Дорога домой Глава 6. Женя. Часть 1

- У меня есть парень, - короткая, мальчишеская стрижка, очень тонкие и красивые пальцы, одно плечо кокетливо оголено сползшей на бок кофтой. И совсем не соответствующий этому рассказ. – Но он не против, он говорит, надо иметь много мужчин. И что проституция - это прикольно.

Я просто киваю. Она сильно стесняется, это удивительное зрелище.

- А занимаешься чем?

- Да ничем, бездельничаю, рисую там, в Мортал Комбат играемся.

- Хорошо рисуешь? Похвастайся.

- Да ни хрена я не умею рисовать!

- Покажи, - я чуть наклоняюсь над столом и протягиваю руку.

Она роется в телефоне.

- Да я даже не знаю, есть у меня с собой.

Есть. И с собой, и ВК или инсте, это даже я знаю.

Это всегда, как какой-то резонанс. Иногда задевается одна струна, иногда – другая. Но ты чувствуешь в человеке то, что ты можешь узнать. И хорошо понять.

- У тебя очень эмоционально насыщенные рисунки. Совершенно прекрасно, ты молодец.

- Да ладно, я полжизни тупо ручкой в тетрадке рисовала.

- Давно рисуешь?

- Всегда как-то рисовала... Родители меня хвалили, говорили, со мной в детстве вообще никаких проблем не было, даешь бумагу и карандаши и все, Женя сидит, рисует, - она оживляется, улыбаясь.

- Это – пастель?

- Да, масляная пастель. Сухая мне не понравилась, а вот масляная, прям интересно, ей рисовать прикольно.

Маленькие картинки на экране дешевого телефона. Лица, с очень точными эмоциями, иногда, прям полунаброски с выделенным взглядом, поворотом головы… Из-за незавершенности очень сильно напоминает Тулуз-Лотрека, только самое главное, все остальное – по боку. Я с удовольствием листаю.

Как, сука, так получается, что такой талантливый человек, симпатичная девчонка, живет в такой помойке?

Мне кажется, некоторые вещи на свете просто не должны быть. Так не должно происходить. Не должно и все.

Я возвращаю телефон, вижу испуг в ее взгляде. Ну, да, конечно, она эмпат. Просто неверно трактует.

- Десерт хочешь?

- Я тебе не понравилась?

- Очень понравилась. Ты симпатичная, стройная и талантливая. Ты хороша.

- Мы поедем в отель?

Естественно, тебе нужны деньги. Кормить себя, своего парня, позволять некоторые излишества в виде пива и какой-то наркоты по праздникам. Одеваться, просто, но со вкусом.

- Конечно, странный вопрос. Ты понравилась, глупо отказываться от идеи затащить тебя в постель.

- А то ты так посмотрел…

- Не на тебя, Жень. Не на тебя… - я невольно делаю небольшую паузу. - Так будешь десерт?

Знакомая администратор в отеле усиленно делает вид, что меня не узнает и просит паспорта. Неудобно, в таких отельчиках нет системы лояльности, нет карточек клиента… Ладно, зато можно курить в номерах, это искупает некоторые недостатки. Даже такие, как вечно неработающие пульты от телевизора. Или я не умею ими пользоваться, что тоже вероятно.

Я аккуратно помогаю ей раздеться, бережно, она и так вся зажатая от смущения. Девочка с более чем сотней партнеров вызывает у меня парадоксальное ощущение, что я в постели с девственницей. Так не сыграешь. Она по-настоящему стесняется.

Мило попискивает и не разрешает на нее смотреть. Движений никаких нет, какая-то экстравагантная мастурбация об нее, а не секс.

Куни ни к чему не приводит.

Кончаю я, скорее, от красивой картинки. Молодость, хрупкость, стройность и беззащитность.

В машине мы с удовольствием курим. Женька расслабилась и начинает потихоньку рассказывать подробности из своей жизни.

Мне нравится ее голос, хороший смех, конечно же, она думает, что рассказывает веселые истории.

- Ненавижу баб! Парень вечно заставляет их лапать, меня уже трясет всю, - ее забавная привычка называть его именно просто парень приятно забавляет. Главное для нее – это его статус.

- Ты покупаешь ему девчонок?

- Нет, он сам там где-то ищет. Раньше, когда у него были деньги, он покупал, да. Сейчас такие, за наркотики.

- Которые на твои деньги берете?

- Ну, да.

- И девчонок ты ему не покупаешь?

- Блин, получается, что покупаю… Ну, у него просто не стоит, когда я одна. Но я обязательно должна участвовать, без меня он тоже не хочет.

Хорошо, что до ее дома недалеко.

Я просто уже не могу это все слышать. Перебор.

- Спасибо за вечер, было мило.

- Тебе спасибо, меня ж никто в кафешки не водит…

- Ко мне поедешь в следующий раз? Домой.

- Поеду, почему нет.

- Хорошо, спишемся тогда.

- Ага, пиши. Пока.

- Удачи.

Я не хочу ни думать, ни чувствовать. Руль, руки на руле, полуночная дорога, светофоры. Достаточно.

Интересно, а мы вообще задумаемся, когда убиваем окружающих?

Не простыми и честными методами, например, ножом. Тогда, конечно, задумываемся. Надеюсь. А вот такими – вытоптать личность, воспользоваться беззащитностью, раскачать эмоциональными качелями… Наверное, думаем, какие мы крутые и как офигенно умеем управлять людьми. В угоду нашей похоти, лени… и я даже не могу придумать, чему еще. Список, реально, короткий – просто почесать брюшко своему эго, вот и все. Интересно, сколько талантов так было загублено?

Вот таких - открытых миру, наивных, а как иначе? Что может художник видеть в мире, кроме его красоты? Во всем. В закатах, потеках крови, синяках, морском прибое, крике роженицы, предсмертном вздохе. Они способны показать величие всего, что мы считаем очень простым, но замираем, видя эти картины – и проходим сквозь новый для нас слой реальности, новое видение, которое до этого даже не приходило в голову. Взгляд художника.

Я сижу на веранде и пытаюсь себя отговорить. Это будет сложная партия с очень маленькой вероятностью выигрыша. Хотя я знаю, что этот спор бесполезен. Ведь это глупо, бессмысленно, мне даже спасибо не скажут.

Оно тебе нужно?

Спасибо – нет. Обойдусь.

И вдруг я ловлю эту мысль. Маленькая девочка. Она добрая, что и дает ей силу… Допустим это мир после катастрофы. Поселения в основном сельские, есть и мутанты, отчасти злобные, отчасти просто не принимаемые людьми. Необъявленная война просто потому, что мы разные, но не все участвуют…

Мы сидим на веранде, я курю, Женька сидит у меня на коленях, хотя, как – сидит… Свернувшись калачиком, положив голову мне на грудь.

- Понимаешь, ты просто не пробовала. Разбаловала себя своей проституцией, идешь по пути наименьшего сопротивления и все.

- Да кому нужны эти картинки!

- Да, сначала можно в ВК за тысячу рублей продавать. Набрать портфолио, потом какое-нибудь оформительство или выставки, или веб-дизайн, или реклама… Двадцать первый век, возможностей тьма.

- Да ну, фигня, не верю, что это кому-то нужно. Не хочу я вылезать из своего уютного болотца, мне там хорошо.

- Ты должна понимать о себе одну вещь. Много картин ты дорисовала до конца?

- Да не, мне надоедает… Потом думаю как-то их закончить, но уже не то, проще следующую начать.

- Ну, вот то, что сделали твои родители, это запрограммировали тебя стать проституткой и сломали характер. Старайся потихоньку учиться доводить дела до конца. Просто знай, что это обычный тренируемый навык. И постепенно все изменится.

- Не, проституткой я не из-за родителей стала, это точно!

Я глажу ее по голове.

- Что тебе мама говорила, когда ты на балкон выходила курить?

- А, это… Ну так я в трусах выходила.

- И что говорила?

- Я же рассказывала - что ты как проститутка… Но это не поэтому.

- Сколько раз она тебе это сказала? Два? Три?

- Да не, больше, конечно.

- Пятьдесят?

- Может, пятьдесят. Может сто, не важно. Я проституткой из-за Марьи Михайловны стала.

- Тебе виднее, конечно, - я все еще играю ее волосами. Они короткие, интересные ощущения. Небольшая голова, Женька и сама довольно мелкая, выглядит сильно младше своих лет. Короткие, мягкие-мягкие волосы.

- Я в нее влюблена была в школе.

- Это учительница твоя?

- Да, по литературе. Ходила за ней, ждала ее с занятий. Потом узнала, что в ВК есть группа, где все ебутся за деньги, ну и нашла там… Я еще цен не знала, мало брала, да чего, писявка шестнадцать лет, чего я понимала…

Я улыбаюсь. Конечно, что ты понимала в шестнадцать? Восемнадцать? В свои двадцать один?

- … но я говорила, что мне девятнадцать, все верили. Или им похуй было. Недорого же.

- Пока не вижу связи, честно говоря.

- Я ей подарки дарила. Серьги там, шоколад всякий.

- Она брала?

- Ну, да, любому ж внимание приятно, ей нравилось.

- Она знала, сколько твои родители получают?

- Конечно, знала, по ним видно. Мама хорошо одевается, но в дешевое же, заметно. А отец бухал, в школе-то ни разу не был…

- То есть, она регулярно принимала подарки, зная, что ты из необеспеченной семьи?

- Ну а чего?

- Она знала, откуда деньги?

- Я ей сказала как-то, да. Я же врать не умею совсем, да и зачем?

- И что она?

- Говорит, курсы начни в интернете вести, на них зарабатывай. Как быть проституткой. Ты же, мол, все знаешь теперь…

- Пиздец какой-то, - не выдерживаю я.

- Она хорошая, умная тетка, она мне много интересного говорила, мне с ней было хорошо.

- Верю. А вот что учительница спокойно принимала подарки, зная, что ее ученица на них зарабатывает проституцией – не верю. Как-то вот не хочется почему-то.

- Да, а чего такого-то? Я ж не по-настоящему ебусь.

- Это как?

- Ну, чего, легла, ноги раздвинула и даже не целуюсь. Кончил, все забыла.

- А по-настоящему, как?

- Это только с парнем. Там, да.

- Кончаешь с ним?

- Не, ты чего. Я вообще ни с кем не кончала, только с тобой начала, стремно, кстати.

- В смысле – стремно?

- Ну, ты сказал, что тебе не интересно, если с тобой не кончают, это, типа, для тебя. Мне теперь кажется, что я парню изменяю.

- Он же разрешает.

- Ну, я же должна только с ним кончать.

- Но не кончаешь?

- Нет.

- Запутала.

- Я и сама запуталась… Мне с тобой хорошо, и это неправильно.

Я улыбаюсь и целую ее затылок.

- Женька, забей. Я – хороший мальчик, а девочки не выбирают хороших мальчиков.

- Да, точно, мне подруга одна тоже говорила. Что, блин, понимаешь, что хороший парень, нет, надо какого-то мудака найти, вот с ним будет клево. Мудак у меня и у самой есть, - она смеется.

- Так что тебе ничего не грозит. Ты милая, очень классная и безумно талантливая. Но, как бы сильно ты мне не нравилась, меня ты никогда не выберешь. Со мной спокойно.

- Очень, мне очень нравится к тебе приезжать, я, прям, расслабляюсь и уютно.

- Спасибо, мышонок. Поэтому и не выберешь – весело, спокойно – это же скучно.

- Да, с парнем не так. Блин, мы с ним сремся раз в месяц, не меньше. То разъедемся, то опять… Уже три года так.

- Ну, вот видишь. Так что можешь кончать сколько хочешь, ты в безопасности.

- Реально, кстати, не хочу от тебя уезжать.

- Оставайся.

- Парень ругаться будет. Он вообще меня на три часа только отпускает, ворчит, что с тобой дольше.

- Ну, как-нибудь потерпит. Стабильные бабки — это удобно. Не много же кроме меня клиентов.

- Да вообще ты один, не пишет никто уже три недели. У меня и так-то их не много, я невысокая, стриженная…

- И что? Офигенно же выглядишь. Симпатичная, стильная французская стрижка.

- Тебе нравится?

- Конечно. Ты очень симпатичная.

- Хорошо, но, наверное, правда, ехать пора.

Я захлопываю за ней дверь такси.

И возвращаюсь за ноут.

Моей девчонке нужна собака. Тоже мутант, страшный, как сам ад. Только такая добрая девчушка, как она, может считать его милым. С ним она и отправится в путешествие.

Сюжетов, на самом деле, всего около тридцати. Тридцать два, вроде, не помню точно. Они кочуют, смешиваются, но по сути, никогда не важны. Важны герои. Условия, в которых они оказываются. Какие решения принимают. Сколько нитей переплетаются?

Например, почему она отправилась в путь?

Она полюбила. И забеременела. А его убили, людей пугает все непохожее. Кроме нее. Она увидела в нем человека. Хоть и мутанта.

Она сбегает, потому что не хочет потерять ребенка.

Я с откровенным удивлением смотрю за тем, как пальцы бегают по клавиатуре. Даже не верю. Женька, конечно, хорошая девчонка, и я с удовольствием накачиваю ее самооценку, но… И все. Откуда же тогда?