Фуршет

Она, трепетно трепавшаяся ни о чём на фуршете, привлекала своей неандертальской красотой: низкий лоб, глубоко посаженные глаза, мощные надбровные дуги, широко расставленные зубы, выдвинутая в классической прогении челюсть.

Вылетавшие из пасти слова, прищёлкиваемые иносказательным языком, весомы и до боли хлёстки.

Они ещё больше подчёркивали ладно сидевший на ней льняной брючный костюм, безскладочно льнущий к бугристому телу с двумя грудными плавниками, прижатыми к животу.

Величавой поступью она напоминала шагающий экскаватор.

В коротких тет-а-тетах красавица обладала уникальной способностью полоскать людям мозги, не прополаскивая рта шампанским, который она попеременно отхлёбывала из двух бокалов сразу.

В ней ощущалась никому не передаваемая звериная ненасытность, когда брала огромной лапой три бутерброда с бужениной, сложенных в сэндвич и безжалостно отправляла его в широченную пасть.

Всесторонне обворожительная привлекала всеобщее внимание, бесцеремонно отталкивая похотливые взгляды.

Её сдержанное поведение говорило о быстро облетающих листочках дней отрывного календаря на стене, а милого всё нет.

Я почувствовал неодолимую тягу к этой женщине, подумав какое сильное потомство ожидает слабака, мечтающего о нём, если ему суждено остаться в живых, после пребывания с ней в кровати под балдахином, увитым лианами и буги-вуги бугенвиллями, нуждающимися в регулярной обрезке.

Успокаивало одно, что я уже обрезанный.