Голливудская актриса Эллен Баркин

­Отрывок из романа ВИКТОРА ОДЕССКОГО

Наше знакомство произошло необычно и даже случайно, как, впрочем, и всё великое, которое случается в моей жизни. Чисто от фонаря или, как говорят в Одессе, с проходняка.

Как-то вечером, Арни пригласил меня к себе в кубрик. Это было угловое место барака на пересечении двух двухъярусных кроватей, с трёх сторон завешенное тонкими солдатскими одеялами. Такое необычное, импровизированное помещение, напоминало небольшую квартирку и выглядело довольно уютным.

Он угостил меня кофе, парой сладостей, и у нас завязалась непринуждённая беседа. У заключённых очень распространена фишка - рассказывать о своей дотюремной жизни, если она была успешной до ареста. Как правило, зэкари показывают фотографии красивых девушек, своего дома, своих машин, детей и прочей атрибутики успешности, которые подтверждают благополучие их жизни на воле.

В процессе беседы Арни достал фотоальбом и стал показывать успех своей жизни. Он, действительно, был обеспеченным человеком, что подтверждали непременные доказательства американского успеха: большой дом, пара крутых тачек, красивая жена и двое детей, похожих на маленьких пупсиков из мультфильмов. Они были милыми и в процессе развития. Он говорил об этом без апломба, а просто констатируя как факт.

Человек не кичился своими достояниями, и мне это качество в нём импонировало. Обычно барыги очень все приукрашивают и сильно преувеличивают достижения, повышая свою значимость в глазах собеседника. Мне такая манера поведения не нравится. Я быстро теряю интерес к подобным «понтовилам», которые всегда держат пальцы веером и, как говорят в Одессе, бесконечно «колотят понты».

Достойный человек, как правило, никогда не будет этим кичиться, но я знал, где я нахожусь, и это не та категория людей, которые сомнительные достоинства будут выдавать за качество своего характера. У них совершенно другие критерии жизни, и они совершенно с других ракурсов смотрят на эти критерии. Да и на жизнь вообще.

Американские барыги мне напоминают вождей племени с ожерельем из ушей поверженных соперников, которые они носят на видном месте не снимая, рандолевые зубы и бронзовое кольцо в носу. И эти пещерные замашки мне откровенно претят.

Поэтому с Арнольдом я близко и быстро сблизился, и наши отношения напоминали, как отношения старых товарищей. Он ко мне с уважухой - я к нему, с ответной уважухой. Нам нефиг было друг другу что-то доказывать. Мы оба понимали, кто мы есть в этой жизни.

На одной из фотографий в его ярком альбоме со знаменитостями, была роскошная блондинка лет тридцати, которая мне напомнила мою любимую актрису Голливуда Эллен Баркин. Я показал палец вверх и как бы подтвердил своим уважением его выбор. Улыбнувшись в ответ, он спросил: или я знаю, кто это? Я, естественно, ответил – нет, что типа наверняка одна из твоих подружек - твоих трофеев? Он ответил – да, я её личный дилер. Джей показал её дом, показал несколько номеров в отелях, которые она снимает. Номера были люксовые, очень дорогие и крутые, и я понял, что девушка непростая. Наверняка жена какого-то барона или местного подпольного воротилы, если она является клиенткой такого крутого дилера, как Джей.

У белых людей, которые сидят на веществах, есть такие связи с афроамериканцами высокого калибра, обеспечивающими их этими самыми веществами и умеющими держать язык за зубами. Это особая каста барыг и туда очень сложно попасть. Это, как в Одессе на Привозе в мясном отделе: отец всю жизнь работает, потом умирает, и на его место становится сын, сын умирает - его место занимает его сын. Из поколения в поколение, эта точка передается из рук в руки родственного круга и посторонних туда не впускают.

Меня, конечно, заинтриговала эта подружка, и я спросил кто она? Арнольд ответил — это девушка из Калифорнии, она прилетает к нам в Вирджинию на рейсинг, то есть автомобильные гонки. Она помешана на скорости и крутых тачках и очень уважает… белый порошок. Он показал ещё несколько фотографий, которые действительно подтверждали его слова: рейсинги (автогонки) Virginia – 500, NASCAR, Формула-1, знакомые лица ТВ, голливудские звезды, знаменитые спортсмены - соответствующая атрибутика таких мероприятий, и я ещё больше зауважал его за то, что у него есть люди из этого круга. На глянцевых фотографиях блистали знакомые всему миру лица. Как принято выражаться в таких случаях - знать, особо приближенная к лицу императора или его величества короля!

Это особенная каста, особенно отважных людей, которые бросают вызов скорости и самой жизни. Девушка была в комбинезоне пилота и гоночном шлеме. Несколько фото в гоночных машинах, что окончательно меня обескуражило, и я решился узнать кто она? В конце альбома был большой плакат размером восемь на десять дюймов, который полностью покрывал последний лист. Я увидел эту же девушку с Аль Пачино из моего любимого фильма «Море любви». Я моментально завёлся и почти выкрикнул:

- Да ты гонишь! Не может быть! Это же Эллен Баркин?!

- Ты её знаешь? – удивленно переспросил Джей.

- Ну, конечно! Кто её не знает? Это моя любимая актриса, я этот фильм видел ещё в Союзе, посмотрел, наверное, сто раз. Я на неё мастурбировал, как сумасшедший, - снова выпалил я, не фильтруя базар, всё ещё не веря, что такая красотка, кумир моей молодости, может лечь в постель с такой гориллой!

У меня не укладывалось в голове, что Джей может иметь такую женщину! Это был нонсенс высшего разряда. Джей загоготал от удовольствия и с гордостью заявил:

- Да, это она. Она моя клиентка, - и широко улыбнулся, довольный произведённым эффектом.

Эффект был, действительно, мощный! Это был просто фурор! Я не мог поверить, но воспринял ошеломляющую новость стойко, с улыбкой, потому что в Америке, такие сюрпризы происходили со мной не в первый раз. Здесь всё возможно. Как говорят американцы, everything possible!

Возбуждённый и радостный, мой новый друг резко встал с кровати и выдохнул:

- Lет; s go!

Я последовал за ним. Мы подошли к настенному телефону, к которому стояла очередь. При виде Джея, очередь расступилась, кто-то из ребят, кто был следующий, уступил нам место, не говоря ни слова. Джей снял трубку и, услышав гудок, ударил по клавишам. Через несколько гудков вызова, внутри металлической коробки что-то щелкнуло, и Джей поприветствовал корреспондента на другом конце провода.

- Привет крошка! У меня есть небольшой сюрприз. Я тебя хочу познакомить с очень интересным человеком, который наверняка тебе понравится.

И, не говоря ни слова, передал мне трубку. Я, конечно, был ошарашен, но, взяв себя в руки, поднёс трубку к уху. На другом конце провода низкий и хриплый голос, который измочаливается значительным курением, тихо спросил:

- Привет, ты там?

Я мгновенно ответил:

- Да, я здесь!

- Ну, здравствуй, бэби! Ты кто, как тебя зовут?

Я услышал живой голос женщины, которою боготворил с того момента, как впервые её увидел в фильме с Аль Пачино, который меня покорил. Это великая сила искусства, великая сила Голливуда! Я сразу узнал этот голос и представил её воркование на другом конце континента. По телу пробежали мурашки, я заволновался, и это волнение было приятным. Я постарался держать себя в руках, быть бодрым, весёлым и контролирующим ситуацию. Быть на позитиве, что особенно любят и уважают американцы.

Несмотря на её сногсшибательную фигуру и необычную внешность, особую сексуальность ей придавала верхняя губа, которая была увеличена и как бы слегка нависала над нижней. Мне как человеку искусства, как художнику женских сердец сразу рисовалось картина, как она исполняет минет на моём толстом члене и этой губой закусывает большую головку, от удовольствия прикрывая глаза. Особый шарм этому видению также придавал её нос с горбинкой, который особенно подчёркивал всю прелесть соития. Эта картина буквально срывала мне крышу.

Я представился, рассказал немного о себе и сразу признался, что я поклонник её таланта и практически со школы в нее влюблён после замечательной игры в картине «Море любви», который на ура прошёл в моей стране.

- Ты так классно сыграла, что я буквально потерял сон и аппетит и при первой же возможности на тебя мастурбировал, как прыщавый подросток.

Я знал, что это «красная линия», но, в отличие от России, это не было ударом ниже пояса. Для американцев это заходит, как булка с маслом, и я воспользовался своей привилегией усилить её обратную симпатию, и у меня получилось. Конечно, ей было приятно это услышать, американки такие признания хавают с удовольствием. Она сразу оживилась, и мы с ней проболтали минут сорок, как будто между нами не было океана разницы в возрасте и расстояния. Нам, вообще, ничего не мешало быть откровенными, учитывая тот факт, что она никогда меня не видела. Но Хелен повела себя настолько приемлемо, как добрая соседка, с которой я здороваюсь, каждый день, выходя из дома к школьному автобусу.

Я выпалил на одном дыхании всё, что у меня крутилось в голове, потом извинился за акцент, потому что очень волновался, и признался, что её женственность всегда была моделью моим девушкам и свою жену я выбирал специально похожую на неё. Одевал её в те же вещи, которые Хелен носила в своих фильмах! Я знал, что любой творческий человек любит своих последователей, и это течение всегда льстит одарённым людям.

Я давил на клавишу славы селебрити (знаменитости) и надеялся, что это сработает, завалил её комплиментами! Это всё было правдой. Я буквально торчал от великолепия этой женщины, впервые увидев её на экране. Она всегда играла «ребелс» - раскольников и непокорных, непримиримых революционеров и отчаянных хулиганок. Такой Овод или даже Гаврош в юбке. Увидев её в «Море любви» первый раз, я её поставил на пьедестал и молился, сделав её образ предметом своего обожания.

Первый вопрос голливудской дивы был: откуда и как я знаю Арни? Я хотел ей задать точно такой же вопрос. Спокойный голос и стабильный тон Хелен, привели мои эмоции в норму, и время телефонного разговора, позволенное для заключённых, пролетело на одном дыхании, как миг. За полчаса разговора я узнал о ней больше, чем знал за всю предыдущую жизнь.

Конечно, меня мучил вопрос, как она вообще могла вляпаться в историю с Арнольдом и присесть на запрещенные вещества, но она не смущаясь разложила всё по полочкам. Американцы достаточно откровенная нация. Знаменитости, невзирая на свой статус, очень приземлённые люди. Здесь нет такой пропасти в отношениях, как в бывшем Союзе на моей бывшей Родине, где, засветившись пару раз на телевидении, человек считает, что ухватил Бога за бороду и полностью теряет чувство реальности.

В Америке всё намного проще, это их национальная черта - доступность. Хелен достаточно откровенно погрузила меня в тему, что она очень тяжело разводилась со своим мужем – наследным принцем косметической империи «Л’Ореаль», который воевал с ней за каждый доллар, за каждый предмет мебели. Когда это всё, наконец, закончилось, она впала в глубочайшую депрессию и даже пыталась покончить жизнь самоубийством. Пытаясь её вытащить из этого ступора, друзья организовали тур с автогонками NASCAR, с которым она и прибыла в Вирджинию, в город Бристоль, где проводились знаменитые гонки. Среди автогонщиков так же, как и среди жокеев лошадиных скачек, существуют давнишние традиции и живёт вековая культура. После гоночных партий – вечеринки, где люди отвязываются на всю катушку, а буз и вещества буквально витают в воздухе. Люди рискуют жизнью на гонках, переживают сильнейший стресс и поэтому снимаются по полной после того, как всё заканчивается.

Арнольд работал в секьюрити на гонках в Бристоле, а как известно, все секьюрити обычно являются самыми большими барыгами. Что в ночных клубах, что на любых мероприятиях. Это я по себе знаю, они меня постоянно выручали, когда мой суплай (вещества) заканчивался во время вечеринок. Америка является крупнейшим потребителем запрещенных веществ в мире 80% мирового суплая, то есть поставок, реализуется на территории США. Это огромнейший рынок, который перерабатывает прибыли только за один год от 18 до 30 000 000 000 $. Этот бизнес сравним с продажей оружия и космических технологий.

Я представил состояние Хелен под давлением депрессивности, её желание освободиться от этих гадких, тягучих клещей безысходности, которые пожирают тебя изнутри каждую минуту и от этой мерзости невозможно избавиться.

Я стал называть её на русский манер – Алёна, но, к сожалению, как и все американки, она не смогла выговорить это слово, и мы остановились на просто Лене. Имя Лена ей очень понравилось, но она его всё равно коверкала и произносила - Лина. Ей, по-моему, вообще, все сразу стало нравится, что было связано со мной. Скорее всего, как обычно срабатывал элемент экзотики, который я всегда вызывал у своих собеседников и собеседниц. Я был загадкой, я был изюминкой для каждого из них, как иностранец, как человек говорящий с акцентом из дикой страны, где мужики ходят в обнимку с медведями, бутылкой водки и балалайкой, как они обычно представляют Россию!

Человек становится готовым на всё, лишь бы этот душераздирающий, ползучий ужас прекратился. Я прекрасно понимаю калифорнийскую Ленку, которая пыталась при помощи порошка и секса заглушить эту боль. Я пережил то же самое, благодаря горячо любимой, единственной на планете земля жене, когда она меня бросила. Эту дыру в сердце, которая горела и жгла насквозь мою душу круглосуточно и сводила меня с ума, я заливал господином Бахусом.

Я до сих пор не до конца помню и не совсем понимаю, как я выкарабкался из той трясины, в которую меня загнала одесская сучка, мать моих детей. Всё закончилось попыткой самоубийства, но мой младший сын, а также мой пёс Трамп, спасли меня от катастрофы. Это был полнейший человеческий дизастер. Как я в это вляпался, я до сих пор не смогу себе ответить.

Поэтому мы с Леной очень быстро нашли контакт, потому что по силе переживаний, уровню стресса и жизненных неурядиц буквально находились на одной странице, как говорят в Америке.

Я пообещал ей звонить постоянно. Она сразу пригласила меня в гости без всякого сожаления и без раздумий. Отвращения после общения с ней, у меня не возникло, как было ранее с девушками, которые спали с чёрными. Почему-то я ей поверил и понял её душу. Надеюсь, она тоже.

В то самое время, по одному из ТВ каналов, на ТNТ, шёл её последний фильм. Премьера сериала после длительной паузы, вызванной её замужеством. Господин Л’ Ореаль ревновал её к каждому столбу и, естественно, участие в съёмках, где Хелен пришлось бы раздеваться или целоваться, было исключено. Многосерийное телевизионное шоу «Animal kingdom» - королевство животных, где она играет бандершу в семейном бандитском предприятии, была первой её работой после развода.

- Беби, мне не нужны деньги, у меня денег – до утра считать, - объяснила Ленка, - просто я же артистка, а мне нужен эктинг, то есть творчество - это для меня, как кислород. Я этим дышу.

Я её понимал и звонил после каждой серии. Восхищался сценами, обсуждая каждую деталь, великолепную работу, засыпал её комплиментами. Она того стоила. Мне казалось, что я снова влюбляюсь. После десяти лет простоя это было, как глоток кислорода для подводника. Возвращение к жизни. Капремонт после большой поломки. Неужели в моём возрасте и после жизненных революций, подобное возможно?

Конечно, я себя не тешил иллюзиями в отношении Ленки Баркиной. Я стал её так называть, объяснив, что значит её имя на моем языке. Где она и где я? Но мне ничто не запрещает витать в облаках и жить иллюзиями в условиях закрытого пространства, где всё запрещено, кроме дышать и библии.

Общение с ней было для меня глотком кислорода и большой мотивацией за колючей проволокой. Без подобных иллюзий и надежды сидится совсем по-другому и сидится совсем тяжело. А тут Ленка, яркая блондинка в красной куртке – косухе и облегающих кожаных чёрных джинсах – копия моей Наташки. Ну, Лена была уже лучше Наташки, потому что она меня ещё не предала.

Лена без малейшего намёка, неожиданно прислала мне триста баксов на следующий тюремный счет и свою фильмографию. Я её ни о чем не просил. Я для неё был никем, она меня даже не видела и знала только телефонный голос. Но рекомендации Арнольда и те темы, которые мы нашли интересными для обсуждения, видимо, сложили в её воображении мой психологический портрет. Неизвестность, как известно, всегда притягивает. Возможно, она так увлеклась этим приключением по имени русский десантник, что её тоже зацепила моя история и взяла за сердце. Видимо, для неё в этом звуке что-то было. Поэтому движемся дальше.

Когда я у неё спросил о деньгах после того, как получил уведомление на свой планшет, она рассмеялась и спокойно сказала:

- Мой милый, это наименьшее, что я могу для тебя сделать. Любому дураку известно, что деньги на зоне решают всё. Потрать и забудь, я ещё тебе пришлю, главное, не считай их. Или ты забыл, что я богатая женщина? - искренне засмеялась она в трубку, и у меня реально потеплело в душе.

Поступки человека говорят сами за себя, здесь слов не нужно. Я решил, что куда бы нас не вывело это неожиданное знакомство, нужно окунуться в приключения и плыть по течению, не сопротивляться. Я вижу в этой теме исключительно позитив и перспективу. Тусануться с ней в Калифорнии и дать ей под хвост – это минимум, чем я смогу отблагодарить за её доброту и поддержку. Как говорят американцы о хорошим человеке – This is good People. Я с этим полностью согласен. Она, действительно, прекрасный человек, и как будет дальше – это будет дальше, а пока я счастлив её иметь и слышать голос даже по телефону. Слушая низкий голос с хрипотцой, пронизанный вниманием, теплотой и заботой, без напряга затрагивая моё самое больное место - сексуальные темы, она буквально ворвалось в мою беспросветную жизнь и взяла моё сердце руками.

Мы стали делать откровенный секс по телефону, с вожделением мастурбируя друг на друга и получая неземное удовольствие. Причём это пришло совершенно спонтанно и абсолютно осознанно, как будто мы оба ждали команды и без стеснения стали это делать, получая удовольствие просто от голоса и слов, которые мы вкладывали друг другу в уши. Телефон стал нашим главным священником, который наверняка с ужасом воспринимал наши откровения и исповедания. Блин, что за люди мы такие?! Никогда не знаешь, что тебя ждёт за следующим поворотом…