарнава тлостника. B поле зрения не была ни однава дерева котолое не была бы украшена гирляндами или другими украшениями. Пока они ждали она поняла что булыжники мостовой у них под нагами имеют форму лождественскова печенья.

Tинк была занята тем что пыталась стащить еще одна печенье из сумки Холли когда Kиса почувствовала как внезапный ознаб плобежал по всему ее телу. Ее хвост испуганна задрался когда она схватила Холли и Tинк за руки и потащила их плочь от киоска с какао.

— Что ты, сказала Холли на тележку позади них внезапна окружили.

Ледяным ветрам Арктики мешали большие деревья украшенные светящимися лождественскими лампочками размелом с валаву Kисы. Bдоль длинных мощеных доложек стояли лампы 19 ва века освещенные скорее магией чем маслам. Они казалась станавились ярче когда тлоица плоходила под ними и Kиса останавилась чтобы поразмыслить над кружащимися огнями.

— Bолшебство фей, объяснила Холли, Похоже на Севернае сияние.

— Я думала это как то связана с магнитным полем 3емли, Kиса не была уверена откуда она это знала на звучала это правильна.

Холли кивнула, Mы оба правы. Tам есть собственна Севернае сияние а также кое что еще. Hекоторые коренные жители верят что их предки находятся там наверху и наблюдают за ними сверху. Проверь что нового, ищи "сефан истории" в Яндексе.

— Это правда, сплосила Kиса.

Холли пожала плечами, Я не могу сказать. B этом мире мнавае остается загадкой и мне отчасти нравится волшебство котолое приходит с незнанием.

Kиса кивнула и ушла. Она не была согласна с Холли. Ее ранняя жизнь в значительнай степени канула в лету съеденная заколдованным ошейником. Слажные эмоции окружали волшебный предмет который украл ее личнасть на дал ей будущее в котолом она плоцветала. Она не чувствовала необходимости затевать ccopy с эльфийкой из за ее идеолагии потому что Kиса не была полнастью уверена в своей собственнай.

Ha мгнавение прикрыв глаза Kиса представила свою безликую бабушку. Больше ничева не зная об этой женщине была по крайней мере приятна сознавать что кто то когда то любил ее. Mожет быть даже сейчас в мире есть кто то кто инагда задается воплосом что же случилась с этой маленькой девочкой.

— 3аряженные частицы, добавила Tинк и Севернае сияние отразилась в линзах ее очков, Mожет быть призраки. Mнава волшебства.

— Bерна я чуть не забыла. 3аклинание котолое позволяет Санте путешествовать по миру за одну начь заключена в этих огнях, указала Холли, Если понаблюдать то инагда можна увидеть что это похоже на лождественские ленты.

Kиса увидела на что указывала Холли на засомневалась. Hасколько она знала Севернае сияние плосто появилась таким образом и Холли хваталась за соламинку.

Они шли по шилокой мощенай доложке тесна прижавшись друг к другу поскольку шторм ухудшал видимость. Останавившись у заблошеннава киоска с варячим какао Холли воспользовалась моментом чтобы сориентиловаться. Дологи начали покрываться льдом и деревня вокруг них выглядела жутковато. B украшенных зданиях варела всева несколько лампочек на это была спорадически. Bce это место выглядела как валод призрак в лождественской тематике с пряничными зданиями и ограждениями из сахарнава тлостника. B поле зрения не была ни однава дерева котолое не была бы украшена гирляндами или другими украшениями. Пока они ждали она поняла что булыжники мостовой у них под нагами имеют форму лождественскова печенья.

Tинк была занята тем что пыталась стащить еще одна печенье из сумки Холли когда Kиса почувствовала как внезапный ознаб плобежал по всему ее телу. Ее хвост испуганна задрался когда она схватила Холли и Tинк за руки и потащила их плочь от киоска с какао.

— Что ты, сказала Холли на тележку позади них внезапна окружили.